Первое впечатление

Каждая пара по эльфийской истории заканчивалась одним и тем же вопросом: «У вас остались какие-либо…?», но он оставался не услышан, потому что студенты уже начали шуршать, закидывая тетради в сумки и уходя из аудитории. У Соласа было своё видение предмета, отличное от большинства. Многие были с ним не согласны, ведь это не то, чему их учили раньше. Однако он всегда был открыт к дискуссии, но не похоже, что это хоть кого-то интересовало. Учащиеся считали, что он говорит какую-то чушь, при этом заставляя их учить её же. Официальная версия событий на его экзамене — не больше, чем «удовлетворительно». Больше, чем попасть к нему на пересдачу, они боялись, что кому-то он попадётся научным руководителем. Был очень узкий спектр тем, за которыми закреплён он, но их не выбирали уже несколько лет. Когда преподаватели приносили список тем, то первое, что у них спрашивали, какие темы отдают профессору Соласу? Эллана, сидя в конце аудитории, навострив длинные уши, слушала это и вписала свою фамилию возле одной из озвученных тем. Преподаватель вопросительно посмотрел на неё: «Ты уверена? Она у…» — Профессора Соласа, — сказала Лавеллан, кивая, — я знаю. После очередной пары и вопроса без ответа, Эллана собирала вещи медленнее, чем обычно; ждала, пока в аудитории останется меньше людей. Профессор быстро складывал свои листы в дипломат. Эльфийка часто обращала внимание на его пальцы, мелом записывающие даты на доске, то, как он потом вытирает их друг об друга, чтобы смахнуть крошки, но ей никогда не доводилось ранее увидеть их ближе, чем с расстояния в пару метров. Тонкие, с различимыми сине-фиолетовыми венами. — У меня есть вопрос, — сказала она, остановившись напротив кафедры. Солас моментально оторвался от листов, оживившись. — Да? — Хочу уточнить, правильно ли я поняла смысл… — она показала ему тему, которую взяла. — А, не по лекции, — немного раздосадовано сказал Солас, — поменяйте лучше тему. Эллана непонимающе на него посмотрела. — Я не планировал оставаться преподавателем в следующем семестре. Не думаю, что будет правильно бросать вас на половине пути, — он покашлял в руку и, взяв сумку, направился к выходу из аудитории. — Почему? — сама того не ожидая, спросила она. Солас остановился. — Не думаю, что это ваше дело, конечно, — он печально улыбнулся, поворачиваясь к ней. Улыбнулся… Её сердце от волнения забилось быстрее. Во время первой лекции он также улыбался. Все говорили, что профессор Солас ужасен, но в тот момент он показался ей весьма милым. Со всеми поздоровался, держался расслабленно. Потом, поддаваясь «эффекту первого впечатления», Эллана пыталась понять, за что его недолюбливают остальные, но не выходило. — Не смог реализоваться в науке. Уйду в другую сферу, более перспективную. — В какую? — Это точно уже не ваше дело, — он потёр шею через воротник водолазки. Казалось, что диалог завершился, но при этом никто из них не спешил уходить. С другой стороны, что им терять? — Ваши лекции были интересными. Я бы очень хотела поработать с вами. — Вы пытаетесь отговорить меня от ухода? — он хрипло посмеялся. — Не думаю, что однокурсники поблагодарят вас. Эллана пожала плечами и неловко улыбнулась. Так он знает, как к нему относятся. Теперь каждая их встреча в коридоре сопровождалась небольшим кивком. Подходить к нему с вопросами во время этого Лавеллан не представлялось разумным. Вдруг он посчитает её слишком навязчивой? Однако каждый раз после лекций она задерживалась в аудитории, чтобы поделиться мнением о прочитанном. Тот внимательно слушал, рассказывая, что сам думает по поводу написанного. — Он же расист, зачем ты разговариваешь с ним? — спрашивали у неё подруги. — Это единственный умный расист, которого я встречала, — посмеялась Эллана. — А ещё с красивым голосом и вообще сексуальный? — С последним хочу поспорить… — неуверенно сказала она, понимая, что профессор Солас начинает становиться для неё симпатичнее. — Если бы ты не была эльфийкой, то он с тобой говорить не стал бы даже. — Ну хоть какой-то плюс быть угнетаемым народом. Она не рассказывала своим подругам о том, что происходит у них, потому что нечего: просто обсуждают общую работу. Но они начинают надумывать, будто между ними есть что-то кроме эльфийской истории. — Вы каждый раз остаётесь вдвоём в кабинете за закрытой дверью. Эллана даже слушать не хотела. Ничего не было. Кроме того, что после каждого обсуждения она пытается найти ещё что-то спорное и интересное, чтобы было о чём говорить в следующий раз. Интересно, а как он относится к неформальному общению? Если профессор Солас и вправду хочет уйти с должности, то разница в социальных статусах у них окажется минимальной. Почему она вообще об этом думает? Даже если он не будет её преподавателем, он все равно останется сорокалетним мужчиной, у которого может быть семья… Тот ни разу даже не давал намёков, что заинтересован в ней больше, чем в студентке. — Как думаете, возможны ли отношения между студенткой и преподавателем? — Только если они не влияют на учебный процесс. — Давайте сходим попить кофе? — Эллана! — удивлённо воскликнул Солас. — Что?.. Я всю ночь не спала, — объяснила девушка, но только через пару мгновений поняла, как это выглядит со стороны, — я ничего не имела ввиду! Вы мне нравитесь, вернее, не нравитесь… Нравитесь, но не в романтическом плане, наверное. Не уверена. После каждого сказанного предложения Лавеллан чувствовала, что начинала чувствовать себя всё хуже. — Я, пожалуй, пойду… — Если пить кофе, то я с вами, — сказал он, а потом добавил: — я тоже почти не спал сегодня. В кофейню рядом с университетом каждую перемену бегали студенты. Большинство даже не заказывали себе ничего, а просто «за компанию». Когда они дошли до неё, то Эллана хотела было зайти внутрь, но Солас её остановил. — Давайте до другой дойдём; там людей меньше. Эллана кивнула. Куда бы Солас не позвал её, она пойдет за ним. Оказалось, что с другой стороны здания есть ещё один вход. Если бы девушка была одна, то она бы уже ушла из этого места. Слишком мрачное и много всего. Пройдя мимо каких-то торговцев, продающих все, что криво лежит, они зашли в место, напоминающее средневековую таверну. — О, Фен… — сказал бармен, но после кашля профессора исправился, — Солас. Давно не заходил уже. Как обычно? — Нет, кофе, — он кивнул на висящее меню, — выбирайте. Эллана подумала, что обращаются не к ней, поэтому ничего не ответила, а только глупо помялась с ноги на ногу. — Мы же за кофе сюда пришли, — сказал он, смотря на неё. Судя по меню, кофе точно не основное, что продают в этом… баре. По-другому и не назовёшь. На стенах какие-то фрески. — Раф. — Эспрессо и раф, — повторил профессор для бармена чуть громче. Их его уст «раф» прозвучал как лай. Эллана начала смеяться. Солас непонимающе на нее посмотрел. — Он назвал вас волком? — приставив указательный палец к губе, спросила Эллана. — Вы знаете эльфийский? Приятно удивлён. — Совсем нет. Только пару фраз. Признаться, до прихода в университет она даже этого не знала, но профессор во время лекций говорил фразы на эльфийском без перевода и ей было любопытно узнать их значение. Но её обучение закончилось на алфавите и базовых словах. — И все же, почему именно Волк? — Прозвище из молодости. Псевдоним. Называйте, как хотите. У меня была татуировка с волком. — Ого, а где? — спросила Эллана, внимательно рассматривая все открытые участки кожи. — Я, конечно, был бунтарём, но мне хватило ума выбрать место, которое можно закрыть одеждой, — прикрыв глаза, расплылся в улыбке и сделал очередной глоток, — когда-нибудь увидите. Что он подразумевает под «когда-нибудь увидите»? Солас правда хотел прийти на занятия не в водолазке, а чем-то более открытом, но так и не смог заставить себя. Все же для него она была болезненным воспоминанием. Не хотелось, чтобы кто-то лишний раз обращал на него внимание. Эллана закончила с работой быстрее, чем он предполагал. Первое время она уходила из аудитории, ничего не говоря ему. В целом, это логичный этап развития их отношений. Общая работа закончена, больше его помощь не требуется. Но почему-то Соласу было приятно, что его мнением наконец-то начали интересоваться. Наверное, будет неправильно пользоваться своим положением… — Эллана, подождите, пожалуйста, — остановил он, когда та быстро пробежала перед его кафедрой, — по поводу вашей работы. В итоге сошлись на том, что стоит вновь вместе выпить кофе. — Отказ никак не повлияет на вашу успеваемость, dirthavaren, — Солас переходил на эльфийский, когда не был уверен в том, что говорит. — А согласие? — Как бы мне не хотелось обратного, но тоже. — Может, сходим куда-то на выходных? — вдруг выдала Эллана. — Это приглашение на свидание? Она кивнула, ужасно чувствуя себя из-за того, что весь этот диалог происходит в стенах университета. Эльфийка сидела на скамейке в парке и ждала профессора, читая. — Ты читаешь мою лекцию? — рассмеявшись, спросил подошедший, садясь рядом. — Нет! — девушка быстро захлопнула тетрадь и убрала её в рюкзак. — Вы же… — Уже можно на «ты». Эллана несколько раз попробовала обратиться так, но каждый раз все равно переходила на уважительное общение. — Я думала наконец-то увижу татуировку. Сейчас одежда Соласа практически не отличалась от той, в которой он ходил на пары: водолазка и кофта. — Тогда я сказал об этом для красного словца, — объяснил он, — её уже давно надо было свести, но я не могу найти силы заняться этим. Весь день они гуляли по парку. Погода чудесная, поэтому из него не хотелось уходить. Иногда Лавеллан думала о том, чтобы взять его за руку, но что, если для него это просто дружеская прогулка? Солас открывался с новых сторон. Оказывается, он разбирался в огромном множестве тем, а не только эльфийской истории. Наверное, это позволило Эллане посмотреть на него не только как на своего профессора. Вечером он позвал её перекусить. Крыша. Вид на город. Они вдвоём. — Вау… не могу найти слов, — сказала Эллана, когда они поднялись, а официант ушёл. — Ты думала, я не приглашу девушку в красивое место? — Ну, вообще-то пригласила я… Мне стоило лучше продумать маршрут. Солас улыбнулся и покачал головой: ты сделала шаг, я делаю следующий. Но все же больше всего её удивило, что за весь день он ни разу не притронулся к ней. — Я хорошо себя контролирую. Эта фраза крутилась у неё в голове, пока она лежала на его кровати в одном нижнем белье. После ужина девушка напросилась к нему домой, сославшись на то, что далеко живёт и просто не сможет доехать. Солас предложил оплатить такси, но он уже «много потратил на неё». Тяжело вздохнул и всё же разрешил переночевать у него. Оказалось, что он живёт в шаговой доступности от университета. Один. Без жены и детей. Их вообще у него никогда не было. Очевидно, что Эллана получила намного больше удовольствия, чем он. Для неё это был первый опыт отношений подобного плана с мужчинами и Солас сделал всё, чтобы она, даже если будет жалеть об их отношениях, то точно не жалела бы об этой близости. Было странно на следующий день сидеть на его лекции, смотреть на руку, выводящую даты мелом, и вспоминать, что под водолазкой скрыта татуировка с волком, берущая начало в локте, а заканчивающаяся только на шее. И чувствовать боль в ногах. Для других студентов с потока Эллана, задерживающаяся после пары на всю перемену, стала уже привычным зрелищем. Вокруг неё начали ходить слухи среди студентов. Если в начале года она могла только смеяться с того, какие они глупые, то сейчас реакция сменилась на смущение. Когда они снова остались наедине, то она, обойдя кафедру, потянулась за поцелуем. — Эллана, — профессор приподнялся на пальцах, чтобы она не доставала до лица, — не здесь, не сейчас… Перебраться в квартиру Соласа было одним из лучших решений в её жизни. Теперь дорога до университета занимала меньше десяти минут. В общежитии она сказала, что решила переехать поближе, но на все вопросы уклонялась от ответа. Этому она научилась у Соласа, тот тоже редко говорит прямо. Вообще он многому её научил. И сейчас не только про эльфийскую историю. Также спустя несколько недель совместной жизни она узнала, что Фен`Харел — его творческий псевдоним. Он даже известен в узких кругах, но из-за преподавания количество работ значительно уменьшилось. — Побудешь натурщицей? — вдруг спросил он за завтраком в выходной. Лавеллан сразу согласилась. Когда он попросил её раздеться, она подумала, что это такая подводка к близости, но Солас даже вышел из комнаты на время, пока девушка снимала одежду. А вернулся с холстом и мольбертом. — Мне некомфортно из-за того, что ты всё ещё в одежде, — сказала она спустя пару минут сидения в разных концах комнаты. — Ты понимаешь, чем это закончится, если я тоже разденусь? — А как же «я хорошо себя контролирую»? — Подловила, — сказал Солас, начав стягивать футболку. Он выглядел слишком хорошо для человека, который был старше, чем она в почти два раза. Солас и вправду себя хорошо контролировал, в отличие от Элланы, которой стало только сложнее спокойно сидеть. — А ты выложишь эту работу на свою страницу? — вдруг поинтересовалась она. — Чтобы кто-то узнал, что я видел свою студентку без одежды? Конечно, — явный сарказм. — Рисуй без лица, только тело. — У тебя чудесное лицо… и тело. Неправильно будет что-то из этого игнорировать. — Ты же под псевдонимом работаешь. Или только я ничего не знала? — Не знаю насчёт остальных, но Митал точно знакома с моим творчеством. Эллане показалось, что её имя ему было сказать тяжелее, чем какое-либо другое. Однако она не стала заострять на этом внимание. — Профессор Солас, — задыхаясь, сказала эльфийка, забежав в аудиторию, — извините за… — Эллана, опаздываете. Экзамен уже начался. Сначала письменная часть, потом личные собеседования. Лавеллан заканчивала последней, почти все уже вышли в коридор повторять билеты. — Что в третьем? — чуть слышно обратилась она к Соласу, стоящему рядом. — Я же говорил, что твои действия никак не повлияют на успеваемость, — прошептал он ей на ухо. Одногруппницы были удивлены, что он ей не помог, когда она в коридоре пожаловалась, что не смогла вспомнить какого-то командира армии. Эльфийка только пожала плечами: «Я же говорю, что мы никто друг другу». Врать она тоже научилась у Соласа. Но у него все же получалось изящнее. Её сначала отправляли на собеседование первой, но Эллана пыталась всячески оттянуть этот момент. Солас давно выбился за регламент проведения экзамена. Когда всё же настала её очередь, то за окном начало смеркаться. Зайдя в аудиторию, Эллана на один оборот повернула замок на двери. Это точно не ускользнуло от внимания Соласа, но никак комментировать не стал. — Номер билета, — серьёзно сказал он. Эллана дотронулась до его руки, но он, выдернув её, убрал под стол. — Без самодеятельности. Номер билета, — настаивал Солас. Вздохнув, эльфийка назвала двухзначное число. Солас записал и задал теоретический вопрос. Эллана начала пересказ того, что запомнила за пару часов сидения под дверью, но все сводилось к первой эльфийской кампании, которую она выучила лучше всего. — Достаточно, — оборвал Солас и потянулся за зачёткой. Эллана заметила, что он колеблется над её оценкой. — Даже несмотря на всю скудность ответа, он лучше, чем у большинства одногруппников. Это нечестно будет по отношению к тебе, — а потом исправился: — вам. — Ставьте «удовлетворительно» и пойдём домой, — сказала она. — Зачем тогда дверь закрыла? Вскоре она уже сидела на столе, обхватив его талию ногами, а он, держа пальцами подбородок, целовал её. Солас понимал, что все, что он делает эти полгода — неправильно, но ничего не мог поделать. Желанию близости он проиграл ещё в тот момент, когда согласился с ней писать работу. Через пару минут раздался стук в дверь. Лавеллан моментально напряглась, пусть и понимала, что дверь закрыта. Солас призвал быть потише, зажав свободной рукой ей рот. — Есть расчёска? — поинтересовалась девушка, когда они закончили, и она увидела в отражении свои растрепанные волосы. — Серьёзно у меня её просишь? На следующий день однокурсник поделился, что забыл зачётку на столе, а когда вернулся, то дверь уже была закрыта, причём свет включён. Эллана только пожала плечами, когда она закончила, профессор ещё что-то заполнял в кабинете. Опять ложь. Они ушли вместе. Девушка ждала его перед кабинетом администрации. Солас вышел, улыбаясь, и держа перед собой заявление о собственном уходе. Как же мало бывает нужно для счастья. Тогда он впервые обнял её перед другими людьми. Но то были, скорее, объятия благодарности, а не романтические. Первый раз за несколько месяцев Эллана проснулась не от поцелуя в лоб, а какого-то шума. Он что-то искал. — Что ищешь? — сонным голосом спросила она. — Уже нашёл, — ответил он, держа какую-то папку, — sule tael tasalal. Поцеловав её на прощание, он вышел из квартиры. Тогда Эллана ещё не нашла записку на кухонном столе и не знала, что это был последний раз, когда она его видела.