Отсроченное затмение

Первым, что она сделала после удара баллисты о крепостную стену был сдавленный вдох, легкие отказывались впускать воздух: было чертовски больно, пыли были слишком много, а грязь попала в глаза и не давала возможности осмотреться, паника душила даже больше чем невозможность вдохнуть. Затем кто-то схватил ее за руку, крепко, если бы тот самый человек не вытащил ее из под завала, можно было бы подумать, что то был кто-то из нападающих. Тем не менее сил на борьбу все равно не было. «Весь фокус на дыхании» — она будто бы говорила себе сосредоточится. «Дышать, дышать, успокоиться». Тело болело, но это было хорошо, если что-то болит, значит оно еще цело, хотя бы частично, но цело. Она потерялась в своих мыслях, лишь потом осознав: раны затягиваются, целительный отвар заполнял горло, хотя сначала она даже не осознавала, что происходит, списывая на пыль или грязь. Он был горький, тошнотворный, настолько густой, что глотать его в таком состоянии было сравни самоубийству, то же самое, что и добровольно топиться в реке. И тем не менее, медленно, силы возвращались, мысли приходили в порядок. Был ли у отвара седативный эффект? Нет. Она всегда была такой — спокойной и отстраненной, даже слишком, а произошедшее до этого было скорее исключением, хотя внешне она не подавала виду, скорее всего замешательства никто не заметил. Она наконец смогла вдохнуть нормально и осмотреться, видимо, пока она уходила в себя, кто-то позаботился и об ее зрении, явно протерев лицо и глаза мокрой тряпкой. Наконец-то можно было оглянуться, понять что происходит. Она сразу осознала куда именно не так давно ударила баллиста. Чуть левее и выше. Стена не была разрушена, лишь верхняя ее часть, обломки камней засыпали нескольких не столь удачливых защитников города, красная кровь медленно вытекала из под самого крупного обломка, просачивалась в каждую выемку каменных плит. Она присмотрелась, плохая идея: там был тифлинг, еще молодой, судя по чертам лица, но достаточно крепкий. Обрубленные рога — явный признак рабства, из под камня виднелась лишь голова и рука: он явно умер моментально, но, судя по направлению его руки, в момент смерти уже понимал неизбежность, на лице застыл ужас, страх, но не агония. Странным образом это успокаивало, он не погиб в муках, не страдал, но как, черт возьми, такое может успокаивать? Ее смутили собственные мысли, вызвали отвращение, одновременно с осознанием, что, быть может, именно он и вытянул ее из под обломка перед тем как тот обвалился окончательно. Она не знала этого наверняка, но по какой-то причине сразу посчитала такое событие наиболее вероятным, а это вызвало еще большее отвращение, но уже направленное на сам факт: она еще жива, тогда как тот несчастный погиб. Почему это так важно? Это не такая редкость — смертные погибают, а ей просто повезло. Но у нее есть цель, то, ради чего она обязана выжить, но это вовсе не значит, что нужно идти по головам и радоваться смерти кого-либо еще. Хигана, таково было имя, которое она помнила, может быть даже оно было ненастоящим. Может все ее мысли и действия ненастоящие. Армия защищающихся куда-то отчаянно побежала, прочь от стен, чувствовалась дрожь земли под ударами сотен пар ног, ей помогли встать. Группа людей, всего трое, четверо, если учитывать ее саму. Но Хигана всегда знала, что это не так: она не часть группы, эти люди спасли ее просто потому что они, скорее всего, были хорошими, возможно, такими же эмпатами. Среди убегающих не было таких же, как она, естественно, дроу редко покидают Кихиндо. Есть те, что не живут в Вольном городе, но их мало, значительно меньше чем обычных людей. Почему ее вообще волнует есть ли тут кто-либо еще хотя бы визуально похожий, почему сейчас? Так глупо и несвоевременно. Ее «группа» была доказательством — трое людей. Они все выглядели по-разному, но в толпе смешались с остальными. Она же, будучи невольным участником конфликта была вынуждена сражаться на стороне обороны, даже не зная за что и против кого. Интересно, остальные трое — тоже? Или же они просто наемники, может быть этот город их дом? Опять глупые мысли, зачем ей это знать. Группа двинулась вперед, глубже в город, как и все остальные, вместе с толпой. Но почему? Стены были целы, да, под бесконечным обстрелом, но целы, так почему же они отступают, почему мы отступаем? Она нащупала рукоять своей катаны, крепко сжала ее, так сильно, что костяшки побелели, если бы она могла дать бой, бой на честных условиях, но не сейчас, сейчас было время, когда один единственный солдат ничего не значил. Забавно, как она забыла скорее всего сотни часов тренировок, если не лет, а тело инстинктивно помнило что нужно делать и как сражаться. Они бежали, удивительно, как можно всего минуту назад быть при смерти, а теперь бежать почти на полной скорости, ноги казались такими легкими, шаги верными, она как будто летела. Что бы один из этих людей не дал ей, это помогло. Внезапно все остановились, Хигана инстинктивно сделала то же самое. Взгляд наверх. Человек? На вершине одной из самых высоких башен, он просто там стоит, это на него все смотрят? Нет. Вовсе нет. Оглушительная вспышка. Свет. Затем грохот. Затем пустота. Тишина. Темнота. Там ничего не было, вокруг ничего не было. Тут так… Она попыталась вдохнуть — никакого эффекта, тело не болело, не слушалось. Плохо, очень плохо, еще минуту назад она паниковала, но не сейчас, сейчас было спокойно. Так ли выглядит смерть? Мы что, действительно умерли? А что стало причиной? Они же совсем недавно стояли в осаждаемом городе, пытались выжить, возможно даже победить, были практически в самом центре битвы. А тот странный человек в вершине башни — его рук дело? Нет. Не похоже, слишком простой ответ: она попыталась вспомнить, вспомнить…что? Это же было пару секунд назад. Все произошло так внезапно, но не казалось неправильным. «Не вы. Не сейчас» Слова были слышны так, будто то был собственный голос, звучал прямо в голове, в мыслях. Он заставил сфокусироваться, смотреть только на него, слушать его. Она смогла распознать источник — сущность, силуэт которой был столь далек и размыт, чистая энергия. Это точно был не человек, смертные так не могут. Не могут выжить в взрыве. Взрыв? Точно. Та вспышка, взрыв — огромный луч света за секунду испепелил весь город. Тот человек в башне? Снова нет. Почему она вообще ищет какой-то смысл? Затем Хигана смогла открыть глаза.