Страдания ради чего?

В мире, который кишит охотниками за головами и убийцами, рождается мальчик по имени «Филл Фаул». его отца и мать убили из-за долгов когда он был ещё 10-ти летним ребенком, тем самым убив Филла внутри. Он был вынужден рано повзрослеть и приспосабливаться к жизни, стараясь не попасться на глаза охотникам, так как они бы точно схватили его и продали в какое-то рабство. Если повезет то просто бы убили из-за долгов семьи. Филл всегда был странным, всегда отличался от других. Конечно, потеря родителей на него очень повлияла. Филл достиг 14-ти лет. Юноша был невероятно красив: бледная кожа потому что он почти что не выходил на улицу из-за страха. у него были кудри, зелёные глаза, правда он был очень низким и хрупким. Так как Филл уже достиг 14-ти летия он всё таки решился стать «Белым охотником». можно сказать, что это противположность обычных охотников за головами. Белые охотники считали, что убивать людей буквально ни за что – ужасно. Хотя так и было. Любые охотники становились ими в 14, по другому нельзя. Ты либо становишься кем то из них, либо же умираешь самой мучительной смертью от рук убийц. —Ты уверен, Филл? – Спросил парень по имени Дерик, смотря на 14-ти летнего юношу. —Уверен. – Ответил тот, глядя своему единственному знакомому в этом суровом мире в глаза. Другого выхода не было. Он не хотел умирать. Да кто вообще хочет? —Ладно, иди за мной. Дерик проверил, не увязался ли за Филлом кто-то, а потом быстрым шагом зашёл в какой-то подвал, уводя юношу за собой. Подвал был так называемым убежищем для дерика и таких как филл. Старший закрыл дверь, а потом провел его в помещение. На вид оно было очень старым, как будто бы ему лет 60. Стены были из кирпичей, а пол из досок. помещение на удивление было очень даже чистым. Дерик вытянул из пола одну доску, под котрой лежало несколько стилетов. Он вручил его в руки Филлу. —Знаешь как пользоваться? – Спросил тот. —Немного. —Это уже неплохо. Я уверен, что ты станешь тем, кого будут уважать и боятся все охотники. Ты станешь непобедимым, по тебе это видно. А ещё.. Дерик дал младшему в руки маску. Как у Арлекино. —Тебя не должны узнать. всегда носи её. Потом он снова вставил доску в пол. —Но не думай, что всё будет так просто. Оебе придётся усердно стараться что бы тебя не прикончили как только ты выйдешь в свет. А в Трелен¹ тебе вообще нельзя, понял? —Да знаю я, я не настолько глупый. —Искренне на это надеюсь. Иди обратно, нельзя тут долго находиться, это опасно. Нас могут обнаружить. Он открыл дверь и быстро провёл Филла, а потом исчез. Филл получил оружие. хоть у него и мало опыта, он всё равно мог хоть как-то защищаться. Как только Филл пришел обратно к себе домой он пример маску Арлекино. Хотя, это место даже домом не назвать. Просто его убежище, ему же надо прятаться от ОЗГ². ¹– Трелен это один из самых небезопасных городов. ²– ОЗГ это охотники за головами. сокращ. Филл осторожно снял маску и положил её на старый стол, единственный предмет мебели в его укрытии. Маска, с пустыми глазами, словно насмешливо смотрела на него. Он вздохнул, провёл рукой по лицу и опустился на пол. Внутри всё было как будто наэлектризовано. Впервые за долгое время у него появилось нечто, что можно назвать шансом на выживание, но легче от этого не становилось. Оружие лежало рядом, блестя в тусклом свете свечи. Стилет был лёгким и, казалось, идеально подходил к его тонким пальцам. Но его холодный металл будто бы отталкивал, словно напоминая, что это не просто инструмент, а средство для лишения жизни. —И как они вообще с этим живут? – пробормотал он себе под нос, проводя пальцем по острому лезвию. Он поднялся на ноги и подошёл к окну, осторожно отодвинув старую тряпку, служившую занавеской. Снаружи был вечер, улица пустовала. Только редкие огоньки освещали дома и переулки. Филл знал, что до утра он не сможет выйти — ночью опасность возрастала. Те, кто искал добычу, предпочитали работать в темноте, и мальчик был слишком уязвим, чтобы рисковать. Вернувшись к столу, он ещё раз посмотрел на маску. Она казалась одновременно знаком свободы и тяжёлым бременем. Её ношение означало, что он вступает на путь, с которого уже нельзя свернуть. В этом мире нет полутонов: либо ты хищник, либо жертва. Филл опустился на кровать, вернее, на старый матрас, покрытый дырявым одеялом. Сон не приходил. В голове крутились мысли о том, что будет дальше. Ему придётся учиться жить иначе, быстрее, хитрее, сильнее. Но что это за жизнь, если каждый день – борьба за выживание? Он провёл рукой по волосам и посмотрел в потолок. Филл понимал, что завтра станет началом чего-то нового. Пусть страх всё ещё цеплялся за него, он знал одно: другого выхода просто нет. Филл проснулся среди ночи от странного ощущения. Как будто кто-то наблюдал за ним. Он резко сел на матрасе, сердце гулко стучало в груди. В помещении было тихо, только свеча догорала на столе, отбрасывая странные, колеблющиеся тени на стены. Но одна из теней выглядела... иначе. Она не двигалась вместе с пламенем, а будто жила своей жизнью, наблюдая за ним из угла комнаты. Филл замер, не отрывая взгляда от этой тени. Она начала меняться, принимая форму, напоминающую человеческую фигуру, но искажённую, как будто нарисованную на воде. Фигура молчала, но сделала шаг вперёд. Полы её «тела» были размыты, словно дым, но глаза, если это можно было назвать глазами светились тусклым синим светом. Тень остановилась. От неё донёсся голос, глубокий и гулкий, будто он шёл из самого воздуха: —Я здесь не ради твоей жизни. Я здесь ради твоей судьбы.. Филл не знал, что сказать. Его охватил ужас, но и странное чувство любопытства. Что это? Существо? Призрак? —Ты боишься, – Продолжила тень. –И правильно делаешь. Мир, который тебя окружает, – это лишь малая часть истины. —...Что ты имеешь в виду? – Нахмурился Филл, хотя страх сковывал его мышцы. Тень подняла «руку», и вокруг комнаты начали проявляться странные символы, будто бы горящие на воздухе. Они светились мягким голубым светом, окружая Филла со всех сторон. —Тебя зовут Филл, но это имя – лишь оболочка. Ты – носитель силы, которую давно потеряли эти земли. Твоя кровь хранит то, что ищут и боятся. —Что?.. Что за чушь? — Филл почувствовал, как его голос срывается. — Не перебивай. Ты скоро всё поймёшь. Пока знай одно: за тобой охотятся не только из-за долгов твоей семьи. Есть те, кто знает, кем ты можешь стать. И если ты не научишься управлять собой, ты станешь оружием в чужих руках. Тень приблизилась, её светящиеся глаза вспыхнули ярче. —Но я могу научить тебя. Я могу помочь. Филл отступил на шаг, не зная, верить этому существу или нет. Всё это казалось нереальным, как дурной сон. —Зачем? Почему ты хочешь помочь мне? – спросил он. —Потому что твоя судьба связана с моей. И с этим миром. Всё, что ты видишь вокруг, рушится. И только ты можешь решить, сохранить его или уничтожить. Филл смотрел на фигуру, не в силах произнести ни слова. В голове звучал один вопрос: А что, если она говорит правду? Тень медленно начала растворяться, но её голос остался в воздухе, эхом заполняя комнату: —Найди ключ. Он ближе, чем ты думаешь. И помни: не всё, что кажется твоим врагом, им является. Символы исчезли, а вместе с ними – и тень. Комната снова наполнилась только треском догорающей свечи. Филл тяжело выдохнул, обхватив голову руками. —Я схожу с ума... – Прошептал он. Филл сидел на матрасе, чувствуя, как по телу проходит дрожь. События последних минут не укладывались в голове. Он смотрел на тусклое пламя свечи, но его мысли были далеко. Что это было? Существо? Галлюцинация? Он провёл рукой по лицу, пытаясь успокоиться. Но голос тени продолжал звучать эхом в его сознании: «Найди ключ. Он ближе, чем ты думаешь...» —Что за ключ? – прошептал он, чувствуя, как страх постепенно уступает место любопытству. Вряд ли это была просто галлюцинация. Всё было слишком реальным. Слишком пугающим. Филл поднялся и подошёл к столу. Его взгляд упал на маску. Её пустые глаза будто насмехались над ним. "Твоя судьба связана с этим миром", – снова всплыл в памяти голос. Но что это значит? Решив не тратить время на раздумья, он схватил маску и стилет. Если это был знак, что его ждёт что-то большее, чем простая борьба за выживание, он должен быть готов. Филл сидел на матрасе, глядя в пустоту. Маска лежала на старом столе, словно ожидая своего часа. Тишина давила на уши, лишь звук догорающей свечи нарушал мрачную гармонию ночи. Все, что произошло за последние дни, накатывало на него волнами: разговор с Дериком, оружие, которое теперь принадлежало ему, и мимолётная надежда, что жизнь может измениться. Но страх не уходил. Он словно поселился глубоко внутри, шептал о том, что впереди его ждёт лишь боль и борьба. Филл знал, что не сможет просто прятаться в своей норе вечно. Прежде или позже придётся выйти наружу. В его четырнадцать лет он уже слишком хорошо понимал: бездействие в этом мире – это верная смерть. Он поднялся и прошёлся по комнате. Старый матрас, стол, пара полок, где лежали обрывки книг и мелочи, найденные на улицах. Всё это казалось таким убогим, но было его единственным убежищем. Филл подошёл к столу и провёл пальцами по холодной поверхности маски. —Зачем мне это всё? – Пробормотал он тихо, не ожидая ответа. Маска ничего не сказала, лишь отражала колеблющийся свет свечи. Юноша слабо улыбнулся своим мыслям. Ему часто казалось, что даже предметы смотрят на него с упрёком, напоминая, что он ничтожен в этом жестоком мире. Но сейчас, глядя на маску, он чувствовал странное спокойствие. Она не судила его, не требовала ничего. Она просто была. Филл проснулся рано утром от пробившегося сквозь тряпичную занавеску луча света. День только начинался, и в мире ещё царила тишина. Он приподнялся с матраса, чувствуя лёгкую усталость после тревожной ночи, и потянулся. Маска всё так же лежала на столе, словно напоминание о том, что с сегодняшнего дня его жизнь не будет прежней. Солнечный свет, пробивающийся через грязные окна, на мгновение согрел комнату своим мягким сиянием. Это был редкий момент покоя. Филл встал, прошёл к углу комнаты, где в старой кастрюле была вода, набранная из колодца. Он умыл лицо, стряхивая остатки сна, и взглянул на своё отражение в мутной воде. Кудри слегка растрепались, зелёные глаза казались чуть ярче от утреннего света, но усталость в них не исчезла. Он подошёл к полке и взял обрывок хлеба – его завтрак на сегодня. Тихо жуя, он облокотился на стену и смотрел в окно. На улице всё ещё было пусто, лишь несколько птиц пробегались по крышам ближайших домов. В такие моменты Филлу казалось, что мир всё же может быть спокойным, если забыть, что творится за пределами его убежища. Когда хлеб закончился, он аккуратно сложил оставшуюся еду на полку и снова посмотрел на маску. Её пустые глаза, казалось, гипнотизировали. Филл не мог привыкнуть к мысли, что теперь это будет его спутником. Он осторожно взял маску, примерил её и посмотрел на себя в отражение мутной воды. На мгновение ему показалось, что он уже не Филл – не тот, кто живёт в страхе, а кто-то новый. Тот, кто может справляться с этим миром. Он снял маску, положил её обратно на стол и сел на матрас, обхватив колени руками. У него был целый день впереди, но дел особо не намечалось. Пока ему нельзя было выходить слишком часто: это было слишком рискованно. Значит, придётся снова провести день в четырёх стенах. Чтобы занять себя, он взял старую книгу, валявшуюся на полке. Её страницы были пожелтевшими, а текст почти стёрся, но это был один из немногих источников утешения, которые у него остались. Он открыл книгу на середине и начал читать. Тексты были простыми, иногда трудными для понимания, но они переносили его в другой мир – мир, где не было охотников, долгов и страха. Время тянулось медленно, но Филл не спешил. Ему казалось, что такие дни, наполненные тишиной и одиночеством, будут для него последними. Скоро всё изменится, и он уже не сможет наслаждаться спокойными моментами. Поэтому сейчас он просто сидел, читал и время от времени поглядывал на солнце, которое медленно поднималось над горизонтом. День проходил мирно. Филл не слышал ни шагов, ни голосов снаружи. В такие дни казалось, что весь мир замер. Он знал, что это лишь иллюзия, но всё равно чувствовал себя немного спокойнее. Каждый редкий момент такого покоя был для него драгоценным. Когда солнце начало клониться к закату, он отложил книгу, подошёл к окну и посмотрел на улицу. Пустота, которую он видел утром, теперь наполнилась лёгким движением. Вдалеке кто-то прошёл быстрым шагом, но, к счастью, на его дом никто не обращал внимания. Филл осторожно отступил от окна, не желая лишний раз привлекать к себе внимание. Он вновь сел на матрас, взял стилет и провёл пальцами по его лезвию. Этот предмет до сих пор вызывал у него смешанные чувства. Он не хотел им пользоваться, но понимал, что без него он не выживет. Филл снова положил стилет рядом и накрылся старым одеялом. Наступала ночь, а с ней – новая волна тишины. Юноша закрыл глаза, пытаясь убедить себя, что завтрашний день будет таким же тихим, как сегодняшний. Но где-то глубоко внутри он чувствовал: спокойствие не может длиться вечно.