*
3 декабря 2024 г., 17:29
Она шла по берегу моря, едва передвигая голые ступни. Слева, уходя до самого горизонта, простиралась безбрежная гладь синей воды. Справа, до самых светло-голубых небес, высились крутые, безжизненные скалы. Не было ни птиц, ни звуков, лишь звенящая, пустая тишина звенела в ушах несчастной. Даже волны, изредка ласкающие её изрезанные камнями ноги, казалось, накатывали на раскалённый песок без единого звука.
Девушка без сил опустилась на колени, истрёпанная одежда едва скрывала её обожжённое солнцем тело. Подняла лицо к небу, такое же обожжённое солнцем, как и тело, покрытое пылью и грязью после дальнего скитания.
Как успела уже заметить девушка, солнце здесь всегда стояло в одной точке. Никогда не пряталось за бескрайнюю полоску скал и не опускалось за безграничное море. Путница не знала как её зовут, сколько она уже здесь и как тут оказалась, ничего. И ни дождя, ни заката, ни ветра, тоже ничего. Лишь только море до самого горизонта, скалы до небес и нестерпимо палящее солнце.
Она упала ничком на песок, ощущая, как раскалённое солнце нестерпимо жжёт её и без того обожжённую кожу. Девушка лежала долго, если, конечно, понятие «долго» было применимо для места, в котором не существовало понятия времени...
Впервые, наверное, за бесконечность, девушка ощутила, как, вдруг, солнце перестало жечь её кожу. С трудом, из самых последних сил, она перевернулась на спину, борясь с криком боли. Над нею, заслоняя собой раскалённый до бела солнечный диск, высился пожилой мужчина, или старик, или старец, одетый в белоснежные свободные одежды. Седая борода его и такие же длинные седые волосы чуть заметно развивалась, но не было ветра, не было ничего, лишь она и он, склонившийся над нею. Голубые глаза старца, спрятанные под густыми, седыми бровями, без эмоций взглянули в измученное лицо девушки.
— Ты знаешь кто я? — спросил он, казалось, звук его голоса прозвучал лишь только в её голове.
— Нет, — с трудом прошептала девушка, еле двигая пересохшими губами, а может быть и не прошептала, но старик её услышал.
— Ты знаешь как тебя зовут? — вновь спросил он.
— Нет, — девушка обессиленно закрыла глаза.
— Ты знаешь как ты здесь оказалась? — спросил старик и долго, бесконечно, ждал ответ.
— Скоро ты встретишься с ним, — вновь прозвучал голос старика, и солнце впилось в тело девушки.
Она открыла глаза, на её измученной груди лежал ломоть хлеба и бурдюк с водой. Cтарика нигде не было, лишь только безграничное море, скалы и светло-голубое небо над головой.
* * *
Спустя век, час или тысячелетие, впереди, среди двух чёрных скал, показалась пещера, манившая своей прохладой и спасением от убийственного солнца. Девушка, собрав последние силы, кинулась туда, в самую глубь спасительной прохлады. Упала на входе, в кровь разбив колени и локти. Поползла среди камней, не отрывая взгляда от родничка с чистой водой, бьющий в самой глубине пещеры. Утолила жажду, набирая воду грязными ладонями, скинула истрёпанные лохмотья, подставляя прохладе израненное, обнажённое тело. В углу пещеры, на камнях, стояла закрытая простая плетёная корзинка. Девушка не знала почему, но она точно знала, что в корзинке еда, которая никогда не закончится. Голая девушка с трудом опустилась на каменистую почву и прижалась спиной к стене, подтянув к груди ноги, и обхватила их руками. Прошёл час, год, век... В ярком солнечном свете, возле входа в пещеру, показалась неясная фигурка человека. Фигура осторожно пробиралась среди камней, в глазах девушки обрастая очертаниями. Вышла на середину пещеры, оказавшись обнажённым молодым парнем. Голый юноша с удивлением оглядывал всё вокруг себя, привыкая к полутьме. Девушка во все глаза смотрела на вошедшего. Встала на ноги, словно бы невидимая сила приказала ей сделать это. Cделала шаг навстречу. Они увидели друг друга. Внезапно девушка ощутила, как что-то приподняло её над землёй, измазанная и испачканная кожа вновь приняла первозданный вид. Как по волшебству сошли солнечные ожоги, и вновь это что-то опустило её на землю. Она стояла перед вошедшим голая, здоровая, полная сил. Обнажённый юноша во все глаза смотрел на неё. На её нагое тело, груди и живот. На чёрные волосы внизу живота и стройные ноги. — Ты, это ты... — прошептал мальчишка, делая шаг к ней. И девушка увидела себя сидящей за кассой в местном магазине. Она подняла глаза, глядя на молодого парня с красной лентой поперёк груди. «Выпускник. 2020», успела прочитать она. Сменилась очередь. Вновь новый покупатель... Пробивая товары, она вновь и вновь ощущала на своей спине жадные взгляды юнца, а потом... — Я смотрел на тебя, там, на кассе, на твой фирменный передник, представляя тебя без него, и без всего остального... На твои чёрные волосы, собранные в хвост, и на красивые чёрные брови, пытаясь представить как у тебя там, между ног... — сбивчиво и жарко проговорил нагой юноша, ступая по каменному полу пещеры, подходя вплотную к стоящей девушке.* * *
А потом я пошёл домой и всю дорогу думал о тебе. А в ванной, стоя под потоками воды, я сжал кулак, но не до конца, оставил пространство между пальцами и ладонью. Тонкие струйки воды падали на головку моего возбуждённого члена, я закрыл глаза и вновь представил тебя, там, на кассе. Ты сидела без одежды, совсем-совсем голая. Я видел твои волосы у тебя там, внизу, и ещё я представил то, что скрыто под ними. Я тогда в ванне просто медленно нанизал кулак на свой член, сначала просто головку члена утопил в это импровизированное отверстие, потом задвигал рукой, представляя, будто бы мы с тобою сейчас у меня дома, в подсобке того самого магазина, да неважно где... Я видел, будто бы мой член проходит через твои половые губы, задевает твои волосы там, ты стонешь, а я кричу от наслаждения... И я кричал. Стоя в ванне. Кончик моего члена выглядывал из кулака, разбрызгивая во все стороны сперму. А потом, вечером перед сном, я написал в своём дневнике, как увидел тебя в магазине, описал твою внешность, которая мне так запомнилась, и что теперь я постоянно думаю о тебе и не могу сосредоточиться ни на чём, кроме тебя. А на следующее утро я пошел в магазин за продуктами. В тот магазин, в котором работала ты. Сначала хотела идти моя мама, но я сказал, что пойду я. Я переходил дорогу. Я не помню, какой был сигнал сфетофора, я просто шёл и думал о тебе, надеясь вновь увидеть тебя на кассе. А потом... Я помню громкий скрип тормозов, крики, а дальше была вспышка. А потом я просто стоял посреди дороги и смотрел на тротуар. Там лежал я, без движения и в неестественной позе, а рядом стояла машина с помятым кузовом. Помню, там были ещё и люди, медики и полиция. А потом прибежали мои родители. Я пошёл к ним, но они меня не видели, я им стал что-то говорить, но они меня не слышали. Мама кричала и плакала, папа просто кричал страшно и громко и смотрели они на меня, на меня, лежащего на тротуаре. Потом один из медиков пощупал мне пульс, подождал, помотал головой и вдвоём они положили меня на носилки, того меня, с головой накрыли белой простынёй и засунули в медицинский микроавтобус. А к моему папе подошёл прохожий и сказал, что он всё видел. И рассказал ему, что я переходил дорогу на красный сигнал сфетофора, и будто бы ему показалось, что я иду, полностью погружённый в свои мысли. А потом я стоял на этой дороге до самого вечера, но почему-то совсем не устал. Через час вновь начали ездить машины, но они меня совсем не замечали и проезжали как-бы сквозь меня. А вечером я пошёл домой. Хотел позвонить в звонок, но почему-то не получилось. Тогда я просто взял и прошёл через дверь. Из своей комнаты я услышал голос папы и плач мамы. Я вошёл в комнату, не понимая, почему они опять не видят меня. Мама рыдала, а папа держал в руках мой дневник и читал ту самую мою запись. Я не знал что мне делать. Я пошёл в коридор, и тут услышал как папа кричит, что убьёт эту тварь. А потом я вновь просто прошёл через дверь. И оказался здесь, стоя по колено в воде. Я стоял совершенно голый и смотрел на безграничный океан. Затем вышел на берег и пошёл вперёд. Я не знаю откуда и как, но передо мной, вдруг, появился человек с длинными, седыми волосами и с такой же бородой. И в белой одежде. Он поздоровался со мной и сказал, чтобы я шёл дальше и нашёл пещеру. А ещё он сказал, что там я найду то, что искал. Юноша закончил свой рассказ, не отрывая глаз от нагого девичьего тела. Член его восстал, пульсируя мелкой дрожью, и тут девушка увидела себя вновь сидящей за кассой в том самом магазинчике. — Сдохни, тварь! — услышала она истошный мужской голос слева от себя. Она повернула голову и успела увидеть перед собою мужское, перекошенное злобой, лицо, и дуло пистолета, направленное прямо на неё. А затем раздался грохот и белая вспышка заполонила всё вокруг... Девушка стояла по колено в воде, в одной лишь лёгкой накидке, может быть час, год, век, а затем пошла по берегу моря, и шла она так долго, пока накидка её не превратилась в рваные лохмотья. И добрела до пещеры. Обнажённый юноша протянул руки, касаясь девичьей груди, опустил их ниже, дотрагиваясь до волос внизу девичьего живота. Девушка вздрогнула и отшатнулась. Вдруг, юноша прижал её к холодной каменной стене пещеры, она ощутила на своём лице горячее дыхание мальчишки и его дрожащие пальцы, жадно пробирающиеся внутрь неё. — Отпусти, отпусти! — истошно закричала девушка, вырываясь, и оказалась брошенной на землю, на холодные и влажные камни. Она чувствовала на себе вес мальчишки, чувствовала, как что-то горячее и твёрдое пытается проникнуть внутрь неё, поочерёдно, то в одно, то в другое её отверстие, ощущая боль, она истошно закричала, пытаясь оттолкнуться от камней и встать, но почему-то силы оставили её, словно бы некая сила отобрала их у неё. Сил у девушки хватило только на громкий, истошный крик... — Он сказал, что в нашем распоряжении вечность, — проговорил юноша, с наслаждением входя в девичье лоно.
