Моя империя

      Будь у Ястреба выбор, он бы ни за что не полез бы в эти семейные дрязги. Не его дело, что отец семейства Тодороки никак не может справиться со своими детьми.       И оставалось бы не его делом, если бы он не был напарником - и не только, надо признать - Тодороки Тои последние несколько месяцев. Не считая отвратительного характера, Тоя был хорош во всем. Может быть, даже являлся единственным достойным напарником для слишком быстрого Ястреба. Достойным напарником и настолько же проблемным человеком.       Использовать лифт и входную дверь было слишком долго и неудобно, так что Кейго приземлился на балконе, едва не сбив завсегдатаю и уже переполненную пепельницу вниз. В такие моменты Ястреб успевал порадоваться только тому, что его причуда не ориентируется на запахи, иначе курение добавилось бы к короткому, но при этом объёмному списку недостатков Тои.       – Проснись и пой, горячий парень! – с привычной фразы начал Ястреб, открывая вечно не закрытую на защёлку балконную дверь. – Долго собираешься спать?       Не факт, что Тоя спал, но когда он сегодня не пришел в агентство вовремя, это была самая очевидная причина его отсутствия. Её Кейго и использовал.       – Убирайся нахрен из моего дома! – послышался голос из соседней комнаты, а следом показалась белая растрёпанная макушка, которую тут же скрыло голубое пламя. Следующая фраза Тои про “старика” потонула в рёве этого самого пламени и шуршании перьев - пришлось поспешно отлететь назад, приземляясь на перила балкона.       Кейго брезгливо дёрнул крылом, рукой сбивая пламя с перьев, которые попали под удар, и цепляясь за перила второй.       – И тебе доброе утро! – Ястреб продолжал придерживаться добродушной манеры поведения, пока не понимал ситуацию полностью. Тою сейчас уже было видно целиком, пусть он и стоял в тени комнаты. Хмурый, взъерошенный, уставший. Не оказалась ли ситуация со Старателем сложнее, чем тот рассказал?       – Ты глухой или что? Вали нахрен, – едко ответил пиромант, привычно-неожиданно используя и ледяную причуду, чтобы просто закрыть балконную дверь льдом. Знал, что если подойдёт, то от Кейго уже не избавится.       И крылатому герою оставалось только тяжело вздохнуть. Ладно. Входную дверь было видно через окно, она не была заморожена, а ключ у него был, так что придется… ехать на лифте. Лифты - самый жуткий и медленный ограничитель свободы для кого-то с крыльями. Но на что ни пойдешь ради одного идиота?       Кейго спокойно отпустил перила, упал спиной вниз и легко спикировал ровно к подъезду многоэтажки, в которой и проживал Тоя. Использовать пламя внутри он уже не станет, а это значит, что появится шанс на разговор. Шанс, потому что обычно игнорируемый им лёд сегодня уже был использован. А раз Тоя дошёл до применения своей второй причуды, которую терпеть не мог, потому что она не была воплощением так любимого им пламени, то произошло что-то действительно серьёзное. Он, конечно, любил подраматизировать и просто так, но закрадывалось сомнение, что и в этот раз всё так же просто…       Одно радовало - в лифте не было дурацкой музыки, которая обычно сопровождала поездки в отелях. Но из-за этого и мысли продолжали крутиться в голове. Старатель сказал, что они поссорились на тему геройства. Вероятно, он опять пытался продавить какую-то из своих идей, с которыми Тоя вечно был не согласен. Но слишком уж у пироманта убитый вид для простой рабочей ссоры. Да и Кейго он не отвечал на сообщения уже сутки, будто именно какие-то действия крылатого стали причиной. Знать бы какие именно!       Лифт остановился, привычно заставляя сердце замереть, ведь застрять в маленькой тесной коробке было бы просто отвратительно. Особенно в такой момент.       Тем не менее, опасения как обычно не оправдались, а двери раскрылись, выпуская Ястреба в не менее узкий коридор. Крылья пришлось сложить плотнее, совершенно лишаясь возможности прослушивать, что происходит вокруг. Раз, два, три, четыре, пять. Отсчитав количество дверей про себя, Кейго остановился перед единственной с ковриком. В этот раз тот был на своем месте. А соседей у Тои не было изначально, и слава Всемогущему.       Ключи пришлось достать так, чтобы те не звякнули, а в замочную скважину попасть с первой попытки, едва приоткрывая дверь и тут же запуская в квартиру несколько перьев. На всякий случай. Вдруг его там уже ждут?       Но его не ждали: ровное сердцебиение находилось в дальней комнате, окно в которой вечно было закрыто. Тоя там обычно спал. Святая святых, за проникновение в которую пиромант часто обещал "дать по клюву". Клюва у Кейго, конечно же, не было, но это не значило, что угроза была пустой.       И раз его не ждали, оставалось только сделать шаг в логово тигра, как можно тише закрывая за собой входную дверь. Немного неловко, что это было почти проникновение, но Тоя некогда сам ему дал ключи. И, видимо, прекрасно об этом помнил, судя по тому, что всё же выполз из комнаты, опираясь плечом о косяк. Дверь привычно закрыл, не давая заглянуть внутрь.       – Что же скажут СМИ про героя, который вламывается в чужой дом? – высокая концентрация ехидства и пугающая ухмылка. Тоя был в бешенстве.       – Не вламываюсь, а законно открываю дверь полученным на добровольной основе ключом, – Кейго потряс связку пальцами, тут же убирая её в карман, пока пиромант не передумал. С его импульсивностью это было вполне возможно. – Так ты правда сегодня проспал?       Кейго старался держаться спокойно, вести беседу естественно и не бесить эту бомбу замедленного действия даже случайно. Поэтому и крылья снова сложил, стараясь выглядеть как можно меньше и незаметней.       – Не надоело тебе бегать по поручениям моего старика? – а. До Кейго дошло. Лицо Тои прям помрачнело, будто весь мир готов разрушиться от происходящего.       – Я не бегаю по его поручениям, потому что я не его подчинённый, – не будь у Кейго личного интереса, он не сдвинулся бы с места даже ради своего спасителя и кумира, коим и был Старатель.       – Да что ты? А как это так получается, что ты не бегаешь по его поручениям, но оказываешься у моей двери каждый грёбаный раз, как мы с ним поругаемся? – ну. Это было сложно не заметить. И чудо, наверное, что Тоя не сделал этого раньше. Тем не менее, это всё ещё можно было списать на случайность - как минимум несколько таких происшествий действительно были простым совпадением, - что Кейго и собирался сделать, пока пиромант не протянул телефон. – На это посмотри, перед тем как в очередной раз мне соврать.       И Кейго посмотрел. На экране был открыт мессенджер. Не сложно было догадаться, что "старик", с которым был открыт диалог, это Тодороки Энджи. Не сложно было узнать и сообщение, которое Кейго тоже вчера получил: длинная затянутая паста про ссору, в конце которой была просьба поговорить с Тоей. Разница во времени между вопросом Тои и этим сообщением составляла ноль минут. Не сложно было сложить два плюс два. Имея привычку писать длинные сообщения сначала в заметках, чтобы обдумать слова получше, Старатель просто случайно выбрал не тот диалог, потому что он попался под палец из-за свежего сообщения Тои.       Кейго поднял обе руки, явно показывая, что сдаётся. Ситуация более чем объясняла произошедшее и отсутствие ответа от Тои в последние сутки. И это похоронно-мрачное выражение лица тоже.       – При всём моём уважении к твоему отцу, я не почтовый голубь, чтобы заниматься такими поручениями, – доказать, что ты что-то сделал намного проще, чем что ты чего-то не делал. Последнее вообще граничило с невозможным. – Однако не значит, что я за тебя не переживаю. И что бы там ни надумал…       – И что же я надумал? – можно было бы подумать, что доводить Тою до белого каления - а у него от раздражения даже голос стал ниже - это ошибка, но нет. Кейго с этим уже сталкивался. Лучше пусть взорвётся по очевидной причине, чем оставит всё в себе и пойдет драматизировать, накручивая себя ещё больше.       – Какую-нибудь хрень про то, что трахаюсь я с тобой тоже по поручению Старателя. Вынужден напомнить: моя гордость такого бы не пережила, а она мне, ты сам знаешь, дорога, – у них было много споров насчёт того, кто вообще снизу, пока они не пришли к некому компромиссу. Уж отдаваться по поручению Кейго точно бы не стал. И Тою в этот факт пришлось ткнуть носом.       – Очень оригинально, – передразнил Тоя самым неприятным тоном, потому что ему и сказать-то было нечего. Вместо этого он только обиженно скрестил руки на груди, так и не отпустив несчастный телефон. – С чего ж ты тогда в итоге соизволил подставить мне свою гордую задницу?       Ладно, не совсем нечего было сказать. Он просто хотел сделать это как можно более ядовито. У него почти получилось.       – Потому что в обмен я получил доступ к твоей, горячий парень, – Кейго, наконец, смог отпустить руки, чувствуя, что Тоя уступает. С его дурным характером и вечно просыпающейся неуверенностью напоминать очевидные вещи было чуть ли не единственным способом улаживать конфликты. – А теперь я хочу свои радушные утренние обнимашки, которых был лишён последние несколько дней из-за дежурства.       И Кейго расставил сначала руки, а потом крылья, прекрасно зная, как именно Тоя любит обниматься.       – Мудак, – констатировал пиромант, но в голосе уже почти не было обиды. Лишь так, лёгкий след, будто он хотел верить в очевидное, но загоны в голове всё ещё мешали.       – У меня хороший пример перед глазами, стараюсь держать планку, – ответом стала самая тёплая улыбка, на которую Кейго был способен. Хочешь поладить с Тодороки Тоей - не уступай ему в словесной перепалке. Ехидство, язвительность, сарказм, перевод стрелок. Не самые сложные приёмы, но самые действенные. А подманивание пальцами в расставленные руки было финальным штрихом во всём этом.       Тоя в ответ только закатил глаза, но да, сдался и сделал шаг в объятия. Даже обнял почти сразу в ответ, явно пытаясь выдавить лёгкие Кейго наружу.       – Терпеть тебя не могу, пернатое недоразумение, – лёгкое бурчание на ухо, по которому точно можно было понять, что Тоя успокоился.       – Обжигаешь, горячий парень, – весело отозвался Кейго, действительно прижимаясь к так полюбившемуся горячему телу и непривычному ощущению комфорта.       Тодороки Тоя был невыносим в той же степени, в которой был отличным парнем, прекрасным напарником, достойным противником и лучшей грелкой. За это Кейго его и полюбил.