~ Эффект бабочки ~

«Босс велел выманить Инджу и разрешил повеселиться» — Уво убирает телефон, скалится радостно предвкушая грядущую заварушку. Но едва успеваем выбрать удобное место для посадки, чужой меткий выстрел легко пробивает воздушный шар, и мы начинаем экстренно снижаться. Шалнарк ругается в полголоса, Фэйтан вцепился в борт, а Мачи нитками стягивает края пробоины, чтобы воздух выходил не слишком уж быстро. «Да чья же это была идея лететь на воздушном шаре обратно!» — так как Финкса с нами нет, то с честной совестью могу начать возмущаться вместо него. «Только рискни сказать «я же говорил» — процедил Фэй, глядя зло поверх банданы. Высота тут приличная — если упадем, то не разобьемся, конечно, но контузит знатно. «Хочу — говорю. Не хочу — не говорю. Беее» — показываю мужчине язык, и тут же быстро сбегаю от чужих цепких пальцев. «Да вы еще подеритесь!» — прикрикивает возмущенно Уво, ловя меня за загривок и поднимая в воздух. Фэйтан от второй руки Усилителя уворачивается, но все же угомоняется. Правда, по его взгляду, точно могу сказать — он мне это еще припомнит, в ближайшем будущем. Мстительный какой. Фи. — «Фэйтан, он ребенок — какой с него спрос? Но ты-то куда?» — гудит чужой голос. Я покорно провисаю в руках Увогина, всем своим видом показывая, что успокоился. Но все равно исподтишка демонстрирую китайцу неприличный жест. «Он не ребенок, а ошибка природы, которую я планирую исправить здесь, и сейчас!» — шипит азиат. Однако все же остывает. О, мы заходим на посадку! Господи, твердая опора! Выворачиваюсь из плаща, оставляя его в руках Увогина, и первым спрыгиваю на скалу. «Можешь начинать целовать землю» — едко цедит коротышка. Да-да. Пусть он и выше меня, но мне-то всего двенадцать! Я еще вырасту! А вот ему лишь дыба поможет. Ну, или ходули. Интересно, а у Хисоки есть? Он же вроде клоун — может, остались связи в цирке. «Вот только скажи ту глупость, о которой сейчас думаешь, и я тебя выпорю, не смотря и на что» — шипит Фэйтан, заметив мое задумчивое выражение лица. «Ты сегодня еще больший зануда, нежели обычно» — меня так и тянет снова показать язык, но сейчас-то наш палач легко его поймает, да и время на разговоры, если честно, подошло к концу. Внизу уже с визгом шин останавливаются машины мафии, а из них, как кучка муравьев высыпают люди в темных костюмах. — «Ух, ты, сколько их. Все за нами» — я упираюсь ладонями в колени, глядя вниз. «Ага. И все прибежали, чтобы тут сдохнуть» — смеется Шалнарк. Шизуку задумчиво рассматривает прибывающую галдящую толпу внизу, поправляя очки, Нобунага потирает подбородок, с легкой насмешливой улыбочкой — видимо тоже не высокого мнения о наших противниках. Ха, да что там думать-то. Мусор и мусор — как он есть. Ни ума, ни соображалки — только сплошное самодовольство и куча дерьма внутри. Шестерки мафии всего лишь тупое быдловатое мясо кое никому не жалко. И уж Геней Рёдан подавно. Как там говорил данчо? А, вспомнил. Лес рубят — щепки летят. Ко мне, отряхнувшись, подходит Мачи, легким движением руки дернув за косичку. Не люблю свои вечно стоящие дыбом, как у отца, волосы, и заставить их лежать ровно можно лишь на большой длине. Вообще стараюсь максимально не быть похожим на этого урода, подкинувшего меня тете. Мито-сан умерла, когда я был маленьким, а он даже не почесался приехать и узнать, как нам с бабушкой живется, козел! «Чур, они мои» — Увогин скалится весело и широко, кидает мне на голову мой же плащ. «Ну, Уво, мне же тоже скучно!» — тут же начинаю канючить, зная, что вставать в позу чревато. Препираться то можно, но вот потом на заднице сидеть нереально — руки у наших всех сплошь поголовно тяжелые, а повоспитывать меня — так это их хлебом не корми! «Цыц, мелкий. Самому мало» — Усилитель смеется и, встрепав мои волосы, спрыгивает вниз легко. Остается лишь насупиться возмущенно. Ненадолго впрочем — поболеть за него мне ведь никто не помешает! Да и в деле, Уво всегда лучший — мне у него еще учиться и учиться! «Не куксись» — Нобунага усмехается, устраиваясь на краю обрыва. «Кто-нибудь хочет сыгарть в карты?» — спрашивает Шалнарк, доставая колоду из-за пазухи. «Ты что Хисоку обнес?» — улыбаюсь не удержавшись. «Ага. Только тссс» — Шутливо подмигивает Манипулятор. — «Будешь играть?» «С тобой? Нееее, я пас. Опять в дураках останусь» — машу руками отрицательно. Спорить могу — Нобунага также идиотом выглядеть не хочет, поэтому не собирается садиться к остальным. Играть с Шалом просто атас — он же карты меняет только так. А Мачи просто везет нечеловечески. Сюда еще нашего фокусника бы для полного комплекта, да данчо, и мафия станет самой маленькой проблемой — потому что партия в карты, тут же превратиться в битву на выживание. Хисока безбожно кропит карты прямо в процессе игры, Шал — перетасовывает и подменяет, а Куроро такой зубодробительной математикой пользуется, что у меня мозги начинают кипеть. Мачи язвит, фокусник отвечает пошло, Шизуку тупит. Черт, скорее бы на базу. Сам не понял, как успел по всем соскучиться. Итак, несколько лет все вместе не собирались, а тут только увиделись и сразу на миссию. «Ну, дело твое» — белозубо улыбается Шал, сдавая по первой. Нобунага тем временем хлопает ладонью рядом с собой, и я тут же падаю на землю, готовясь наблюдать за работой настоящего профессионала. Хотя… какая там работа — так развлекаловочка. Это мне толпа большевата — самое оно для тренировки. Уво же они все так — размяться на полчасика. И то, только потому долго провозится, что много их как… не, муравьями не назову. Муравьи — они прикольные и работящие, а это и правда мусор. «Чего скуксился?» — сунув руки в карманы плаща по своему обыкновению, Фэйтан встал рядом, также смотря вниз с легким интересом. «Я не скуксился! Это ты у нас тут тучка-тучка-тучка» — тут же отворачиваюсь, складывая аккуратно плащ на коленях. Фэй медленно вынимает руку из кармана, заставляя покоситься на него настороженно. Но хотел бы бить — сделал бы это молниеносно, в скорости мне с ним еще долго не сравниться. А такие преувеличенно медленные жесты — как обозначение для своих, того, что опасности они не несут. Мужчина протягивает ладонь… а затем кладет мне на затылок. Горячий словно печка, это особенно хорошо чувствуется в ночной пустыне. Колючий такой, совсем не ласковый — чуть толкает головой вперед, но не сильно — иначе я бы полетел вниз прямо к Уво. Жесткие пальцы зарываются в волосы, тянут неприятно-болезненно. Невольно, улыбаюсь и чуть прикрываю глаза. «И я по вам всем тоже скучал» — проговариваю под нос, зная — Пауки услышат. Фэй за банданой хмыкает негромко, убирая руку обратно в карман, Нобунага толкает локтем и на миг приобнимает за плечо. Я действительно скучал. Так чертовски сильно, что даже пошел на экзамен вместе с Хисокой, лишь бы хоть как-то занять время до грядущей встречи. Но вслух в этом точно не признаюсь — уже не маленький, сопли распускать. Однако, словно, в ответ на испытываемые мною чувства, паук на плече под футболкой чуть теплеет и, кажется, будто шевелит лапками. Он много лет уже как зажил, сошел малейший след воспаления и краска больше не пачкает одежду, просачиваясь с сукровицей через кожу, а мне все не верится — я не один, у меня есть нечто, куда большее, нежели семья. Люди что просто и незамысловато оторвут голову за меня кому угодно, а также не будут ждать ни слов благодарности, ни призыва о помощи. Оттреплют, правда потом за глупость, но кого это уже волнует. В детстве, пока была жива тетя Мито — может лет эдак до трех, я еще верил в то, что родичи должны помогать друг другу. Но жизнь расставила все по местам. Мито-сан заболела, и сгорела за считанные дни, от привезенной моряками тропической лихорадки Я тоже заболел — но детский организм выкарабкался. Мы остались с бабушкой вдвоем. Вы знаете, как трудно расти на острове, без взрослого? Ба, уже слишком старенькая — она не много-то могла приносить в дом. А сам дом также требовал ремонта, ухода, оплаты всех счетов. Мы пытались писать моему отцу, но он не ответил, ни на одно из двух десятков писем. От Кайто — отцовского ученика я знал, что тот жив, и что он Хантер. Однако видимо из-за этого ни одно послание не могло его найти. Когда же бабушка тоже заболела, мне пришлось понять, что помочь нам можем лишь мы сами. К шести годам я уже неплохо занимался ремонтом, охотился в лесу, готовил, управлялся с домашними делами. Но это душило, особенно гладя на то, как остальные дети спокойно ходят в школу, играют, веселятся. А потом… я остался один. Ба была уже старенькая, ей пришлось крайне тяжело последние годы, и однажды, она просто не проснулась. Честное слово, на Китовом острове меня ничего не держало больше — дом собирались отобрать за долги, соседи это соседи, но лишний рот в доме никому не нужен. Однако куда податься в шесть лет? Тогда на пороге и появились… они. «Эээй, кажется это тут» — грубый мужской голос раздался с заднего двора — откуда-то со стороны леса, заставляя настороженно выглянуть из дома. Со дня на день должны были придти риэлторы, и мне, если честно, было пора сваливать, пока не забрали в приют. Однако, оказалось чудовищно трудно уйти из стен, где хоть когда-то но был счастлив. «Да, Майя всегда писала на этот адрес» — приятный бархатный голос принадлежал высокому брюнету в повязке на лбу. Рядом с ним оказался не менее высокий русоволосый мужчина в спортивном костюме, еще один низкий пацан в плаще (издали Фэйтана можно было принять за подростка, особенно если он в своих хламидах скрывающих фигуру) и девушка с розовыми волосами. «Не пойму, зачем было тащиться сюда?» — сплюнул низкорослый брюнет и цыкнул, оглядываясь неприязненно. Его явно приводила в раздражение пасторальная сонная картинка домика на окраине тихого городка. «Сестра Майи не писала последние три года. Я понимаю, что мы ей не нравимся, и она винит нас, но блядь — могла бы как раньше пару строчек черкануть. Мол — все пучком, не смейте приезжать уебки! А теперь пусть пеняет на себя, что снова наши рожи на пороге увидит» — русоволосый пнул камешек на дороге… а тот улетел так, что проломил старый ветхий забор. У меня мурашки по спине поползли от того насколько сильным для этого нужно быть. «Судя по состоянию дома, им уже довольно давно никто не занимается» — потер подбородок брюнет в повязке. — «В любом случае, Майя просила присмотреть за Мито, и хотя бы ради ее памяти мы должны проверить, что все в порядке» — я ушам своим не верил если честно. Майя — сестра тети Мито и моя… мать. А это… ее друзья? Мито-сан ни слова о них не говорила. Впрочем, она и про отца-то молчала, пока к стенке не припер фактами. Поэтому когда в дверь постучали — все-таки не кинулся наутек и не спрятался. Открыл. Может это еще говорила та вера в людей, что тетя и бабушка пытались мне привить. Но от их уроков становилось горько на самом деле сейчас. «Э…» — завис бугай в спортивном костюме. — «Ты кто?» — они все смотрели недоуменно, если честно. — «И где Мито?» — мужчина попытался сунуться в дом, но я уперся, вставая на пороге. «Тетя умерла. А вы кто?» — спросил, глядя исподлобья. Такой простой ответ заставил незваных гостей переглянуться. Брюнет в повязке присел на корточки передо мной. У него было странное лицо. Вроде он улыбался… а глаза оставались цепкими, и холодными как цветные стекляшки. «Мы ее… знакомые» — он словно в последний момент решил не врать, глядя мне в глаза. И правильно — прямую ложь я очень неплохо чувствую. «Меня зовут Куроро. Это Фэйтан, Финкс и Мачи» — мужчина даже в таком положении был выше, и смотрел сверху вниз немного. Казалось, будто рентгеном просвечивают. «Майя не говорила, что у нее еще родственники есть» — протянул тот, кого назвали Финкс. «Мама не говорила, что у нее есть друзья» — я ответил ему тон в тон мрачно. Мать я не видел никогда, конечно, и вообще меня тете сбагрил отец вроде как, после ее смерти, но им этого знать не обязательно. Мужчина, кажется, подавился — закашлялся он очень правдоподобно во всяком случае. «Че сказал?» — прохрипел «Че слышал» — я поджал губы. Брюнет по имени Куроро рассмеялся коротко на это. «Могу спорить — будущий Усилитель» — проговорил задумчиво. Однако глаза у него странно потеплели. «Оно и видно» — едко протянул Фэйтан. — «Одни инстинкты, и никакого чувства самосохранения» «Тише, Фэй» — Мачи положила руку на чужое плечо и подошла также ко мне. — «Ты с бабушкой сейчас живешь?» — голос у нее был достаточно спокойный, даже мягкий в чем-то. «Нет» — я мотнул головой в ответ, жалея, что открыл им. Но уже слишком давно не общался ни с кем, и было тоскливо, если честно. Они мне тоже не помогут, но здорово где-то внутри знать, что все-таки у мамы и тети имелись люди за них волнующиеся. Китовый остров — не ближний свет, сюда просто так мимоходом не заплывешь, нужно целенаправленно искать корабль, везущий груз в наш порт. — «Бабушка тоже умерла» «Какие-то родственники? Друзья семьи?» — быстро уточнила Мачи, хмурея на глазах. «Никого нет» — произнес невольно уже чуть более агрессивно на такие расспросы. — «Нечего меня жалеть» — в затылке ощутимо запекло. Эта жалость, всегда бесила до невозможности, потому, что жалеть-то все могут, а вот реально помочь — не дождешься. «Вот дела» — протянул Финкс и они снова переглянулись. — «Че делать будем? Майя вообще никому не сказал что родила! Те сколько лет? А впрочем, можешь не отвечать — сам скажу, что около шести-семи. Так учитывая, что эта сучка потом с нами еще шарахалась, пока ее не грохнули…» «…означает лишь то Финкс, что она прекрасно знала — с нами он только мишень» — закончила за него Мачи. — «Будь у меня ребенок, я бы его тоже подальше от всего этого дерьма упрятала» «Угомонитесь» — спокойно приструнил обоих Куроро и те, правда, разом замолчали, будто он был у них главным. А может и был — Люцифер всегда выглядел так, словно он стоит над окружающими. Странная аура, это, как ее… ха-риз-ма-тич-ность. «Маму… убили?» — у меня даже дыхание перехватило. Мито-сан никогда не рассказывала, как та умерла. Она много мне не рассказывала, судя по всему, моя добрая и прекрасная тетя. В ответ на этот вопрос, Куроро только переносицу потер устало. «Да. Ее убили» — сказал, тем не менее, честно. Я захлопнул рот и сжал зубы. Хотелось плакать, но еще больше — найти того кто это сделал. Брюнет тем временем не спускал с меня глаз. Внимательный, сканирующий взгляд. «Че будем делать данчо? Деньги сюда переслать не реально, да и кто потом докажет, что их пацан получил, а не кто-то левый» «Финкс прав — проблему надо решать, а таскаться сюда регулярно нам не с руки» — открыл, наконец, снова рот невысокий мужчина. К тому времени, я уже понял, что именно мужчина — от него пахло характерно-мускусно и еще… кровью с металлом. От них всех так пахло — даже ни как от охотников, но от кого-то несоизмеримо более опасного, не смотря на безобидную внешность. «О чем вы вообще?» — мне оставалось смотреть на них, ошарашено. «О том, что с тобой делать шкет» — фыркнул Финкс «Со мной не надо ничего делать. Сам разберусь» — мне хотелось выплеснуть свое раздражение от ситуации в целом, и я это сделал. Названные гости замолчали, разглядывая меня с разной степенью задумчивости. Что-то поднялось такое, от чего по спине мурашки побежали, а еще захотелось зашипеть в ответ. «Ты ж смотри, он твою ауру чувствует, Фэй» — Финкс сунул руки в карманы куртки. — «Звереныш еще тот, как будто со Свалки прямым ходом» — в чужом голосе слышался неподдельный интерес. — «И че делать будешь?» — он склонил голову набок. «На континент отправлюсь» «Так не пойдет» — качнул головой Куроро. Глаза у него потемнели до черного почти. «Мы не альтруисты — брать его с собой. Тем более, он уже взрослый и мозги придется промывать качественно» — процедил коротышка из-за банданы. «Однако мы виноваты в том, что Майя мертва. Я виноват» — эти слова, сказанные негромко, заставили всех снова замолчать. Он протянул вперед ладонь — с длинными пальцами, покрытыми множеством старых мелких порезов и мозолями. Чужая рука, не смотря на холеный вид мужчины, была похожа на мою слишком сильно — чертовски сильно. — «Как на счет отправиться на континент с нами? Мы найдем тебе жилье и обеспечим деньгами» «Не нужны мне ваши деньги» — я понимал, что это поможет мне выжить, но что-то внутри, тот мальчик Гон, коего воспитывала Мито-сан, не мог вот так сесть на шею незнакомым людям. — «Сам заработаю» — однако, до того как он убрал руку, я вложил пальцы в чужую ладонь. — «Но до континента, так и быть, с вами отправлюсь» — эти слова вызвали вспышку смеха со стороны Финкса. «Договорились. Сотовым телефоном пользоваться умеешь?» — бархатно уточнил Куроро, сжимая мои пальцы твердо. Я кинул в ответ. Чего там не уметь. — «Вот и хорошо. Значит, если что, сможешь с нами связаться» — он улыбнулся. Мне же вдруг представилось, что, из чужой ладони вытекает нечто… н е ч т о. Как теплая вода, как невидимая перчатка. Показалось, где-то за плечом, я снова ощущаю тетю Мито. Она положил мне руку на плечо и поцеловала в макушку, а затем исчезла окончательно — даже малейшее ощущение чужого присутствия, держащее меня в этом доме, пропало. Плечо вспыхнуло огнем тот же момент. Помню удивленный взгляд своих гостей. Кожа на плече лопнула — взорвалась буквально, обдавая всех алыми брызгами, а я не мог все отпустить чужую ладонь. То «нечто» перетекало из мужчины в меня, билось под кожей, до крика почти, однако я не мог и звука произнести. Словно потеряю нечто чудовищно ценное, проснувшееся внутри, если проявлю слабость. Куроро смотрел не мигая. Он также как остальные был удивлен, однако с места не двинулся. Мы замерли, вцепившись друг в друга, лишь чужие пальцы все сильнее стискивали ладонь. Стало чудовищно холодно. Будто все тепло из тела вытекало, и мир засветился едва видимыми цветными дымками. А от меня шел пар, заставляя чувствовать себя все более опустошенным. «Закройся» — проговорил одними губами брюнет. Уже позже узнал, что помочь мне он не мог. Или я справился бы сам, или умер прямо там. Я выдохнул тяжело в ответ, едва стоя на ногах уже. Из последних сил обернулся в тепло — в свое и чужое, что текло через меня, обернулся как теплым одеяло… а затем начал падать. Но меня поймали. Руки у Куроро оказались чудовищно сильными, стальными почти. От него пахло хвоей и лимоном через металл и кровь, от этого запаха кружилась голова. «Кажется, он все-таки отправится с нами» — тот, кого я позже принял своим лидером, стянул пропитанную кровью ткань с моего торса, разрывая ее, как бумажную, пальцами. На плече пульсировало болезненно обнаженное до мышц мясо — будто кто-то снял кожу ножом, вырезая на теле рисунок… рисунок паука. «Майя… она ведь была уже в труппе, когда забеременела, судя по его возрасту» — произнесла неуверенно Мачи, доставая из сумки бинты и перекись. «Очень интересно» — коротышка неласковыми горячими руками тут же залез в рану, ощупывая ее. — «Есть след ауры. Твой, Куроро» «Ни одна из наших девушек не беременела ни разу еще. Я не знал, что моя техника клеймит настолько… сильно» — они не паниковали, не были испуганы, скорее заинтересованы. А Люцифер еще и… восхищен. — «Думаю малыш, ты отправишься с нами. Пауков не так много, чтобы разбрасываться родичами» — чужая ладонь тыльной стороной вытерла испарину с моего виска. У меня не было сил даже говорить. Больно, непривычно, странно. Все что я мог тогда — закрыть глаза, спустя много лет недоверчивости и одиночества, вкладывая свою жизнь в чужие руки.