Личность

      Стейн не может уснуть.       У неё нет бессонницы. Вовсе нет.       Во всём виноваты пальцы, что четко попадают по экрану телефона.       Пальцы и ответы, которые не заставляют себя ждать.       Ночь слишком долгая, звезды небрежно раскинулись по небу.       Стейн временами любуется картиной природы, но иногда хочет и сама превратиться в такую звезду. Одинокую, яркую, далёкую.       Она спускается с подоконника и падает на кровать, раскинув ноги и руки в стороны.       Последнее смс, что она прочитала, заставляет полностью размякнуть.       Ей так хочется поднять телефон и снова пройтись глазами по буквам, что напечатаны только для неё. Но она уже не может смотреть на экран, не чувствуя как щиплет глаза. Да, она устала, ужасно вымотана, но от чего-то удовлетворена.       Дура. Так она называет себя уже в десятый раз. И снова поднимает руку, чтобы увидеть ещё одно сообщение.       «Ты точно не злишься?».       Стейн хочется реветь, ведь никто и никогда не думал так сильно о её чувствах. О ней. Все боялись, убегали, ненавидели. Хотя, она не до конца честна с Сэм. Вопрос в том, нужна ли эта честность, когда она всё равно останется одна? Не лучше ли просто побыть в шкуре обычного человека? Хотя бы раз.       «Я же не идиотка».       Стейн перечитывает сообщение.       Ещё какая идиотка.       «В любом случае с меня ещё один ужин».       Ух. Стейн глубоко вдыхает. Ищет точку опоры. Думает только о том, что всё это слишком хорошо звучит. Неужели, после того поцелуя что-то изменилось? Или может это спонтанный секс в темном погребе?       «Мне было очень хорошо с тобой, Стейн. Ты не представляешь на сколько».       Стейн понятия не имеет. Ей кажется, что это игра. Только вот победители здесь вовсе не они. Над ними просто издевается кто-то сверху. Пожирает голодным взглядом и хохочет, стоит им снова приблизиться друг к другу. Она же знает, что будет в конце. Знает, но все равно пишет ответ.       «А муж твой представляет?».       Стейн держит палец над значком «отправить». Ей хочется сделать это. Сказать все, что думает. Поставить точку или даже заставить сделать выбор. Ведь всё, что происходит, это неправильно, чужеродно. То, что растет, развивается внутри неё. Чувство беспомощности, жажды, скорби. В Стейн пробивается страх, он смешивается с необъяснимым трепетным чувством. То тепло и нежность, что она готова подарить Сэм, стоит той только дернуть бровью. Как же она хочет быть рядом. Встать по правую или левую сторону, взять за руку, переплести пальцы, быть уверенной и сильной. Не бояться.       Но она боится. Всю жизнь. Поэтому, стирает написанное и отправляет какой-то глупый смайлик, вынуждая снова обвинить себя.       Она трусиха.       Правда, Саманта намного смелее, ведь её смс выглядит гораздо увереннее.       «Сладких снов, красотка❤».       С протяжным стоном Стейн берёт подушку и кладёт себе на лицо. Она закусывает ткань и пока в лёгких не кончается воздух, мычит. Ей помогает, но совсем ненадолго.       Уснуть она уже и не пытается. Пальцы подрагивают, когда блокируют телефон. Она не хочет, не может знать, написала ли ещё что-то Сэм. Кажется, вынести это становится труднее и труднее. Для неё всё обреченно. Заблаговременно. Саманта просто ничего не знает. А когда… если узнает, она больше её не увидит.       Так чего ей стоит опасаться больше? Своих чувств или чувств Сэм, когда правда выйдет наружу?                     ---       - Помнишь, что в следующую субботу у меня день рождения?       Стейн пытается собраться. За смену она разбивает уже четвёртый бокал.       Несколько взглядов кидаются в её сторону, как бы говоря, «хватит шуметь».       - Стейн?       Ребекка стоит прямо напротив. Сегодня она в свободной форме. Конечно же ей разрешила Саманта. Вот только Ребекка не приходила в юбке и топе, да еще с красивым макияжем. Стейн до этого дня даже не знала, что у неё такие густые волнистые волосы. А ко всему этому добавить пухлые губы и высокую круглую грудь…       Но Стейн растеряна не поэтому. Хотя, признает, что Бекки красотка.       - А?       - Это уже четвёртый, - Ребекка указывает на осколки. – С тобой все хорошо?       Стейн не мигая смотрит на неё. Она пытается понять, хочет соединить слова в предложения, но не получается. В голове крутится лишь одна мысль – полчаса назад в бар пришла Саманта и с ней был её муж. Он держал её, так по-собственнически, так непоколебимо. Слишком крепко. Словно, никто и никогда не посмеет посягнуть на его жену. Вырвать из чудовищных лап, что сжимаются всё сильнее. Но он волновал её мало. А вот взгляд Сэм, холодный, безразличный… брезгливый. Да, именно так она посмотрела на Стейн. С пренебрежением.       - Стейн? Алло?       Ребекка щелкает возле её лица, но не получает заветного эффекта.       Она тяжело вздыхает, пробирается в сам бар и, что-то сказав напарнику Стейн, берёт ту под руку и ведёт в раздевалку.       Ребекка усаживает Стейн на скамейку и берёт бутылку воды из шкафчика.       - Ты мне нужна на земле.       Она присаживается на корточки и протягивает ей бутылку.       Стейн покорно выполняет просьбу и делает несколько больших глотков.       - Так. А теперь. Я не думаю, что у тебя много лишних денег, так какого хера происходит?       Стейн опускает голову вниз и, уже собравшись с мыслями, вдруг их все теряет. Она видит то, что не должна, но не может отвести взгляда.       - Черт возьми. Это снова из-за неё?       Ребекка хмурится, так и не добиваясь ответа, она тоже опускает взгляд вниз.       И тут до неё доходит.       - Сука.       Она выпрямляется и отходит к противоположным шкафчикам. Стоит спиной к Стейн, не решается повернуться.       - Прости, - шепчет Стейн. – Я не…       - Да, ты просто пялилась между моих ног.       Ребекка проводит ладонью по лбу, чувствуя, как непонятный жар ударяет в голову.       - Бекки…       - Не надо, - Ребекка злится. Конечно она злится.       Стейн пялилась на её нижнее бельё, пока Ребекка пыталась поддержать. Не слишком красиво.       - Я просто не хожу в юбках, забылась, - оправдывается она, хотя и не понимает зачем.       Они же сто раз переодевались в одной раздевалке, прямо здесь. И никто никого не смущал. Почему же сейчас Ребекке так неловко? Почему она злится?       О, она прекрасно понимает.       - Всё нормально. Это я виновата.       Стейн оказывается рядом. Она дожидается, пока Ребекка повернется к ней и только после этого улыбается. Искренне, слишком слабо, но искренне. И этого хватает.       Мурашки атакуют тело Ребекки, когда Стейн проводит по её волосам. Это невозможно. Невозможно терпеть. Такую нежность, такую теплоту. И искренность. Стейн для неё больше, чем просто бывшая одноклассница. Больше, чем коллега. Она стала чем-то значимым, реальным, светлым.       И, не осознавая что делает, Ребекка наклоняет голову в бок и прижимается щекой к тёплой ладони Стейн.       Стейн не дергается. Она готова поддержать друга, что тоже нуждается в этом. Готова быть рядом и подставить плечо.       Вдруг дверь резко распахивается и на пороге раздевалки останавливается Сэм. Её глаза находят одно единственное к чему у неё будут вопросы. Из-за чего, она забывает зачем пришла и просто открывает и закрывает рот.       - Миссис Джекенс, - первой отмирает Ребекка и она не выглядит смущенной, наоборот, слишком уверенной. – Стейн стало плохо, мы отлучились.       Стейн тупо пялится на Сэм, опуская руку и не зная куда её деть, прячет в карман.       - Поэтому она гладила тебя по лицу?       О, её разъедает ревность. Она даже не пытается скрыть. Ей плевать, что подумает Ребекка, теперь плевать. Сэм просто нужна была Стейн, чтобы объясниться, чтобы сказать, почему она даже не поздоровалась, почему сделала вид, что её не существует. Всему виной Доусон.       - Ха, - Ребекка не боится. Ей кажется это забавным. – Поддерживать можно разными способами, босс.       - О, ну конечно, - желваки Сэм напрягаются. Ещё чуть-чуть и она свернет этой девчонке шею. – Так вы уже закончили?       - Нет, - отвечает Ребекка. Она переводит взгляд на Стейн в глазах которых сейчас окажется целый океан и простые салфетки не помогут. – Ещё немного и она ваша.       Сэм явно не устраивает такой вариант. Её и так расстроили новости от Доусона, а тут еще это…       Она переводит взгляд на Стейн, ждет ответа, ждет крохотного знака и тогда тут же начнет действовать. Отправит эту сучку подальше. Подойдет ближе, обнимет, сама выслушает и сама поддержит.       - Мы договорим, - мямлит Стейн.       Сэм этого достаточно. Уголки её губ скатываются вниз, взгляд становится ещё суровее. Всё внутри пышет от злости. Ещё немного и она задохнется. Ей стоит взять себя в руки. Развернуться и пойти в кабинет. Ждать Стейн там. Так будет проще. Так она выдохнет, а потом силой возьмет её прямо на своём рабочем столе. И та будет изнывать от желания, умолять остановиться.       Но Сэм видит улыбку на лице Ребекки, такую ядовитую, приторно-сладкую и это меняет ход. Её распирает от уязвленного самолюбия. Она не посмеет так обращаться с ней.       - Прекрасно, - другая часть Саманты выуживает телефон из кармана и находит нужный документ. – Поздравляю вас обеих. Ребекка остаётся в баре, а Стейн достался счастливый билет в бар на углу Лайнол-стрит. Бар твоего бывшего начальника. Начинаешь с завтрашнего дня. На этом все. Развлекайтесь.       Сэм бросает жёсткий взгляд на Стейн, с силой сжимает телефон и, развернувшись, гордо выходит из раздевалки. Она добирается до кабинета и тут же тянется в шкафчик за водкой.       О чем вообще она думала, когда связывалась с этой девушкой? Когда разрешила прикоснуться к себе. Взять не только тело, но и что-то слишком сокровенное.              ---       Стейн смешивает напитки, пытаясь глазами отыскать коробку с гранатовым соком. Она же помнит, что ставила её рядом, почти что на самом краю. Но там ничего нет, кроме двух долек лимона и то высохшего. Кажется, в этом баре хорошо к ней относится только мистер Чейн и Виола, что работает на пульте ди-джеем.       - Что для вас?       Напарник Стейн здоровый лысый дядька с пузом, которое заработал употребляя несметное количество пива.       Он встает возле Стейн, обдавая ту странным жженным запахом и она сглатывает, чтобы удержаться от тошноты.       - Извини, - она обращается к нему вежливо. – А где коробка с гранатовым соком?       Он осматривает её с ног до головы и кивает в сторону.       Стейн шарит глазами по стойке позади, но совершенно не видит соков. Одни сиропы и то на некоторых нет этикеток, пойди пойми с чем они конкретно. Пару кальянов и раковина.       Она вздыхает, наполняет бокал ароматным напитком и уже хочет отдать так как есть, без одного ингредиента, как напарник тормозит её рукой, пока другой добавляет гранатовый сок.       Он указывает на напиток рукой, а потом показывает куда убирает сок. Всё просто, они находятся позади, но в шкафчиках.       Стейн улыбается, благодарит его и отдаёт напиток клиенту.       Может быть они и не все такие плохие? Или плохо принимают новичков? Она ведь тоже не принимает их радушно.       - Стейн?       Она оборачивается на голос и едва не подпрыгивает от радости.       - Диксон? Да ладно?       - Я такого же мнения о тебе, - отвечает он и раскрывает руки для объятий. – Как же рад тебя видеть.       - А я-то как, - Стейн прижимается к парню, что заметно подкачался. – Всё для девушек?       - А, это? – Диксон посмеивается. – Решил, что пора быть кем-то лучше. Отец разрешил быть менеджером. Теперь я тут вроде как рулю.       Стейн широко улыбнулась, указывая на него пальцем.       - Перестал сидеть в песочнице?       - Кхм-кхм, - Диксон выпрямился. Он быстро взглянул на напарника Стейн. – Не забывай, я тут главный.       Он отвёл Стейн чуть подальше.       - Мне пришлось долго добиваться расположение коллектива. Сама понимаешь.       Стейн кивнула. Вот с чем она была точно согласна.       - Тут тяжело.       - Не переживай, - Диксон похлопал её по плечу. – Они быстро к тебе привыкнут. Пару месяцев и вуаля.       - Да, только я здесь ненадолго.       - А, - Диксон тут же поник. – Я думал, отец всё же переманил тебя. Многие жалуются на вашу новую начальницу. Как там её…       - Сэм…       - Да, она вроде как стерва, да? Многие готовы перейти к нам, поэтому отец решил поспособствовать, так сказать.       - Миссис Джекенс.       Она возникла слишком неожиданно. Буквально только что. Стояла за спиной Диксона и, сложив руки на груди, внимательно слушала его. Точнее, подслушивала. На губах Сэм застыла загадочная улыбка, не очень хорошая.       Стейн пыталась предупредить Диксона, но тот продолжал говорить весьма компрометирующие слова, в том числе открыто подставляя мистера Чейна.       - О, так вот как меня решили подставить? – язвительно выдаёт Сэм, дослушав до конца.       Диксон застывает. Он напрягается всем своим существом. Его лицо бледнеет, а глаза открываются так широко, что вот-вот пересохнут. Кажется, ему осталось только обделаться.       Стейн понимает, что парень не выберется сам и пока тот приходит в себя, подхватывает Сэм под руку.       - Миссис Джекенс, я как раз хотела с вами связаться.       Стейн тащит растерянную Сэм подальше, пока Диксон остаётся позади.       Она ведёт её на второй этаж и ловко заводит в одну из комнат для вип гостей.       - Какого черта? – Сэм наконец приходит в себя. – Что ты себе позволяешь?       - Пожалуйста, спокойнее.       Но Сэм была бы не Сэм, если просто так приняла правила.       Она слишком близко подходит к Стейн, нависает над ней, когда та отходит назад и, упираясь в диван, падает, смотрит так испуганно и обреченно, что все слова разом разлетаются.       Сэм дышит, глубоко и долго. Её прошибает ненависть. Ненависть к этим людям, что придумали план по её нейтрализации. Они просто хотели отобрать персонал, заставить чувствовать себя никчемной жалкой сукой. Стерва. Хах. Она стерва. Но без кнута быть и не может. Она просто хорошо выполняет свою работу. И всегда наказывает за дело.       - Сэм…       Стейн слишком осторожно берёт её за руку. Собственная рука трясется от напряжения и слабости, но она находит в себе силы, чтобы коснуться начальницы.       - Разве я такая тварь?       - Нет, - Стейн отвечает искренне. – Временами просто перебарщиваешь.       - Замечательно.       Сэм падает рядом, но руку не убирает. Ей хочется чувствовать. Она не может отнять то, чего так ждала, приезжая сюда.       Да, она ужасно соскучилась по Стейн, пусть и не видела её всего три дня. Но этого хватало. Они не разговаривали после случая в раздевалке и ей тоже казалось, что прошла целая вечность. Это было так жалко. Так глупо. Ей не нужно было приходить. Она должна была остановить себя, затолкать чувства в папку с дополнительными файлами и остаться на работе. Приезжать в это место не хотелось. Она несколько раз отговаривала себя. Безуспешно. Как видим.       Всё дело в этой девчонке. Чертова Стейн Мартин. Чтоб её.       Они сидят так в тишине, слушая отдалённые голоса людей, музыку и звон стекла, наверное, в зале кто-то что-то разбил.       Злость Сэм исчезает неспешно. Она покачивается словно на волнах. Её переполняют эмоции и в том числе те, из-за которых ноет где-то под рёбрами.       Она не знает, ощущала ли нечто подобное к мужу. Да, она его любила, несомненно. У них была страсть, понимание, счастье. И Сэм никогда не было жалко проведённых лет жизни с Доусоном. Не считая тех, что стали худшими. Но они были частью их семьи, они росли с ним вместе, многое прошли. И Саманта хотела бы быть верной мужу. Она хотела остаться с ним навсегда, как когда-то говорила в клятве, но как бы она не старалась, что-то было не так. Помимо побоев, унижений и вечной ревности, Сэм было трудно разглядеть то, что когда-то согревало её сердце. И тому причиной стала Стейн. Она открыла этот ящик пандоры. Ей удалось то, что Саманта пообещала себе не чувствовать. Никогда в своей жизни, даже с Доусоном, Сэм не испытывала таких искренних, светлых чувств. Настолько ненормальных, что в груди жгло, а на глаза наворачивались слезы.       - Ты хороший начальник, - вдруг подаёт голос Стейн и в душе у Сэм разливается тепло. – Просто иногда люди видят худшее. Ты представляешь собой холодную неприступность. Молодая красивая девушка, что добилась чего-то сама, распоряжается сотрудниками, умеет управлять бизнесом. Им застилает глаза ревность и алчность. Они думают, что лучше, ведь на их лицах улыбка до ушей, а в сердце только любовь… но они ошибаются.       Стейн сильнее сжимает руку Сэм. Она заглядывает той в глаза, выражая поддержку. Знает, какого это быть изгоем.       - Спасибо, - тихо отвечает Сэм. Она чувствует себя в безопасности. Чувствует, что здесь её могут защитить. Встать на её сторону. – Если бы не ты, тому парню очень не повезло.       Они обе смеются. Обе знают, что это правда.       - Так, ты здесь, потому что…       Стейн решается задать вопрос, как только видит, что Сэм действительно успокоилась.       - А… эм… я…       Сэм от чего-то становится стыдно. Наверное, ей не хочется выглядеть идиоткой в глазах Стейн. Сказать, что она соскучилась… может быть, Стейн вообще о ней не вспоминала, а она пришла сюда, чтобы просто увидеть её. Какая же дура.       - Эй, - Стейн подгибает ногу в колене и закидывает её на диван, развернувшись к Сэм всем корпусом. – Я рада, что ты здесь.       Стейн не струсила. В этот раз она решительно взяла себя в руки и, наклонившись к Сэм, поцеловала её. Поцелуй был лёгким, нежным. Она хотела передать, что тоже с ней, рядом и ей безумно это нравится.       Но Сэм этого было мало. Она не смогла сделать первый шаг, но решилась на второй.       Её руки нашли лицо Стейн, её губы углубили поцелуй, а язык проник внутрь. Ей пришлось сдержать стон, когда Стейн схватила её за бедро и потянула ещё ближе к себе. Их ноги переплелись, стоило слегка поддаться вперёд и уложить Сэм на спину. На чертовом диване, где занимались не пойми чем.       Плевать.       Стейн не могла оторваться от нежной кожи, она буквально впилась в губы, что грозились убить её. Она была готова уничтожить себя сама. Внутри всё горело, пылало синим пламенем. Тело реагировало молниеносно. Между ног стало влажно, голова кружилась. Реальный мир снова стерся.       Сэм не спорила. Она чувствовала тоже самое. Хотела этого, когда только увидела Стейн. И её не столько волновал секс, как проклятые чувства. Настолько невероятные и сильные, что зудело во всех местах. Как же ей не хватало такого вот… было ли оно вообще когда-то? Или Стейн это другое, единственное?       Стейн уперлась коленом между ног Сэм и та зашипела.       - Ты же знаешь, что мне пора бы вернуться?       Сэм было плевать.       - Мне похуй.       - Ого, миссис Джекенс, вы…       Стейн не договорила, Сэм притянула её к себе, вжалась со всей силы, пока губы терроризировали девушку. Она насаживалась на колено, которое попадало в нужную точку. Двигалась в так дыханию и была готова пихнуть Стейн, чтобы та сползла вниз и снова отлизала ей, забирая каждый вздох, каждый стон полный наслаждения.       - Хочу тебя сзади.       Глаза Сэм распахнулись с такой силой, что больно было моргать.       Стейн же улыбнулась так сладко, будто уже пробовала это раньше.       Но нет. Ей лишь попалось видео. Точнее, она смотрела их специально. Изучала, как может быть. Ей хотелось попробовать всё. Попробовать всё с Сэм. Пусть это будет впервые, но она потратит все силы.       Сэм не понимала. Она многое перепробовала, но точно не с девушкой. Для неё понятие, «хочу сзади», означало перевернуться и подставить задницу для мужского органа. Ей не очень нравилась эта поза, она приносила какой-то дискомфорт.       - Я не сделаю больно.       Стейн видела сомнения в глазах Сэм. Сомнения и страх. Было непривычно видеть это по отношению к себе, но она понимала, что, скорее всего, такая реакция из-за других обстоятельств. Ей хотелось надеяться, что никто не причинял боль Сэм в интимном плане. Но Стейн помнила мужа Саманты, поэтому не была уверенна.       Сэм поджала губы. Ей хотелось верить. Ей хотелось попробовать. Она знала, что Стейн не причинит ей вреда. Но сердце бешено долбило, пытаясь предупредить. Перед глазами заплясали огоньки и Сэм схватилась за плечи Стейн.       - Сэм.       Стейн ласково провела по лицу Сэм. Она убрала выбившиеся пряди и ловко заправила их за ухо. Её мягкая улыбка заставила Сэм опомниться. Она не с мужем, не там, где монстр во главе. Ей нечего бояться.       Но Стейн не торопилась. Она поднялась, помогла Сэм и осторожно обняла её. Руки сами нашли растрепанные волосы, а пальцы зарылись в локонах. Стейн массировала голову Сэм, слегка укачивая девушку, что прижималась к ней всё сильнее.       - Он бы не спрашивал.       Вдруг напряжение в груди Сэм лопнуло. Ей так хотелось выговориться. Хотелось отдать кусочек своей боли кому-то ещё. Пожаловаться. Услышать, что кому-то не все равно. Она не говорила о многом. Даже Диан знает лишь половину и то, потому что видел её синяки и переломы. Сэм не хотела посвящать в это других. Она думала, что справится сама. Но слезы, что внезапно растворили сладкое и страстное, образовались сами. Сдерживать не было сил. Не было сил молчать. И ей безумно хотелось прижаться к Стейн ещё сильнее.       - Боже. Ты, наверное, не хочешь это слушать, я… я просто…       Стейн молчала. Она не переставала гладить Сэм по голове. Лишь лёгкое дыхание говорило о том, что она слушает, что она здесь.       - Извини, это должно было быть весело и беззаботно.       Стейн не смогла сдержать смешок.       - Думаешь, я с тобой, потому что это весело и беззаботно?       Сэм не ответила. Она знала, что не поэтому. Видела. Чувствовала. И Стейн тоже было нелегко. Особенно зная как всё есть на самом деле.       - Глупая, - без доли злости продолжила Стейн. – Глупая, потому что забыла о себе.       - Забыла?       Стейн не отпускала. Она поцеловала Сэм в голову, сама не веря, что делает это.       - Мне глубоко похер кто твой муж и что он делает. Если ты со мной здесь, значит, я тоже. Я бы могла многое тебе сказать, обвинить его, попросить бросить, но я не могу. Как бы я не хотела, чтобы ты стала моей… господи, да я никого не любила. Для меня любовь была лишь картинкой, фильмом со стороны. И утверждать, что с кем-то другим тебе будет лучше, что ты снова полюбишь или будешь счастлива, я тоже не могу. Я не знаю что это… не знала.       Последнее слово Стейн буквально шепчет. Она не должна была это говорить и знает, что Сэм расслышала. Ей не нужны сочувствие или встречи из жалости. И чувства, которые вспыхнули, всегда будут рядом. От них будет болеть голова, а тело ломить. Но променять это – нет.       Сэм сглатывает. Она никогда не слышала ничего подобного. Человек, который не судит, не просит, просто находится рядом. Разве так бывает?       - Я тоже, - Сэм выпутывается из объятий Стейн. – Ты мне небезралична. Я не знаю, как так получилось. Но я тоже хочу быть здесь и сейчас.       Стейн улыбается. Она кивает.       - Хорошо.       Сэм жалит себя. Так сильно и глубоко. Она ранит каждую клеточку своего тела. Чувствует уже мало. После встречи с Доусоном почти что плевать на боль. Она знает её. Боль – это друг. Вот только, Стейн готова поспорить.       - Наверное, всё же пора.       Сэм резко упирает руку в грудь Стейн и, дожидаясь реакции, решается на трудный шаг. Трудный для неё. Но она хочет. Готова попробовать.       Стейн видит, как Саманта встаёт на четвереньки, упирается локтями в мягкую часть дивана и прогибается в спине. И это сводит её с ума. Всё тело сводит мощной судорогой, спазм внизу живота грозит отключить все функции организма. Её потряхивает, когда руки прижимаются к ягодицам Сэм. Она ласково проводит по ним.       - Отлично, что ты в юбке, - язвит Стейн.       - Я знала куда шла.       И это выводит ещё больше.       Стейн приподнимает юбку вверх, нежно спускает колготки и медленно проводит пальцем по нижнему белью Сэм. Она слышит сдавленный писк и бесшумно усмехается.       Стейн выпрямляется и, прислоняясь бедрами к ягодицам Сэм, заползает под её рубашку. Она снова чертит кривые узоры, двигая бедрами и, склоняясь к спине девушки всё ближе.       Сэм пытается не сбиться с дыхания, но проигрывает сразу же, стоит той целовать её спину. Влажные губы проходятся по позвоночнику вверх, а мягкий язык скользит вниз. Её будоражит горячее дыхание Стейн и она прогибается ещё сильнее.       Стейн знает, что уже оказала мощное влияние на Сэм и от этого между ног снова влажно. Она проводит руками по бедрам Саманты и останавливается на белье. Большой палец упирается в чувствительную точку и Сэм сжимает челюсть.       - Если ты будешь со мной играть, я откушу тебе голову.       Стейн сдерживает смех. Она уверенна, что этого не случится, но всё же не спешит проверять.       Её рука пробирается под белье и тут же утопает во влаге. Стейн прикусывает губы, чтобы не заскулить – приятная волна экстаза обрушивается и на неё. Между ног всё сжимается, тело колотит мелкая дрожь. Неужели, она может взорваться? Что ещё нужно сделать, чтобы сердце остановилось?       Сэм думает о том же, когда рот Стейн прижимается прямо к её белью. Она вовсе не стесняется и обхватывает половые губы, посасывая их.       - Стейн, ты… Твою нахрен мать…       Она блять боялась этого?       Стейн не сдерживается и улыбается. Её палец кружит на клиторе, а зубы отодвигают бельё в сторону и пропускают язык внутрь. Глубоко.       - Бля-ять. Ты… издеваешься.       О, да, Стейн знает. Она готова продолжать очень долго. Ей нравится вкус Сэм. Он кружит голову, заставляет собственное желание выйти из берегов. Она уже даже не слышит стоны, что вырываются из её горла.       - А это…       Двери внезапно открываются и на пороге останавливаются трое мужчин. Одним из них оказывается Диксон.       Стейн не останавливается. С такого расстояния им видны лишь позы девушек. И да, конечно они понимают, что тут происходит.       - О, господи, - шепчет Сэм, пытаясь остановить Стейн.       Но та продолжает удерживать её, абсолютно уверенная в том, что они уйдут.       - Так. Я перепутал, - слышится со стороны. – Тут уже занято.       Через минуту двери закрываются.       Стейн слегка нажимает на спину Сэм и та вновь прогибается. Она ускоряет ритм.       - Ты… больная… Стейн.       Нет, Стейн просто не может остановиться. Она снова слышит стоны Сэм и меняет позу. Ложиться на спину, проникая пальцами внутрь, заставляя Саманту сесть сверху.       - О… черт!       Сэм задыхается. Она на сто процентов уверенна, что Стейн чокнутая, но также уверенна, что не остановит её. Сейчас ей даже плевать, если их кто-то видел. Она двигается, выбирая нужный ритм и заставляя слова застревать где-то в глотке.       Стейн любуется ей. Она знает насколько Сэм хорошо и от этого чуть сама не кончает.       - Я сейчас.       Сэм делает предупреждение и Стейн ускоряется ещё быстрее. Челюсть уже сводит от нагрузки, но она лишь быстрее лижет клитор.       - Боже! Сука!       Сэм несколько раз толкается и как ошпаренная скользит вниз, впиваясь голодным поцелуем в губы Стейн. Она выдыхает и утыкается носом в её шею, полностью расслабляясь и устраиваясь на Стейн.       - Ты чокнутая.       Стейн не отвечает. Она слушает тяжёлое рваное дыхание Сэм, что несколько раз поцеловала её в шею и этого кажется достаточно. Она не ждет ответа, думает, что кончила и без прикосновений. И это лучшее. Её руки оказываются на теле Сэм, которая постепенно приходит в себя.       - Я думаю, ты тоже должна.       Рука Саманты тянется вниз, но Стейн её останавливает.       - Не обязательно.       - Но…       - Сэм, это не обязательно.       Сэм не понимает. Ей сложно принять, что партнеру не нужна такая же разрядка. Доусон всегда заставлял сделать приятное и ему. Взаимообмен. Так он это называл.       - Но я хочу.       Стейн целует её в лоб, когда та приподнимается.       - Мне действительно пора возвращаться к работе. Диксон и так в шоке.       - О, - Сэм качает головой. – Это был Диксон? Супер.       Стейн смеется и Сэм нравится слышать её смех.       - Тогда… в другой раз?       Стейн закашливается, когда видит голодный взгляд Сэм.       - Да, - пищит она.       Сэм улыбается, неохотно поднимается и поправляет одежду.       - Теперь они будут думать, что я еще принуждаю тебя к сексу.       - Поверь. Я отвечу, что всегда рада.       Сэм проводит языком по губе и собирает волосы в хвост.       - Ты красивая, - шепчет Стейн.       Ей хочется добавить, что она никогда не будет с ней из-за других, но сдерживается. Лучше ей не знать.       Сэм подходит к Стейн, встаёт на колени и целует. Ей хочется ещё и ещё. Пусть пытка не прекращается.       - Мне пора, красотка.       Сэм подаёт ей руку и они вместе выходят из комнаты.       Стейн не удивляется, когда Сэм садится за бар и заказывает «Маргариту». Она рада. Ведь во время всех перерывов, когда клиентов нет, Стейн и Сэм узнают друг друга по-настоящему. И только со стороны можно сказать, что эти двое явно влюблены.              ---       Это уже ни в какие ворота.       Элис смотрит на себя в зеркало и поверить не может. На шее красуются два ярких засоса.       И ладно, ведь это не проблема. Но то, что она забывает отдать ей контроль или насильно не пускала Элис во внешний мир, меняет абсолютно всё.       Она всегда боялась этого. Боялась, что Стейн может влюбиться и начать подавлять их с Себастьяном. К этому никогда не будешь готов. Они же до сих пор точно не знают, сможет ли Стейн их вытолкнуть, удалить из свой матрицы, остаться одна. Вдруг это возможно. И если Стейн влюбилась, значит, дальше будет лишь хуже. От этой замужней фифы надо избавиться.       Элис не могла рисковать своим будущим. Она уже видела себя в другом теле в собственном сознание и ей становилось страшно. Страшно, что это может не сбыться.       Поэтому, проблему необходимо решить.       Она собирается как всегда долго. Надевает самое короткое платье и наносит яркую помаду. Если план «А» не сработает, у Элис есть план «Б».       - Думаешь, я поступаю ужасно?       С недавних пор, Элис начала разговаривать с ребенком в животе. Она рассказывала ему обо всём, и в том числе о том, что никогда не станет мамой для него. Наверное, успокаивала себя.       В любом случае, это всё лишнее. Она знала распорядок Стейн, знала, что та сейчас работает в баре у мистера Чейна, а Сэм приходит к ней, судя по засосам, каждый день.       Сумасшедшие. Чем же она тебе промыла мозги?       Элис берёт сумочку и отправляется в бар. Она уже ловит на себе взгляды и чаще всего в них желание отыметь ее, где-нибудь в подворотне.       Элис добирается до бара и оказывается у стойки во время. Видит ту, которая портит ей жизнь. Интересно, она постоянно здесь? Ждет Стейн, берет за руку, а после они трахаются как кролики в её машине?       - Ты опоздала, - критикует её накаченный китаец. – На два часа, Стейн.       - О, господи боже, можно подумать кто-то умер, - тут же апеллирует она.       - Что?       Элис отталкивает опешившего Диксона в сторону и присаживается на стул рядом с Сэм.       Та замечает её лишь спустя какое-то время, увлечённая перепиской с мужем, как замечает Элис.       - Стейн, - улыбается Сэм, проходясь по ней жадным взглядом. – Вау… Ты очень красивая.       На ней тоже платье, но длиннее, хоть и с лямками. Бюстгальтер она не надела, знала, что Стейн будет пожирать её глазами. И Элис с ней согласилась бы, ведь эта девушка очень хороша собой.       - Ага. Спасибо. Твой муж?       Никаких приветствий. Сегодня для неё не будет взгляда полного обожания. Никто не подставит шею для поцелуев. Не услышит ласковых слов.       - Да, это… по работе.       Бровь Элис ползет вверх.       - Что… - Сэм аккуратно берёт её за руку. – Что такое?       Элис прыскает. Она вырывает руку и кладёт на стойку.       - Да так. Думала, что сюда ты приходишь ради меня, а не этого урода.       Сэм застывает. Стейн никогда не позволяла себе говорить вот так. Она не пыталась оскорблять Сэм или её жизнь. Их темы вообще не пересекались и если Сэм нужна была поддержка, она безмолвно получала её от Стейн. Но что случилось?       - Я прихожу сюда ради тебя и ты это знаешь. Почему ты так настроена? Я что-то не то сделала?       - Удивлена? – Элис улыбается. Так коварно, что у Сэм перехватывает дыхание. – Как думаешь, сколько ещё у неё будет терпения? Пока ты не наиграешься? Пока муж не застукает?       Сэм ничего не понимает. Но ей в голову лезет одно-единственное. Их первая встреча на духовных практиках. Та же улыбка, тот же взгляд. Это не похоже на Стейн. Словно её подменили. Будто это другой человек.       - Ты о чем? Что случилось? Стейн, если ты хочешь поговорить, то я не против. Давай.       Она снова пытается взять её за руку, но Элис встаёт со стула.       - Каждый в этом зале может стать моим. Каждый. Но она выбрала тебя. А теперь, забывает про нас. А что, если совсем забудет? Может быть, она снова останется одна? Мы же не проверяли. Нет. Этого не будет.       Сэм переводит взгляд на Диксона, который даже подойти не рискует. Он тоже ошарашенно смотрит на Стейн.       - Смотри. Просто смотри.       Элис снова улыбается. Она быстро подходит к первому попавшемуся столику и, когда на неё обращают внимание, садится на колени к мужику, который с удовольствием встречает её губы.       Сэм резко встаёт. Она делает шаг вперед, сжимая кулаки, но тут же останавливается.       - Нравится?       Элис вытирает свои губы и с неописуемой яростью подходит к Сэм сама. Она берёт её за подбородок и давит на него пальцами. Грубо, жестоко.       - Отвали. Поняла?       Элис подходит к стойке, берёт сумочку и подходит к Диксону.       - Как будет время и желание, вот мой номер. Элис.       Она улыбается, кладёт ему бумажку с номером в передний карман и, похлопав парня по плечу, идет в сторону выхода.       Едва Элис выходит из бара и пересекает улицу, как путь ей преграждает темно синий внедорожник.       Окно плавно опускается вниз и Элис видит сильно сжатую челюсть Сэм. Она недовольна, ох, как же она недовольна.       - Садись, - яростно шепчет девушка. – Или я сама тебя затолкаю.       Элис усмехается, но огибает машину и садится на пассажирское сиденье. Если Саманта хочет правды, что ж, она задует свечи.       Сэм разворачивается и давит на газ.       Элис тут же вжимает в кресло. Она хватается за ручку, стараясь удержать равновесие.       Сэм притормаживает, когда понимает, что может навредить Стейн. Её пальцы сильно сжимают руль от чего кожа трещит. Она вовсе не готова к этому разговору. Она совершенно не спокойна. Но ей важна Стейн. Она не может просто закрыть глаза и сдаться. Не сейчас.       - Волнуешься за безопасность, похвально, - подаёт голос Элис. Она всё ещё держится за ручку.       Сэм кажется, что Стейн ей не доверяет, ведь видит, как та до сих пор не расслабилась, хоть она и сбавила скорость. Это ранит.       - Что с тобой? Хамишь, вытворяешь черти что. Зачем эта показуха?       - Показуха?       Элис сдерживается от смешка, хоть и звучит это довольно смешно.       - Ты таким способом решила поставить меня перед выбором?       Элис морщится.       - Да ничего я не хотела. Делать мне больше нечего. По-моему, я тебе прямо сказала – отвали.       Сэм сдерживается от комментария. Она резво паркуется на полупустой парковке супермаркета и разворачивается к Стейн. Но молчит. Не знает, что сказать или не может. Понимает, что не в праве чего-то просить.       - Что? – Элис разводит руками. – Тебе нужна правда? Ты точно хочешь услышать всё, что я скажу? Уж лучше бы просто отпустила. Сколько у тебя там таких? Пальцем щелкнуть и вот они тут. Зачем тебе она?       - Она?       Сэм сбита с толку. Она мотает головой, пытаясь сконцентрироваться.       - Послушай, Стейн…       - Элис, - перебивают её. – Меня зовут Элис.       - О чем ты вообще? Что случилось? Я понимаю, что всё это не… просто.       - Ох. Хо-хо, - Элис запрокидывает голову на подголовник и прикрывает глаза. – Ты даже не представляешь как не просто. А ведь такая ситуация редко у кого случается. Да и то, пойди докажи. Могут сдать в психушку. Спасибо родителям Стейн, что были благосклонны, в каком-то плане.       Сэм выдыхает, переваривая информацию.       - Всё ещё не понимаешь? – Элис не меняет позы, лишь поворачивает голову в сторону Сэм, которая пристально изучает её. – Я не Стейн. Да, я выгляжу как она, но мы совершенно разные. В этой голове нас трое. Стейн, Себастьян и я. Та, что была на духовных практиках и временами встречалась тебе, как в доме у Найлы. Ты точно замечала перемену настроения, поведения. Так вот. Так каждый из нас берёт контроль. Грубо говоря, выходит во внешний мир, пока остальные сидят в разуме. Ну, типо того.       Челюсть Сэм отвисает. Её лицо перекошено. Для неё всё звучит как абсурд ситуации. Глупая выдумка для объяснения своего поведения.       - У нас диссоциативное расстройство личности. Такое бывает, можешь почитать.       Элис видит, что та не верит ни единому её слову и думает, что это логично. Сейчас Сэм посчитает её ненормальной и скажет, что она могла бы придумать ложь получше.       - Да, у тебя как раз такой взгляд. Думаешь, что я спятила, выдумываю отмазку. И я могла бы сказать что это так, просто, чтобы ты отвалила. Но тогда Стейн станет ещё хуже. Я, знаешь ли, тоже могу ощущать её чувства. Тем более, прикрывать она их умеет плохо. Особенно, когда любит. Как же она тебя любит. Идиотка.       Элис цокает.       В глазах Сэм застывают слезы. Она не знает, почему реагирует именно так. Не знает, почему отчасти верит ей. В груди стягивает, диафрагма сокращается, создавая неприятное ощущение, пока в животе что-то грубо колит. В одно и тоже место. Раз за разом. Сэм не понимает. Ни черта. Это кажется шуткой, сплошным самообманом. Слишком всё складно, слишком отчётливо она говорит. Неужели, так тщательно спланировала? Выдумала за один вечер? Или ей понадобилась целая вечность?       Но что, если она говорит правду? Что, если это не Стейн? Она ведь права, совершенно другое поведение, другие слова, другой… взгляд. Хитрый, острый, непредсказуемый. Стейн совершенно противоположна.       - Но… как?       Элис одними глазами спрашивает, про что Сэм.       - Как вы… там…       Теперь очередь Элис удивляться. Она выпрямляется. Садится так ровно, что становится неудобно.       - Ты не можешь поверить. Нет. Никто не может.       Но Сэм пытается. Она не понимает почему, может быть, ей хочется понять. Она не готова терять Стейн. Не готова. Только вот…       - Я не могу, - но говорит совершенно другое. – Я же не дура, верить в это. Есть логическое объяснение и есть другие психологические заболевания. Ты просто… просто пудришь мне мозги. Придумала всё это, чтобы поглумиться.       Элис выдыхает. Она поддаётся вперёд, упирается руками в коробку передач и буквально дышит в лицо Сэм:       - Какая же ты стерва. Ты её недостойна. И я ей это покажу.       Элис прикрывает глаза. Она прикусывает язык, цепляясь ногтями за панель и делает глубокий вдох, мелкими порциями выпуская воздух. Внезапная боль пронзает её и она терпит. Знает, что когда призываешь взять контроль, это больно. Это убивает. Но Элис сдерживается. Она хочет показать истинное лицо той, кто может испортить им жизнь. Стейн поймет её.       - Стейн? Тебе плохо?       Сэм не рискует приближаться. Она видит, как ей становится хуже. Ей больно. Зубы скрипят, дыхание рванное, вены на шее вздулись.       - Стейн?       Но в какой-то момент Сэм всё же не выдерживает. Она берёт её за руку. Так нежно, так трепетно, словно ничего не было. Будто сказанное лишь мираж.       Стейн терпит ту же боль. Она берёт контроль и замечает Сэм, что крепко держит её влажную руку.       - Сэм?       Зрение фокусируется и перед ней действительно оказывается Саманта. Она взволнованна и напугана.       - Что случилось?       Стейн осматривается и сразу же понимает, что что-то не так. Они вдвоём в машине и взгляд у той такой… странный.       - Ты… тебе стало плохо.       - Плохо? Где мы? Что тут делаем?       И стоит Стейн договорить, как она понимает.       - Какого черта?       Стейн вырывает руку. Она качает головой, прижимаясь к двери. Осматривает себя, платье, сумочка, туфли. Что Элис натворила?       - Что она сделала? Что тебе сказала? Ты так смотришь, ты…       Стейн вдруг осознаёт. Напуганный недоверчивый взгляд. Насмешка застывшая на губах. Напряжение в теле. Опасность, вот что выведено огромными буквами. И это может значить только одно.       - Это… ты просто…       - Она тебе сказала…       - Я… я помогу тебе, есть хорошие больницы, хорошие врачи…       - Нет. Хватит. Пожалуйста.       Стейн не будет это слушать. Она не может. Только не от Сэм. Её рука нащупывает ручку двери, она не видит куда приземляется, не видит куда идет. Просто обнимает своё тело руками, пытаясь заглушить то, что впускает в себя с каждой секундой. Она никогда не видела такого лица Сэм. Никогда не знала, что это может принести боль. Она думает, что Стейн сумасшедшая и она права. Черт возьми, она права.       Её никто никогда не примет.