Сделай меня сильнее

Белый туман, оседая, ложился на бескрайнее поле. Не видно было ничего, лишь плотное облако. Тёмный силуэт быстро двигался вперёд, оставляя за собой следы запретной магии. Шаги громкие и устрашающие, магическая паутина трещала под подошвой. Пройденный путь разрезал густой туман так, что с высоты птичьего полёта поле было словно расколото на два ненужных куска. Было не ясно – ступает ли маг своим привычным шагом, или же злится на кого-то, яростно пытаясь добраться до города. Ли Минхо – тёмный маг. Не тот заурядный, что занимался этим по прошествии какого-то пережитого времени, нет. Он самый настоящий темный маг, злой. Брат смерти и разрушения. Изначально рождённый с целью занять этот пост. Смерть с косой ему и в подмётки не годится. Наконец, покинув туман, перед мужчиной легла большая тропа к большому светлому городу. Минхо направляется к своему брату и довольно хмыкает, идя по главной улице, пугая зевак. Бан Чан – светлый маг. Его жизненная и энергетическая задача состоит в том, чтобы контролировать рождаемость и смертность. Проще говоря – следит за количеством живых людей. А Минхо он знает без преувеличения всю жизнь, с того момента как оба появились на свет, вместе росли, обучались магии и всегда были за то, чтобы помочь друг другу увеличить свои силы. Между ними не было надобности в брате баланса. Минхо знает свой удел, не стремится убивать, склонять к себе весь мир и жить в крови. Лишь иногда проказничает, забирает чьи-то жизни, ну, или устраивает состязания с малыми магами, но это всё лишь ради забавы и практики. Чан, в свою очередь, тоже знает свои границы дозволенного. Нельзя, чтобы людей рождалось больше или меньше нормы. К тёмной магии не прибегает, он напоминает спокойного мудреца. * – Помоги мне, – твердит Минхо. Маг выглядел очень величественно. Чёрное одеяние с красными элементами создавали идеальное сочетание двух сильных оттенков. Черты лица точно лезвие ножа – острые, взгляд веет опасностью. Губы алые, а глаза цвета редкого камня обсидиана. И лишь Чан знает, что скрывается за всей этой тёмной аурой – видел и слёзы на этом лице, видел радость, тепло и сострадание. Всё, что скрывала холодная маска. – Чего ты опять хочешь? – тихо и неторопливо интересуется Чан. Минхо поджимает губы, не решаясь сразу говорить о таком, и смотрит на собеседника вымученным взглядом. Снова и снова теряет взгляд на пухлых губах, которые он когда-то целовал. Всё лицо и тело Чана выглядит нежным, хрупким. И только Минхо знает, что он вовсе не хрупкий. Их магические силы всегда должны быть равны, чтобы в случае бедствий никто не оказался слабее. Они Инь и Янь – две равные друг другу силы. Этот символ выжжен на их руках, чтобы ненароком не забыть о предназначении и соблюдении баланса. – Я хочу выполнить некоторый ряд заклинаний, но для этого нужно увеличить наши силы. Сейчас они мне недоступны, я пробовал, но только навредил себе. – До совершенства нам немного осталось, почему бы просто не отдохнуть? – Чан никогда не был одержим мыслью обретения совершенства, но отказывать Минхо в этом было против правил. – Будем отдыхать тогда, когда полностью овладеем силами. Ты знаешь, мне не нужна эта слава и мир. Он даже не наш. – Ладно. Что нужно сделать для этого? Вот оно. Минхо готов убежать, начать заикаться и думать об отказе. Но кто он такой, чтобы не рискнуть? – Нам нужно физическое и энергетическое соитие. Чан культурно поперхнулся, пряча своё слабое смущение. – Ты серьёзно? Там не было обхода этой системы? Или, не знаю, другого варианта? – Был, но это очень сложно и опасно, риск слишком велик. Умру я, умрёшь и ты. – Минхо пристально смотрел на мага, изучая, пытаясь найти среди эмоций безмолвное согласие. – Тогда, кто будет сверху? – чуть стесняясь таких речей, спрашивает Чан, отчего на лице расцветает розовый румянец. «Ну что за милашка» – думает Минхо и быстро поднимается на ноги, всё ближе подходя к магу. – Я, – ответ проносится над ухом, которое быстро краснеет, а по телу пробегают мурашки, – ты мне доверишься? Минхо протягивает ладонь, подтверждая свои слова и действия. Чан неторопливо соглашается, кладёт ладонь сверху, смотря в тёмно-карие глаза. – В таком случае, я приду ночью. – с этими словами Ли целует тёплую ладонь мага и исчезает в пространстве. * С приближением ночи, Бан никак не может найти себе места. Словно его заставили пойти на такое, принудили и сейчас, совсем скоро всё произойдёт. Он думал над таким соитием и раньше, ведь знал, что, раз они подобие Инь и Янь, между которыми сохраняется постоянный баланс сил и способностей – значит и такой вид магического шага должен был рано или поздно произойти. Не то, чтобы Чан противился Минхо. Всё очень даже устраивало, вдохновляло и даже дарило чувство привязанности, дикой. Может даже любви, они, всё же, вдвоём неразлучны на тысячилетия. Именно поэтому он волнуется и старается довериться. Горящие свечи от холодного дуновения ветерка погасли, оставив после себя тонкую нить дымка. Чан понимает это, но не спешит встречать своего брата, стоя спиной к нему перед большой постелью и чувствует внутри нарастающую панику, которую пробуждали оглушительные шаги. Всё же решившись повернуться и встретить Минхо взглядом, мужчина ощутил холодные руки опережающие светлого мага. Они скользят по талии и останавливаются, Чан чувствует тяжелое волчье дыхание над ухом, после которого следует мягкий успокаивающий шепот. – Я не причиню тебе вреда. Минхо тянется рукой к нежному лицу и, касаясь подбородка, поворачивает к себе, вглядываясь в кремниевые глаза. Тут же следует нежный поцелуй, после которого Чан уже не понимает, как оказался на мягкой постели, как сильные руки сжали его талию и как касание губ становится более влажным, звучным и голодным. Тёмная и светлая силы контрастными аурами стремятся наружу из своих обладателей, готовясь к соединению и знакомству друг с другом. Ли неторопливо снимает с мага белые одеяния, с трепетом оголяя нежное тело. Чан, стесняясь такой откровенности, прикрывает лицо ладонью, смотря теперь сквозь пальцы на то, как маг сверху бесцеремонно снимает с себя одежду, являя своё дурманяще красивое и накаченное тело. Наклонившись к младшему, Минхо смотрит в уже затуманенные глаза точно хищный зверь, глаза рысью бегают по алеющему лицу. Начав с первого и второго, пальцы аккуратно и глубоко проникают в узкое нутро, приятно растягивая мокрые стенки. Чан издаёт тихий стон и сжимает простынь руками, прикрывая свои глаза. В мыслях не раз проносится вопрос – почему же Минхо брат? Почему не сестра? Всё, что они сейчас делают кажется для него неправильным, до абсурда странным, но настолько приятным, что он снова стонет. На уши начал опускаться хлюпающий звук движений, после которых Минхо вынимает пальцы из хорошо растянутых стенок и обращает своё внимание к младшему. – Начнём? – тёмный маг протягивает ладонь, из которой выходит чёрный дымный огонёк. Чан вторит движению и подносит свою ладонь, выпуская яркий свет. Соединив две силы, он чувствует как Минхо нежно входит, сплетая теперь и их тела воедино. Всё последующее время были до невозможного приятным. Хаотичные толчки в податливом, сладком теле растягивали момент наслаждения. Нельзя просто отдать себя друг другу и быстро закончить процесс. Нужно удовольствие в каждом из пронизывающих импульсов тело. Обеим силам нужно время понять друг друга, сплестись и ощутить себя. Как и сейчас – Минхо и Чан чувствуют, что их силы объединяются, заставляя прийти к самому важному энергетическому и физическому концу. По двум телам пробегают чёрные и белые испарины, дыхание и влажные поцелуи Минхо ложатся на горячую шею Чана, заставляя всхлипнуть и сжаться внутри. Маг это и делает, тем самым доставляя старшему удовольствие, которое выражено сладким мычанием. Хватило ещё несколько рваных и быстрых движений, чтобы оба утонули в жарком поцелуе и с придыханием подошли к оргазму, обильно изливаясь горячим семенем. Силы и аура двух магов растворилась, оставляя парней наедине. Сейчас тела ослабли и понять – стали ли они сильнее было трудно. Нужен отдых в нежных объятиях и ласковых словах. – Ты уверен, что нам вообще нужны эти силы? – слабо усмехается Ли. – Откуда такие мысли? Мы должны хранить мир в гармонии, – Чан, словно мокрый птенчик, лежал с прикрытыми глазами. – Не знаю как мир, но теперь, мне нужен только ты. кормлю перед рабочей неделей :>