~|Мелодия|~

В холодных стенах замка Димитреску, вечерами звучала музыка. Альсина, величественная и грациозная, могла проводить часы за роялем, пока свечи отбрасывали мягкие тени на мраморный пол. Она играла для себя, для своих дочерей… и иногда, как ей казалось, для кого-то еще.

***

Этим вечером её пальцы бегали по клавишам, рождая мелодию, полную тоски и нежности. Она внезапно замерла, услышав знакомый металлический стук. –Гейзенберг –протянула она с легкой насмешкой, не оборачиваясь, но всё же прерывая свою игру. –Я думал, что ты научилась запирать двери, милая –раздался его грубоватый голос, и он вышел из тени. Карл, в своем старом пальто и с неизменной сигарой в руках, выглядел как всегда небрежно. Металлический молот за его спиной сверкал в свете свечей в зале. –Я тебя не приглашала –сухо сказала Альсина, повернувшись к нему. Её глаза метнулись к сигаре –И убери эту гадость. Он ухмыльнулся, вытащил сигару изо рта и лениво потушил её о ближайшую колонну. –Лучше? Она тяжело вздохнула, покачав головой. –Что тебе нужно, Карл? –Разве я не могу просто навестить свою любимую леди? Она прищурилась. –С какой целью? В очередной раз обсудить твои планы восстания против Миранды? –Ты можешь хоть раз обойтись без колкостей, а Альсина? –с улыбкой говорил он, подходя ближе –но нет, сегодня я пришел, просто чтобы послушать, как ты играешь. Она удивилась, но не показала этого. –Музыка–это не то, что ты сможешь когда-нибудь понять – сказала она, вернувшись к роялю. –Может быть –не стал он спорить –но мне нравится слушать, как ты играешь. Димитреску глубоко вздохнула, её пальцы снова коснулись клавиш. Альсина играла, чувствуя на себе его взгляд. Он был грубым, дерзким, иногда невыносимым. Но с ним она могла позволить себе быть… собой. –Почему ты всегда приходишь, когда я меньше всего этого жду? –снова остановилась и спросила она спустя некоторое время. Карл присел на край дивана и ухмыльнулся. –Потому что я понимаю, что ты никогда не попросишь. А я то знаю, что тебе нужны слушатели. Она бросила на него строгий взгляд, но уголки её губ приподнялись. –Ты неисправим. –Брось, тебе же нравится – парировал он. Их взгляды встретились, и в тишине комнаты повисло напряжение. –Ты слишком самоуверен –прошептала она. Карл поднялся, подходя ближе. Его голос стал почти мягким. –А ты слишком горда, чтобы признать, что тебе это нравится. Альсина поднялась, возвышаясь над ним. Её величественный облик мог заставить любого трепетать, но не Карла. Он смотрел на неё, как будто она была чем-то гораздо большим, чем просто леди. – Ты играешь с огнем, Гейзенберг. Её рука замерла на его груди, пальцы легко коснулись кожи. – Скажи мне, Карл, почему ты не боишься меня? Он мягко накрыл её руку своей. – Потому что ты не та, кого я должен бояться. Ты – та, кого я люблю. Впервые за долгое время Альсина замерла, не зная, что ответить. Карл подошёл ещё ближе. – А теперь, может, ты сыграешь что-нибудь…для нас? Она рассмеялась низко, мелодично. – Ты и вправду неисправим. Но она закатив глаза снова села за рояль.

***

На этот раз мелодия звучала теплее, и Карл, облокотившись на колонну, слушал, наблюдая за женщиной, которую он, возможно, любил больше всего на свете.