От внешнего к внутреннему

"Наверное я боюсь...что ты не испытываешь того же? Что ты для меня значишь всё больше, как человек, а я могу быть для тебя просто другом, которого легко забыть, заменить." Висок бился об окно в машине. А в голове бились мысли. Словно птицы, метающиеся в клетке, желающие улететь. — Миш, всё впорядке? - взволнованно спросил отец, не отрываясь от дороги. — Да, просто устал и хочу спать... Немного подумав добавил: — Спасибо, что забрал меня. — Я же говорил, звони в любое время. Мне спокойнее, когда я знаю, что ты в порядке. Голова уже лежала на мягкой родной подушке, но морально казалось, что она все ещё бъется о что-то твёрдое. Миша не мог объяснить свой резкий упадок сил. Социальная батарейка села - внушил он себе. Думал, что быстро уснёт, но накатило похмелье. Господи, я и не думал, как это ужасно В этой адской смеси ощущений всплыли отрывки вечера. Надо было сделать выводы после наблюдения за Юрой. Но напрашивались неугодные мысли. Мишу злило. Злило, что на Юру обращали много внимания, что он мог легко со всеми найти общий язык, что все к нему тянулись. И всем он давал, что они хотели, внимание, интерес, поддержу, содействие и... В мыслях застрял его смущенный взгляд. Застряли чужие тёмные тонкие струящиеся волосы, которые как змеи перетекали на плечо Юры. Мишу злило. Злило, что Юра не уделял ему внимания. Что всегда находился кто-то, кому нужно Юрино внимание. Миша будто смотрел фильм, сам там не присутствуя. Конечно он не соврал папе, он правда устал. Устал смотреть этот паршивый фильм. Не хотелось знать, какая у него концовка. Не хотелось знать, дотянутся ли чужие волосы-змеи ещё ближе к Юре. Подпустит ли он их? А почему нет...Может себе позволить. Юра нормальный взрослый парень. А Лиза...нормальная девушка. Перевернулся. Тошнило от похмелья и злости. И от чувства ненужности. Конечно, размечтался, что ты для него лучший и незаменимый друг! А тебе внимания даже в последнюю очередь не уделят. Конечно с Лизой интереснее! Чего я на неё взъелся... Сколько так валялся - непонятно. В нездоровой полудрёме раздражался от утреннего света, который пробрался в комнату с незадёрнутыми шторами. Вибрация. Сознание опять куда-то едет, стучась виском о стекло. Вибрация. Назойливо крутятся образы с террасы. Вибрация. Мысли-птицы всё не могут вырваться из головы. Распахнул глаза. Под головой вибрировал телефон. Тяжело оторвавшись от подушки, пригляделся к дисплею. "Юрочка" Подорвался. Пальцы отчего-то тоже тряслись, принимая звонок. Кроме тишины из себя не смог ничего выдавить. В трубке явно с надрывом и виновато, такое нужное: — Миш... Снова изнутри только молчание. Сознание пытается во что-то целостное собраться. — Знаю, что разбудил, знаю, что не вовремя, но...давай увидимся? Мне сейчас так хочется - помолчал, — Хочется просто чтоб ты побыл рядом. Можно? — Тебе можно... Отголоски воспоминаний из похода нахлынули приятными образами. А сколько вообще всего Юре можно? В голове пролетали события. Юре можно заражать Мишу своей улыбкой в любой момент, можно завлечь разговорами, даже пустыми; Можно быть близко, как когда он грел ноги ладонями, по сути ещё даже не успев хорошо узнать друг друга. Вообще близость это была духовная, отчего-то такая стремительная и глубокая. Будто в каждый нерв тела пришёл сигнал, что Юре можно. Можно даже...потянуться зачем-то так близко к лицу...чтоб сказать что-то на ухо, как тогда во время танца; Можно на руках поднимать, чтоб помочь с больной ногой; Можно рядом вдыхать запах вечернего поля в походе, сжимать кулаки, в желании заступиться в драке; Можно укрывать их обоих пледом, выбирая какой ход сделать в настолке; Можно смущаться, когда нужно переодеваться рядом или ложиться в один спальник; Можно не разъединять пальцы...после касания. "Можно Юре" или "Нужно Мне"? Пробил озноб. Все тело - негнущаяся тряпичная кукла. Начал торопливо натягивать на себя одежду, боясь, что может накатить паническая атака. Рука, сломанная дрожью, долго не хотела влезать в рукав. Тело отражало только некоторые ощущения: лязг холодных ключей в руке, поворот замка, кнопку лифта, быстрый подъем вверх, скрип двери, скрежет мелкого мусора под ногами на бетонном полу. И долгожданный порыв воздуха в капюшон. Приятный запах первых дней лета и солнечного утра помог почувствовать себя лучше. Стоя на общем балконе последнего этажа Миша потихоньку приходил в себя от охвативших мыслей. Снова вибрация, принял звонок. — Я почти у твоего дома... — Зайди с кем-нибудь в подъезд и поднимайся на последний этаж. - быстро бросил Миша. — Я уже тут. Сердце стуком отмеряло секунды. До чего? В этот раз между ними не было ковролина, прячущего звуки их шагов. Сейчас же голый грязный бетон усилял каждый их шаг друг к другу. Перед глазами у Миши прекрасное весеннее утро, за спиной лязг лифта, скрип двери, скрежет от шагов по бетонному полу. Не хотел, но зачем-то резко обернулся. Знал, что там просто привычный Юра, но хотелось увидеть в нём ответы, о том "что нужно мне?". Юра робко почесал затылок, скользнул рукой по дверному косяку и будто виновато пряча глаза уткнул взгляд в пол. Скрежет, ещё один, снова, Юра подошёл ближе и облокотился спиной о холодную боковую стенку балкона. Спрятал руки в рукава, на что Миша мысленно усмехнулся. Все же они были похожи, прямо сейчас уж точно. Оба помятые, потерянные и непонятно зачем нуждающиеся друг в друге в этот момент. Даже молчать было спокойно. Миша подошёл к краю балкона и оперся локтями о высокий край решётки. Положил тяжёлую голову виском на локоть, так, чтоб мог смотреть на Юру. Тот приблизился и встал почти зеркально, положив голову на свою руку, посмотрел на Мишу. В молчании, сопровождающимся тихим ветром они постояли так немного. Оба от моральной усталости забыли о привычном стеснении и позволили себе эту игру в гляделки. Юра первый разорвал зрительный контакт, вздохнув, повернул голову и уперся в руки лбом. Прикрыл глаза, будто пытаясь собраться с мыслями. — Между вами что-то было? - неожиданно и резко, как скрежет от шагов по полу раздался вопрос Миши. Даже для самого себя это вырвалось неожиданно. Вообще не об этом ты хотел поговорить и вообще плевать должно быть. Что меня за язык тянуло? Но Юра все же ответил. Его голос был тихим и хриплым: — К сожалению да. - не открывая глаза он хмурил брови и напрягал жевалки. Миша все ещё позволял себе зачем-то безотрывно на него смотреть. — Знаешь, я этого не хотел... — Зачем тогда? — Думал убедить себя, что так правильно. — Всё равно не понимаю. Юра поднялся и задумчиво посмотрел вдаль. — Юр, ты хочешь, чтоб я тебя выслушал, дал совет или помог? Тот хмыкнул и перевёл взгляд на Мишу. — Попробуй решить задачку: ты подошёл к глухой стене, тебе нужно то, что за ней. У тебя нет ни супер сил, инструментов и вообще за эту стену нельзя. — Юр, всё впорядке? — Не знаю, просто помоги мне с этим... — Я не могу помочь, не зная ситуации целиком. — Попробуй думать абстрактно. Миша немного выпрямился и тоже посмотрел вдаль. Маленькие машинки и человечки двигались по своим делам, деревья качались от ветра, птицы резвились в воздухе. — Ну...стену можно попробовать обойти, где-то же она заканчивается. Либо стена может оказаться домом и ты просто подошёл не с той стороны. Стену можно сломать, перелезть, как-то перенести то, что за ней на твою сторону. Юра изучающе смотрел, Миша продолжил: — Может стены и вовсе нет? Откуда ты знаешь, что это стена, а не мираж или декорация. Может ты её себе вообще придумал. Миша развёл руки, как-бы показывая, что это все его мысли на этот счет. Юра был очень задумчивый. — Мне было так паршиво, когда ты уехал. Прости, что совсем не уделял тебе время на дне рождения. Я будто потерялся...в последнее время. Тогда на террасе, сидя рядом с Лизой я думал о том, что если я воспользуюсь возможностью начать с ней что-то...то это сделает меня более нормальным. — А с тобой разве что-то не так? Юра шумно выдохнул и потер лицо. Облокотившись о решётку боком и сложив руки на груди он грустно смотрел на Мишу. — Мне кажется да. — Главное, чтоб ты себя принимал, такой, какой есть. Я вот принимаю. Юра смущённо сморгнул, пытаясь выглядеть невозмутимым. — У меня для тебя кое-что есть. - неловко начал Миша, переводя тему. — Признаться честно, я тоже в последнее время будто не в своей тарелке. — Мне показалось, что ты от меня отдалился и думал, что проблема во мне. - Юра снова буравил пол взглядом, уши слегка покраснели. Миша вместо ответа достал из кармана джинс маленький тканевый мешочек. Немного повозившись, достал из него две вещи. — Вот, один тебе, один мне. Это браслеты с каким-то маленьким чёрным камнем, из которого выложено послание на азбуке Морзе. На наших выложено "Слушай сердце". Знаю, может показаться, что звучит сопливо, но я это трактую как напоминание о том, что по жизни нужно оставаться верным себе, своим интересам, эмоциям и стремлениям. Миша пока говорил, поднёс браслет к руке Юры и аккуратно надев, затянув крепление. — Я не намеревался как-то отдаляться. На самом деле у меня есть небольшие проблемы в последнее время, о которых я не знал, как говорить и нужно ли... После школы актива и похода участились панические атаки, отец даже записал к специалисту, с которой мы подолгу разговаривали. После разговоров с ней я понял, что...как бы это сказать. Я всё принимаю близко к сердцу. И наше общение тоже...я просто фоново всегда боялся, что окажется, что для тебя наша дружба не имеет значения и что я легко заменим...Прости, звучит наверное глупо, но это очень меня волнует. Юра скользил подушечками пальцев по бусинам на его браслете, будто запоминая их очерёдность. Когда Миша в смущении от всего, что наговорил поднял на него взгляд, Юра медленно коснулся его рук. Взяв второй браслет, Юра невесомо подхватил Мишину ладонь, почти нежно надел браслет и медленно затянул крепление. Мише почему-то не хотелось, чтоб это заканчивалось. И не закончилось. Юра взял его руку крепче и опустив, чуть потянул себя. Второй рукой охватывая спину, крепко обнял, щекоча шею волосами. — Мне непривычно и дико смущающе говорить о своих чувствах, Миш. Я пока не нахожу в себе сил делать это, смотря тебе в глаза. Я хочу, чтобы ты знал, что с самого начала ты для меня много значишь. И ни за что я тебя ни на кого другого не променяю. Между нами столько всего было, все эти поездки так сильно раскрыли нас как людей...мне понравилось узнавать тебя и себя самого. Благодаря тебе я...полюбил этот мир и...себя. Я очень ценю наше общение и дорожу им. Даже...боюсь тебя потерять. В какой момент Юриных слов Миша обвил его руками и крепко обнял, он не помнил. Просто стоял и вжимался в тёплую фигуру, ловя вибрации голоса. Думать больше ни о чём другом не хотелось. — Пожалуйста, рассказывай мне, если тебя что-то волнует, тем более о панических атаках, хорошо? Не представляю, как ты был со всем этим один на один. - Миша кивнул, больше прижавшись щекой к чужому плечу. Никто не торопился расходиться.