Вам письмо

Путь до Мондштадта был хоть и неблизким, однако относительно безопасным и хорошо знакомым. Пиноккио с ответственностью относился к своей работе, и прекрасно знал, где можно срезать, где лучше остановиться на ночлег, а куда забредать просто-напросто опасно. Не для него, вовсе нет, он был полностью уверен в своих силах, и ни хиличурлы, ни искатели сокровищ, ни дикое зверьё, ни даже агенты Фатуи не смогли бы его остановить, однако послания, что всегда находились при нём, могли пострадать. При неприятном стечении обстоятельств, их не смогла бы спасти даже сделанная на заказ почтовая сумка, обитая кожей снаружи и из прочнейшего сплава внутри. Так что, когда перед ним вставал выбор: потерять время на обход, или рискнуть сохранностью почты, он как правило выбирал первое. И лишь в редких случаях, когда от скорейшей доставки послания зависело слишком многое, он мог решиться на подобный шаг. К счастью, в этот раз не было ничего подобного – и сроки стандартные, и путь прекрасно известен. Дорожка до Мондштадта была им давно протоптана. Корреспонденция гильдии Искателей приключений, письма путешественников родственникам, даже дипломатическая почта – он доставлял всё это не по одному разу. Вот и сейчас в его сумке томилось несколько писем, среди которых всего одно было сравнительно срочным. Добравшись до Спрингвейла, Пиноккио смог позволить себе немного расслабиться, всё же до конечной цели рукой подать, доберётся в два счёта, только сперва перекусит в местной забегаловке. С прошлого его визита, как оказалось, успело многое произойти. Магистр Ордо Фавониус Варка отправился в какую-то экспедицию, забрав с собой всех лошадей, до которых смог дотянуться, а на хозяйстве оставив Джинн, хорошую знакомую Пиноккио, которой он обычно и сдавал всю корреспонденцию, что шла местным рыцарям. Но это были не все новости, ибо вскоре после того, как Магистр убыл, на ранее тихий и мирный Мондштадт посыпались неприятности одна другой гаже. То хиличурлы нападут, то Маги Бездны объявятся, то Фатуянцы очередную каверзу организуют. А потом вообще произошло неслыханное – объявился дракон, тут же прозванный Ужасом Бури, и как начнёт буянить! Повезло, что нашёлся какой-то смельчак, сумевший со всем этим разобраться, и теперь вновь стало относительно спокойно. Прибыв в Монд, Пиноккио первым делом направился к представительству гильдии Искателей Приключений, передав Катерине пачку писем от обывателей к обывателям. Самому таскаться по адресам ему было не с руки, он своё дело сделал, остальным займутся младшие члены гильдии, надо же и им на что-то жить. Далее его путь лежал в штаб Ордо Фавониус. Международное сотрудничество в эти непростые времена было важно, как никогда, настолько распоясались похитители сокровищ, не признающие никаких границ. Так что пачка писем от жандармов была не менее толстой, к тому же ему в который раз доверили послание от самого месье Невилетта. Не слишком важное, по всей видимости, раз уж его по пути ни разу не попытались перехватить агенты Фатуи, хотя обычно подобное происходило с раздражающей регулярностью. Джинн, несмотря на статус исполняющей обязанности Магистра, по своему обыкновению приняла его лично, тут же усадив на диванчик и поставив перед ним чай с выпечкой. Не успел Пиноккио и глазом моргнуть, как в кабинете тут же нарисовалась и библиотекарь Лиза, обожавшая от нечего делать подкатывать к нему свои необъятные… пузыринки, тем самым пытаясь смутить очередного «милашку». Пиноккио, правда, никогда не смущался, уж чем-чем, а пузыринами его не испугать. Впрочем, Лизу это никогда не останавливало, а наоборот скорее раззадоривало. - Осталось последнее письмо, для господина Альбедо, - допив чай, сообщил он, - где я могу его найти? - Оставь его с остальными, я передам, - доброжелательно улыбнулась Джинн. - К сожалению, не получится, оно заказное, - вздохнул Пи, - нужно доставить лично в руки. - Какая незадача, - проворковала Лиза, - наш Альбедо как раз на днях отправился на Драконий Хребет, несколько недель там точно пробудет, а то и на месяц задержится. Скажи, милашка, как давно у тебя не было отпуска? Может погостишь у нас? Отдохнёшь от вечных путешествий! За сорок с лишним лет своей карьеры в Главном Почтовом Управлении Фонтейна, Пиноккио был в отпуске всего один раз и ему не особо понравилось. Он отдыхал, путешествуя и делая свою работу, ему нравилось наполнять своё существование смыслом. - Пожалуй, откажусь, - он отстранился от напористой женщины, заставив ту притворно надуться, после чего обратился к Джинн: - не подскажете, где конкретно я могу отыскать господина Альбедо? Он покинул Мондштадт на следующий день. В конце концов Пи давно перестал быть бездушной машиной и предпочитал отдыхать с комфортом, а не в чистом поле, если представлялась такая возможность. К сожалению, гостиница Монда не могла принять новых постояльцев, так как была забита наводнившими город Фатуи – и тут подгадили! – однако ему удалось договориться с Катериной и переночевать в общаге гильдии, благо там всегда имелись свободные койки. За пол дня удалось добраться до лагеря приключенцев, разбитого возле Драконьего Хребта, там он подкрепился, выслушал от опытного искателя приключений инструкции по выживанию в этом суровом морозном краю, и двинулся дальше в путь. От подбитого мехом плаща, который пытался ему впарить один ушлый торговец, он отказался, так и пойдя в край вечной зимы в своём сером форменном кителе. Холода Пи не боялся, всё же Эрго, струящаяся в его организме, надёжно защищала от экстремальных температур так же хорошо, как и от вражеских клинков, и даже от времени, не давая ему и шанса постареть хотя бы на день. Объяснения Джинн он запомнил дословно, да и топографическим кретинизмом никогда не страдал, однако даже так, отыскать путь наверх, туда, где находился лагерь главного алхимика Ордо Фавониус, оказалось непросто. И ладно бы только это, но тут и от чурлов самых разных вариаций отбоя не было! Особенно Пиноккио поразил здоровяк с покрытой ледяной коркой шкурой. Пришлось даже задействовать Электро Глаз Бога, вмонтированный в протез левой руки. Был бы у его элемент Пиро, пробиться через такой своеобразный доспех удалось бы легче, но Пи справился и так. Когда от засады остались одни лишь стремительно истаивающие в воздухе останки, он спрятал саблю в пространственный карман Глаза, и двинулся дальше. Добраться до цели удалось только с наступлением темноты, и то лишь потому, что он увидел свет от костра. Профессиональное чутьё подсказывало, что на такой высоте вряд ли может оказаться кто-то, кроме искомого алхимика, и оно не подвело! Раньше им видеться не доводилось, однако Пиноккио слышал об Альбедо достаточно, чтобы моментально его узнать. Светлые волосы, белый плащ, тату в виде золотистого ромба на шее, Гео Глаз Бога – ошибки быть не может. - Вам письмо, - Пи выступил на освещённое пространство с протянутым пухлым конвертом. - Серьёзно? – Выгнул бровь Альбедо, только заметив визитёра. – Вы и правда проделали весь путь от Мондштадта только ради письма? - От Фонтейна, - педантично уточнил Пиноккио, - ребята из Исследовательского Института отдельно подчеркнули, что послание должно быть доставлено лично в руки. -О! – Растерянность тут же сменилась энтузиазмом. – Похоже мой запрос наконец одобрили, вы позволите? - Конечно, - он передал конверт и поспешил добавить, сунув следом бланк: - но перед тем, как откроете, распишитесь. Альбедо нашарил на стоящем неподалёку грубо сколоченном столе, заваленном бумагами и непонятными для Пи инструментами, карандаш, поставив размашистую подпись, после чего сломал восковую печать и вскрыл конверт. - Доброго вечера, - попрощался Пи и развернулся, собираясь уйти, когда ему в спину донёсся удивлённый возглас: - Вы же не собираетесь в ночь спускаться с горы?! Да ещё в такую метель! - Э-э… - Пи взлохматил свои и без того взлохмаченные пепельные вихры, - я и так порядочно задержался, не хочу вам мешать… - Что бы здесь ни было, оно подождёт до утра, - Альбедо решительно отбросил конверт на всё тот же стол, отчего Пиноккио ощутил беспокойство – как бы алхимик не потерял его среди остальных бумаг. – Присаживайтесь, сейчас заварю чай. Его схватили за руку и решительно отвели к простенькому очагу, свет которого и привлёк Пи в небольшую пещеру, где обосновался Альбедо. Усевшись на низкий табурет, Пи с удовольствием вытянул к огню ноги. Пускай он был выносливее обычного человека, а холод не доставлял ему особого дискомфорта, ощущать, как отогреваются натруженные ступни, было приятно. Через пару минут ему в руки сунули глиняную кружку с дымящимся варевом, которое если и имело какое-то сходство с чаем, то уж слишком отдалённое. Тем не менее, пахло оно приятно, да и на вкус оказалось ничего, теплом прокатившись по пищеводу. - Тяжёлая у вас профессия, - покачал головой устроившийся по соседству алхимик, с едва заметной улыбкой глядя на гостя. - Уверен, ваша ничуть не легче, - дипломатично откликнулся Пи. Сам он свою работу считал предельно простой, знай таскайся с сумкой взад-назад, здесь шибко извилинами шевелить не надо. То ли дело алхимики… Когда-то давно, до того, как он каким-то невероятным образом очутился в этом ярком мире, Пиноккио уже встречал парочку алхимиков. Один погрузил в хаос целый город, проводил бесчеловечные опыты над больными людьми, да и в целом вполне вписывался в архетип безумного учёного. Второй же, при небольшой помощи самого Пи, умудрился найти лекарство от опасной болезни. К счастью, Альбедо походил именно на второго. Такой же тихий размеренный голос, такое же непоколебимое спокойствие. Да и во внешности имелись схожие черты! Но даже если бы алхимик ничем не напоминал давнего знакомца, Пи всё равно оказался бы им очарован, особенно после того, как они немного разговорились и даже перешли на «ты». - Скажи, Пиноккио, я ведь не ошибусь, если предположу, что ты не отсюда? В смысле, совсем не отсюда, - в уме и наблюдательности Альбедо превосходил большую часть когда-либо встреченных в этом мире людей. - Нет. В смысле, не ошибёшься, - покачал головой Пи. Он тайны из своего прошлого никогда не делал, пусть и не рассказывал о нём каждому встречному. Если собеседник ни о чём не догадывался, он и не поднимал эту тему. Сейчас был всего второй раз, когда его об этом спросили. Первым же, кто это заметил, был месье Невилетт, но ему простительно, с его то полутысечелетним жизненным опытом и, вполне возможно, с непохожим на человеческое восприятием реальности. Вот только Альбедо, насколько ему было известно, драконом-долгожителем не являлся, и тем не менее с ходу его раскусил, за что можно было поаплодировать его проницательности. - Я не из этого мира, а как сюда попал… признаться, не имею ни малейшего понятия. Пиноккио подавленно замолчал, в мыслях переживая свой последний день в Крате, что был, как и все предыдущие, до отказа наполнен яростными схватками. Но он победил, выжил, даже отец признал в нём человека, хоть и сделал это в последние мгновения своей жизни… так какого чёрта, после всего этого, он очнулся в трущобах Кур-де-ля-Фонтейна?! Пи как тогда не знал ответа на этот вопрос, так до сих пор его не нашёл, хотя минуло без малого полсотни лет. Впрочем, справедливости ради, он не больно то рвался обратно, Фонтейн ему понравился. Город сильно напоминал Крат, только был светлее, чище и определённо намного живее. - Как интересно! – Глаза Альбедо загорелись любопытством, что на его до этого непроницаемом лице смотрелось завораживающе. – Расскажешь, как там было? Если это, конечно, не секрет. Пиноккио рассказал. И про Крат, некогда прекрасный город, обезображенный чумой и локальным восстанием машин, и про себя и свои злоключения, и даже про отца с его истинной ролью в происходящем. Он говорил и не мог остановиться, видимо слишком долго держал это в себе. Казалось, будто он только и ждал момента выговориться, но до этого Пи подобное желание не посещало, видимо было важно найти подходящего собеседника, и Альбедо внезапно для себя оказался идеальным вариантом. Он не перебивал и слушал очень внимательно, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. Когда поток слов иссяк, они какое-то время просто молчали, глядя на пляшущее в очаге пламя. - Я за тебя рад, - наконец произнёс алхимик и, заметив вопрошающий взгляд, пояснил: - рад, что ты смог оттуда вырваться, и рад, что сумел устроиться на новом месте. Пиноккио на это только кивнул. Его притирка к этому миру не была лёгкой и безболезненной. По началу он умел только одно – сражаться и убивать, и лишь удачное стечение обстоятельств не дало ему покатиться по наклонной. Случайное знакомство с молодым господином Калласом из Спина-ди-Росула позволило Пи устроиться на хоть и не слишком прибыльную, зато честную работу. Да и жильём на первое время его обеспечили. Сперва он стал разносчиком газет в «Паровой птице», затем перебрался в почтамт, где поначалу доставлял письма только в пределах города, а затем уже и по всему региону. Он был быстр и надёжен, мало кто из коллег мог с ним конкурировать. Благодаря выдающимся боевым способностям, его быстро повысили до почтальона-международника, и ему удалось побывать почти во всех регионах Тейвата. Теперь же он являлся лучшим сотрудником почты, которому доверялись наиболее важные послания, ведь он всегда выполнял свою работу безукоризненно. - А ещё я рад, что именно ты доставил мне это письмо, - прервал его размышления Альбедо, - в первый раз встречаю такого же как я. - Так ты тоже из Крата?! – Пи был слишком расслаблен, чтобы вскочить на ноги, однако дёрнулся так, что едва не завалился назад вместе с табуреткой, благо алхимик успел его подхватить, спасая от неловкой ситуации. - Нет, - покачал головой он, - я имел ввиду, что я такой же искусственный человек, как и ты. Моя мать, имя которой ничего тебе не скажет, создала меня при помощи алхимии. Я уже довольно давно существую на этом свете, но так и не узнал, для чего пришёл в этот мир. Ради чего существую? Скажи, ты знаешь?.. - Лучше бы не знал, - перебил его Пи, и, увидев изумление на лице собеседника, уточнил: - изначально я был создан только для того, чтобы из меня, как из куколки насекомого, вылупился тот, кого отец по-настоящему хотел видеть своим сыном. Но к тому моменту, когда это должно было произойти, я слишком полюбил жизнь, стал слишком человеком. А потом я оказался в Тейвате, и с тех пор живу без какого-то особого смысла, как и подавляющее большинство обычных людей. Путешествую по миру, узнаю что-то новое, знакомлюсь с интересными людьми. Вот хотя бы сейчас: я впервые посетил Драконий Хребет и встретил тебя, - он усмехнулся, - доставка уже себя окупила. - Получается, ты сам наполняешь свою жизнь смыслом, - кивнул алхимик, - ты прав, многие мои друзья и знакомые живут именно так. Существуют в моменте, радуются простым сиюминутным вещам. - Разве это плохо? – Пожал плечами Пиноккио. - Не плохо, - покачал головой Альбедо, - но разве тебе никогда не хотелось чего-то большего? - Возможно… - кивнул Пи, посмотрев на собеседника. Тот заинтересованно придвинулся ближе, всем своим видом желая узнать продолжение, и Пиноккио не стал его разочаровывать, подавшись вперёд и легко коснувшись его губ своими, после чего отпрянул. - Что?.. – Только и смог выдавить из себя поражённый алхимик. - Это то, чего мне хочется больше всего – чтобы кто-то ждал меня дома, - ответил Пи, поднимаясь на ноги. Момент духовного единения минул, и ему вдруг стало очень неловко за свои поспешные действия. Впрочем, в своё оправдание Пиноккио мог бы сказать, что никогда и ни с кем в двух мирах он не чувствовал себя так легко и свободно. Так хорошо. Как жаль, что он сам разрушил этот волшебный вечер одним импульсивным поступком. - Хорошего вечера, - вновь повторил он, но его опять окликнули, не позволив удалиться: - Тебе не кажется, что после того, как тебя поцелуют и сбегут, вечер будет каким угодно, но только не хорошим? Пиноккио застыл, не смея повернуться, и стоял так до тех пор, пока алхимик не прижался к его спине, обхватив руками поперёк груди, и с неожиданной силой потащил назад. - Я по-прежнему не собираюсь отпускать тебя в метель, - шепот Альбедо обжёг ухо. Пи проснулся в объятиях алхимика, ощущая жар от его обнажённого тела. Они едва поместились на узкой лежанке, устланной шкурами, однако сейчас он не променял бы её на самую шикарную кровать в самом роскошном дворце Фонтейна. - Вот метель и закончилась, - раздался заспанный голос Альбедо, - значит, теперь ты всё же уйдёшь… - Если будешь ждать меня обратно, я обязательно вернусь, - пообещал Пи, поцеловав того в висок. Сборы не заняли много времени, и вот он уже в третий раз в нерешительности замер на выходе из пещеры. - В Мондштадте нет почтовой службы, как считаешь, если отставной почтальон решит наладить здесь что-то подобное, Джинн поддержит подобную инициативу? - Она давно грозилась организовать что-то вроде отряда вестников в Ордо Фавониус. И уж точно не станет возражать, если его возглавит настоящий профессионал своего дела. - В таком случае, я до Фонтейна, и сразу назад, - улыбнулся Пиноккио. - А я буду ждать тебя, Пи, - пообещал Альбедо, - всегда буду.