Забыть нельзя помнить.

      Ноктис шёл медленно, не глядя по сторонам, словно сам город был ему чужим. Какой сегодня день недели? Сколько он не появлялся на работе? А, точно, его же вытурнули со стажировки раньше времени за «заслуги». Прошло явно больше недели, а может и двух. На протяжении этого времени ритм жизни превратился в: отоспаться — напиться — отоспаться. И так по кругу. Частенько он даже не понимал, где и с кем проснулся.         Сегодняшний вечер не стал исключением, Промто позвал в излюбленное место — клуб. Не сказать, что это вызывало в парне чувство предвкушения развлечений, но другого плана на вечер все равно не имелось.       По мере отрезвления, в ушах всё ещё звучали обрывки её фраз, холодные и безжалостные, будто лезвие ножа, вонзившееся прямо в сердце. Каждый шаг Каэлуму давался тяжело, но он продолжал идти вперёд, потому что знал: нужно двигаться дальше, хотя бы ради того, чтобы попытаться снова это запить.       Клуб был шумным и ярким, как всегда. Музыка гремела, огни мигали, а люди танцевали, смеялись и наслаждались жизнью. Он стоял у входа, чувствуя себя чужаком среди этого праздника жизни. Но потом решился войти, надеясь, что громкие ритмы и хаос вокруг помогут заглушить ту самую, что не давала спокойно спать.       Внутри было тесно, люди толкались, пытаясь пробраться ближе к бару или танцполу. Он протиснулся сквозь толпу, поднялся на второй этаж, где в приватной ложе его уже ждал Промто.        — А вот и наш принц-несмиян! — стёб для Промто был словно воздух, не подколоть Ноктиса — это не быть самим собой! Гладиолус только лишь хихикнул в кулак.        — Не пошёл бы ты нахуй, — парень лениво парировал, усаживаясь напротив друзей.       — Мы тоже очень рады тебя видеть в добром здравии, — светловолосый не унимался, улыбаясь во все свои тридцать два белых зуба. Гладиолус слегка стукнул того в плечо, переводя диалог в другое русло.        На столике стояла уже начатая товарищами бутылка виски. Пока Промто с Гладиолусом обсуждали что-то, по их мнению, очень важное и слишком уж интересное, Ноктис собственнически налил себе. Выпил залпом, не чувствуя вкуса, только ощущая жжение в горле. Потом второй бокал, третий... Постепенно шум начал сливаться в одно сплошное звучание, голоса людей становились неразборчивыми, а лица расплывались перед глазами. С количеством выпитого голос девушки в его голове становился менее внятным и не таким громким, как раньше. Сейчас он практически был в унисон с музыкой вне головы.        — Эй! Ты так и будешь без нас пить? — краем глаза Гладиолус увидел, что алкоголь из бутылки катастрофически быстро испаряется. Пока Глад разливал по бокалам новую порцию, Промто заказал ещё пару бутылок выпивки. — Давайте что ли с тостом хоть пить, а то будто на похоронах! Забыть, нельзя помнить! — громила поднял бокал с виски, чтобы чокнуться с парнями.        Губы Ноктиса растянулись в глуповатой полуулыбке. Парень снова выпил залпом.        «Забыть, нельзя помнить».        Звучит как то самое оправдание нынешнего запоя. От мыслей улыбка, появившаяся всего лишь на мгновение, уже успела сойти. Алкоголь перестал давать такой эффект, как на первых парах, Ноктис снова начал погружаться в апатичность, всё меньше обращая внимания на пустой трёп парней.        Голубые глаза Промто азартно сверкнули в свете софитов, улыбчивый парень обратился к Ноктису:       — Я знаю, что точно тебе поможет! Сейчас приду, — парень спешно удалился из привата. Краем глаза Ноктис видел только то, что он спускается вниз по лестнице.  Оставшись один на один с Ноктисом, Гладиолус замялся, он до сих пор даже не извинился за то, что произошло тогда в кабинете Фэррон. Парень почувствовал, что сейчас то самое время.       — Нокт, ты прости меня, конечно, что, как бы, прервали вас тогда… — только сказав это, парень, затуманенным от алкоголя разумом, понял, что запустил бомбу замедленного действия, предоставляя другу новую почву для воспоминаний того вечера.        На это Ноктис отвёл полуприкрытые, меланхоличные глаза в сторону танцпола, рукой нащупывая в кармане пачку сигарет. Сейчас не хотелось ни злиться, ни убиваться горем, в общем-то, ничего не хотелось. Алкоголь с натягом, но делал свое дело, притупляя абсолютно все эмоции. Прикуривая сигарету, парень заметил выжидающий ответа взгляд Глада.        — Забей, там было всё куда хуже и без вас, — глубоко затянувшись, он выпустил дым тонкой струёй, которая тут же смешалась с туманом, поднимающимся над танцполом.       Пока Гладиолус облегчённо радовался, что у него нет больше недопонимания с другом, взгляд Ноктиса скользил по людям, танцующим в центре зала, но казалось, что он видит нечто совсем иное. Сигарета медленно догорала, оставляя за собой незамысловатые узоры дыма, которые поднимались вверх, словно невидимые змеи. Каждый раз, когда он делал затяжку, его губы чуть сжимались, а глаза прищуривались. В этом движении было что-то медитативное, словно курение, вдобавок к алкоголю, помогало ему абстрагироваться от окружающего мира, ещё больше кануть в бездну своих страданий. Он не торопился, позволяя каждому вдоху наполнять его лёгкие теплом и успокаивать нервы.        Неожиданно из-за штор привата высунулась белобрысая и очень радостная голова Промто. Он встал перед парнями, демонстративно поставив руки в боки.         — Ну и где обещанный сюрприз? Я думал, хотя бы девок приведешь, — сквозь сигарету в зубах пробубнил Ноктис, стремительно теряя интерес к зашедшей персоне.        — Ооо… Это гораздо, гораздо круче них, — Промто уселся на свое место, подкинув на столик к выпивке пакетик.        Парни уставились на стол. На секунду показалось, что даже музыка слегка притихла. Даже Гладиолус прервал свой интересный рассказ про сплетни офиса. Глаза Ноктиса уже не казались такими меланхоличными, только слепой мог не разглядеть в них интерес, подогреваемый алкоголем и сигаретами. Смотрел он как завороженный на пакетик с таблетками, даже рот слегка приоткрылся, отчего недокуренная сигарета, прилипшая к нижней губе, держалась из последних сил.       — Блять, нееет… Ну нет же! — выругался Глад, откидывая голову назад на спинку дивана. — Игнис нас убьёт, — почему-то очкарика парень первым вспомнил из этого длинного списка тех, кто будет против. Будто он их мамка какая-то.        — Не хочешь — не надо, тебя никто не заставляет. Тем более новоиспеченная «жёнушка» явно не будет в восторге от твоего увлечения, — Промто хихикнул и помахал пакетиком перед Ноктисом, который будто и не с ними находился. — Нам больше достанется, да, Нокт?              Парень мешкался. С одной стороны, это лучшее средство забыть в кратчайшие сроки, да ещё и с удовольствием. С другой стороны, слезать с колес проблематично, но ведь вполне реально. У него же получилось это сделать один раз, значит, получится и во второй.        — Что это? — Ноктис из последних сил сопротивлялся перешагнуть тонкую грань.        — Всего лишь таблетки от головы, чтоб утром от алкашки не болела, — светловолосый оскалился. — Сначала по одной, потом по половинке, вот всё, что нужно для хорошей вечеринки! — смех парня было слышно даже в грохочущей музыке.        — Нокт, давай не будем, закажем просто абсента, посильнее жахнет, и будет нормалёк, — Гладиолус буквально взмолился, как тот самый праведный ангел на правом плече Ноктиса.        Друзья напротив действительно напоминали заводного светловолосого чертика, уже открывающего пакетик, и большого парня, которому для святости только рясы и нимба не хватает.        Взвесив все за и против, то, что уже в течение длительного времени «терапия» алкоголем ни к чему толковому не приводит, Ноктис молча протянул ладонь к Промто.        — А я знал, что ты не откажешься, — парень достал три таблетки, одну из них разламывая пополам, деля на двоих поровну.        Глад уже признал свое поражение, тихо разливая по бокалам новую порцию виски. Для себя он решил, что раз уж это все неизбежно, так хоть присмотрит за этими двумя дурнями, чтобы уж, если что, вытащить из передряги. Это максимум, что мог сейчас сделать он.       Ноктис забрал с вытянутой руки Промто полторы таблетки. Секунды раздумия, отголоски трезвого разума в последний раз анализируют: «А надо ли?»       Таблетки с руки отправляются в рот и запиваются порцией виски. В ожидании эффекта, парень снова потянулся за сигаретой и закурил.       — Смело, однако, не боишься последствий? — даже Промто прифигел от поступка друга, в таком количестве он сам не осмелился принять, поэтому выпил только лишь одну таблетку. — А теперь можно и по девочкам! — светловолосый потёр ладони друг об друга, предвкушая будущую волну эмоций.        — Ты ж не херню какую-то принёс, — странное заявление поступило к другу, после того как дело уже было сделано.        — Обижаешь, разве от меня было что-то плохое? Минут через тридцать сам убедишься, — Промто на секунду даже оскорбился такому.       Ноктису не нужны были эти тридцать минут, хватило пяти и одной докуренной сигареты, чтобы понять, что процесс уже запущен. Сердце начало биться в бешеном ритме, разгоняя по всему телу кровь с наркотиком. Парень всеми клеточками кожи ощущал, как и в без этого, душном помещении, стало слишком жарко. Хоть тело всё и горело, но пробивала мелкая дрожь. В голове проносилось только лишь: «Ладно, сейчас подотпустит и будет хорошо». Мысленно он уже прощался с назойливым голосом Лайтнинг в своей голове.        Гладиолус заметил, что Ноктис притих и уже довольно давно уставился в одну точку, куда-то на велюровую обивку диванчика напротив. В то время как Промто, наоборот, стал ещё более активным, только лишь остатки приличия ему не позволяли встать и прямо здесь выплескивать свою энергию наружу. Глад осознал, что на сегодня он их «нянька», от чего парень устало потёр глаза и переносицу, ощущая весь груз ответственности. В общем-то, а когда было по-другому? Наверное, в те единичные случаи, когда Игнис был с ними, но очкарик слишком уж злая «нянька», он бы вывел их ещё до всего этого. Вспоминая это, парня осенило.        — Может, пойдём на улицу подышим? — Гладиолус схватился за это, будто за спасательный круг, ребята остынут и будут более-менее для него управляемые.        — А что, пошли, потом в бар, потом за девочками, — светловолосый ещё подскочил на слове «пойдем», не дав договорить.  Ноктис лениво поднялся, без особого рвения, забрав пачку сигарет со столика, он направился к лестнице. На улицу действительно было необходимо, свежий воздух, как минимум, стабилизировал бы его состояние, и такие противные побочные явления ушли бы, оставляя лишь красочную картинку этого прекрасного мира без Фэррон.  По мере спуска с лестницы, людей становилось больше, пробиваться через них было как минимум сложно, особенно в совокупности всего принятого. Промто шагал по многолюдному танцполу точно в такт басов музыки, вовлекаясь в безудержное веселье. Он начал отставать от компании. Заметив это, Гладиолус хотел было взять его под локоть, чтобы все-таки вывести, но Ноктис прервал его действие.        — Оставь его, если что, потом найдём, — Нокт прошёл вперёд Гладиолуса. Сейчас он слишком нуждался в глотке свежего воздуха, чтобы не развезло дальше и не было ещё хуже.        Наконец-то ночная прохлада коснулась лица, от чего по телу сразу же побежали колкие мурашки. На лице парня появилась придурковатая улыбочка. Музыку все ещё было слышно, но хотя бы она не так сильно давила на мозг. Сейчас Ноктису было куда более приятно, чем в том душном помещении. Трясущимися руками он сунулся в карман за сигаретами.        — С тобой точно всё в порядке? — волнение Глада уже порядком начинало раздражать. Улыбка сошла с лица друга.        — Блять... Хватит опекать, — парень закурил, игра скул могла указать на раздражённость.        Ноктис прикрыл глаза, делая глубокую затяжку. Сейчас можно было ощутить досконально, как дым просачивается в каждую клеточку лёгких, приятное жжение во рту от горячего дыма. До одури приятно. Парень облокотился к стене. Молчание как-то некрасиво затянулось, Нокт приоткрыл глаза, друг стоял так же рядом у стены, смотря куда-то вперёд.        В голове уже не звучали колкие фразы девушки с розовыми волосами. Но почему-то именно сейчас, когда уже всё начало отпускать, Ноктису захотелось поговорить именно о ней. Возможно, эта девка была и права, присутствует в нем некий мазохизм по отношению к ней. Захотелось снова уколоться, будто проверить, насколько ему безразлично.       — Куда она от меня сбежала? — этот вопрос прозвучал будто гром среди ясного ночного неба.       — Я не знаю, — Глад сказал это на выдохе, будто либо врал, либо был расстроен, что не обладал большей информацией.        «Небезразлично».       — Разве Фанг ещё не растрепала, куда делась её подружка? — почему-то на неудовлетворенность ответом хотелось ответить колкостью и задеть точно так же, как и сейчас неосведомленность задевает его.       — А разве «твоя» подружка сама тебе об этом не рассказала? — Нокт подавился таким ответом. Распахнув глаза, парень оторвал голову от стены и уставился на Гладиолуса. — Не забывай, что я твой друг, и пуляться ядом в меня не стоит, — здоровяк похлопал по-дружески Нокта по плечу. — Мне было сказано ровно столько же, сколько и тебе, может, уже стоит принять правду? — сказав, парень улыбнулся своей доброй улыбкой и зашёл обратно в здание, оставляя с этими размышлениями Ноктиса одного.        «Блять» — только лишь вырвалось куда-то в темноту. Когда отпустит, точно будет стыдно и даже, возможно, придётся извиниться за такое поведение. Но сейчас... Сейчас будто всё это было настолько отдалено, будто даже и вовсе не с ним происходило. Откинув бычок в сторону урны, Ноктис зашёл обратно в клуб. Пробравшись к барной стойке, он заказал двойной виски. Где сейчас парни, он не знал, возможно, это и к лучшему, хотя мысль о том, что нужно найти Промто для добавки, невзначай мелькала.       Бармен поставил перед Ноктисом бокал, наполовину заполненный алкоголем, наполовину — льдом. Взяв его в руки, парень провернулся на стуле к танцполу в попытках разглядеть светловолосую голову. Но взгляд зацепился за нечто другое.       Нежная, утонченная фигурка в чёрном облегающем платье до колен. Всего лишь в паре барных стульев от него. Её кожа контрастировала с этим самым платьем. Девушка о чем-то оживленно беседовала с барменом, видимо, делала заказ. Глаз парня явно не остановился бы на этой непримечательной особе, если бы не розовые локоны, спадающие на плечи и так ярко выделяясь в этом черно-белом образе.       Сердце пропустило удар, во рту моментально пересохло. Тело снова заколотило в мелкой дрожи, то ли от увиденного, то ли от второй волны трипа.       — Ну и долго мы пялиться будем? — девушка повернулась к Ноктису, держа в руках горящий шот. Демонстративно приподнимая его в молчаливом тосте и выпивая. Её небесно-голубые глаза настойчиво требовали ответа.        — Ты что тут забыла? — единственное, что смог выдавить из себя когда-то острый на язык, но точно не сейчас, парень.       — Да то же самое, что и ты. Отдыхаю, — девушке показалось, будто она должна отчитаться перед ним, хоть она это и сделала, но все равно сложила руки у груди, принимая протестующую позу.       — Повтори, — Ноктис обратился к бармену, ему срочно нужно было смыть алкоголем это наваждение. После того как заказ был сделан, он скользнул взглядом снова в её сторону. Девушка никуда не испарилась. — И ей тоже.        Она лишь только хмыкнула на это, спрыгивая на утонченные черные шпильки с барного стула. Пара цокающих шагов, и она сократила эту дистанцию в два стула. Снова пьянящий аромат, действеннее всего того, что он выпил сегодня, да и не только сегодня.        — В подачках не нуждаюсь, — сказала она это уж чересчур надменно, стоя перед сидящим парнем. Развернувшись вполоборота от него, розоволосая хотела было уже уйти, скрываясь в толпе.        Снова она словами будто гвозди в него вбивала. Снова такая же холодная, будто это их первая встреча, будто бы всего, что было, и не было вовсе. «Чёртова сука» — пронеслось только лишь в голове Ноктиса. Но тело, предательски не слушаясь разум, рукой коснулось ее руки.       Она вопросительно на него взглянула, поворачиваясь обратно. Снова этот надменный холодный взгляд сверху вниз. Была бы это любая другая, да сто раз он подавил бы эту надменность одним лишь взглядом. Но сейчас, особенно сейчас, вот так, застав врасплох, он даже слова не смог сказать. Только неестественные красные глаза без отрыва уставились на девушку.        Неожиданно она взяла его ладонь крепче, перехватывая инициативу, потянув на себя. Розоволосая решительно потянула его вглубь этого пульсирующего кокона из танцующих людей.        Когда они оказались чуть ли не в эпицентре всего этого, девушка отпустила его руку и повернулась лицом к Ноктису. Её тело начало двигаться в такт музыке, плавно покачиваясь из стороны в сторону. Руки она вскинула вверх, рисуя в задымленном пространстве незамысловатые узоры, голова слегка наклонена была назад, а взгляд направлен прямо на него. Влияние таблеток позволяло убрать абсолютно любое стеснение и ощущение посторонних рядом с ними.        Музыка замедлилась, и девушка подошла к парню уж слишком близко, закидывая руки ему на плечи, пальцами зарываясь в его тёмных волосах, убирая со лба чёлку.  Чувство эйфории тут же накрыло его будто тяжёлым пуховым одеялом, стало настолько приятно и спокойно, что Ноктис чуть ли не простонал, но, поджав губы, остатки ускользающего разума не дали этого сделать.       — Что с твоими глазами? — девушка сказала это, приблизившись прямо к его лицу. Запах её волос отчётливо напоминал Ноктису, кто сейчас перед ним.        «Да я обдолбан в край, ровно настолько же, насколько влюблён в тебя».        Говорить такое вслух было чревато последствиями. Поэтому, слегка нагнувшись, он коснулся её губ, проверяя, на каком же этапе он получит хлесткую, отрезвляющую пощёчину. На удивление, сопротивления не поступило. Лёгкий привкус алкоголя напоминал и слегка огорчал тем, что девушка в затуманенном рассудке. Но наркотик делал свое дело, все огорчающие, тревожные мысли задерживались в сознании не больше пары секунд, оставляя только лишь приятные ощущения от прикосновений её губ к его, её тонких пальцев к его волосам, его рук, обвивающих её тонкую, обтянутую чёрным платьем талию.        — Поехали отсюда, — Ноктис нехотя оторвался от её губ, понимая, что хочется куда больше, чем такой сладкий, наконец-то без сопротивления, поцелуй. Лёгкая улыбка означала утвердительный ответ. Взяв опустившуюся с его волос руку, он потянул её к выходу.        Выйдя на улицу, Ноктис обернулся к девушке, словно думая, что это в клубе было какое-то помутнение разума и сейчас с ним не Клэр, что будто бы сейчас, в этой отрезвляющей прохладе ночной улицы, его наваждение разобьётся о скалы реальности. Но перед ним все так же стояла та самая прекрасная розоволосая бестия, её лицо украшал небольшой румянец на щеках и пара локонов, выбившихся из основной массы волос. Девушка поёжилась от дуновения ночного ветерка, по тонким рукам побежали колкие мурашки.        Ноктис поймал такси, благо у клуба постоянно стояла парочка машин в ожидании пьяных гуляк, коими они и являлись. Открыв перед девушкой дверь, он помог сесть ей в машину, далее уселся рядом. Ноктис назвал адрес своей квартиры, благо ехать до неё было не больше десяти минут.        Тишина, только шум движущейся машины по дороге разбавлял образовавшуюся неловкую паузу. Внезапно Ноктис почувствовал лёгкое прикосновение к своей руке, увидев данный жест, он перехватил её руку, сжимая и переплетая их пальцы. Слишком сильно хотелось больше, слишком долго она играла снежную королеву перед ним. Да так убедительно, что сейчас парень не верил своим глазам и тому, что девушка положила ему свою голову на плечо. От этого жеста внутри всё затрепетало, то ли это действительно любовь, то ли действие психотропных веществ, но однозначно это было неимоверно приятно. Особенно приятно после всего этого тяжёлого периода. На столько приятно, что он не сразу заметил, как они подъехали к его дому и таксист ждёт оплаты.  Выйдя из прострации, Ноктис расплатился мятой банкнотой с таксистом, показывая, что сдача не нужна.        Парень быстро вышел из машины, помогая девушке выбраться наружу. Его движения были такими учтивыми, те самые манеры , которым обучали его буквально с пелёнок, даже сейчас, когда сознание в сильном дурмане от принятого и происходящего, всё равно неосознанные поступки были пропитаны благородством. Сейчас он словно боялся спугнуть эту хрупкость, которая вдруг возникла между ними. Холодный, ночной воздух мгновенно охватил их, заставив девушку вздрогнуть.        Дом стоял тёмным и тихим, лишь свет уличного фонаря освещал подъезд. Подойдя к двери, Ноктис остановился, ощущая, как сердце колотится где-то в горле. Девушка подняла взгляд, и в её глазах читалось нечто такое, чего он никогда раньше не видел. Не страх, не смущение, не та самая злость вперемешку с гордостью, что так постоянно возбуждала его, сейчас — просто доверие и готовность.       — Ты заходишь? — спросил он тихо, почти шёпотом, боясь разрушить эту магию момента. Предоставляя самый последний шанс для побега из своих лап.  Она кивнула, не говоря ни слова, и взяла его за руку. Вместе они вошли внутрь, оставив за спиной холодный мир снаружи. Лифт поднимался медленно, как будто предоставляя им время привыкнуть к новому состоянию. В тишине, нарушаемой только редкими звуками механизма лифта, Ноктис отводил взгляд, лишь бы она не увидела его глаза в хорошо освещенном лифте. Почему-то сейчас охватывало ощущение стыда за свои поступки.        Когда двери открылись, Ноктис провёл её до своей квартиры. Открыв дверь, он впустил её внутрь, чувствуя, как волнение нарастает с каждой секундой. Внутри царил полумрак, лишь слабый свет ночного города из панорамных окон падал на мебель и стены.        Девушка остановилась посреди комнаты, глядя на него с той же загадочной улыбкой. Её голубые глаза блестели в темноте, и Ноктис понял, что всё, о чём он мечтал, стало реальностью. Он подошёл к ней, взяв её лицо в свои ладони, и нежно коснулся губами её губ, будто прощупывая почву, и отсчитывая секунды, через сколько этот зыбкий мир разрушится под ним. Но девушка не сопротивлялась, а отвечала на поцелуй так же аккуратно, изучая партнёра. Это был мягкий, трепетный поцелуй, полный чувств и эмоций, которые они оба давно держали в себе.       Время замедлилось, и мир вокруг исчез. Остались только они двое, связанные чем-то большим, чем просто физическое притяжение. Этот момент казался вечностью, и каждый из них знал, что теперь ничего не будет прежним.       Отстранившись, Ноктис посмотрел ей в глаза, пытаясь понять, насколько глубоко она чувствует то же самое. В её взгляде была смесь удивления и восхищения, как будто она так же не могла поверить, что это происходит на самом деле. Но вместо слов она просто приблизилась к нему снова, обвив руками шею и притягивая его для нового поцелуя.       Этот раз был более страстным, полным желания и тепла, которое так кропотливо скрывалось от него. Ноктис чувствовал, как её стройное тело прижимается к его, и все сомнения растворялись в этом единении.        Они медленно начали двигаться в сторону кровати, продолжая целоваться. Под ноги наконец-то попала кровать, парень приземлился на неё, разорвав поцелуй. И снова эта картина, он смотрит на неё снизу вверх, на такую властную, непоколебимую, на данный момент с розовым румянцем на щеках, который даже в полумраке можно было разглядеть, с раскрасневшими пухлыми губами от поцелуев. Демонстративно она расстегнула застёжку шпилек, оставляя туфли где-то там внизу.        Безмерно хотелось трогать её тело, в чём Ноктис не мог себе отказать. Проведя руками по внутренней стороне колен, пробираясь и задирая подол приталенного платья всё выше и выше. Розоволосая только лишь прикусила нижнюю губу, отводя взгляд в сторону. Такую быструю победу над собой всеми силами она пыталась скрыть. Когда его руки уже нагло оглаживали её ягодицы, она запустила руки в его волосы, притягивая голову ближе к себе, прижимая к груди. С головы до ног пробежала лёгкая дрожь, разнося по всему телу удовольствие от её тонких и аккуратных прикосновений. Шумно выдохнув в закрытое платьем декольте, Ноктис, не церемонясь, задрал платье к её животу. Оглаживая тонкую кромку кружевных трусиков на теле девушки, парень опустил взгляд вниз. Те самые, что он нашёл тогда в её кабинете.       «Значит, она сразу с работы…»       Мысли в голове пьянили куда сильнее, чем алкоголь, сигареты и таблетки. Даже всё вместе взятое не давало такого ошеломляющего эффекта. От переизбытка ощущений хотелось одновременно и плакать, и заливаться смехом. Гордость изо всех сил всё ещё не позволяла показать ей весь спектр эмоций, проявляющихся в нём из-за неё.  Свободной рукой она потянула его футболку по спине выше, стягивая её. Даже на секунду Ноктису не хотелось отрываться от неё, но, получив настойчивый выдох, он отстранился, помогая стянуть с себя футболку. Не теряя времени, она села к нему на колени, удобно устраивая свои руки у него на плечах, убирая эту, вечно скрывающую глаза, чёлку. Из-за полуприкрытых век те самые глаза, в зрачках которых можно утонуть. С вызовом он посмотрел на неё.        «Ну и что ты сделаешь с тем, что я обдолбан…»       Как ему показалось, девушка лишь недовольно хмыкнула, отведя свой взгляд снова в сторону и слегка поёрзав на его коленях. Вызывая этим действием новую волну возбуждения.       Опять это молчаливое обвинение, да лучше бы она взорвалась, отчитала его, влепила затрещину, но точно не молчание. Обхватив её оголённую талию, он снова уткнулся в её грудь, боясь, что вот сейчас и будет конец. Она убрала обе руки, слегка отстраняясь назад, от чего парню пришлось разомкнуть руки и поднять голову, чтобы в последний раз взглянуть на неё. От этого жеста сердце окутывало снова то мерзкое, липкое чувство грусти и одиночества.        Девушка лишь задрала платье выше и сняла его через голову, от чего розовые локоны распушились.        В этот момент Ноктис откровенно залюбовался ей. Такой утончённой фигурой, в полумраке комнаты её кожа буквально источала свет. Во всех смыслах идеальная, желанная, наконец-то его.        Она легко дотронулась рукой его груди, жестом указывая, чтобы тот опустился ниже. Не сопротивляясь, он лёг на кровать. Слишком доминантная поза, слишком высокомерная девушка сверху. Но почему-то сейчас его это абсолютно не напрягало, хотелось наоборот расслабиться и получать удовольствие. Всё-таки таблетки творили чудеса с его завышенной гордыней.        Парень слегка приподнял нижнюю часть тела, освобождаясь от оставшейся одежды на нём, упираясь уже такой болезненной эрекцией девушке в бедро.       Оценивающий взгляд пробежался по его телу. Будто тот самый взгляд, как он смотрел на неё в клубе. Только сейчас он понял, что не так уж и много в них двоих различий. Внезапно захотелось ощутить то же самое, что и возвышающаяся девушка перед ним.        Резким движением своего тела он уложил такую хрупкую девушку под себя. Теперь уже он ведущий. Она только лишь сдавленно выдохнула от такой наглости импульсивного мальчишки, но спорить с этим не смогла из-за того, что тот прильнул к её груди, каким-то чудным образом незаметно для неё снял лифчик, видимо, пока был переворот и её раздумья о ведущем и ведомом.       Первый приглушенный стон от неё, после того как он очертил ореолу соска языком. Для него сейчас, в этой полной тишине, было наравне с громким вскриком. От этого сам Ноктис выдохнул чересчур откровенно, обжигая горячим дыханием фарфоровую кожу девушки, показывая, насколько его это возбуждает.       Цепкими пальцами она вцепилась в его плечи, одновременно выгибаясь от его ласк и сжимая до побеления костяшек на руках.        Выцеловывая незамысловатые узоры на её животе и получая от каждого прикосновения губ неподдельную реакцию ее тела. Пресс то и дело напрягался от сладких спазмов мышц. Он спустил одну руку вниз, стягивая трусики на бедра и накрывая ладонью лобок девушки. Лёгкое касание пальцев промежности вынудило её поддаться бёдрами к руке в нетерпении.        Ноктиса это несказанно радовало, от чего уголки губ приподнялись в одобряющей улыбке.        «Такая идеальная снежная королева и такая, расплавляющая абсолютно любой лёд, реакция на мои прикосновения…»       Проскользнув в её нутро двумя пальцами, голову вскружили новые эмоции, подкрепленные её стоном и попыткой сделать так, чтобы они вошли на полную длину. На секунду он забыл, как дышать, жадно оставляя эти фрагменты в своей памяти. Ускоряя темп пальцев, он ловил каждую мелкую деталь того, насколько его действия правильны и доставляют сейчас удовольствие ей.       Свое собственное же тело уже неимоверно ныло в напряжении возбуждения. Не в силах больше сдерживаться, Ноктис убрал руку, переводя её под бедра девушки, и вошёл в неё. От неимоверных эмоций он не смог сдержать свой стон, который слился с её воедино, так же как и они сейчас.        Невероятные ощущения накрывали с головой, влажно, жарко, узко, как будто бы всё в первый раз. Как будто всех тех, что были до, вовсе и не было, будто только сейчас он прикоснулся к истинному удовольствию.       Парень почувствовал, как её стройные ноги обвили его поясницу, притягивая к себе. Стало тесно не только внутри неё, но и снаружи. Задавая темп, он ощущал, как на каждом толчке мышцы её влагалища обжимают его член. Долго такую пытку удовольствием не вытерпеть. Да и девушка под ним уже была на грани. Увеличив амплитуду и темп, толчки стали резче и порывистее. На что её тело безотказно отзывалось взаимным удовольствием.        Ещё чуть-чуть, и она замерла, обхватывая его шею руками, дрожа всем телом. По ритмичным спазмам он уловил, что девушка пребывает в нирване оргазма. Сделав пару финальных толчков, он присоединился к её блаженному состоянию, наспех вытаскивая член и кончая ей на живот.       Под действием наркотика секундное забвение растянулось на минуты. Рухнув рядом с ней, он вытянулся на кровати, чувствуя ещё сладкую истому по всему телу. Он даже и не заметил, как розоволосая встала с кровати и побрела в сторону ванной комнаты. Очень хотелось курить, но сигареты были где-то в штанах, а они где-то в квартире. Желание было чуть сильнее тех пут, что буквально прибили его к мягкой постели. Ноктис уселся в кровати, оглядываясь в поисках заветной коробочки с табаком. Штаны искать не пришлось, на тумбочке лежала открытая пачка. Осталось теперь только дотянуться. Лениво вытянувшись, кончиками пальцев он еле подцепил пачку, наконец-то взяв ее в руку. Осталась одна, неимоверное везение, от чего на его лице появилась ухмылка, да ещё и зажигалка в пачке, ну точно сплошное везение.  Он прикурил, глубоко затягиваясь дымом и раскуривая сигарету. Блаженное умиротворение и пустота в голове. Тихий, размеренный шум воды из ванной комнаты действовал сейчас несказанно усыпляюще.       Глубокая затяжка, сопровождаемая легким шипением тлеющей бумаги, вызвала приятное тепло в груди. Дым, мягко оседающий в легких, наполнял их терпким ароматом табака. Ноктис закрыл глаза, позволяя себе полностью расслабиться. Шум воды из ванной комнаты становился фоном, приглушенным и монотонным, словно колыбельная, убаюкивающая его сознание.       Сон пришел незаметно, укутав его в мягкое одеяло спокойствия. Все заботы и тревоги остались позади, уступив место глубокому, беспробудному сну. Девушка вышла из ванной, завернувшись в большое пушистое полотенце, и направилась к кровати. Её шаги были легкими и осторожными, чтобы не потревожить спящего. Она заметила, что сигарета, которую он оставил, продолжает тлеть, медленно испуская дым.       Подойдя и слегка наклонившись, несколько капель воды с её влажных волос упали на его грудь. Она деликатно взяла недокуренную сигарету из его ослабевших рук.        — Ребёнок…        Нежный голос, без толики надменности, прозвучал куда-то в пустоту ночи. Затушив сигарету о пепельницу, стоявшую на тумбочке, она обошла кровать с другой стороны. Сняв полотенце со своего тела и оставив его на полу, девушка пробралась под тёплое одеяло, укрывая и себя, и парня.        От её движений Ноктис, хоть и продолжал спать, негромко выдохнул и повернулся на бок, инстинктивно притягивая её к себе. Девушка улыбнулась, чувствуя, как его рука обвивает её талию, и прижалась спиной к его торсу, наслаждаясь ощущением тепла и близости.       Постепенно её дыхание стало ровным, и она закрыла глаза, позволяя себе полностью расслабиться и погрузиться в глубокий сон.