Третий не лишний

      Двое в одном отсеке... Вернее ещё войти даже в него не успели. Они сцепились в страстном напористом поцелуе прямо в коридоре. Благо никого рядом не было. Они на ощупь разбирались с автоматическим замком. Вслепую устанавливали пароль. Стоило только щёлкнуть разъезжающимся в стороны дверям, как они не глядя ввалились вовнутрь. Это был какой-то жилой отсек с платформой, столом, креслом и пустыми полками. В углу маленькая дверь. Наверное, мойка. Было немного не до этого. Ибо чья-то юркая глосса в топливоприёмнике мешала анализировать обстановку.       Хватит с них сейчас анализа. Они и так за последние полтора орна проделали огромную работу. Кибертрон, Земля, Кибертрон, Гигантион... Они, наконец-то добрались сюда! Планета городов-призраков. Убили уйму времени на поиск местных жителей, которые имеют ещё более странный обычай, чем у жителей других планет. Бесконечно строить новые города, замуровывая старые, без права когда-либо кому-либо туда вернуться. И главное, никто так и не смог объяснить, зачем?       После такого, обычаи Велоцитрона и Аниматроса больше не казались чем-то странным. Там хотя бы было понятно у кого Кибер-ключ и каковы условия его получения. А тут...       Благо лидер Гигантиона встал на их сторону в борьбе с десептиконами и согласился помочь с поисками ценного артефакта. Иначе неизвестно, как им тогда пришлось быть с этим непростым делом.       Сейчас вся команда автоботов облетала на корабле Му эту громадную планету в поисках путей к нижнему уровню. По предположению местных трансформеров, именно там скорее всего и находится Кибер-ключ. Но, естественно, это не точно!       Новые члены их пополнившейся команды с любопытством расспрашивали инопланетных друзей об их планете, взамен рассказывая о своей. Они были немного удивлены, узнав, что не все автоботы с Кибертрона. Им так же поведали и о ещё трёх планетах, заселённых трансформерами.       Оптимус и Вектор Прайм через какое-то время тихо ретировались с капитанского мостика, оставив шумную компанию. Они хотели ненадолго уединиться где-нибудь в укромном местечке, чтобы... сбросить скопившееся в цепях напряжение.       Вновь всё начиналось с импульсов по связи. Непродолжительная игра в гляделки. Обмен короткими кивками. Они поняли друг друга без слов. Как, впрочем, и всегда.       Кто из них начал это безобразие ещё в коридоре, где их мог засечь кто угодно, ни один Прайм так и не понял. Или просто никто не желал признаваться самому себе в грубой неосторожности в плане конспирации их отношений. Как не предусмотрительно с их стороны!       Вектор Прайм впечатал красно-синий корпус в стену прямо рядом с закрывшейся дверью. Чуть грубовато, будто не сдержался в порыве страсти. В противовес этому импульсивному действию он нежно сжал антеннки собрата, пуская по ним слабый ток. Оптимус застонал сквозь поцелуй, плавясь в умелых манипуляторах. Он сжал розовые стойки в ответ, тоже пустив по ним серию разрядов. Снова стон. Только уже не его.       Фон потёк раскалённой струйкой, зависая в воздухе дурманящим туманом. Процессор шёл кругом от страстных поцелуев, нежных ласк и в целом от близости желанного разгорячённого корпуса дорогого искре меха. От его объятий, жаркого вентцикла, шквала приятных импульсов по связывающей их нити. Ещё один стон. На этот раз прозвучали синхронно оба. С трудом разорвав сладкий глубокий поцелуй, они соприкоснулись шлемами, шумно вентилируясь.       Вариантов доставить друг другу обоюдное удовольствие было у них предостаточно. Выбирай не хочу! Но Оптимусу очень понравился недавний опыт ласк, которым его с особой тщательностью обучил Вектор Прайм. И ему очень сильно хотелось повторить, чтобы усвоить ценный урок.       — Позволь? — шепнул он в серые губные пластины, скользнув манипулятором вниз и огладив белый сегмент бедренной навесной брони.       Хранитель времени усмехнулся в ответ, потёршись носовым выступом о носовой выступ собрата.       — Понравилось? — прозвучало больше утвердительно, чем вопросительно.       — Очень, — шепнул лидер автоботов, новь потянувшись к манящим губным пластинам.       Позволив вести в поцелуе, Вектор Прайм отступил назад, утаскивая за собой партнёра к платформе. Оптимус не сопротивлялся, приняв активную позицию. Однако, когда предшественник плюхнулся бампером на платформу, он вместо того, чтобы опуститься на пол и устроиться между разведённых ног, как изначально планировал, оседлал его бедренную секцию.       Вновь посыпались ласки. Прикосновения к антеннам, спинным сегментам, шейной проводке. Разряды по стойкам, стыкам брони. Они плавились в объятиях друг друга, подставляясь, выгибаясь, постанывая.       Вектор Прайм дал команду на раскрытие интерфейс системы первым. Оптимус под аккомпанемент тихих щелчков последовал его примеру. Юркая глосса как раз уделяла тщательное внимание его шейной проводке, когда он, огладив белый плечевой блок, спустился по манипулятору ниже. Он хотел поймать серую ладонь и направить её к самому горячему, самому нуждающемуся в ласке жаркому месту, как его пальцы наткнулись на островатые изгибы.       Охранник.       Оптимус никогда раньше не придавал значения его постоянному присутствию на манипуляторе хранителя времени и пространства. Этот факт почему-то всегда терялся в разгар прединтерфейсных прелюдий. Однако сейчас это резко бросилось во внимание.       Заметив изменения в колебаниях связи, Вектор Прайм остановился, позволяя лидеру автоботов от него отстраниться. Тот отвёл взгляд в сторону, опустив его на их манипуляторы. Вернее, на зажатого между белой бронёй и чёрной ладонью миникона.       "Интересно, он чувствует всё то безумие, что нас накрывает во время интерфейса," — подумал Оптимус, вдруг остановив вентцикл. — "А что, если..."       Мысль резко оборвалась, так до конца и не оформившись, а искра запульсировала сильнее, чаще. Он поднял взгляд на внимательный фейсплейт предшественника, что несмотря на учащённо мерцающую оптику, что со всеми болтиками выдавала его возбуждённое состояние, очень чутко уловил промелькнувшую идею собрата.       — Хочешь попробовать? — осторожно спросил хранитель времени, чувствуя нерешительность, проскальзывающую по их связи.       Лидер автоботов снова перевёл взгляд на серый самолётик под своей ладонью. Такой маленький. С ним, наверное, стоило быть по осторожнее. Хотя миниконы достаточно крепкие, хоть и выглядят хрупкими. Он видел однажды, как Вектор Прайм упал на свой левый манипулятор. Всем весом. Но миникон остался цел.       Вступать в полноценную связь, подразумевающую подключение к его системам, Оптимус не собирался. Не хотел проверять его мощность. Однако мысль о том, чтобы попробовать доставить удовольствие не только предшественнику, но и его младшему компаньону... Не то, чтобы она слишком его привлекала, но та лёгкость, с которой поинтересовался Вектор Прайм... Это вызвало у него лёгкое любопытство.       — Только, если он сам не против, — осторожно произнёс лидер автоботов, убирая манипулятор с маленького серого самолётика.       И это было вовремя. Миникон, будто только этого и ожидая, сорвался с места. Не успела пройти и доля клика, как он, трансформировавшись нагло втиснулся между Праймами, спиной к Оптимусу.       "Конечно, не против," — блимкнул он и, щёлкнув маской, резко припал к серым губам хранителя времени и пространства. Тот опешил от беспардонности своего младшего компаньона, но сопротивляться не стал, ощутив странный импульс по связи.       Лидер автоботов как завороженный наблюдал, как этот обнаглевший мелкий шлак целует его близкого родного меха. Так нежно, осторожно, будто это не он хрупкий миникон, с которым следовало быть аккуратным. Вектор Прайм, расслабившись, положил на его спинные сегменты свою ладонь, придерживая, притягивая ближе и, потушив оптику, медленно ответил на поцелуй.       У Оптимуса сильнее запульсировала искра от такого зрелища. То, как выглядел его предшественник в этот момент со стороны, было неописуемо прекрасно. Одна только мысль, что Вектор Прайм выглядит так же, когда целует его, Оптимуса, заставляло процессор последнего туманиться от наплыва картинок, тут же сгенерированных протоколами фантазии.       Он осторожно провёл пальцами от потухшей алой оптики вниз, любуясь продолжительным поцелуем, а после, склонившись над обоими, тихо прошептал:       — Не останавливайтесь. Хочу понаблюдать за вами со стороны.       Он отстранился, поднимаясь с розовых бёдер, чем вызвал взволнованный импульс по связи. Вектор Прайм не хотел его отпускать, но, активировав на миг оптику, он убедился в верной трактовке сигналов. Оптимус действительно завороженно наблюдал за тем, как его целует Охранник. И те непривычные нотки в импульсах... Они странным образом переплетались с щемящим трепетом и нежностью, которые обычно испытывал младший Прайм в моменты их близости.       Лидер автоботов переместился на кресло рядом с платформой, открывая для себя идеальный ракурс. Ему было видно и их поцелуй, и шустрые пальчики, что, переплетаясь с шейной проводкой, сбрасывали короткими яркими вспышками разряды, и второй манипулятор хранителя времени, нырнувшись между чуть разведённых розовых бёдер, что тут же медленно задвигался там. Шлак! Оптимус активнее зашуршал вентсистемой, опасаясь, что вылетит в перезагрузку от одного только наблюдения за этими двумя.       Тихий стон, заставил Охранника, прерваться. То, как зажглась в этот момент алая оптика, каким взглядом окинул миникона Вектор Прайм... Лидер автоботов задрожал всем корпусом, ощутив, что внизу у него из раскрытых систем начинает подтекать смазка. Это так сногсшибательно выглядит, что он порадовался, что решил присесть в кресло. Иначе бы уже осел на пол.       Охранник, поддерживаемый бело-розовым манипулятором, опустился вниз. Оба меха перебросились друг с другом странными взглядами, будто перекинулись парой слов между собой по личной связи. Хранитель времени, кивнув своему миникону, чуть подвинулся, позволяя тому удобнее устроиться между его разведённых ног, и активировал коннектор.       "Не хочешь присоединиться?" — обернувшись на младшего Прайма пробулькал Охранник, ухмыляясь тонкими губками, которые он обычно прятал за маской.       Оптимус моргнул оптикой, сбрасывая с себя наваждение. Ненадолго, но достаточно, чтобы дать более или менее внятный ответ.       — Хочу ещё немного посмотреть.       Вектор Прайм окинул его мутным от возбуждения взглядом ярко сияющей алой оптики и вопросительно дёрнул их связь. Лидер автоботов кивнул ему, наблюдая за тем, как маленькие серые ладони огладили огромный, по отношению к самому миникону, девайс.       Нить зазвенела мелодичной трелью удовольствия, которое испытывал сейчас один из Первых Тринадцати. С каждым движением шустрых пальчиков, с каждым сбрасываемым ими разрядом, он вентилировался всё активнее. Тихие стоны, изредка срывающиеся в награду за старания Охранника, кружили Оптимусу процессор. Однако добило его то, что миникон припал к влажному навершию коннектора, к смазочно-выводящему отверстию и с пошлым смачным звуком стал его посасывать. Он быстро вылизал то, что выступило наружу, и стал, активно орудуя манипуляторами, уже с упорством стараться вытянуть из коннектора ещё смазки. Вектор Прайм на это изумлённо охнул от неожиданности и запрокинул назад шлем, а Оптимус не удержался. Он разомкнул бёдра и нырнул пальцами в изрядно намокший порт.       — Оптимус, — взмолился хранитель времени, выгибаясь на сколько ему позволяли отставленные назад манипуляторы, на которые он опирался.       Такой массивный корпус не отличался ни гибкостью, ни грациозностью. Однако это простое движение выглядело настолько соблазнительно, что лидер автоботов едва не перезагрузился. Он тихо простонал, активно стимулируя пальцами собственный порт, и неотрывно смотрел на происходящее на платформе. Как тщательно Охранник ласкал поверхность коннектора, пуская разряды и смачно посасывая кончик навершия, слизывая выступающую смазку. Как форсировано вентилировался предшественник, реагируя на стимуляцию своего чувствительного девайса. Запрокидывал головной модуль, сладко постанывая в моменты сильного удовольствия. Его оптика учащённо мерцала, любовно окидывая взглядом, то миникона, то Оптимуса. Она звала своим светом, манила сиянием, обещала довести до такого же состояния, в котором плавился её владелец. И лидер автоботов не выдержал.       Он поднялся на подкашивающихся ногах, нехотя на ходу вынимая пальцы из порта, и с трудом преодолев этот короткий, но до безобразия длинный путь до платформы, осторожно присел рядом. Вблизи картина происходящего была настолько же прекрасна, как и на расстоянии. Только теперь была возможность прикасаться к желанному корпусу.       Лидер автоботов нежно огладил бело-розовый манипулятор. Горячий. Раскалённый. Охранник очень хорошо его завёл, даже с учётом того, что он присоединился уже в процессе ласк. Снова раздался стон, и алая оптика вновь зажглась, привлечённая лёгким касанием к броне. Этот свет... Это мерцание... Шлак! Как магнит манит такой взгляд. Затягивает в пучину безумия и страсти. И Оптимус подчинился, сдаваясь на милость родному меху. Их губы соприкоснулись, скользя в нежных движениях друг о друга. Глоссы куснули шальным разрядом в момент столкновения и заплясали причудливый танец.       Он в беспамятстве опустил манипулятор на розовую бедренную броню предшественника, вынуждая того сорваться на задушенный поцелуем стон. Они тянулись друг к другу, стараясь прижаться разгорячёнными корпусами, слиться глоссами, раствориться друг в друге.       Неожиданно лидера автоботов выкинуло из водоворота их обоюдных чувств осторожное прикосновение. Он нехотя оторвался от желанных губ, чтобы опустить оптику вниз. Охранник накрыл его ладонь на бедре Вектора Прайма и смотрел своими большими ярко сияющими линзами с учащённой тактовой частотой прямо на него.       "Теперь ты," — блимкнул он и дождавшись короткого кивка, осторожно перемахнул через розовое бедро, отступая в сторону.       Оптимус, недолго думая, занял его место, оседлав хрипло охнувшего собрата. Они сдвинулись чуть дальше по платформе, чтобы Вектору Прайму было удобнее расположиться, откинувшись на стену, и только тогда, коротко поцеловав потянувшегося к нему с объятиями собрата, он вознамерился перейти на следующий шаг. Просунув манипулятор между ними, он нежно огладил горячий коннектор, собирая с него статику и слегка подвинувшись, стал осторожно насаживаться на него. Хранитель времени попридержал лидера автоботов за тазовую секцию, направляя его движение. Оптимус опустился с тихим "ох", наконец-то ощутив долгожданную заполненность порта. Он напрочь позабыл, что тоже хотел приласкать красивый девайс топливоприёмником, переключив всё своё внимание на предшественника.       Вновь короткий поцелуй. Плавное движение вверх. Разочарованный выдох, опаливший влажные синие губы. Медленное движение вниз. Такое сладкое, ленивое. Тихий стон, сорвавшийся у обоих. Снова вверх. Ещё раз вниз. Короткий поцелуй. Разряд, стон, снова движение вверх и обратно. Алая оптика напротив, такая родная, такая яркая. В ней хотелось тонуть, гореть, плавиться... И Оптимус не сопротивлялся. Он рвался в неё, отдавался ей весь без остатка.       Опустившись в очередной раз вниз, он замер на долю наноклика, загипнотизировано разглядывая своего предшественника. От него снова исходили странные импульсы по связи будто какое-то сильное желание овладевало им. Будто вот-вот ещё чуть-чуть и... Он скажет. Совсем скоро, всё скажет.       Лидер автоботов попытался вновь начать двигаться, однако бело-розовые манипуляторы удержали его от плавного рывка. Осознание причины пришло мгновенно, вместе с запуском процесса раскрытия коннектора и подключения к его системам. Оптимус задрожал всем корпусом, выгибаясь в жарких объятиях.       — Охранник, — вдруг тихо прохрипел Вектор Прайм, отведя взгляд куда-то в сторону.       Оптимус обернулся, вдруг вспомнив, что они здесь не одни, и очень вовремя. В поле видеозахвата как раз успел попасть момент, как миникон с нашкодившим видом резко одёрнул манипулятор от своей паховой секции, по-бэтски спрятав его за спинными сегментами и резко сдвинул бёдра. Он посмотрел на Праймов с таким безвинным видом, будто это вовсе не он сейчас стимулировал себя при их виде, и вообще он здесь совсем не при чём и ничего такого неприличного не делал. Вон, сидел в сторонке, датапад читал! И это было крайне забавным.       — Иди к нам, — хрипло позвал его лидер автоботов, протянув к нему манипулятор.       Охранник, недолго думая, подполз к сконнекченным Праймам и при их помощи оказался между их разгорячёнными корпусами. По маленькому серому корпусу тут же нежно прошлись сразу четыре манипулятора, что заставило не ожидавшего такого большого внимания к своей наискромнейшей персоне миникона изумлённо пискнуть.       С первым сгенерированным откатом, заставившим обоих Праймов довольно промычать, чуть пригасив оптику, по связи пришёл интересный импульс. Череда коротких вспышек эмоций, которая интуитивно была расшифрована, как одна заманчивая идея. Оптимус вопросительно посмотрел на собрата. Если он правильно понял сигналы нити, то... Он это серьёзно? Ответом был кончик глоссы, мелькнувший между чуть приоткрытых серых губ. И взгляд. Соблазнительный, манящий. Как тут не согласиться?       Лидер автоботов, коротко кивнув в подтверждение согласия на маленькую авантюру, опустил взгляд на вновь удивлённо пискнувшего миникона. Он всё понял. Понял, что с них хотели сделать Праймы, и не то, что бы он был против такой затеи... Даже наоборот всеми манипуляторами за! Просто... Это было слишком неожиданно.       Осторожно приподняв серый корпус над шлемами, Праймы позволили Охраннику выбрать, за кого уцепиться для удобства. Естественно, он предпочёл ухватиться за шлем своего старшего компаньона, соблазнительно оттопырив бампер в сторону Оптимуса. Соблазнительно, потому что интерфейс система его всё ещё раскрыта после раннего хулиганства на платформе, и с резервного порта изрядно подтекало. Лидер автоботов аккуратно на пробу снял выступившую смазку с внешней окантовки, чем заслужил одобрительную трель.       По коннект-соединению резануло неожиданным откатом, что заставило Оптимуса, задрожав, ткнуться губами в маленький порт миникона. Тот по инерции толкнулся вперёд и...       Поражённый взвизг огласил всю палитру эмоций Охранника. Лидер автоботов, лишь отстранившись, с запозданием понял с чем связана такая реакция. Вектор Прайм каким-то непостижимым образом за такой короткий миг уже проник глоссой в его основной порт и стал активно стимулировать сверхчувствительную сенсорику внутри. Вид со стороны был просто потрясающий. Стекающая по подбородочному выступу смазка и шустро появляющаяся и исчезающая юркая глосса хранителя времени и пространства, чей фейсплейт был закрыт небольшим бампером вздрагивающего миникона.       Шлак! Это просто невыносимо!       Оптимус едва не перегрузился от такой сцены, выпустив по коннект-соединению скопившийся заряд. Он уже припал губами к резервному порту Охранника, когда получил неслабый откат, что заставило его простонать, простимулировав дополнительно ещё и вибрацией своего вокалайзера.       Охранник, зажатый между двумя шлемами, форсировано шуршал вентиляцией, чувствуя, что она не в силах справиться со стремительным перегревом корпуса. В его портах орудовали две чересчур умелые глоссы, что активно выводили его системы на порог перезагрузки. Он старался, честно старался продержаться, как можно дольше, но стоны то Оптимуса, то Вектора Прайма вибрацией разлетающиеся по всему его маленькому корпусу, толкали его за грань.       Он не знал, кто из них троих продержится дольше всех, но точно знал, что сам он долго не продержится под двойным натиском. И он не выдержал, взвизгнув от прошившей весь его корпус холостого выброса энергии. Он задрожал, сильнее вжимаясь в розовый шлем, и стремительно провалился в темноту перезагрузки, так и не узнав, что спровоцировал цепную реакцию, отправив вслед за собой хранителя времени, который сбросив финальный заряд, выбил все предохранители и у Оптимуса.

***

      Очнулся Охранник уже в тесных объятиях двух остывающих Праймов, которые уже давно отключившись друг от друга, спокойно нежились на платформе. И он, полностью удовлетворённый произошедшим, абсолютно ни о чём не жалел.