Плохие действия. Хорошие последствия.

— Ам... Неа, — С отведённым взглядом и неуверенным голосом, проговорила Джиджи, пока уголки ее губ немного приподнялись от неудачной попытки скрыть правду о своей подружке. — Из тебя плохой лжец, Джиджи, — С некой насмешкой ответил ей Глистен, будучи явным довольным полученной информацией. Его возлюбленная что-то написала о нем в своем личном дневнике. Это радовало, но в тоже время заставляло переживать. Вдруг она о нем плохого мнения, а Глистен лишь лелеет себя лживыми мечтами? Как жаль, что его любимая немая и сказать все прямо не сможет. Так было бы намного легче. Иногда Глитстен представлял, на сколько мягким мог бы быть ее голосок, которого он, к сожалению, никогда не услышит. Улыбка сама по себе стала мягче. Джиджи немного скривилась, увидя это. Романтика была не для нее. Да и до этого ей не было. Нужно было подумать, как извиниться перед Флаттер за то, что та не смогла скрыть ее секретик. Но Глистен же не настолько отбитый, чтоб читать чужое, да? Так ведь? Ей не дали поразмышлять об этом. Двери лифта открылись, и они вдвоём направились на "работу".

***

Эти этажи были просты, но все еще выматывающие. Глистен устало вздохнул, ложась на свою кровать. Все оставшееся время он размышлял над тем, что Флаттер думает о нем. Может, он давал этому слишком большое значение. Но и вы его поймите, Глистену всегда было важно мнение окружающих о нем, а мнение Флаттер тем более. Каждый раз, когда она смотрела на зеркало с одобряющим, подбадривающим или просто любящим, как казалось Глистену, взглядом, его сердце начинало стучать с бешеной скоростью. Даже Ви, у которой прекрасный слух благодаря антеннам, оборачивалась на него. Ну и ладно. Можно же немножко побаловать себя и узнать, что его милая Флаттер думает о нем, так ведь? Глистен легонько улыбнулся, представляя греющие душу комплименты в чужом дневнике. Зеркало встал с кровати и направился в чужую комнату. Попутно оглядываясь, нет ли кого. И как раз из комнаты Флаттер выходила она же и Джиджи, которая бормотала извинения, на что бабочка жмурила глазки в прощающем жесте. — Приветик, девочки, — Проговорил Глистен, мигнув Флаттер, которая повернула голову в его сторону. Он видел, как немного покраснело ее нежное личико. Джиджи лишь цыкнула, поздоровалась и ушла, держа Флаттер за краюшек ее одежды. Зеркало закатил глаза. Зато теперь он уверен, что не будет замечан как минимум Флаттер. Это было бы слишком неловко. Тун подошел к чужой двери. Хмыкнув себе под нос, он дернул ручку, зашёл внутрь и сразу же закрыл за собой дверь. Чтож, это было просто. Дневник лежал на столе, будто бы крича о том, чтоб его прочитали. Глистену уже давно было наплевать на то, насколько неуважительны были его действия по отношению к девушке, которую он так любит. Любопытство было выше.

***

Джиджи делала себе какао, говоря о том, какой Глистен ужасный, но полезный товарищ по команде и то, как эта смесь характеристик раздражала. Флаттер внимательно слушала ее, кивая, когда подруга оборачивалась на нее, утверждаясь в том, что ее слушают. — Вот делаю я машину, а он телепортируется ко мне и говорит: "Скучала по мне?" — Джиджи стукнула по столешнице кулаком, специально преувеличивая свою злость, из-за чего капельки какао попали на ее рукав, — Вот блин, испачкала! Тц, это все из-за Глистена. Флаттер прищурила глаза, изображая смех. Она любила такие разговоры обо всем и ни о чем одновременно со своей подругой. Но больше всех ей нравилась тема о Глистене. Как бы кто не отзывался о нем, она всегда внимательно слушала, впитывая информацию о нем как губка, а потом просила Джиджи записать еще кое-что в своем дневнике. Та закатывала глаза, но все равно все равно помогала с записью. — Как он тебе вообще понравился... Эх, я тебя совсем не понимаю, — Джиджи взяла кружку с какао и поставила ее на стол. Она села на стул рядом с подружкой и начала медленно пить тёплый напиток. Флаттер отвела взгляд в сторону, останавливаясь на стене, а потом перевела взгляд на свою подругу, которая чуть приподняла бровь. Бабочка зажмурила глаза в прощальном жесте, а после напрарвилась в свою комнату, оставляя собеседницу одну. Перед тем, как насовсем покинуть их маленькую кухоньку, Джиджи вздохнула и попрощалась с ней. Флат медленно летела в свою комнату. Мозг сразу же вырисовывал образ Глистена, из-за чего бедная бабочка чуток покраснела. Бесспорно, Глистен идеален. Он и впрямь добился того, к чему так упорно стремился. Флаттер не испытывает каких-то особых надежд на то, что они начнут встречаться. Она совершенно недостойна его, будучи немой и лишённой рук. Это даже как-то расстраивало, но она уже давно смирилась со своей неполноценностсью. И вот она парит перед своей дверью. Ножкой она дёрнула за ручку открывая ее. Перед взором туна был Глистен, который так внимательно читал записи в ее дневнике, что аж не заметил пришедшую хозяйку этой вещицы, у которой внутри все онемело. В голову пришло осознание того, что сейчас Глистен узнает все ее секреты, которые Флаттер предпочла бы скрыть. Он узнает о ее влюблённости в него. Это было страшно. Хотелось улететь подальше, но крылья не слушались. Все ее внимание было на Глистена. Да даже если бы она сбежала, то что? Рано или поздно они бы с зеркальцем пересеклись. Не лучше сейчас просто принять все, что будет? Флаттер тоже так думает. Она закрыла дверь за собой и нарочно громко встала на пол, привлекая чужое внимание. Глистен сразу же обернулся. Но лицо его было спокойным. При других обстоятельствах он бы распереживался, что, мол, его застукали за чем-то некультурным, но судя по записям в дневнике... Здесь он желанный гость. — Флаттер, дорогая моя, это правда? — Глистен махнул рукой, в которой был дневник, повернувшись лицом к бабочке. На лице его была мягкая улыбка, которая ввела другого туна в ступор. Она могла лишь кивнуть, слыша смешок с чужой стороны. Это унизительно. Глистен смеётся над ней. Для Флаттер это было ожидаемо. Но все равно больно. Бабочка слышит шаги, приближающиеся к ней. Сейчас Глистен уйдет и, видно, не захочет больше видеть ее. Онна чуть-чуть отошла в сторону, давая зеркальцу проход. Но ее обняли. Так нежно, так трепетно, так неожиданно. Флаттер чувствовала, как от шока расширились ее глаза. — Я тоже люблю тебя, — Шепот со стороны зеркальца был слышен лишь им двоим, создавая интимную атмосферу. Дневник положили на пол. Глистен обнял свою возлюбленную еще крепче, показывая свою искренность по отношению к ней. Господи, она даже не понимает, на сколько тун сейчас счастлив. Да, может он сделал плохие вещи. Но последствия ведь были сладки.