Лисица

      Антон плохо спал сегодняшней ночью. И все из-за странных теней под окном их дома. Теней зверей.       Он не знал, почудилось ли ему, приснилось ли... Но эта картина была слишком реалистичной. Да и эти слова ее сестренки про странную сову, а еще внезапно объявившийся маньяк...       Ох, нет. Ерунда все это. Не бывает на свете такой паранормальщины. Наверняка, если ему все же не привиделось, это просто дети развлекались в костюмах зверей. А вот маньяк вполне может быть реален, но, в любом случае, Антону стоило бы сосредоточиться на учебе, а не зацикливаться на всем этом. В конце концов, пустые вопросы без ответов не дадут ему никакой пользы. К тому же, Антон только-только перевелся в эту школу. Ему нельзя было ударить в грязь лицом в первые же дни.       Но сосредоточиться было сложно, когда он буквально клевал носом. А ведь уроки даже не успели начаться... И как до конца учебного дня досидеть?       – Класс, к нам перевелась новенькая! – громогласное объявление классной руководительницы тут же разогнало сон Антона.       Новенькая? На следующий же день после его перевода сюда... Вот так сюрприз.       Он немного лениво оторвал голову от парты, подняв взгляд и по старой доброй привычке поправив очки.       Пред ним тут же предстала икона красоты. Да. Точно. Она словно с картинки сошла. Рыжие завитые пряди, которые она собрала в два пушистых хвостика, милая и скромная улыбка, румяные щечки украшали веснушки, а карие глаза по-доброму осматривали новых одноклассников. Пожалуй, можно добавить и то, что девочка была весьма стройной и невысокого роста, идеального для ее тонкой фигуры, что окончательно закрепляло за ней звание главной красавицы.       – Всем привет, меня зовут Алиса. Будем знакомы, – послышался ее мелодичный голосок, что ласкал слух, и следом за этим она одарила всех своей лучезарной улыбкой, отчего другие не могли не умилиться, даже некоторые девочки.       Послышалось недовольное фырчанье Кати. Похоже, кому-то Алиса все же не понравилась. Впрочем, на нее даже никто и внимание не обратил.       Антон внимательно рассматривал новенькую, чем, впрочем, занимались и все остальные, и, несмотря на это, в какой-то момент она обратила свой взор именно на него. Хотя здесь и было столько людей, она не стала рассматривать всех остальных и все внимание оставила одному лишь Петрову.       Их взгляды встретились, заставив парнишку даже растеряться от неожиданности. Внутри все так и сжалось из-за волнения, и в то же время он почувствовал в груди что-то сладко-приторное.       Увидев на лице девочки невинную усмешку, видимо, из-за его глупого вида, он тут же смущенно отвернулся, нервно поправив очки. Возможно, это рассмешит ее еще больше, но он не мог продолжать смотреть ей в глаза. Слишком уж неловко было.       Алису посадили поодаль от Антона, но его взгляд все равно время от времени ускользал к ней. Невольно. Он это не контролировал. Просто не мог не замечать ее.       К счастью, он сидел позади, так что она во время урока ни разу не посмотрела в его сторону, а вот его любование ее красотой оставалось незамеченным, что вполне устраивало парнишку.

***

      На перемене Антон весьма неудачно задел плечом Семена Бабурина, и это оказалось его страшнейшей ошибкой, ведь тот сразу же набросился на него с очень возмущенным видом, даже несмотря на его извинения. Сначала Семен толкнул Антона, да так, что тот чуть не грохнулся на пятую точку – силы такому тучному парнишке было не занимать. А затем, когда хулиган подумал, что этого мало, он схватил Антона за грудки и завел руку для удара.       Антон зажмурился, готовясь встретиться с мясистым кулаком. Он даже не знал, что страшнее: разбитый нос или разбитые очки, но точно знал, что не хотел бы ни первого, ни второго. Однако что мог противопоставить он? Он пытался вырваться, да не получилось, а слова и вовсе против такого безмозглого великана бесполезны, потому на этом все сопротивление кончилось. И мимо проходящие школьники не спешили встревать. Никто не хотел себе нажить проблем.       – Эй, перестань, – послышался девичий, уже знакомый голосок.       Антон раскрыл глаза и в изумлении посмотрел на Алису, что стояла позади Семена и угрожающе смотрела на него. Точно так же на нее посмотрел и Семен, а его кулак так и завис в воздухе.       Впрочем, столь миловидная и хрупкая на вид девчушка не могла напугать Семена, так что он лишь усмехнулся.       – Ха! С чего бы это? Отойди подальше лучше, не мешай, соплячка!       Естественно, Семен не собирался слушать какую-то там девчонку, еще и малознакомую, но его пыл неожиданно быстро испарился, когда он встретился взглядом с Алисой, даже побледнел и почти что мгновенно покрылся холодным потом, словно увидел перед собой нечто ужасное.       Антон, негодуя такой быстрой смене настроения, тоже заглянул ей в глаза, о чем сразу же пожалел. Семен и правда увидел нечто ужасное. То же самое увидел и Петров.       Дрожь охватила все его тело. Даже кулак Бабурина не был так страшен, как этот взгляд настоящего хищника. Словно она вовсе не была простой шестиклассницей. Словно она была настоящим зверем, что готов разорвать свою добычу в клочья. Когда ее рот приоткрылся, Петров также заметил острые клыки, что лишь дополняли образ хищницы. Ее глаза вдруг заполнила чернота. Даже глазные яблоки окрасились в черный. По спине Антона прошелся холодок, а в горле встал ком, стоило ему только лицезреть эти черные глаза. Лицо Алисы же начало постепенно искажаться и приобретать животные черты.       Она не человек. Кто угодно, но не человек – такими были его мысли на тот момент.       Казалось, если бы она посмотрела прямо на Петрова, случилось бы что-то ужасное. Нет. Точно случилось бы что-то ужасное.

... Ни в коем случае. Не смотри...

      В горле Антона встал ком. На глазах навернулись слезы. Воздуха стало не хватать.

...Не смотри. Не смотри. Не смотри!..

      Казалось, вот-вот, еще немного и она все же повернет к нему голову.

...Нет... Не смотри!..

      – Будь так добр... Отпусти его, – это был не голос Алисы, он принадлежал кому-то другому, не хрупкой девочке, а зверю, к тому же, Антон точно был уверен в том, что слышал в этих словах самое настоящее животное рычание.       Руки Семена разжались сами по себе и Антон наконец оказался на свободе, правда, ноги не удержали его и он все же рухнул на пятую точку.       – П-п-про... Простите!.. – пискнул Семен и, резко сорвавшись с места, помчался куда-то прочь.       – Ой-ой... Убежал, – личико Алисы снова, будто бы в этот момент кто-то отмотал время назад, сделалось прежним, таким же милым, как и всегда, и сама она даже негодовала такому поведению Семена.       Антон в непонимании посмотрел на одноклассницу. В ней не было даже намека на что-то злое, и клыков не было, и глаза самые обычные, очень красивые, карие. Словно только что увиденное лишь причудилось ему.       Алиса обратила на него свое внимание и одарила парнишку теплой улыбкой, которая могла обворожить любого.       Она подошла поближе к Антону и опустилась к нему, протянув руку, чтобы помочь.       – Ну же, поднимайся, – ласково сказала она.       И ее приятный голос, и улыбка успокаивающе повлияли на Антона, и дрожь в его теле мгновенно отступила. Его эмоции будто бы переключили одним щелчком пальца, с одной на другую.       Да. Быть может, лишь показалось. Ему вообще в последнее время много чудного мерещится...       Окружающие не бледнели от страха так же, как и он с Бабуриным, лишь удивленно продолжали смотреть на них. Это лишь подтверждало то, что увиденное, скорее всего, не было реальным. Но от чего же тогда так испугался Семен?.. Кто его знает...       К слову, те самые окружающие, что лишь выполняли роль зрителей, стали шептаться меж собой, заставляя Антона почувствовать себя неуютно, хоть он и прекрасно понимал, что шептались не совсем о нем, а о внезапно убежавшем Бабурине и о загадочной смелой новенькой. Хоть он и стал жертвой, звездой всеобщего внимания быть никак не мог. На фоне его скромной персоны Алиса лишь сильнее выделялась. От мысли об этом тоже стало не очень-то уютно.       Впрочем, какая разница? Лишь благодаря Алисе его нос и очки целы. Ему стоило бы поблагодарить ее, а не думать о всякой ерунде.       – Спасибо тебе, – выдохнул он и, взяв ее за руку, поднялся.       Она оказалась такой теплой и нежной, что не хотелось ее отпускать, но он все же пересилил себя и отпустил.       – Да не за что, – вновь улыбнулась Алиса. – Запомни, Антон: я всегда тебе помогу.       – Что? Откуда ты знаешь мое имя? Мы ведь еще не успели познакомиться... – растерялся Петров, поправив очки.       – Как это? Мы уже знакомы, – хихикнула она.       Только Антон раскрыл рот, чтобы задать очередной вопрос, как тут же раздался звонок на урок.       – Ой, нам пора. Антон, пошли, – весело сказала Алиса, направившись прямиком в класс.       Петров краем глаза увидел что-то рыжее, когда Алиса проходила мимо. Оно промелькнуло так быстро, что парнишка даже и не рассмотрел, что же это такое было. Может, это были ее волосы? Точно. Всего лишь волосы. Они ведь тоже рыжие. Вот же он дурак. Совсем рассеянный.       Но все же это все странно. Где же он мог встретить Алису до этого? В голове было пусто... Там не было даже упоминания ее имени до сего дня.       – Антон, ты идешь? – звонкий голосок Алисы заставил Петрова отвлечься от его раздумий.       Когда он вновь увидел ее улыбку, которую она дарила лишь для одного него, ему стало уже как-то все равно на то, что он даже не помнил их встречи.       – Ох, конечно... Я иду!

***

      На следующий день Семен Бабурин не пришел. И на другой тоже. И мальчик даже не связывался с учителями и одноклассниками, как и его родители.       На третий день один из учителей предложил наведаться к Бабуриным, так как те сутками не отвечали на телефонные звонки. Он решил лично приехать, чтобы проверить обстановку.       Дом Бабуриных располагался чуть поодаль от других зданий, как и многие другие подобные домики. Взять тот же дом Петровых.       В зимнюю пору темнело слишком рано, поэтому на фоне окутавшего его полумрака дом выглядел еще более зловеще. К тому же, в его окнах не горели огни, хотя часы показывали всего лишь пять вечера.       Учитель подошел поближе, с трудом пробираясь сквозь снег, что доходил до голени и затруднял движение, как и не вовремя разыгравшийся снегопад. Снежинки, что не так давно были крохотными и едва заметными, превратились в огромные хлопья и закрывали почти весь обзор перед глазами.       Тем не менее, несмотря на такие трудности, мужчине все-таки удалось в скором времени заметить, что на пороге дома кто-то сидел. Это была рыжеволосая девочка в школьной форме. Ее со всех сторон обвивали холодные порывы ветра, а в ярких прядях запутывались снежинки. Лицо у нее было скучающим, словно холод и вовсе не являлся для нее проблемой, как и отсутствие куртки или хотя бы сапожек. Еще, кажется, у нее было что-то во рту...       – Эй, девочка! – обратился к ней учитель, подойдя еще ближе. – Что ты здесь делаешь? Почему ты совсем одна? Еще и так одета... Замерзнешь ведь!       Рыжеволосая в ответ лишь подняла на него беспристрастный взгляд. В тот же момент послышался достаточно громкий хруст.       В этот самый момент учитель понял, что во рту все это время она держала кость, слишком толстую, чтобы прокусить ее небольшими зубками так просто... Да и далеко не любой взрослый на такое способен!       Он в удивлении уставился на упавшую в снег под ее ногами откушенную кость, и еще больше поразило его то, что она уж слишком напоминала человеческую.       Вновь послышался хруст.       Учитель вновь поднял взгляд на девочку и, все так же негодуя, стал наблюдать за тем, как она разжевывала оставшуюся внутри ее рта половину этой кости, прямо как чипсы. А она же продолжала смотреть на него совершенно спокойно. Казалось бы, спокойно. Однако же... Разве у детей бывает такой холодный взгляд?.. Несмотря на то, что одет мужчина был достаточно тепло и до этого он не испытывал с этим никаких проблем, в этот момент он почувствовал, что ему стало куда холоднее.       Одинокая девочка на пороге дома Бабуриных, что жует кости... Выглядело это... крайне одновременно и странно, жутко. За его плечами достаточно много опыта, но как реагировать на подобное – он не знал.       – Вы что-то хотели, дядя?       Голос девочки тут же привел его в чувства. Она, кажется, уже прожевала то, что было в ее рту, и уже могла свободно говорить.       – А... Ну... Как бы так сказать... – отгоняя всякие неладные мысли, замялся учитель. – Ты знаешь Бабуриных? Не просто же так сидишь на пороге их дома.       Все же это ребенок, хоть и странный. Быть может, она что-то знает. И ему это нужно узнать.       – Да вообще-то плохо знала. Да и неинтересно это мне, – лишь отмахнулась рыжеволосая, пожав плечами. – А тебе так любопытно, дядя?

...Знаешь, любопытный нос могут и оторвать, если совать его туда, куда не следует...

      Мужчина вздрогнул. Что это было? Ему показалось, или он слышал чей-то голос в своей голове? Голос, не принадлежавший ни ему, ни этой девочке. Злобный, рычащий голос, более напоминающий звериный, нежели человеческий.       – Лучше не лезь. Одной лисице это может не понравиться.       И вновь он услышал хруст. Только уже был хруст его собственных костей. Это было последнее, что он слышал. Ужасная, пронзившая все его тело боль – последнее, что он ощущал. А последнее, что он видел – его собственная кровь, его собственные еще теплые внутренности, торчащие из живота, его руки и ноги, что по какой-то неизвестной ему причине валялись на снегу отдельно от его тела. Рядом с ними валялся еще один небольшой кусочек мяса. Его нос.       Он прохрипел. И это все, что он мог. Ведь ни одним сантиметром своего тела учитель не мог пошевелить, ведь каждая его косточка была сломана, а его горло оказалось перерезано. Даже ничего не сказать напоследок.       Было настолько больно, что он даже и холод уже не чувствовал, хотя и свалился прямо в снег. Впрочем, очень скоро он вообще перестал что-либо чувствовать.       Едва ли этот мужчина понял, что произошло. Но перед тем, как весь этот ужас случился с его телом, он видел... лисицу. Огромную, раза в четыре больше человека, более похожую на монстра, нежели животное. Из ее пасти вырывались клубы пара, а черные глаза горели жаждой крови.       – Но уже поздно, раз уж ты видел меня. К тому же, я в плохом настроении.