Поцелуй по-особенному

— А неплохой у вас народец, — Мауи облокотился на дерево, с усмешкой наблюдая за сосредоточенной девушкой. Где-то вдалеке послышались хихиканья местных жительниц, отдающих кокетством, и мужчина махнул им рукой, подмигивая,— гостеприимный. — Да, — стружка полетела во все стороны, следуя за скрежетом ножа по доске. Сдув излишки, Моана приподняла дощечку, приставляя ее к уровню глаз и высматривая зазубринки. — Фанатки мне прохода не дают, — она усмехнулась, слыша самодовольство в чужом голосе. — А как иначе, о великий полубог, спасший наш бренный остров? — ирония лилась тихим прибоем.— Наш род теперь обязан тебе до скончания веков. Нам останется только влачить свое бренное существование в попытке отплатить тебе в полной мере. — Ну наконец-то ты начала говорить правильные вещи, — девушка фыркнула, вновь осматривая дощечку, замечая раздражающие неровности. Да как же их выровнять? Острый край орудия резво двинулся по древку, оттачивая совершенство из неопределенности. — Моана, — девушка коротко заправила назад волосы, не поворачиваясь на голос полубога, продолжая сосредоточенно строгать, — поцелуй меня. — Ага, — стружка полетела на юбку, частично соскользнув на песок. Рука Моаны замерла. — Что? — Воительница моя, — тяжелое тело плюхнулось на соседнее место, разом покачнув весь центр тяжести ветки. Девушка с визгом соскользнула прямо на полубога, едва успев отставить в сторону нож и роняя дощечку. И прежде чем она что-то осознала, ее уже приподнимали за подбородок, заглядывая в растерянные карие глаза. — Я видел ваши сказания и знаю, что вы почитаете Богов как следует. Я поднял острова, я дал вам еду и воду. Я не раз спасал тебе жизнь. — Так и я вытягивала тебя, — она нахмурилась, разглядывая хитрое широкое лицо напротив. — И весь свой народ. Предлагаешь мне перецеловать весь остров? — Почему же? Можешь начать с меня, — полубог приблизился, касаясь губ, соленых, как море и обветренных тысячью ветрами. Легкое движение закончилось быстро, прерываясь его усмешкой. — И как, было страшно? —Ты перегрелся на солнце, — она сглотнула, краснея, опуская взгляд с его глаз на губы, которые только что так беспечно ее целовали. — Я принес вам солнце, — он оголил верхний ряд зубов в самоуверенном выражении, вызвавшем неумолимое желание его хорошенько приструнить. — Я полубог и вы все мне обязаны, забыла? — Так и я теперь полубогиня, — сощурившись, она вскинулась вперед, упираясь рукой ему в плечо, нащупывая твердый бицепс. — И не забывай, кто помог тебе вернуть свои силы. Ты обязан мне по гроб... Мауи притянул девушку за подбородок, прерывая слова касаниями, короткими поцелуями в нижнюю губу, затем верхнюю, пока все аргументы таяли на языке, так и не сорвавшись. — Да перестань ты! —она оторвалась, упираясь вытянутыми руками в его грудь, пока его ладони ложились на ее поясницу и притягивали обратно. — Ты совсем с ума сошел после возвращения? Давно девушку живую не видел, что ли? — Я пережил твою смерть, Моана, — мужская ладонь скользнула по одежде вверх, очерчивая талию, доходя до лопаток, а после отрываясь и ложась на мягкую горячую щеку. — Я сошел с ума, отешел от дел, впал в утиль. Живая девушка...мне так и хочется коснуться тебя и проверить, не видится ли мне все это? — Мауи, — женская ладонь легла на мужскую, сжимая, поддерживая, пока глаза не отрывались от его серьезного лица. Глаза полубога блестели, а она переставала дышать, пропитываясь его страхом, — можешь поверить мне, я полностью жива. Но чтобы это проверить, не обязательно меня целовать. Полубог пресекся с ней взглядом, прежде чем вновь притянуть, более не встречая сопротивления. Губы скользили по губам, после по щекам и скулам, по дрожащим векам. Он опустил голову на ее грудь, приподнимая девичье тело вверх, словно ракушку. Она замерла, расставив руки в стороны, растерянно смотря на косматую макушку, пока тот прижимался ухом к ее груди, слушая, останавливая для себя время на этом живительном ритме. И Моане больше ничего не оставалось, кроме как позволять своему сердцу и дальше биться.