Заживо в темноте

« — Несколько месяцев назад в жизни убийцы произошло какое-то неприятное событие, нечто такое, что разозлило его и заставило почувствовать себя недооцененным. Возможно, что-то связанное с работой: его несправедливо отстранили, или объявили, что на его место появились новые люди, которые выполняют работу лучше него, или дали понять, что его не ценят, или еще что-то подобное. Мы называем это "стрессовый фактор".» Дыхание учащалось с невероятной силой, и казалось, что стук собственного сердца затмил уже все лишние звуки вокруг. Мысли о том, что он зря согласился на эту авантюру проносились вихрем, но для обычного оператора поиграть в судьбу и выиграть жизненно необходимые деньги было шансом один на миллион. Ермолаев странно оглядывал всех блоггеров — остальных участников проекта его начальника Ильи. Саша до сих пор не понимал, зачем Илья почти в последнюю минуту отвёл его от всех участников и организаторов, и вручил ему синий комбинезон, а затем завëл в эту непонятную игру. Для чего он здесь стало понятно спустя несколько часов, когда все эти люди, что ездили на дорогих машинах, одевались в брендовые одежды, вдруг превратились в животных, что лезли к нему, с непонятными криками, оскорблениями, возгласами и попытками выудить из него хоть слово. Саша не говорил. Нет, он не боялся сказать, что-то в ответ, не боялся влияния этих людей, и уж точно не был немым. Но внутри него словно что-то замкнулось, и вместо слез от таких издевательств, на лице Ермолаева появилась небольшая, но заметная на многих камерах улыбка. — Предлагаю вам всем сыграть в некоторую игру, — раздался голос Яцкевича, откуда-то со стороны, и все участники мигом повернули головы на него, постепенно разбредаясь по всей территории куба, совсем забывая о том, над кем пару минут назад издевались. — Сейчас полностью выключится свет и я оставлю где-то на полу нож. Тот, кто первый его найдëт — может устранить одного любого участника... — вдруг Илья затих, замечая, что его практически не слушают; ребята смеялись явно с каких-то своих шуток, а кто-то и вовсе стоял спиной к нему, не зная о том, что сейчас объявляются очень важные вещи. Саша тоже не поднимал взгляда на Илью, но прекрасно слышал всë, что тот говорит, прорабатывая в голове тактику, в какую сторону двинуться сначала, где лучше увернуться, где ползти, где... — Хочешь расплатиться с ними за то, что они смеются? Лёгкое подергивание уголка рта, отчего улыбка на лице Саши стала словно чуть шире. Взгляд падал на протянутую руку, в которой лежал нож. Как странно, всего несколько дней назад Саша слышал как этот человек говорил о том, что оператора пора заменять, что Ермолаев уже не так хорош, как прежде, а сегодня ему помогают выиграть в игре. Пара уверенных кивков, и вот Яцкевич уже направляется к выходу, а нож ловко прячется в рукаве комбинезона брюнета. Шум и гам быстро разрушается, как только гаснет свет, а затем хлопает дверь, которую сразу же накрепко закрывают. Саша знает этот механизм, сам краем глаза видел, как рано утром скрепляли все детали надёжнее некуда. Первые секунды Ермолаев продолжает сидеть, прислушиваясь к топоту, смеху, пытаясь определить, кто сейчас рядом с ним находится. Спешить некуда, особенно, когда ты знаешь, что ты уже выиграл это испытание. — А где этот, который язык в жопу засунул? — вдруг пролетает чуть левее от парня, а затем слышится знакомый смех, который за сегодняшний день сложно было не выучить наизусть. Только лишь поднявшись на ноги можно было ощутить какое-то покачивание, странное для куба, находящегося на ровной поверхности. Но Саша этого не заметил, лишь вцепился мёртвой хваткой в девушку и дёрнул в свою сторону, отчего та не устояла и упала прямо на пол, начиная кричать от боли. Не обронив ни слова, Саша сразу же замахнулся и воткнул нож. Лезвие без каких-либо усилий прошло в бок, затем в плечо, в бедро. Парень про себя усмехнулся, думая о том насколько профессионально кричит Сабина, даже от ударов игрушечным ножом, но услышав как остальные участники сразу же стали искать девушку, недолго думая заткнул ей рот рукой, понимая, что по голосу еë найдут быстрее. Правда долго держать руку не пришлось, Сабина почему-то сама замолчала, что только посодействовало парню. Послышался неприятный для ушей шум, а затем с лёгкими помехами раздался голос ведущего: — Правила игры немного меняются: тот, у кого сейчас нож, может устранить ещё трëх игроков. — снова раздался неприятный шум, секундная тишина, а затем всë пространство наполнилось ещё большим шумом: кто-то старался ещё быстрее отыскать нож, надеясь, что его до сих пор никто не взял, а кто-то уже просто прятался, боясь стать очередной жертвой. Лишь один человек сохранял спокойствие, и ждал, словно рыбак, когда очередная "рыбка" сама подойдёт к нему ближе. Таким же образом ещё трое человек осталось лежать на полу в полном молчании, и это не могло не радовать Сашу, голова которого уже стала раскалываться от шума оставшихся людей. Визг и крик был настолько громок, что это начинало раздражать до злости, выводило из себя, а темнота давила с каждой секундой лишь сильнее. Махнув рукой с ножом наугад, сразу же послышался мат, крик боли, а затем быстрые шаги в его сторону, но дальше последовал лишь громкий удар об пол и тишина. Долгожданная тишина. Опустив ладонь на пол, Ермолаев ощутил что-то жидкое и нахмурился. "Вода пролилась, наверное. Судя по всему Горилла поскользнулся." — пронеслось у него в голове, и на всякий случай лезвие пронзило и живот упавшего человека. Женский и мужской голоса продолжали шептаться, девушка явно говорила захлебываясь слезами, а парень успокаивал еë. Ермолаев искренне не понимал почему она плачет, ведь это всë игра, нож не настоящий, а темнота скоро закончится. Постепенно подползая всë ближе и ближе к ним, он совсем не ожидал, что его вдруг повалит на пол последний оставшийся парень — Шах. Он с силой стал давить на Сашу, словно стараясь придавить того, как жука. Локти больно щемили грудь, а ноги старались зажать, но Ермолаев не сдавался, продолжая отбиваться ногами, вскоре сумев перевернуть Шаха на пол, а затем уже со всей злости начать втыкать в него нож. Если бы в этой комнате был свет, то можно было бы разглядеть всю ярость в глазах Саши, но видел это всë лишь один человек. Человек, который проследил за последним вздохом каждого из семи участников, и сейчас не сводил глаз с потерянного Ермолаева. Камера прекрасно пишет. Пишет, как выключается свет. Как куб постепенно начинает опускаться вниз, прямо под землю, как сверху наваливается ещё больше земли. Никого больше нет здесь, вся группа организаторов уехала ещё несколько часов назад, как только выключили свет. Из живых людей здесь оставался только сам зачинщик всего этого мероприятия и Александр. Но надолго ли?.. Воздуха начинало катастрофически не хватать, отчего парень упал на колени, стараясь разорвать на себе костюм, так как становилось невыносимо жарко. — Эй... Кому ещё жарко? В ответ тишина. Не получив ответа, Саша начал ползти в сторону двери. — Выпустите, я больше не могу! Тут не чем дышать! — хрипло прокричал из последних сил парень, зная, что организаторы сейчас мигом его выпустят. Но минуты шли, а дверь никто не открывал. В голову сразу же пришла идея умыться водой, что до сих пор была на полу. — Я бы не советовал умываться этим. — вдруг снова стало слышно с небольшими помехами голос Ильи. Парень тут же застыл, но несмотря на предупреждения, всë равно провёл ладонями по лицу. — Тут все без сознания, получается я победил? — снова хриплый голос и кашель, с попытками вдохнуть последние кубы воздуха. — Ты не победил. Ты, кажется, забыл правила игры. Сколько людей я разрешал убрать последний раз? Три. А ты убил всех. "Убил?" — пронеслось в голове парня. — Я никого не убивал, они просто без сознания, потому что заканчивается воздух. Открой дверь, они придут в себя и мы продолжим. Я самолично выйду из куба. — Точно уверен, что никого не убивал? — в голосе появилась нотка усмешки, — К сожалению, открыть дверь я не могу. Даже если очень захочу, я не успею раскопать тебя до того момента, пока ты не откинешься. Карие глаза быстро проехали до часов на руке. — У нас есть ещё три минуты. Думаю перед тем, как мы с тобой попрощаемся, ты должен увидеть как на самом деле выглядит место, где ты сейчас находишься. От резкого света глаза сразу же хочется закрыть, слишком долго он был в темноте, чтобы привыкнуть к обычному свету так быстро. Руки всë ещё то прикрывали, то потирали глаза, а сквозь небольшую щель между ресниц начинало виднеться что-то красное. Очень много красного. Саша не мог припомнить было ли до этого в Кубе что-то красное, а зрение тем временем постепенно начинало возвращаться. Первым делом взгляд упал на пару открытых глаз, что безжизненно смотрели прямо на него, затем на кровь, которая кажется забрызгала все стены куба. Хватило всего одной секунды, чтобы осознать, что он наделал и резко вскочить. Попятившись назад, он сразу же уткнулся во что-то, и повернув голову, заметил ещё трое тел. Адреналин бешено ударил в голову, давая неожиданно такие силы, что Саша смог подняться на ноги, продолжая со страхом оглядывать комнату. Парень нервно пытался сделать шаг, в попытках сбежать от этого места, но куда бы он не ступал, повсюду были следы крови и изувеченные тела бывших участников проекта. Бежать было уже точно некуда. — Сраный ты Шредингер! Выпусти меня отсюда! Частое дыхание Ермолаева не ускользало от Ильи ни на секунду. — Спокойнее, дыши медленее, а то три минуты сократятся до одной, а нашим зрителям вряд ли понравится, если это шоу закончится так быстро. Или вы хотите вторую часть? « — У меня ощущение, что этим видео он пытается компенсировать некий профессиональный провал. Выложил и разослал всем ссылку — хочет получить признание публики. Он хочет выглядеть умным, образованным человеком. Тем, кто заслуживает одобрения со стороны старших и сверстников.»