Отчаяние

Он вновь шел в кабинет. "Яблочный малмелад" — фыркнул он. Подъем по лестнице. —Студент пропал. — Загулял,— отмахнулся Северус. —Неделя, Северус. — Я при чем? —привычно огрызнулся мужчина. —Ну-ну, не стоит так остро... Ты один из лучших боевиков, нет? — Мягкая улыбка выводила из себя. —Да, Альбус. —Координаты — вот. Северус принял переданные отметки. Глянул на карту. Глянул на старика. —Окружность в полкилометра, как мне искать этого загулявшего?! —Ну ты же специалист. — мягко улыбнулся Альбус. Снейп скрипнул зубами. —Хотя бы пару людей с вашего ордена! —Нашего, Северус, нашего... — мирно улыбаясь, ответил старик. Он нахмурился. Сильнее, чем всегда. Аппарировал по первому кругу. Прочесывая Лондон, самые злачные места, самые непримиримые в бандах точки... Пара трупов от авад, с десяток нокаутированных. Будто собака для розыска всех сбежавших студентов, пес на цепи. Сдругой стороны, а кто еще?... Северус вздохнул, сжал губы. Он найдет. Как всегда появится за спиной, фыркнет, отпустит язвительный комментарий, сопроводит, точнее, затолкает в общежитие факультета. Он приблизился к центральной точке. Тишина. Неприятно. Рука чуть дрогнула у бедра — готовность на двенадцать из десяти. Пальцы в треморе. Заброшенное здание. —Экспекто Патронум! — но шепотом. — Альбус, нашел, но напоминаю, я не розыскной пес для студентов! Лань ускакала в небытие. Он пинком отворяет полуразвалившуюся дверь. Затхлый, мерзкий, грязный запах. Кроме глупых маггловских подростков здесь бывают и другие. И взрослые, и волшебники. Никто не застрахован от соблазна. Он лишь фыркает. Почти неслышно. Люмосом отвещает путь. Внезапный удар вбок, перекат, любимый плащ теперь в пыли. Он резко вскакивает на ноги, целясь в пустоту палочкой. Молчание. —Э, дурной, что ли? —Тцы, хозяин предупреждал, могут заявиться эти, как их... Ро... Рили... Ролепла... —Ролиплейщики! — уверенно выдает третий, подошедший за "друганами" бомж. —И че мы с ни... Трехкратная "авада" — три трупа. Северус не страдал человеколюбием. И не наслаждался этим богомерзким качеством тоже. Зато эти отбросы показали то, откуда они вылезли. Северус брезгливо пнул крышку люка. "Очередной магглохерпоймикто приключений ищет, а я найди, спаси, приведи. Чтоб тебя твои бубенчики да в рот через то отверстие!" — мысленно ругался Северус. Спустившись ниже и поплутав по лабиринтам, естественно, приложив большинство обитателей той же "авадой", он остановился перед дверью. Из тяжелого дерева, но склизкая, поросшая мхом, лишайником и некоторыми полезными в зельеварении растениями, она в принципе впечатляла. Но лишь обычных людей. —Бомбарда Максима, — под нос прошептал Снейп, направив палочку в дверь. Архитектурное сооружение застонало, выгнулось влажными панелями древесины, но все же сдалось, разлетевшись в мерзкие влажные щепки. Он вошел внутрь. —Мистер Редфорд, я не нянька. Немедленно явитесь! — глубокий, но грубо звучащий голос заполнил аменные своды канализации. — Редфорд! — И.. те... у.. йеа!..— отзвук донесся чуть дальше по коридору. Фыркнув, он пошел на звук. Конечно, в городе процветали нетрадиционные...методы развлечений, но чтоб студенты?... Дверь, полукруглая и не особо высокая, грубо сколоченная из замшелых досок. Пинком он распахивает ее, заходя и открывая рот для отповеди, но... Закрывает, подбирая челюсть. "Кто, блядь, кто? Кто мог, зачем, для чего?!" — роятся в голове мысли. Перед глазами гротеск, иначе не назвать. Пропавший студент, да, вот только явно не для того, чтобы познать запретные удовольствия. Распятый на кресте, с дополнительными распорками, со штырями. Извращенная интерпретация схождения ангелов. Вот только "ангел" тут один. Кровавый ангел. Обратная бабочка. Как ни назови — менее мерзко не станет. Вывернутые наружу ребра, капельницы, минимум штук 5. Маньяк не хотел, чтобы его "ангел" умер быстро. Выколотые глаза, на правой щеке слизь, как след, будто вели ножом. Живот разодран несколькими рывками, криво, резко, садистически. Кишки юноши вытащены и в какой-то своей схеме разложены по редким столам. Повешены по стенам. Кишечник длинный, он позволяет многое. Несколько петель-не-петель сделаны на гвоздиках, которые в свою очередь вбиты в миленькие обои в цветочек. Снятый скальп. Еле слышный хрип. Сердце специально бьется, поддерживаемое стимуляторами, магией и кровью, даже несмотря на разорванные ребра. — Се... У... Й... Мгновение он колеблется. Но ни спасти, ни наказать, ни пойти по следу, как бы ему не хотелось... — Авада Кедавра!