Да и черт бы с той рекой

— Почему один, консерва, где этот старый мудак… Рида не удивляет, что Коннор явился к нему домой. Он позволяет войти, запирает дверь и идёт в гостиную. Осушает наполненный виски стакан и со стуком ставит его на столешницу. — Почему вы так ненавидите Хэнка? — спрашивает Коннор. Воздействие алкоголя на людей можно изучать бесконечно. У детектива Рида, например, очень резко подскакивает уровень терпимости к андроидам. К одному конкретному. Что играет на руку Коннору (хотя он не особо понимает значение этой фразы без обращения к интернету). — У меня есть причины, ну? — Рид злится. — Это непонятно? — Что вам сделал лейтенант Андерсон? Рид смотрит на свой пустой стакан, переводит взгляд на бутылку виски, так заманчиво стоящую на столике. — Не думаю, что это твоё дело. — Он болезненно воспринимает всё, что вас касается. Мне хотелось бы знать, почему. Он рассказал мне про Коула, про бывшую жену, про всё, о чём я спрашивал. Кроме того, что касается вас. Рид кивает. — Тактика выжженной земли, понимаю. Я сделал то же самое. — Но что вы сделали? Рид тяжело вздыхает. — Я убил его любовника и послужил причиной смерти сына. Коннор замирает, потом несколько раз прогоняет на повторе слова Рида, пытаясь понять, что именно услышал. — Вы прикончили… партнера лейтенанта? — Ага. Коннор без спроса садится в кресло и смотрит на Рида. — Это был несчастный случай? — осторожно спрашивает он. — Нет, — Рид смеется, надрывно, выталкивая из себя смех и хрипы вперемешку. — Целенаправленно, консерва. Был в участке молодой парень, только пришедший в патрульные, разумеется, он тут же втрескался в Хэнка до слюней. Видел старые фото этого ублюдка? Коннор кивает. — Тогда понимаешь. Итак, они трахались, всё было хорошо до одного дня. Пока Хэнк не попал в автокатастрофу вместе с сыном. — Подождите, лейтенант изменял жене с коллегой? Рид машет рукой. — Не уверен, что это измена. Не знаю, консерва, всё было пиздец сложно тогда. Хэнк старательно корчил из себя образцового члена общества, к тому же все эти его«Хочу семью, собаку и коттедж»не особо вязались с его любовником. Тот был адреналиновым наркоманом. Всегда первый на всех задержаниях, карьера, кресло капитана — самое огромное желание. В общем, в тот день было очередное задержание… — И партнер лейтенанта был там? — уточняет Коннор, видя, что Рид смотрит куда-то перед собой. — Да. И партнер лейтенанта там был. — И вы? — И я. И в какой-то момент любовник Андерсона сорвался с крыши… — Рид глубоко и прерывисто вздыхает. — Я мог это предотвратить. Просто протянуть руку. Но я не захотел. И всё закончилось тем, что его любовник решил, что нахрен не нужна эта жизнь, знаешь, такой не вовремя пришедший позорный момент слабости. И полетел с крыши. Хэнк узнал об этом, погнал в больницу… Взяв с собой Коула, не знаю почему, может, хотел просто удостовериться, что его любовник выживет, а потом повести сына в парк развлечений… Дальше догадайся сам. В тот день Хэнк потерял слишком многое, чтобы простить меня. Коннор отодвигает подальше виски. — Я понимаю неприязнь к вам лейтенанта, но почему вы так его ненавидите, детектив? Простите, я не понимаю. Не хватает данных. Рид закрывает глаза, из-под век катятся слезы. — Имя, консерва, всё дело в имени его любовника, которого я убил несколько лет назад. — И как его звали? — Гэвин. Его звали Гэвин Рид. Коннор замирает. — Я… Я прошу прощения, детектив. — Если бы только я протянул руку и схватился за ограждение, ничего бы не было. Но теперь уже поздно. Он открывает глаза и всё-таки тянется за виски. — Вы пьете один и тот же алкоголь. — Знаю. Это его любимый. Пристрастился. Не могу никак отвыкнуть. Рид наливает себе половину стакана. — За Коула Андерсона, который оказался всего лишь жертвой двух взрослых идиотов, — он осушает выпивку, наливает снова. — Вам не следует столько пить. Рид смеётся, вскакивает на ноги, роняя стакан. Тот катится по ковру, разливает виски. Рид уходит в спальню, возвращается с коробкой, практически швыряет ту Коннору. — Забери. — Что там, я могу посмотреть? — Пф… — Рид хватает бутылку и присасывается к горлышку. Коннор расценивает это как«да», открывает коробку. На самом верху лежит фотография в рамке: молодой Гэвин Рид, ещё без единого шрама, смотрит в камеру, привалившись виском к плечу Хэнка, который тщетно пытается сдержать улыбку. Старая футболка, серый хлопок, судя по полустертым буквам на бирке, размер Хэнка, Рид бы в ней утонул. Домашние штаны. Пижама. — Он ночевал у вас? — Иногда, — Рид поглядывает на опустевшую бутылку так, словно раздумывает, не запустить ли ей в гостя. «Коннор, где тебя черти носят?»— прорезается сообщением Хэнк. «Смотрю, как детектив Рид добивает вашего бывшего любовника усиленными дозами спиртного. По моим расчетам, остался один стакан». Хэнк не отвечает. Коннор очень надеется, что его расчеты психопрофиля лейтенанта Андерсона верны. Рид валяется на диване, свесив с него руку. Спиртным пахнет удушающе. Коннор поднимается, открывает окно, заставляя Рида тревожно замычать и снова затихнуть. По потолку скользят блики фар подъезжающей машины. Коннор открывает дверь, стоя на пороге. — Поехали, — бросает Андерсон. — Даже не спросите, как там детектив Рид? — Не вижу скорой помощи у него дома. И ты не носишься, рассыпая советы о помощи при алкогольном отравлении. Значит, всё в порядке. Рид издаёт еще один стон. Коннор поворачивается, сканирует его. — Состояние детектива крайне нестабильно. Возможно, следует присмотреть за ним. — Я зря сюда ехал, что ли? — раздражается Хэнк. — Смотрю, ты этого ублюдка уже всячески обихаживаешь. Уровень его стресса растёт от каждого взгляда, бросаемого внутрь. Коннор отступает назад, оставляя дверь открытой. — Сколько этот придурок выхлестал? — Хэнк тяжело сглатывает. — При мне одну бутылку, возможно, перед этим было еще несколько. Мне осмотреть дом детектива Рида? — Валяй, — разрешает Хэнк. — Если потом он тебя пристрелит, я в этом буду не виноват. Коннор внимательно обходит гостиную, по пути мимоходом поставив рамку с фотографией ещё счастливых и влюбленных Гэвина и Хэнка на полку, затем уходит в спальню. Вполне предсказуемо, что никакого больше алкоголя он не находит. Но когда он возвращается, Хэнк стоит у полки и смотрит на эту фотографию. И молчит. — Кажется, детектив выпил лишь одну бутылку. — Тогда для него это не доза, — холодно говорит Хэнк. — Брось его. Пора домой, пока Сумо не занял всю твою постель собой. Он почему-то принимает её за лежанку. Коннор не возражает, идет мимо укрытого пледом Рида к входной двери. — Как мы закроем дом? — Просто захлопнем дверь, замок автоматический, — Хэнк возится с замком. — Вот так. В машине Коннор молчит. Хэнк тоже. Но это молчание похоже на отсчет перед взрывом. — Что он тебе наговорил? — наконец спрашивает Хэнк. — Что виноват в смертях, Коула и собственной. — Для мертвеца Рид чересчур уж жив, — зло роняет Хэнк. — Вы бы предпочли, чтобы тогда врачи не спасли его? — спрашивает Коннор. Хэнк резко нажимает на тормоз. — Пошел вон, — говорит он. Потом срывается на крик. — Вон! Коннор выходит из машины, провожает ее взглядом и стоит на месте, отсчитывая секунды. — Нет, — рявкает Хэнк, когда машина задним ходом возвращается к оставленному на обочине андроиду. — Я бы предпочёл, чтобы он не падал с той крыши. Ты доволен? — Это ваша личная жизнь, я не могу быть доволен или недоволен ей. Возможно, вам следует вернуться? Вернуться и присмотреть за напившимся Ридом. Вернуться к брошенному любовнику. Коннор не уточняет. — Это не делается вот так, по щелчку пальцев. Я не могу простить его за одну ночь, потому что он рассказал тебе слезливую историю, а ты купился на его улыбочку. — Детектив Рид не улыбался. Он плакал. Хэнк смотрит на него бешеным взглядом, потом отворачивается. — Садись. Едем домой. Возможно, завтра я принесу ему кофе и не буду бурно радоваться его умирающему виду… Пока не могу обещать. Возможно, этот кофе детектив Рид даже выпьет, отворачиваясь от взгляда Хэнка. Возможно, он даже сможет поговорить с Хэнком, не сорвавшись на оскорбления. Возможно, они смогут провести рядом полчаса, наблюдая за допросом. Возможно, Хэнк поедет проверить, не заначил ли Рид дома бухло. Возможно, однажды утром они проснутся в одной постели. Возможно, войти дважды в одну реку не так уж и плохо. Все возможно, Коннор не предсказывает будущее. Он просто хорошо умеет составлять психопрофили.