Тайна жизни теневой принцессы

Прошла и эта неделя. Санада, Киока, Киоджи и иногда кто-то из их команды ученых продолжали по сменам сидеть над больным, ведь нельзя было оставлять его одного даже на секунду. Все это время ему нельзя было выходить из комнаты. Киока говорила пациенту, что пора вымыться хорошенько. Приходит Киоджи, и они помогают ему встать с постели. Пациент ощупывает всё вокруг, и его заводят, помогают принять душ и обратно отводят лечь. Девушка-ученый, а это именно Киока, дает ему новую легкую, чистую и свободную одежду, похожую на больничную, потому что ему надо дальше еще лежать. Она меняет ему бинты на теле, снимает бинты с глаз, но прежде завешивает окна, чтобы его глаза привыкли после полной темноты, проводит ежедневные медицинские процедуры и дает лекарства. Учиха пытается осмотреться, хотя почти не видит. На тумбочке возле окна лежат аккуратно сложенные его старая одежда, цепочка, повязка шиноби, кольцо и плащ Акацуки. Ученая-медик сказала, что пока нельзя вставать и ходить, кроме походов в ванную комнату. Он испытывал крайнее недовольство, думал, что его взяли в плен и контролируют. Но когда девушка-ученый сказала ему, что нужно помыться, он ничего не ответил и позволил им провести его в душ. Хотя бывший член Акацуки в основном вел себя пассивно, находясь в постели, он все же имел возможность проявить свой характер в несколько моментов. Например, он мог отказываться от питания или медикаментов с характерным недовольным выражением лица или тихо ворчать, если ему приходилось долго лежать, не шевелясь. Он имел сильную волю и часто пытался подавить свою боль и не показывать слабость. Но они умели так тонко его убеждать и общаться с ним, что ему приходилось принимать уход, потому что нужно было добиться его выздоровления как можно скорее. Каждый день его привязывали к кровати на час или два всего лишь для совершения сложных и не очень медицинских манипуляций, таких как введение лекарства или другие серьезные процедуры и терапия. Иногда это требовало снимать одежду и оставаться только в шортиках. Он обычно не оказывал сопротивления, но выражал крайнее недовольство своим положением, когда его привязывали к кровати. Он мог тихо ворчать или хмуриться, но, в целом, знал, что эти манипуляции нужны для его восстановления. Он мог бы начать тихонько что-то ворчать под нос, если процедуры были долгими или болезненными, но в целом позволял проводить эти процедуры. Он мог также пытаться вырваться или резко оттолкнуть руки людей, если чувствовал боль или дискомфорт. Итачи вел бы себя очень недовольно, потому что он хитрый и сильный ниндзя, привыкший к свободе своих действий. Он тяжело переносил бы свое вынужденное пребывание в постели и ограничение движений. Итачи продолжал недовольно смотреть на Киоку, которая меняла ему повязки на теле. Он не шевелился и тихонько ворчал, когда она нежно смахивала пряди волос с его лица. — Сколько это еще будет продолжаться? — тихо пробормотал он. Киока чуть улыбнулась от его ворчания. — Еще немного. Скоро закончим. Просто постарайтесь не двигаться, — нежно ответила она, продолжая аккуратно менять бинты. Она старалась делать это как можно более осторожно, чтобы не причинять боль Учихе. Итачи вздохнул, но остался неподвижен. Он не хотел показывать свою боль или неудобство, но чувствовал некоторое замешательство от нежного поведения Киоки и того, как она касалась его тела. Он молчал, но на лице все еще отражалось недовольство ситуацией. Киока закончила менять бинты и аккуратно положила руки на кровать, чтобы немного отдохнуть. Она посмотрела на Учиху и мягко улыбнулась. — Все, закончили. Теперь мы немного отдохнем. Итачи молчал, пристально смотря на Киоку. Он продолжал ощущать беспомощность, несмотря на то что она закончила менять бинты. Он ненавидел показывать свою слабость, но не мог ничего поделать с ситуацией. Киока почувствовала его напряжение и решила немного отвлечь его от мыслей. Она тихонько взяла его за руку, чтобы успокоить. — Не волнуйся, ты на пути к восстановлению. Мы делаем все, чтобы помочь тебе. Киока продолжала нежно поглаживать его пальцы, тихонько улыбаясь. — Так как ты себя чувствуешь? — повторила она вопрос. — Мне не нравится, что меня держат в этой комнате. Киока понимающим кивнула и чуть сильнее сжала его пальцы в своих руках. — Я понимаю твои чувства, Итачи. Но сейчас важно твое восстановление, и для этого нужно, чтобы ты отдохнул и следовал нашим указаниям. Мы делаем все, чтобы помочь тебе. Он снова посмотрел в глаза Киоке, чувствуя внутри смесь чувств. Он не привык к такой нежности и заботе, но не смог отказать себе в том, чтобы не поддаться её уговорам. — Хмм... Я понимаю, — пробормотал он тихо, чуть пожимая её руку. Итачи бросил на неё недовольный взгляд, чувствуя, что его внутреннее недовольство начинает пробиваться наружу. — Мне не нравится, что меня держат в этой комнате, как пленника, — сказал он резче. Киока понимаяще кивала, не переставая нежно сжимать его руку. — Я понимаю, Итачи, но это необходимо для твоего быстрого восстановления и безопасности других людей. Ты все еще слаб после всего, что пережил, и нам нужно контролировать тебя, чтобы обеспечить твоё полное исцеление. Киока продолжала держать его за руку и тихо смеялась от своих слов. — Хмм, могу поделиться с тобой тайной, — сказала она, выглядя задумчивой. — Я специально придумала все это только ради того, чтобы иметь возможность держать тебя за руку побольше! Итачи слушал её слова, чувствуя одновременно и удивление, и недоверие. Он тихо покачал головой и взглянул на неё с неуверенным выражением лица. Киока рассмеялась снова, с улыбкой продолжая держать его за руку. — Нет, я серьезно! Мне очень нравится держать тебя за руку, — отвечала она, едва сдерживая смех. — Но не говори никому, это наш маленький секрет! Итачи хмуро смотрел на неё, не зная, верить ли её словам или нет, но даже он не мог не почувствовать приятное ощущение от прикосновения её руки к своей. — Хмм, хорошо, согласен с тобой держать это в секрете, — пробормотал он, чуть сдаваясь перед её поведением. Киока не смогла удержаться от смеха, но попыталась взять под контроль свои эмоции. Она продолжала держать его за руку и тихонько хихикала. — Хмм, ладно, ладно, серьезно. Устала от шуток на эту тему? Ну хорошо, серьезно отвечу. Мы не пускаем тебя из комнаты из соображений безопасности. Ты еще ослаблен после всего, что пережил, и нам нужно убедиться, что ты достаточно окреп, прежде чем позволить тебе бродить по территории. Итачи внимательно слушал её слова, чувствуя понимание. Он больше не шутил, а серьезно смотрел на неё. — Хм, я понимаю такую логику, — ответил он тихо, чуть сжимая её руку в своей. Киока слегка улыбнулась, ощущая его серьезность. Она снова чуть крепче сжала его пальцы. — Я рада, что ты понимаешь. Мы просто заботимся о тебе и хотим быть уверены, что всё в безопасности. Итачи, ты знал, что Санада — джинчурики белого снежного лиса? Итачи выглядит немного удивленным и задумчивым при этих словах Киоки. Он отвечает: — Ну, честно говоря, я этого не знал. Она действительно джинчурики снежного лиса? Как давно вы знаете об этом? — Санада стала джинчурики белой снежной лисы с рождения, получила его сразу после рождения или даже еще в утробе... Мать Санады была также джинчурики этого белого снежного лиса, что сделало Санаду джинчурики, которая унаследовала это звание от матери. Поэтому с раннего возраста Санада училась контролировать силу биджу и управлять им, а также осваивала технику, связанную с джинчуриками. А когда настало время, она стала полноценным джинчурики снежного лиса, готовым приходить на вызовы и открытые соединения. Итачи, задумчиво посмотрев на Киоку, сказал: — Почему же джинчурики могут быть женщинами? Ты ведь знаешь, Киока, что это связано с рисками, особенно во время родов. Это опасно не только для матери, но и для ребенка. Если мать теряет контроль или подвергается стрессу, последствия могут быть катастрофическими. Когда джинчурикика рожает, она должна быть в полной гармонии, чтобы обеспечить безопасность как себе, так и своему ребенку. К сожалению, в таких ситуациях могут возникать неожиданные сложности, особенно если в жизни женщины появляется мужчина, который может нарушить этот баланс. Мы должны помнить, насколько важна поддержка и стабильность в такие критические моменты, чтобы избежать трагедий. Если джинчурики вынашивает двоих и более детей одновременно, опасность возрастает многократно. В таких ситуациях нагрузка на организм и чакру значительно увеличивается, что может привести к серьезным осложнениям как для матери, так и для детей. Стресс и эмоциональная нестабильность становятся особенно критичными, поскольку каждый ребенок требует своей части чакры и энергии. Это может вызвать нестабильность или даже потерю контроля над чакрой, что в итоге может привести к трагическим последствиям. Поэтому важно, чтобы джинчурики в таких случаях имела надежную поддержку и спокойную обстановку. — Киока кивает, соглашаясь с опасениями Итачи в отношении женщин-джинчуриков, и добавляет: Да, я тоже часто думаю о том, почему сегодня разрешают быть джинчуриками, если это связано с таким великим риском. На самом деле, я не знаю, есть ли какая-то конкретная причина, по которой женщины выбирают быть джинчуриками. Возможно, селение хочет обеспечить разнообразие среди джинчуриков и выбрать женщину как один из вариантов. Да, это имеет смысл. С другой стороны, может быть, выбор женщин в качестве джинчуриков связан с тем, что они относятся к более сострадательным и заботливым по своей природе. Так что они могут быть более подходящими для контроля и ухода за чакрой биджу. У Санады есть три старших родных брата и две старшие сестры. Их матери удалось родить такое количество детей. Однако Санада, как самый младший ребёнок в семье, переключилась на роль джинчурики. Санада скрывает от всех в Конохе и от своего клана, что она является джинчурики белого снежного лиса, и даже то, что у неё есть шаринган. Она предпочитает не обсуждать это с кем-либо, кроме самых близких людей. Внимание Киоки к изменениям в поведении Итачи говорит о ее заботе и поддержке. Ее слова о том, что Санада не одинока в своей борьбе, могут принести некоторое облегчение Итачи, хоть и не полностью развеять его беспокойства. — Я понимаю, но ответственность может быть тяжелой, — повторяет Итачи, подчеркивая, что поддержка друзей не всегда может полностью облегчить груз, связанный с борьбой Санады. — Да, я понимаю, — тихо ответил он. — Но ответственность, которую она несёт, может быть непосильной. Я видел, как это тяжело. И даже с поддержкой, иногда это может стать слишком большим бременем. Киока задумалась над его словами и, слегка сжимая его руку, сказала: — Мы все сталкиваемся с трудностями, Итачи. Но именно в такие моменты мы должны быть сильными и поддерживать друг друга. Санада сильная, и она сможет справиться с этим. Мы должны верить в неё. Итачи посмотрел на неё, чувствуя, как её слова постепенно проникают в его сердце. Он знал, что Киока искренне заботится о Санаде и о нём, и это придавало ему сил. — Я хочу верить, что она справится, — сказал он, чувствуя, как его голос становится более уверенным. — Но иногда мне кажется, что она может не выдержать этого давления. Киока наклонилась немного ближе, чтобы встретиться с его взглядом. — Мы сделаем всё, чтобы помочь ей, — уверенно сказала она. — И я верю, что, несмотря на все трудности, она сможет найти свой путь. Мы все — её поддержка. Итачи, слушая её, почувствовал, как его сердце наполняется надеждой. Он вспомнил о своих собственных испытаниях и о том, как важно было иметь людей рядом, которые готовы поддержать. — Спасибо, Киока, — сказал он, искренне улыбаясь. — Твои слова действительно помогают. Я знаю, что не должен оставаться в одиночестве с этими мыслями. Киока улыбнулась в ответ, и в их взглядах промелькнула искра понимания и поддержки. Она знала, что вместе они смогут преодолеть любые трудности.