Ночь, полная слёз.

По щеке катились редкие капли солёных слёз. Фурина сидела в своём кабинете, погружённая в тишину и одиночество. Её фарфоровая кожа была бледной, а волосы слегка растрепаны. Одежда казалась тяжёлой от влаги, впитавшей все те страдания, что она пыталась сдержать внутри. Но сейчас ей было всё равно. – Сколько ещё это может продолжаться? – шептала она, голос едва различимый среди тихих всхлипываний. Её разум метался между мыслями: «Неужели я ошиблась, согласившись на это? Может, мне стоило отказаться…» Но в памяти всплыло то самое видение, которое предрекло будущее Фонтейна. Либо город утонет в водах, поглощённый стихией, либо выживет, но ценой страданий самой Фурины. Это был её выбор, и она знала об этом с самого начала. «Фурина, ты уже столько сделала ради других… Когда-нибудь ты сможешь сделать что-то для себя?» Она глубоко задумалась, не замечая, как в дверном проёме появился силуэт. Человек замер, глядя на её страдания. – Леди Фурина? – раздался знакомый голос, полный тревоги. Фурина вздрогнула и подняла взгляд, встретившись глазами с тем, кто вошёл. Слезы блестели на её ресницах, но она быстро стёрла их, натянув на лицо привычную маску спокойствия. – Невилетт? – прошептала она, зная, что её поймали с поличным.

***

Невилетт неспешно шёл по коридорам здания, направляясь в кабинет Фурины. Ему необходимо было обсудить дело, связанное с одним из судебных процессов, где требовалось вмешательство Гидро Архонта. Шаги его звучали гулко в пустых залах, залитых мягким светом вечерних окон. В душе его нарастала тревога, как перед бурей на море. Он понимал, что дела в Фонтейне шли не лучшим образом, и каждое заседание суда проходило под гнётом нависшей угрозы. Чувство беспомощности охватывало его всё сильнее. Подойдя к кабинету Фурины, он замедлился. Последние несколько дней она выглядела особенно уставшей и замкнутой. Невилетт догадывался, что причина этого состояния кроется не только в тяжести её обязанностей, но и в какой-то внутренней борьбе. Заглянув в приоткрытую дверь, он увидел её склонённую фигуру, и сердце его сжалось от сочувствия. Войдя внутрь, он остановился, увидев слёзы на её лице. Мгновенно он ощутил, насколько велик груз, лежащий на её хрупких плечах. Она поспешно вытерла слёзы и постаралась принять уверенный вид, хотя ноты грусти всё ещё звучали в её голосе. – Невилетт, – сказала она, стараясь сохранить спокойствие. – Я не ожидала увидеть тебя так поздно. Он приблизился, внимательно наблюдая за ней. В этот момент ему хотелось не просто обсудить рабочие вопросы, но и понять, что именно тяготит её душу. – Я пришёл, чтобы обсудить дело Вартана, – начал он, тщательно выбирая слова. – Но кажется, у тебя есть нечто поважнее, чем судебные процессы. Фурина отвела взгляд, но Невилетт уловил лёгкое дрожание её плеч. Молчание становилось невыносимым, и он решил продолжить: – Фурина, – произнёс он, вкладывая в свой голос всю свою заботу, – если тебе нужна помощь или поддержка, я здесь. Ты не одна. В её глазах промелькнуло сомнение, и она отступила на шаг, словно боясь открыться. Однако Невилетт продолжал приближаться, желая разделить её бремя. – Я вижу, как тяжело тебе, – продолжил он, смягчая тон. – Ты сильна, но даже самым прочным стенам иногда требуется поддержка. Фурина глубоко вдохнула, и в её глазах появилась искорка решимости. – Ты прав, – ответила она, наконец обретая уверенность. – Слишком долго я игнорировала собственные чувства и желания. Я пытаюсь спасти Фонтейн, но забыла о себе… – Позволь мне помочь тебе, Фурина, – предложил Невилетт, тепло и бережно касаясь её руки. – Если тебе трудно справиться одной, я рядом. Я сделаю всё возможное, чтобы облегчить твою ношу. Фурина медленно кивнула, позволяя себе расслабиться. Улыбка, появившаяся на её губах, была искренней, и на мгновение казалось, что часть её груза спала с плеч. — Спасибо, Невилетт. Твоя дружба и поддержка значат для меня больше, чем ты можешь себе представить. Она вытирала последние слёзы и готовилась начать обсуждение, но в её голове уже зарождалась новая идея. Может быть, наконец настал момент, чтобы всё изменить. И для этого ей нужно было не только быть «Гидро Архонтом», но и научиться плавать по течению своих собственных эмоций.