Ты мой

— Исаги! Кто это на фото?! Сердце Итоши Рина неумолимо бьётся от всех бушующих мыслей. Листая ленту в Инстаграме, взгляд моментально упал на пост с изображением его парня, к которому нагло кто-то лез. Этим кто-то был пользователь, выложивший пост, подписывая на немецком, перевод чего сильно злил: "Встретил этого клоуна в клубе. К концу вечера он будет кричать и хныкать подо мной." На фото этот Кайзер лезет своим лицом к чужому, пока сам Исаги отталкивал того в грудь, но видно, смеялся. Как Исаги может допустить это?! Рину всего на две недели нужно было уехать из города, а его дорогого уже кто-то пытается отобрать. В этот же момент он и позвонил ему, но тот не брал трубку. Пришлось звонить трижды, когда его парень ему ответил весёлым голосом, очевидно пьяным. На фоне играла музыка, так ещё и тот немец кричал: "Парень не стенка, подвинется!" — Ри-ин, что такое? Что-то, ик.. Случилось? "Что-то" случилось? "Что-то" случилось?! Конечно! — Почему эта сволочь обжимается с тобой? Исаги! — голос срывался, глаза горят от слёз, которые могут потечь в любой момент. Хорошо, что его мальчик их не увидит. Да, хорошо. — Исаги, ты... — Не бойся, он никто для меня. Я... Ик... Разберусь с ним, если что, — сильно тянет слова, на некоторых язык заплетался. А дальше тот сбросил трубку. Рин звонил и звонил, но если Исаги отвечал, то это было что-то бессвязное, равное детскому лепету. Хотелось успокоить мысли, так же как и думать, думать, думать о Йоичи. Как сильно он его любит! Жить без него просто не способен. На кухне он сел за овощной салат. Зелёный огурцы, зелёный перец, зелёные листья салата, зелёные и его глаза. Палочками закидывает пищу в рот, тщательно разжёвывая, а когда твёрдые куски заканчивались, зубы скрипели друг о друга. Его Йоичи прекрасен, лучше всего, что он видел на свете. Его улыбка, синие глаза, прелестные гладкие волосы, пальцы, которыми он играет с его членом; бёдра, стопы — всё это Рин обожает и никому не отдаст. Будет держать взаперти, если понадобится. Поцелует каждый миллиметр, осмотрит, забьёт в памяти настолько, что в зрачках будет отражение синеволосого паренька. Йоичи не должен смотреть ни на кого другого. Его синева будет, должна быть прикованной к Рину, никак иначе. Тарелка пустеет и оказывается в раковине. Парень решает вернуться в комнату, где садится за свой компьютер и быстро распечатывает фотографию. Ту самую, из Инстаграма. Для начала как можно аккуратнее он вырезает Йоичи, не смеет зайти на тело, а после проделанной кропотливой работы целует бумагу. Теперь остаётся Кайзер... Фамилия ужасно лежит на устах, от одном его преставлении хочется пойти и прочистить чем-нибудь мозг. Прикрепив к двери, это становится отличной мишенью для дротиков. Целится и попадает точно в левый глаз. Ему это понравилось, это ужасно веселит. Когда дротики заканчиваются, Итоши снимает из всех и по второму кругу уродует лицо блондина. Он не должен был прикасаться к его Йоичи. Один дротик едва не попадает в зашедшего в комнату брата. Совсем чуть-чуть, и по его лицу потекла бы алая жидкость. Саэ просто повезло вовремя сдвинуться на сантиметр назад. Старший поднимает взгляд на дверь, а после переводит его уже удивлённый на Рина. — Ты младшеклассник, чтобы так делать? — подходит к кровати и садится на край. — Кто это хоть? Чем же он смог тебя так потревожить? — Он лез к моему Исаги, — из-за того что он уткнулся лицом в согнутые колени, бурчание кое-как слышно. А тут и стала подбираться тревога. Она никогда не была ему свойственна. — Послушай, нии-тян! — глубоко и шокировано вздыхает. — А что, если он уже что-то делает с Исаги?! Если Исаги сам поддался ему? Нии-тян, ответь мне, прошу! — он сидит ближе к своему брату и держит за плечо. Рука дрожит, а из глаз таки полилась две солёные дорожки. Повторяет "Исаги, Исаги, Исаги." Розоволосый не знает, что ему делать. Его брат закатывает истерику из-за парня, куда ж это годится. Но также и по его россказням, Саэ делает для себя выводы. — Ты не в себе, Рин. Но Рин этого уже и не слышал. Его мысли поглощены страхом, что он останется без Исаги. Если бы такое произошло, то его тело уже бы покоилось под окном высотки. В другой ситуации, по длинным пальцам бы растекалась кровь немца. И Рин бы ни о чём не пожалел. Саэ списал это на "перенервничал". Попытался успокоить брата, принёс стакан воды с подмешанным снотворным, заставив проспаться пару часов. Неделя проходила мучительно долго. Рин постоянно писал и звонил своему любимому, узнавал как он, что делает, с кем, несколько раз на дню. Настолько натерпелось снова встретиться глазами, что вместо двух недель в родном доме, прошло всего десять дней и Итоши в срочном порядке вернулся домой. Их общую съёмную квартиру с Йоичи. Исаги не встретил его перед дверью, дожидаясь, пока Рин сам пройдёт на кухню. Там ждал вкусный ужин, настолько свежий, что от тарелок исходил пар. Сам парень сидел за столом, опираясь щекой на руку, согнутую в локте и лукаво улыбался, довольный своей работой. Вещи так и остались валяться перед входной дверью, парень не переодевался в домашнее, единственное, удосужился пойти и помыть руки, чтобы не осквернить своего Исаги и всю еду, приготовленную им. Его ангел ест молча, аккуратно, удерживая руку под палочками, чтобы ничего не рассыпать. На его щеках великолепные ямочки, за одну из которых зацепился рис. До того, как парень заметил это, Итоши напридумывал ещё сотню комплиментов и приятных слов, по своему мнению.

"Это и есть страсть, одержимость человеком: когда ты создаёшь в воображении его образ, мало соотносящийся с действительностью."

©"Валькирии", Пауло Коэльо

Рин уже видит их будущее, где они живут в загородном доме подальше ото всех, он сам работает фрилансером, а Итоши Йоичи будет милым домохозяином, что каждый приём пищи будет проходить именно в такой обстановке. Его Исаги не будет никуда уходить, будет всегда рядом с ним. Это ли не заветное счастье? Сам же Исаги ближе к десерту стал замечать безотрывный взгляд на свою сущность, такой глубокий и изголодавшийся. Когда стал о чём-то рассказывать, понял, что сама речь не имеет смысла. Парень напротив пялился, просто давая односложные ответы на некоторые из вопросов. — Рин, не хочешь пока принять душ, ты, наверно, очень устал, — встаёт из-за стола. — А мне нужно кое-что в нашей комнате. Чмокнув в лоб, он пошёл осуществлять затеянное. В шкафу лежал недавно купленный пеньюар чёрного цвета. Переборов стыд, потому что обычно за таким ходил Рин, сходил и купил, чтобы порадовать после возвращения. Дабы не затруднять любимого, сам стал играться с собой, разрабатывая дырочку, ожидавшую своего часа. Он был уверен, что возлюбленный изголодался по нему за те дни, проведённые в разлуке. Итоши слышал это всё. Его слух весьма натренирован на всё, что связано с его парнем, а тот ещё и не был в достаточной степени сдержан. Прямо сходу в спальне его встречает чудесный вид, в котором Исаги ключицами лежит на матрасе, а бёдра торчат вверх и игриво вертятся в разные стороны, что перехватывает дыхание. Слюнки текут, что Рин моментально отказывается перед синеволосым и сжимает молочную кожу между пальцами. Взгляд падает на смазку, стекающую из сжимающейся вокруг ничего дырочки. Всё это прекрасно, за исключением одного. Перевернув парня на спину, в глазах пропадает недовольный блеск. Губы преподают к чужим. Пока Йоичи жмурится и стонет, Рин разглядывает его ещё ближе. В процессе всего старший дрожит и извивается. Все участки кожи были собственнически покусаны, покрытые красными и фиолетовыми пятнами. Комната ни на миг не затихала из-за нуждающихся криков и плача. Рину нравилось это всё: как Исаги выкрикивает его имя, плачет из-за двигающегося внутри члена, то что он цепляется ногтями за крепкую спину и оставляет этим собственные метки. Почувствовав внутри горячую сперму, Исаги кончает в третий раз, охрипшим голосом крича: "Рин!" Это было великолепно. Названный смотрит за чужими подрагивающими ногами, вытекающей спермой и слушает прелестное бормотание, сродни небесным песням. Жизнь вернулась в прежнее русло, где Итоши ежедневно находился подле Йоичи, даже находясь в университете на разных курсах, он старался быть рядом. Настолько рядом, что Исаги начинал ощущать напряжение. Его личные пространство и время практически сошли на нет. Где бы он ни был, знал, что Итоши где-то рядом, следит и проверяет. Разговаривая с однокурсниками и друзьями, он мог быть резко прерван своим парнем.

"Кстати, я не говорила, как меня напрягала твоя одержимость мной?"

© "Дневники вампира", Кэтрин Пирс.

Но он бы не мог просто взять и бросить эти отношения. Не тогда, когда они провели вместе не один год. В одно прекрасное утро воскресенья Йоичи поднимает голову с подушки и зевает. Уже видит, как Рин просыпается тоже, это стало чем-то обыденным. — Доброе утро, — Исаги ложится обратно, чтобы приобнять Рина. — Я собираюсь пойти сегодня погулять. Один, — говорит тише, ощущая страх в глубине души. Итоши молчит на это, Исаги удивлён. Первый сам поднимается и подходит к его половине кровати, протягивая руки, давая старшему взяться. Было неожиданным то, как Рин закружил его в плавном танце, а ещё большим, что в какой-то момент стопа неудачно свернулась в сторону. Послышался вскрик, но младший не прекращал, пока музыка в его голове не завершилась. Он не обращал внимания, что Йоичи кричал ему, чтобы тот остановился. К концу его лицо было покрыто потом, а губа кровоточила от покусываний. — Ч-что это? — не удерживаясь на ногах он падает вперёд, упираясь щекой о чужую грудь. — Почему ты не остановился?.. Кажется, у меня вывих. Это именно то, чего добивался Рин. Пару дней Исаги будет зависим от него. Его можно будет носить на руках, словно куклу, контролировать его. Стало ясно, что Йоичи чувствует напряжение в их отношениях, боится. Делиться своим Йоичи с другими людьми кажется отвратительным. Это не эгоизм, точно нет. Отношения 40/60 его не устраивают. 100 процентов чужого внимание — вот, чего требует сердце. Подхватив парня под бёдра, шепчет на ухо: — Ты только мой Йоичи, только мой.