Плохороший Новый год

      На фоне ночного неба падающие хлопья снега выглядят красиво. Запрокинув голову на спинку скамейки, смотрю вверх и не могу оторваться от этого зрелища. Меня проморозило уже до костей, но нет желания вставать и идти домой.       Вздыхаю, выпрямляюсь, опускаю голову. Достаю из кармана пальто сигареты и зажигалку. Сразу перед внутренним взором появляется знакомый осуждающий взгляд, но лишь слабо усмехаюсь и сжимаю сигарету губами.       Прикурив, убираю зажигалку обратно, вытаскиваю телефон из другого кармана. Жму на кнопку блокировки, и экран оживает.       23:18       вт, 31 дек.       Тяну вниз уголки губ, становясь похожей на того мемного кота с вечно недовольной мордой. Затягиваясь, возвращаю телефон в карман и откидываюсь на спинку скамейки. Вытягиваю ноги, скрещиваю в районе лодыжек. Вздыхаю.       Надо было хоть шапку надеть, что ли.       — Лиза?       Резко оборачиваюсь и округляю глаза. Сигарета чуть не выпадает изо рта, но становится так радостно, будто новогоднее чудо случилось раньше времени.       Юра — тот самый обладатель осуждающего взгляда, который мне привиделся, когда собралась курить. Друг детства. Выросли вместе. Родители наши дружат.       Только сегодня точно не ждала его увидеть. Пока его отец с матерью за границей, думала, он с друзьями готовится к празднику или уже отмечает. А он тут. Стоит и смотрит на меня. Самый настоящий, реальный, не в экране телефона.       Мы давно не встречались вот так. Не могли найти время. А иногда кого-то из нас не было в городе. Короче говоря, полная лажа…       — Опять куришь? — недовольно спрашивает Юра и садится рядом. Хмурится, смотрит на сигарету, затем — снова мне в глаза. — А сказала, что собралась бросить.       — Собралась, — до сих пор не веря, что вижу его вживую, медленно отвечаю. — Я уже меньше курю. Просто сегодня веская причина. А ты как тут вообще оказался?       — Гулял, — слегка улыбается он. — С ребятами собраться не получилось, так что я один. Я тебе, кстати, как раз собрался звонить, чтобы спросить, в городе ли ты, и позвать встретиться. Вышел, а ты тут.       — Судьба свела? — улыбаюсь, делая новую затяжку. Смешно поднимаю-опускаю брови.       Юра усмехается. Голубые глаза не прекращают на меня смотреть. Не отпускают, как всегда. И самой на него невозможно перестать глядеть. Ничего нового, в общем-то… Время идёт, а мои чувства всё те же.       Вновь затягиваюсь и наконец нахожу силы отвернуться. Медленно выпускаю дым, переключая внимание на крупные хлопья снега, по-прежнему падающие с неба. Стараюсь контролировать выражение лица, чтобы не проступила накатившая грусть, но получается наверняка из рук вон плохо. Да и Юра слишком хорошо меня знает, чтобы я хоть на миг сумела его обмануть.       — Так чего ты тут сидишь? — прерывает паузу он. — Скоро двенадцать, ты одна. Я думал, ты со своими девчонками соберёшься.       Затягиваюсь неспешно, слабо покачиваю головой. На секунду закрываю глаза и, открывая, снова поворачиваюсь к Юре. Растягиваю губы в абсолютно неискренней улыбке, выпуская дым носом.       — Кинули, — небрежно пожимаю плечами. — Поэтому сказала, что повод закурить веский. Надо снять стресс.       Юра удивлённо вскидывает брови. Затем беспокойно хмурится. Только открывает рот, собираясь что-то сказать, как я тут же прерываю:       — Не надо. Молчи лучше.       — Думаешь, я это так оставлю, что ли?       — Юр…       — Ладно, ладно, всё. — Он в сдающемся жесте поднимает руки и вдруг садится ближе, вплотную, обнимая меня за плечи и крепко прижимая к себе. — Я молчу. Но вот это давай-ка мы всё-таки… — неожиданно сжимает указательным и средним пальцами сигарету и забирает её, не давая докурить, — выкинем. Ага?       Остаток дыма выпускаю прямо в его профиль, выражая протест. Он усмехается и, надеюсь, не замечает, как у меня дрожь пробегает по всему телу из-за его действий. Из-за того, насколько сейчас его лицо близко к моему.       Чтобы не заметил, как смотрю на него, опускаю голову и утыкаюсь лбом в его плечо. Шумно вздыхаю. Чувствую, как его хватка становится крепче.       Сколько пыталась признаться… И каждый раз поступаю как обыкновенная трусиха. Не могу найти силы, мужество, чтобы посмотреть ему в глаза и честно сказать: «Ты мне нравишься». Три простых слова. По-русски. Ничего сложного. Абсолютно. И нет. Прям горло перехватывает.       Дурочка.       Такими темпами однажды буду сидеть на его свадьбе в числе гостей и сожалеть об упущенной возможности, глядя на его красавицу-жену.       Не сдерживаюсь и цокаю. Резко отстранившись, выпрямляюсь и сжимаю переносицу. Пытаюсь выгнать из головы дурацкие фантазии. Ничего ещё не случилось, а я себя уже накрутила. Классика.       — Ты как-то вообще неважно выглядишь, — говорит Юра, и в его голосе звучит волнение. — Ты же знаешь, как я не люблю людей, которые портят тебе настроение?       Не вспоминать школу, не вспоминать, не вспоминать…       Поворачиваюсь к нему со страдальческим выражением лица.       — Пощады, Юрий Олегович.       Юра старается выглядеть серьёзным, но сдаётся и смеётся, покачивая головой. Не может иначе, когда называю его по имени-отчеству. Его почему-то это всегда ужасно веселит.       — Последствия мне потом разгребать, Юр, если что, — резко вскидываю брови. — Так что держи себя в руках.       Он вздыхает. Пару минут сидит молча и просто смотрит на меня. Что-то старательно думает, решает, взвешивает. Потом вдруг щурится.       — Ладно. Только ради тебя.       — Благодарю покорно.       Юра улыбается и снова прижимает меня к себе. Ничего больше не говорит, и я тоже молчу. Да и не знаю, в общем-то, что сказать. Хочется зажмуриться и открыть глаза уже первого января. А лучше — февраля. Чтоб уж наверняка.       — Ли-и-из?       — М-м-м-м?       — Может, вместе отметим? Пошли на ёлку?       Едва-едва приподнимаю уголки губ и поворачиваюсь к Юре. Он делает то же самое, и мы встречаемся взглядами. Слегка наклоняю голову и тихо вздыхаю.       — Не хочу, если честно, — спустя пару секунд признаюсь. — Настроения нет. Не обидишься?       — Да ты что, Лиз? Не обижусь, конечно. О чём речь?       На этот раз улыбаюсь шире. Вытаскиваю телефон, смотрю время.       23:53       — Пойду домой, — негромко говорю и мягко выбираюсь из объятий Юры.       Встаю со скамейки и прячу руки в карманы пальто. Поворачиваюсь к Юре, смотрю на него.       — С Новым годом, что ли. Созвонимся завтра?       — Или увидимся?       — Или увидимся. Мне нравится. Я соскучилась.       Ох ты, вау! Елизавета, да вы мощь! Хотя бы «соскучилась»! Уже победа! Награду в студию, срочно! А лучше скорую, а то сейчас случится сердечный приступ.       — Тогда напишу завтра ближе к обеду, ладно? — спрашивает Юра, и я с готовностью киваю.       — Хоть с утра можешь. Мне вообще без разницы.       — Хорошо.       — Хорошо, — повторяю за ним и делаю шаг назад. — Тогда до завтра.       Юра улыбается, и я отвечаю тем же. Следом поворачиваюсь к нему спиной и шагаю вперёд. Почти не вздрагиваю, когда за спиной взрываются салюты. Значит, уже двенадцать. Впервые встречаю новый год в сквере.       — Лиза! — вдруг слышу голос Юры в промежутках между салютами.       Останавливаюсь, круто разворачиваюсь на пятках. Недоумённо наблюдаю за Юрой, направляющимся ко мне быстрым шагом. Удивляет его слишком серьёзное лицо. Не могу даже представить, что на него внезапно нашло.       Наконец Юра останавливается напротив. Слишком близко. Приходится голову поднять, чтобы на него смотреть.       — Если сейчас не сделаю — опять весь год так и не решусь.       — Что не сделаешь?       Вместо ответа он вдруг наклоняется и… целует меня.       Целует. Меня. Парень, в которого я влюблена с семнадцати лет, целует меня! Я настолько ошарашена, что поначалу даже не могу шевельнуться. Но когда до сознания наконец доходит… сама к нему тянусь, отвечаю с тем же пылом.       Не представляю, сколько проходит времени, прежде чем отстраняемся друг от друга. Понимаю только, что к этому моменту салюты уже перестают пускать. Хотя теперь мне кажется, что я сплю. Боюсь открыть глаза.       Однако это сделать всё же приходится, когда чувствую прикосновение к щеке. Поднимаю взгляд, замечая, что Юра смотрит на меня.       — У тебя такой вид, будто ты не в курсе, что я по тебе уже давно с ума схожу, — тихо говорит он.       Округляю глаза. Мотаю головой.       — Ты же ни разу… ни слова…       — Ну, теперь говорю. Я тебя люблю, Лиза. Очень. Уже миллион лет.       Дыхание перехватывает, и я не могу ни слова выдавить. Однако Юру это нисколько не заботит. Он и так меня всегда понимает. Даже не надо ничего говорить — всё читает на моём лице.       На этот раз целую первая, и он ещё крепче прижимает меня к себе.       Пожалуй, лучшую новогоднюю ночь и представить сложно…