Магия, зависимость, тьма

Гермиона Грейнджер прибыла в Россию с ощущением странного волнения. Она не могла не заметить, как весь Петербург был поглощен зимней тишиной, а под ногами чувствовалась легкая зябкость, как будто сама земля здесь была злой и не привыкшей к теплу. Снежный ветер колол и резал пальцы, стискивал и щипал щёки. Кудри, выбившиеся из-под шапки, покрылись белым снежным налетом. Гермиона тряхнула головой. Всё здесь было одновременно впечатляющим и мрачным. От каждого камня на мостовой веяло древней магией, дремавшей в ледяной глубине. Высокие здания будто стояли на страже какого-то страшного секрета. Гермиона Грейнджер ощущала это всем своим существом. На точке международной аппарации их встретил маленький суетливый волшебник. Он сунул Гермионе пухлый конверт, глубоко поклонился и тут же исчез в снежном вихре. — Гарри, пойдем скорее, — Гермиона протянула Гарри визитку с адресом отеля и умоляюще посмотрела на своего спутника, — Мы скоро превратимся в сугроб. Гарри глянул на адрес, сморщился от очередного порыва ветра, кивнул и взял её за руку. Как только их пальцы соприкоснулись, пара с громким хлопком исчезла.

***

Она стояла у окна гостиницы, глядя на ночной город с его еле заметными огоньками, скользящими по льду реки. Облака тумана повисли над улицей, скрывая от взглядов то, что должно было остаться невидимым. Гермиона глубоко вздохнула. Когда они с Гарри появились в переулке с платформой для международной аппарации, сотрудник министерства не перекинулся с ними и словом, а город встретил молчанием, как будто всё находилось в ожидании чего-то страшного, сокрытого в тенях. Уже прошло несколько дней, а все переговоры с российским авроратом были похожи на игру в шарады. Она осознавала, что они совершенно не готовы к миссии: информации не было, а Пожиратели здесь чувствовали себя как дома. Они были не просто побежденной и изгнанной кучкой неудачников, а чем-то реальным. Даже без предводительства Воландеморта они оставались чем-то опасным и непредсказуемым. К тому же, золотая троица превратилась в пару: Рон отказался ехать так далеко — долгожданное мирное время в Британии и только начавшаяся семейная жизнь с Лавандой были для него важнее, чем мутная миссия в далёкой стране. — Ты заметил, как странно себя ведут местные маги? — Гермиона задумчиво посмотрела в окно, где мрак ночи поглощал город, скрывая его вуалью тумана. — Всё как-то слишком тихо… И, похоже, никто не хочет обсуждать подробности, — Гарри нахмурился и сжал в руках чашку крепкого кофе. — Все эти угрюмые лица, обрывки информации, которые мы с боем вытягиваем на каждом совещании в министерстве… Я даже не знаю, стоит ли доверять местным источникам. — Они все слишком насторожены, — Гермиона потерла висок, явно нервничая. — Министерства заранее договорились о нашем приезде. Я ожидала увидеть больше открытости. А в итоге… не знаю. Даже тот, кто передал нам конверт, едва ли сказал пару слов. Никаких объяснений, никаких подробностей. — Может, они боятся? — предложил Гарри. — Мы же не знаем, что происходит здесь на самом деле. Если Пожиратели смерти настолько активны, это может быть опасно для всех, кто осмелится вмешаться. Гермиона кивнула, её лицо потемнело от размышлений. Всё усложнял Ноксин — наркотик, распространяемый Пожирателями. При первом приеме он провоцировал мощные вспышки магической активности. Волшебники, использующие его, говорили о резком усилении своей силы: магия буквально выплескивалась наружу, разрушая и изменяя всё вокруг. Заклинания становились ярче, мощнее, это были настоящие чудеса, которые ранее были невозможны. Наркоманы испытывали состояние всепоглощающей эйфории, магия сливалась с их желаниями, заставляя их чувствовать себя богами в своей реальности. Но за все нужно было платить. Кратковременная вспышка силы сменялась тяжелейшим истощением. У зависимых со стажем тело распадалось, конечности гнили, а магия иссякала. Ноксин разрушал не только тело, но и разум, провоцируя приступы паранойи, галлюцинации и бред. В сознании появлялась пустота, которую невозможно было заполнить. Гермиона прокрутила все факты в голове и побледнела. Победить Темного Лорда было сложно, но то, что предстояло им сейчас, было ещё сложнее.

***

Гарри и Гермиона стояли на мосту, глядя на заснеженные улицы Санкт-Петербурга. Ледяной ветер по обыкновению пронизывал до костей. Редкие прохожие кутались в шубы и прятали лица за большими шерстяными шарфами. Все старались не задерживаться на открытой местности и косились с подозрением на двух странных незнакомцев в европейских пальто. — Мы не должны рисковать, но… — сказал Гарри, его лицо отражало тревогу, которая уже давно поселилась в их душах. — Я думаю, что всё-таки лучше разделиться. Ты пойдешь в магический Петербург, а я займусь поиском информации в Министерстве. По отдельности мы получим вдвое больше информации. Гермиона кивнула. Она понимала, что это лучший способ получить хоть какие-то данные, но какое-то липкое нехорошее предчувствие не оставляло её. За годы войны она привыкла доверять своим инстинктам, и сейчас они подсказывали, что в этом городе творится нечто гораздо более темное, чем она может себе представить. Прежде чем отправиться на улицы Петербурга, Гермиона направила палочку на себя: — Lingua Commutatio. Она почувствовала лёгкое жжение на кончике языка. «Заклинание двухстороннего перевода. Этого должно хватить,» — подумала она, готовясь к первым встречам. — Будь осторожен, Гарри, — сказала она, махнув палочкой и в его сторону. — Ты тоже, — сказал он, и в его глазах было что-то большее, чем просто забота.

***

Спустя несколько десятков минут Гермиона подошла к арке, скрытой во дворе-колодце, и произнесла открывающее проход заклинание. В этот момент магия вокруг неё ощущалась особенно сильно — воздух вокруг искрился серой неприятной энергией, кончики пальцев покалывало. Когда проход открылся, Гермиона сделала шаг и оказалась в магической части города. Здесь было всё иначе. Вместо привычных волшебных лавок и ярких витрин, перед ней открылась темная улица. Немногочисленные прохожие, неохотно поглядывая вокруг, спешили по своим делам. На некоторых лавках висели тусклые оранжевые гирлянды, от которых рябило в глазах. В воздухе витала опасность, и Гермиона поняла, что её ожидания относительно Петербурга не были напрасными. Она направилась к каменному зданию с лавкой, которая, как ей сказали в аврорате, была связана с местной магической сетью. Внутри было темно, запах трав и редких ингредиентов витал в воздухе. Волшебница, стоящая за прилавком, с каменным лицом уставилась на посетительницу. — Здравствуйте, — сказала она через пару секунд, будто очнувшись от оцепенения. — Что вам нужно? Гермиона осторожно подошла. — Я ищу информацию, — сказала она, пытаясь сделать свой голос как можно более нейтральным. — Слышала, что здесь, в Петербурге, активно действуют пожиратели. Я ищу одного из них. Личные счеты. Гермиона надеялась, что поиск одного человека будет выглядеть менее подозрительно. Судя по тому, что она знала, в России уважали защиту чести (зачем ещё юной девушке искать преступника?), а женщины всегда готовы были помочь другим женщинам. Волшебница снова окаменела. На замершем восковом лице подвижными были только глаза — её взгляд оценивающе пробежался по Гермионе. Наконец она нахмурилась и прошептала: — Я ничего не знаю, но могу порекомендовать несколько мест, где на ваши вопросы могут найтись ответы. — Женщина взмахнула палочкой, и на клочке бумаги, лежащем на столе, проявились несколько строк. Она протянула ей листок и Гермиона заметила, что её взгляд стал более напряжённым, а рука тряслась. — Будьте осторожны, — добавила она тихо. Драгоценный клочок бумаги тут же отправился в глубокий карман пальто. Гермиона кивнула и покинула лавку.

***

Шагая по узкому переулку, Гермиона Грейнджер почувствовала, как что-то в воздухе вокруг неё изменилось. Липкое предчувствие стало сильнее, спину через теплое пальто сверлил чей-то взгляд. Туман сгущался, и Гермиона невольно ускорила шаг. Но в следующий момент из темноты на неё выскочила фигура. — Не бойся, — тихо сказал мужской голос. Когда Гермиона обернулась, она увидела его. Лицо было скрыто под маской, на тёмной одежде никаких опознавательных знаков, а его глаза излучали жестокую уверенность и похоть. По позвоночнику Гермионы скатилась холодная бисеринка пота. — Милая, ты выглядишь испуганной, — сказал он с зловещей усмешкой, делая шаг вперёд. Гермиона выхватила палочку, но его рука уже сжимала запястье. Мужчина наклонился к её уху, дыхание, опалившее девушку, было горячим и тяжёлым. — Ты такая юная, словно глоток лета посреди зимы, — прошептал он, второй рукой приподнимая полы её пальто. — Ты притягиваешь меня, вызываешь во мне голод. Что ты делаешь тут совсем одна? Девушка оцепенела от страха, словно не было за плечами никакой войны. Она раз за разом сталкивалась с разными жуткими вещами, но никто ещё не покушался на неё так. Небо, словно поддерживая его действия, потемнело, скрывая звезды. Все вокруг внезапно замерло, момент стал вечностью. Мужчина прижался ближе. Гермиона почувствовала, как его руки скользнули вниз, и паника, словно ледяной холод, пронзила её. Насильник резко дёрнул Гермиону за руку, заставляя её потерять равновесие. Её палочка выскользнула из руки и глухо ударилась об булыжники мостовой. Руки мужчины вцепились в неё сильнее. Холодный страх сковал тело, и единственная мысль, пробивающаяся сквозь панику, была: «Блять».

***

Внезапно раздался четкий и твердый голос: — Эй, кто здесь? — В конце переулка стоял высокий мужчина, его лицо частично скрывал большой клетчатый шарф, но в его уверенной фигуре было что-то успокаивающее. Незнакомец выглядел совершенно простым, но в его глазах читалась решимость. — Ты кто такой? — рявкнул нападавший, не спуская рук с Гермионы. Мужчина промолчал, делая шаг вперёд. Гермиона заметила длинную черную трость, но палочки в руках не было. Он планирует вмешаться без магии? Девушка почувствовала раздражение. Возможно ей придется спасать не только себя, но и своего защитника. — Не вмешивайся, — мужчина в маске оскалился, на его лице мелькнуло презрение. — Это не твоё дело. — Ошибаешься, — ответил незнакомец. — Ты посягаешь на её свободу и достоинство. Это делает происходящее моим делом. Неожиданно он бросился вперёд. Всё произошло слишком быстро: трость с глухим стуком обрушилась на руку нападавшего, заставляя его выпустить Гермиону. Затем — удар по ноге, заставивший его рухнуть на землю. Нападавший выругался, но не успел подняться. Незнакомец наконец достал палочку, небрежно кинул Ступефай, а затем обернулся к Гермионе. — Вы в порядке? — спросил он, опускаясь на уровень её глаз. Его голос был мягким, в нем чувствовалось искреннее беспокойство, и Гермиона почувствовала, как напряжение немного отпускает. — Да… Спасибо вам, — выдохнула она, пытаясь восстановить дыхание. — Убедитесь, что не ходите одна в таких местах. Это небезопасно. — Незнакомец подал ей её палочку, которая всё это время лежала на земле. Гермиона кивнула, внимательно разглядывая его лицо, скрытое тенью капюшона. В его чертах было что-то странно знакомое, но она никак не могла понять, что именно. — Как вас зовут? — наконец спросила она. — Александр, — ответил он, улыбнувшись едва заметно. — Просто прохожий. С этими словами он поднялся и скрылся в темноте, оставив её в недоумении. Гермиона смотрела ему вслед, чувствуя странное облегчение, смешанное с еле уловимым беспокойством.