«Не влюбляться»

Зона свела их вновь спустя два долгих года. Один пришел в бар с отрядом, второй - в гордом одиночестве. Один пришел выпить, второй - потрепаться о жизни. Один был в красно-черном бронике, второй - в новенькой «Заре». Долговская чуйка ответственности вынуждала Валеру Кастета оборачиваться каждый раз, когда хлопала хлипкая дверь бара. Но на этот раз он уловил взглядом смутно знакомые черты лица. Одарив всех рядом сидящих звонким рукопожатием, прошедший к барной стойке мужчина опёрся на нее локтем и с улыбкой принялся вещать бармену о чем-то явно стоящем внимания. Мужчина мельком глянул в сторону угрюмо сидевших в углу долговцев и вернулся к беседе. Кастету на секунду даже стало обидно, что его не узнали в ответ. Вроде, после армейки бок о бок в одной общаге ютились, потом тем же составом двинулись в зону в далеком 2009, вот только разошлись разными дорогами спустя несколько месяцев. Рассорились из-за откровенной ерунды, честно говоря. Валере все время потом думалось, что не стоило оно того – опрометчиво терять давнюю дружбу по вине такой мелочи. А сейчас друг от друга их отделяло два метра и двухлетнее молчание. Сенька ничуть не изменился — все те же светлые патлы, из-под капюшона торчащие, все те же серые глаза с озорной искоркой, широкая акулья улыбка. Разве что, подрос чутка. Кастет залпом влил в себя стопку самогонки и утер рот рукавом, косясь в сторону болтающего Сеньки. Правда, Сенькой он был чисто формально - потому что отзывался и на Сеньку, и на Арсюху, и на «эй, ты, бля!». Разве что, теперь звался Аргоном – Арсениев и без него было предостаточно. «Да и не солидно как-то, что мы тебя всё Сеней кличем», подсказали товарищи. Остаток вечера он искоса поглядывал на старого друга, будто надеясь, что он сам с какого-то перепугу подойдёт к ним поболтать, и краткими комментариями поддерживал диалоги товарищей за столом. Спустя часок-другой Аргон всё-таки утомился болтать и, попрощавшись с барменом, направился к выходу. Валеру переклинило: либо поговорить сейчас, либо никогда. Бросив остальным что-то про перекур, он спешным шагом направился к двери, которая только что закрылась за сталкером. Благо, тот не ушел далеко – стоял у ворот, задумчиво глядя в небо, затянутое густым смогом. Кастет тихо подошел сзади и положил руку на чужое плечо. Сеньку ожидаемо подкинуло, и он резко обернулся, по привычке готовясь схватиться за оружие. Разглядев в темноте черты чужого лица, он улыбнулся уголком губ: — Валера, ты, что ли?

***

— Слышал про «сталкеров»? — поинтересовался Арсений, не отрывая глаз от монитора, что-то увлеченно вычитывая. — Кого-кого? — Ну, сталкеры. Ребята, что в «Зону» перебрались, в Припять там, в окрестности. После взрыва на ЧАЭС. Валера задумался: — И че они там ищут? Радиацию? — уточнил недоверчиво. — Да хрен их знает. Артефакты какие-то собирают, тварей мочат, потом бешеные бабки гребут на этих штуках радиоактивных. Может, махнем? — наконец поднял глаза. — Еще чего. Жить надоело? — Да ладно тебе урчать. Поинтереснее, чем тут с тараканами тухнуть. — Нет. Не знаю, как ты, а я никуда не поеду. Спиздел, получается. Не прошло и трех месяцев, как они тряслись в вагоне поезда с плотно набитыми сумками. Из импровизированного оружия в общаге нашлись только туповатый кухонный нож и Валеркин металлический кастет, порядком потрепанный временем, но это было лучше, чем ничего. Валера всю дорогу ныл и вздыхал, вздыхал и ныл, напрочь выводя Арса из себя. По приезде всё недовольство куда-то чудом испарилось. Двое стояли у ворот, как бараны, и обменивались многозначительными взглядами, топчась на месте добрых 15 минут. Прямо как и сейчас. Разница лишь в том, что тогда они стояли плечом к плечу, а сейчас – друг напротив друга, будто по разные стороны оказались. Помявшись на месте, Валера снял перчатку и протянул руку. Арсений уверенно и крепко пожал ее, едва улыбнувшись. А может, второму просто почудилось. — Ты, получается, должник у нас теперь? – ехидно поинтересовался Сенька, оглядывая чужие комбез и броник. Валера молча кивнул. Стоило, наверное, хоть как-то поддержать диалог, за которым он так рвался, но глядя на давнего друга вновь, понимал, что подходящих моменту слов как-то не находилось. Аргон нарушил молчаливую паузу за него. — А я все ещё вольным гоняю. Далек я от этих ваших группировок, разборок, войн бесконечных. — А мне вот не жилось спокойно. — устало заключил Валера, пожимая плечами. — И сейчас, я так погляжу, не живется. — хмыкнул второй. — Насупились и сидите все, как мыши в углу. Скажи он это любому другому долговцу, непременно получил бы в нос кулаком, но с Валеркой было можно – по крайней мере, Сенька надеялся, что отголоски давней дружбы в нем еще остались. Валера снова неопределенно пожал плечами, своеобразно отказываясь комментировать ситуацию и вытащил из нагрудного кармана пачку «Петра I». Сунул сигарету в зубы, вопросительно протянул пачку второму. Ну, как говорится, дают – бери, бьют – беги, поэтому белобрысый не стал отказываться и тоже вытащил из пачки сигаретку, чиркнул спичкой, затянулся. — Может, выпьем, поговорим? — предложил Арсений, глядя на друга, ожидая, что тот снова пожмет плечами в своей излюбленной манере. — А давай. Завтра, как бы иронично не звучало, я свободен как ветер – начальство выходной щедро выписало. — За боевые заслуги? — Угу. Сигарета дотлела до самого фильтра и Кастет кинул ее под ногу, прижимая носком берца. — Тогда завтра в 5 часов. В ночлежке у Скадовска, ну, знаешь, которая чуть южнее? — Знаю. Увидимся. — ответил Валера, слегка потягиваясь. На часах было не больше 11 вечера, а в сон тянуло уже неумолимо. Пожав на прощание руку собеседнику, он проводил того взглядом и вернулся в бар. Ну, дело хотя бы сдвинулось с мертвой точки, подытожил он сам для себя. Первый шаг навстречу возвращению старой дружбы был сделан, пусть и с титаническим усилием. Плюхнувшись на свое место за столом, мужчина опрокинул еще один стаканчик, щедро налитый сослуживцами и задумался, подперев голову руками, чтобы, не дай бог, не уснуть прямо тут. Сенька будил в нем какие-то мутные чувства прошлого. Прогоняя в голове все приятные и не очень воспоминания, Валера даже удивился – как такое могло забыться, пусть даже на время? Они же вдвоем.. И в огонь и в воду, и в универ один поступили, и в общаге одной жили, и, бывало, даже девчонку одну за ночь на двоих делили. А теперь казалось, будто они знают друг о друге всё и одновременно ничего. Будто встретились совсем новыми людьми, доселе никогда не знакомыми. В недолгом разговоре сквозила неловкость, а глаза смотрели куда угодно, только не на человека, когда-то давно именовавшегося лучшим другом, даже братом. Пьяная голова соображала плохо, но оказалась вполне способна на какие-никакие умозаключения. В висках что-то мерно застучало – либо от небывалой мозговой деятельности, либо от дешевой водки. Либо от всего сразу. Решив, что на сегодня и того, и другого уже хватит, он отсыпал товарищам щедрого «спокойной ночи» и потопал на второй этаж, в комнату, любезно предоставленную ему для ночлега. Майор Кастет обладал незыблемым авторитетом и при этом умудрялся быть своим в доску, за что товарищи по Долгу уважали его еще больше. Отгоняя от себя лишние мысли, Валера снял с себя разгрузку, расстегнул комбез, оставаясь в одной майке и улегся на матрас, посильнее кутаясь в куцее одеяло. Как никак, осень была не за горами.

***

По мере приближения к Скадовску, мужчина начинал несвойственно для себя нервничать. Будто шел на свидание к своей первой школьной любви, за которой ухлестывал почти три года. Время близилось к пяти. Берцы хлюпали по болотистой почве и этот звук только сильнее действовал на нервы. Полуразрушенная деревушка, в которой и находилась нужная ему «ночлежка», показалась в пятиста метрах от Скадовска и Валера ускорил шаг, поудобнее перехватывая любимую АКМ и не забывая регулярно оглядываться по сторонам. Единственный домик, меньше остальных убитый временем и Зоной, пестрел ярко выкрашенной синей дверью и резными наличниками на окнах, в лучшем советском стиле. Подтолкнув дверь ногой так, что она впечаталась в стену прихожей, Кастет включил фонарик, на всякий пожарный оглядел помещение и потопал вглубь к уже знакомому люку на кухне, где бывал не раз, прячась от выброса или мутантов. Оттуда слышались едва различимые звуки шагов и грохота какой-то утвари. Распознав в источнике звуков Сеньку, мужчина подтянул рукой крышку люка и спрыгнул внутрь. Давний друг обнаружился в углу комнаты, перебирающий какие-то стаканчики и банки с тушёнкой. Создавалось ощущение, что он либо тоже нервничал, либо тупо от нечего делать то перекладывал их туда-обратно, то строил пирамидки, то просто вертел в руках. Кастет задумался – неужели Арсений его не услышал? Он же топотал как слон, еще и дверь с размаху в стенку ебанул при входе. Откашлялся, чтобы привлечь внимание. Сталкер вздрогнул и обернулся через плечо, оглядывая гостя с ног до головы. — Привет. – Валера неловко помахал ручкой, как в детском саду, замявшись на месте. — Привет! — белокурый выдохнул с явным облегчением и тут же уселся на матрас, взглядом приглашая сесть на такой же напротив, что и сделал Кастет. Ему в руки тут же всучили стакан и Сенька полез копаться в рюкзаке, очевидно, в поисках бутылки. Снова повисло дурацкое молчание. Жидкость заструилась по краям стаканов с характерным звуком и мужчины переглянулись, чокаясь. После первой разговор должен был пойти легче. Хотелось как одновременно о стольком спросить и рассказать, так и просто насладиться времяпровождением с дорогим сердцу товарищем в тишине. По прошествии получаса и по мере окончания первой бутылки, от молчания не осталось и малейшего следа, а Валера перебазировался на другой матрас, поближе к Арсению. — А помнишь, как мы это?.. Экзамен по механике чуть не сорвали? Тебя еще тогда тошнило по-ублюдски с перепоя, я чуть со смеху не сдох, пока ты блевал в коридоре! Сенька заржал. Они ведь тогда действительно напились до потери памяти и желтых зайчиков перед глазами, а на следующее утро как ни в чем не бывало приперлись косые в институт на экзамен по теоретической механике, которую как назло вел такой противный и придирчивый препод, какого ещё поискать надо было. Приятные воспоминания безмерным потоком хлынули в пьяные головы, выражаясь фонтаном бездумной болтовни и бесконечного ржача на всю ночлежку – того и гляди, либо мутанты, либо мародёры сбегутся. — А потом он нам еще затирал, что мы позорища, а не инженеры! И никуда нас таких бестолковых работать не возьмут! — он подпихнул Валеру локтем, заливаясь смехом. Валера загоготал: — Знал бы он.. Сколько я сейчас ежедневно в карман гребу, на одних только заданиях, да за звание! В гробу бы, ик... завертелся! — Точно-точно! Наработался за свою зарплату в три копейки, вот и бесновался все время, тьфу ты! Насмеявшись до боли в боках, оба почти одновременно выдохнули и прикончили последнюю бутылку. В голове уже не осталось ничего, кроме тумана и нотки приятной атмосферы, такой родной и близкой. Кастет потер затекшую шею и покосился на Арсения. — Такое ощущение, бля, что вечность не виделись, да? — Валера едва разобрал его невнятную речь и согласно кивнул. — Внатуре.. А ведь подумай, всю жизнь почти что вместе! Как мы так-то?.. Последний вопрос был больше риторическим, но Сеня посчитал нужным хоть что-то ответить: — Дак ты же.. И я.. ну.. Вот и разбежались. — Охуительно информативно, спасибо. — хохотнул Кастет, но направление чужих мыслей уловил. Они и вправду оба такого наворотили, столького друг другу наговорили тогда, разругались вдрызг, что не дружи столько лет – точно бы никогда больше не контактировали. Да что там контактировали, за километр бы расходились, борясь с желанием нажать на спусковой крючок, едва завидев друг друга. — Ну ты же понял!

***

За окном уже топталась ночь, а эти двое все еще трепались о былом, не отлипая друг от друга ни на секунду. Моментом ударило осознание – как они друг по другу скучали, даже толком не осознавая этого. В Зоне друзей заводить было не принято – с любым другом можно было распрощаться хоть на следующий день, тут уж как карта ляжет. В тогдашних реалиях ни о каких нормальных человеческих взаимоотношениях и речи не шло, ни о дружбе, ни уж, тем более, о любви. Гораздо проще было держать со всеми отношения сугубо на деловом уровне, и стараться лишний раз ни к кому не привязываться. Кастет не знал, как с этим обстояло в других группировках, уж в Свободе, он был уверен, они трахались налево и направо, не беспокоясь об обязательствах; но если ты вступал в Долг – становился автоматически должен им всё. Даже собственную жизнь. А потому долговцы по общепринятым стандартам становились чуть ли не «бездушными машинами» для зачистки территорий и беспрекословного выполнения нескончаемых заданий. С дисциплиной, естественно, тоже было строго. Каждый должен был бесперебойно быть на связи с генералом или любым другим руководством, за исключением особо опасных заданий, требующих полной концентрации, либо редких выходных дней, что позволялось исключительно за великие подвиги на благо Долга. Туда Валеру затащили едва знакомые на тот момент ребята: он помог им отстреляться от псевдогиганта, пробегая мимо в сторону Энергетика, в аккурат после ссоры с Сенькой. Поддавшись мимолетному желанию насолить «бывшему» другу и, заодно, хоть как-то показать себя, он согласился. Долг на тот момент остро нуждался в новых лицах, желательно, хорошо подготовленных и искренне преданных. В Долге его приняли. Не сказать, что радушно и с распростёртыми объятиями – но вполне достойно. Даже быстро начали воспринимать всерьез. Так и выслужился до майора, бесконечно бегая по поручениям и отдавая долг Долгу. К Валерке моментально приклеилась кличка – Кастет. Как тот, с которым он явился и никогда не расставался, наверное, даже спал с ним под подушкой, вызывая у окружающих безостановочную генерацию тупых и однотипных шуток на эту тему. Но он уверенно продвигался по карьерной лестнице, заставляя количество насмешек падать в обратном направлении, и потому сейчас значился многоуважаемым майором Кастетом, а не просто мальчиком с железкой на пальцах. Обрывая свой поток мыслей, Валера в полутьме разглядел практически засыпающего Сеньку, который несмотря на жуткую сонливость, старался выдавить из себя еще хоть пару слов. — Наклюкался, так спи. — подтолкнул его, заставляя лечь на бок. — Утром поговорим, никуда я не сбегу. Заверил, хотя сам точно знать не мог, не выдернут ли его куда с утреца пораньше – наставлять очередных новеньких бестолочей или топать за три пизды ради захвата нового объекта или территории. Оставалось только надеяться на лучшее. Прикрыв Арса курткой, Валера поднялся с насиженного места, едва не завалившись следом от головокружения и встряхнул затекшими ногами. КПК показывал почти два часа ночи. И как они не утомились столько трепаться за весь вечер? Приоткрыв крышку люка, Кастет сначала предупредительно высунул дуло пушки, а потом и пол ебла. Вывалился наружу и закурил, стоя на крыльце. Перспектива дымить внутри, а потом задыхаться от прокуренного воздуха ему совершенно не претила. Где-то над головой прокаркали неугомонные вороны и унеслись вдаль своей дорогой. Луны, как обычно, не было видно – небо в Зоне почти всегда было хмурым и облачным. В гудящую черепную коробку закрадывались всевозможные варианты дальнейшего развития их с Арсением дружбы. Внутри что-то подозрительно теплилось и грело от этих раздумий. Отпускать вновь найденного лучшего друга не хотелось от слова совсем. Но оба жили своей жизнью, занимались своими делами в Зоне, и их дорогам так или иначе суждено было когда-нибудь разойтись. Проскакивала мысля, что их «дружба» могла привести к не совсем дружбе, но такой исход было решено пока не ставить под вопрос. Валера остро воспринял их конфликт лишь потому, что был всей душой привязан к Сеньке. После завертелось-закрутилось, и времени скучать и сожалеть о сделанном особо не представлялось. А сейчас, после воссоединения, давние чувства обострялись как никогда. Ощущение того, что парни были двумя половинками одного целого, не отпускало Кастета. Даже жизнь стала на секунду казаться чуточку лучше с присутствием в ней старой-новой переменной в лице Арса. Мучаясь в раздумьях о наболевшем, Валера сам для себя пришел к одному рикованному решению. «Нет ничего невозможного, если ты охуел до нужной степени», ведь так? Этим принципом мужчина любил руководстоваться по жизни и потому решил придерживаться годами наработанной тактики даже сейчас. Тем более, пьяненькое состояние давало какой-никакой карт-бланш. Сеанс самооткровений был окончен. Щелчком пальцев отбросил в сторону бычок от сигареты и вздохнул, последний раз бросая взгляд на чернеющий вдалеке лес и кромку неба над ним. Сделал шаг назад, засомневался. Заставил себя сделать еще несколько. Спрыгнул обратно в люк подземной ночлежки и бесшумно подошел к чужому матрасу. Сенька сопел, уткнувшись мордой в стенку. Еще разок взвесив все «за» и «против», Кастет потормошил друга за плечо, вынуждая перевернуться на другой бок. На левой стороне моськи у того виднелись следы от старой замызганной подушки. Снова подступила нервозность, да так, что аж затошнило. Проведя тыльной стороной ладони по чужой щеке, Валера сглотнул вставший в горле ком и присел на колени, придвигаясь поближе. — Арс.. спишь? — решил удостовериться на всякий случай перед тем, как совершить очередную глупость в своей жизни. Ответа, как и ожидалось, не последовало. Это придало некой уверенности. Светлые волосы Арсения отблескивали рыжеватым в бледном свете старой, едва живой лампы. Бросив мимолетный взгляд на умиротворенное выражение лица лучшего друга, Кастет осторожно прикоснулся своими губами к чужим. Они оказались жесткими и обкусанными, с легкой колкостью недавно сбритой щетины, но одновременно такими мягкими и теплыми. Мазнув пару раз в неловком поцелуе рот Сеньки, Валера отстранился, переживая что его раскроют. Вдох-выдох, уселся на корточки и продолжил созерцать лицо напротив. Аргон мирно спал, даже близко не подозревая о произошедшем, по крайней мере, в этом убеждал себя мужчина. Стало одновременно стыдно и неловко, зато ощутимо хорошо, будто только что сделал рискованную ставку и сорвал джекпот. Валера параноиком не был никогда, хотя лучший друг не раз окрещал его подобной характеристикой, и сейчас это начало казаться почти что правдой. Он быстро метнулся на свой матрас, от греха подальше, опустился на него и затих. Тишину нарушало только тихое Арсово сопение и непонятно откуда взявшийся дождь снаружи, постукивающий по шиферной крыше где-то над ними. Нужно было определенно поспать, но в таком напряжении ни о каком крепком здоровом сне речи и быть не могло. Казалось, что еще чуть-чуть, и мужчину начало бы потряхивать мелкой дрожью. Он успокаивал себя как мог – что все обойдется, что Арсений точно ничего не слышал и даже не просыпался ни на мгновение. Нерешённым оставался один вопрос: что, собственно, теперь со всем этим делать?

***

КПК настойчиво пищал уже добрых пять минут, а Валера настойчиво его игнорировал, с головой укрывшись тонким покрывалом. Время едва доходило до 9 утра, а все нормальные люди, рассуждал он в полудреме, в это время еще спят. Ничего сильно критичного не могло произойти за день его отсутствия на базе. Не могло же? Послышались шорохи и невнятная возня вне его импровизированного укрытия. Кто-то подошёл и тихонько потряс его за ногу. — Валера, у тебя КПК сейчас взорвется нахрен. Ответь им уже что-нибудь, ну чесслово, поспать ещё хочется. — донеслось до Кастета. Он неохотно перевернулся, скинул с себя покрыва ло и принял сидячее положение, скрестив ноги. Арс уполз обратно на свою лежанку. На КПК мигали оповещения о новых сообщениях и пропущенных вызовах от Воронина. «Приплыли, блять..» подумалось мужчине и он разблокировал устройство, принимаясь читать весь этот свалившийся на голову спам. Протерев сонные зеньки рукой и пробежавшись взглядом по экрану, он мельком уловил что-то про «чрезвычайную важность», «Радар» и «отряд Кобры». На этом обилие важных деталей заканчивалось, потому что 90% всей поступившей ему информации были на тему того, какого хрена он не отвечает и куда пропал. — Даже в выходной не дают толком отдохнуть, бляди. — устало пробурчал он и зевнул, широко раскрыв рот. Набрав генералу короткое сообщение «Буду к 11.», Валера уронил голову обратно на подушку и уставился в потолок. Нестерпимо хотелось спать. А еще пить – утренний сушняк после бурного вечера давал о себе знать. Оторвав затекшую жопу от нагретого места, мужчина дошел до стоявшего на полу рюкзака и вытащил флягу, в доли секунды высасывая почти пол литра воды. Утер рукавом влажные губы и глянул на Сеньку: тот с головой укутался в свой спальник, видимо, спасаясь от всех посторонних мешающих сну факторов, по большей части – от Валеркиного КПК. Решив пока что не тревожить товарища, он устроил себе нехитрую разминку, чтобы маломальски проснуться и прийти в форму. С непривычки после вчерашнего подташнивало. В Долге бухать было особо некогда, да и начальство могло нехилых пиздюлин отсыпать за такой финт. Еще с минуту Кастет стоял как истукан посреди ночлежки и хлопал глазами, сбрасывая остатки сна. Арсению после Валеркиного будильника не спалось: он тупо лежал, замотавшись в покрывало, и думал. Помнилось ему, что Валера вчера ночью крутился возле него, то ли спрашивал что-то, то ли просто приглядывал. Но никакой конкретики в голове не всплывало. Ну не шарился же он по чужим карманам, в конце-то концов, ей богу? Аргон не мог решить – поспать еще лишний часок или встать пораньше, чтобы успеть поболтать с другом? Сомнения перевесил второй вариант, и он присел, выпутываясь из спальника, оглядел комнату. Кастет уже шуршал с завтраком, видимо, решил не терять времени даром. Заслышав возню, обернулся. Кивнул Сеньке и продолжил вскрывать галеты. — Доброе утро. – голос у Арса был охрипшим спросонья. — Доброе. — Ты как? Голова не болит? — участливо поинтересовался Сенька, потягиваясь. — Пойдет. Валера был, как обычно, немногословен – собеседник не придал этому особого значения. Предпринял попытку привстать с кровати, и голова закружилась. Валера успел только повернуть голову и дернуться в сторону друга, но тот оперся рукой о стенку и всё-таки встал на ноги. Арсений тяжело выдохнул: — Давно я так не напивался. — помолчал пару секунд, потом добавил. — Однако, и повода весомого не было до вчерашнего дня. — Жрать будешь? — пропустив предыдущие слова мимо ушей, Кастет приподнял в руке банку тушенки и потряс ею. — Спрашиваешь ещё. Следующие 10 минут прошли в тишине, прерываемой только звуками жующихся сталкеров. Аргон закончил с завтраком первым, отряхнул руки от крошек о собственные штаны и уставился на Валеру, запихивающего в рот сразу два галета. Тот подтолкнул печенюхи пальцами и выпучился на Сеньку в ответ. Сенька до чесотки в руках боролся с желанием ткнуть пальцем в надутые Валеркины щеки. Кастет, смекнув, что к чему, на всякий случай отодвинулся подальше и быстро прожевал остатки завтрака. Когда у Арса вот так загорались глаза – это в девяноста процентах случаев не сулило ничего хорошего. — Ты как мышь полевая. — заключил Аргон, снисходительно взглянув на друга.

***

— А сейчас куда думаешь пойти? — Валера выдохнул облако сизого дыма и оперся на стену позади себя. — Пока не знаю. По-хорошему бы друга моего к Доктору сводить, так он, зараза, всё отпирается да отмазки находит. В груди что-то неприятно кольнуло: — Что за друг? — Андрюха. Мы почти два года назад познакомились, когда я.. мы с тобой в Зону приехали. У Арса завелся друг? Так еще и аж два года назад, когда они только рассорились? Кастет замолчал, кивнув. — Он пару дней назад на болота поперся, ломоть мяса искать, вроде. Короче, обжег себе ногу так, что мама не горюй. Целыми днями почти не встает, а к врачу не хочет. Ну что за человек! — раздосадованно плюнул Аргон. — А ты, я смотрю очень печешься за него? — должно было прозвучать равнодушно, но получилось как-то слишком ревниво. Кастет осекся и снова заткнулся. Арсений покосился на него с недоумением: — А что, я не имею права за друга побеспокоиться? — рассудив, что замечание было вполне резонным, Валера стушевался и буркнул: — Не помню, чтобы обо мне кто-нибудь так беспокоился. Атмосфера становилась напряженной. Валера уже практически открыто демонстрировал свои беспочвенные подозрения касательно ни в чем не повинного Андрюхи, а Аргон только гадал, что на того вдруг нашло. Он сверлил друга взглядом, но Кастет продолжал молчать, глядя куда-то вперед. Понимал, что перегнул палку, и почти наверняка спалился со своей ниоткуда взявшейся симпатией, однако, переживать было уже поздно. Эту рефлексию можно было оставить и на потом. Арсений тоже оперся спиной на стену и от безысходности тюкнулся об нее затылком, прикрывая глаза. Может, вот почему Валера сидел возле него ночью? Соскучился? Любовался? Говорил о чем-то, о чем в открытую бы не смог? А сейчас стоял, насупившись, и разглядывал невесть что вдалеке, старательно игнорируя чужие пытливые взгляды в свою сторону. Сенька подтолкнул Валеру в плечо, вынуждая обернуться; слегка раскинул руки в стороны, будто приглашая для примирительных объятий, взгляд его смягчился. Кастет вымученно всматривался в лицо друга, пытаясь распознать хоть одну эмоцию, но в итоге оставил попытки и все равно сдался, сделал шаг к нему. Вот только вместо объятий схватил Арса за плечи и поцеловал, подтянув чуть ближе к себе. Не сказать, что Арсений сильно охуел. Возможно, даже предполагал такой исход в крайнем случае, но все равно потупил пару секунд для вида и для приличия, и ответил на поцелуй. Ухватился за чужую шею, обвивая ее руками и практически повисая на Валере. А Валера был отнюдь не против: углубил поцелуй, влезая языком Арсу в рот, и тяжело задышал, как загнанная лошадь. Из головы разом улетучилось абсолютно всё – и Сенькины дружки, и недопонимания, и даже ощущение времени куда-то пропало, настолько он ждал этого момента. Удивляло одно. Арсений не оттолкнул, не послал, и даже не дал по морде, а наоборот – охотно ответил, прижался, притерся поближе. Во рту чувствовался горьковатый вкус сигарет вперемешку со съеденным совсем недавно печеньем. Наконец отлипнув друг от друга, сталкеры взглянули друг на друга с ноткой растерянности. — Так и знал. — в итоге хмыкнул Арсений, щуря хитрые глазки. У Кастета аж уши покраснели: — Да что ты там знал? — Не умеешь ты, Валерка, чувства свои прятать. Так и не научился. — хохотнул он, не расцепляя рук. — И не пытался. — фыркнул второй. — Просто ждал подходящего момента. — А ночью был недостаточно подходящий, когда ты сидел возле меня, как сонный паралич? — от такого вопроса в лоб у Кастета округлились глаза: — Так ты не спал что ли? — возмутился тот. — Спал. Только с утра начал что-то припоминать. И то не до конца. С языка чуть не сорвалось "слава богу", но Валера вовремя прикусил себя за этот самый язык. Щеки зажгло, и он подумал о том, что не хватало еще всей мордой покраснеть, до полноты картины, так сказать. КПК снова запищал – Кастет спешно вытащил его из нагрудного кармана и глянул на экран. — Воронин меня срочно на базе требует. С самого утра мне трубку оборвали со своим чрезвычайно важным заданием, черт бы их побрал. — он спрятал компьютер обратно в карман. — Хотя оно и не удивительно, мой выходной официально закончился ровно 10 часов назад. — Они что у вас там, выходные дни прямо по часам отмеряют? — скривился Аргон. Валера выгнул бровь: — Ну да. Сказано тебе – выходной день, значит на то он и день. Ровно 24 часа. — Во дают. — Сенька прыснул, закатывая глаза. — Как у вас все строго там, пиздец. — Даже спорить не стану. Он огляделся, вспомнил про рюкзак, стоящий у стены и подхватил его одной рукой, второй – подцепил лямку винтовки, закидывая за спину умелым движением. Арсений молча наблюдал за ним. — Ну.. — замялся он. — Увидимся после твоего задания? — Увидимся, куда я денусь. Как закончим, маякну тебе. Надеюсь, это не затянется на несколько суток. Сенька заглянул другу в глаза и снова замолчал. Ему предстояло многое обдумать и решить за время их предстоящей разлуки и хотелось бы, чтобы она оказалась недолгой. Валера небрежно поправил рюкзак за спиной и выдохнул: — Я тогда пойду?.. Аргон кивнул, затормозил на пару секунд и порывисто обнял Кастета, неловко и по-товарищески похлопав того по спине. Валера выдохнул ему в самое ухо и приобнял в ответ. — Иди. И обязательно напиши мне потом, что и как. — напутствовал Арсений, глядя, как друг завязывает шнурки, присев на одно колено. Тот пробубнил что-то вроде «да-да» в ответ. Уже провожая взглядом уходящего вдаль Кастета, Арсений задумался. Все это свалилось, как бюрер на голову (отсылка на книгу «Воины зоны», такой случай действительно был) — предстояло прошерстить уголки мозга вдоль и поперек, проанализировать все произошедшее и себя заодно. Он устало выдохнул и присел на ступеньки дома, закуривая очередную сигарету. Валера ему действительно нравился – вот только как друг ли? Или было что-то еще? Отвращения не вызвал даже поцелуй, на который Кастет, естественно, не удосужился спросить разрешения. Он всегда так делал – брал то, что хотелось, не спросив мнения никого из окружающих по этому поводу, и готов был пойти по головам ради желаемого. И теперь Валеркины чувства были ясны как летний день, но свои все еще оставались мутными, как болота на Кордоне. Он просидел на ступенях добрых двадцать минут, перемывая самому себе кости. Кастет был несомненно дорог ему, и терять его больше не хотелось ни при каких условиях. Но о том, чтобы всерьез полюбить своего лучшего друга и, можно сказать, спутника жизни Арсений никогда прежде не задумывался. Даже не ставил перед собой такой вопрос, пока они не встретились вчера. Вчерашний день буквально перевернул все с ног на голову. Сталкер оперся локтем на колено и уронил голову на руку, будто это помогло бы ему лучше соображать. И тогда было решено попробовать. Довериться Валере и своим зарождающимся чувствам, доверить ему свое сердце и жизнь, как он привык делать всегда. Годами встраиваемые взаимоотношения давали Аргону некую уверенность в том, что все может получиться, если они оба не оплошают и не наворотят дел вновь, как это получилось два года назад. Приободрившись своими выводами, он подскочил на ноги и заспешил обратно к себе на базу – предстояло сделать кое-что, по его мнению, очень важное.

***

Кастет прибыл на базу чуть с опозданием – была четверть двенадцатого. Тут же влетел по ступеням наверх и постучал в кабинет Воронина, тщетно пытаясь перевести дыхание. Генерал уже ждал его и, судя по выражению лица, был не очень-то доволен. — Здравия желаю, товарищ генерал! — отчеканил Валера, выпрямляясь. Мужчина смерил его оценивающим взглядом: — И тебе не хворать, майор. Нет времени разглагольствовать, перейду сразу к делу. Вчера группу наших положили сектанты на подходах к Радару, пока ты прохлаждался. Недалеко оттуда, в заброшенных зданиях к востоку повадились базироваться Свободовцы. Ваша задача – выбить их оттуда и не попасться под горячую руку бойцам Монолита. С тобой пойдет Кобра и его отряд, ребята весьма опытные и толковые. Выдвигаетесь к вечеру. Вопросы? — Есть один, товарищ генерал. — Ну? — Зачем нам эти здания, кому там анархисты помешали? Генерал глянул на майора с недоверием: — Что значит «кому помешали»? — он скрестил руки за спиной и чуть наклонил корпус вперед. — Это стратегически важный для нас объект. Разобьём там временную базу, будет удобнее пробиться к Радару, когда перед нами встанет такая задача. Чем больше точек вокруг Радара мы займём – тем большее преимущество получим. И над Монолитом, и над Свободой. Это ясно? — Так точно, товарищ генерал. — идея махаться со свободовцами за вшивые заброшки Кастету совершенно не нравилась, но приказ есть приказ. Потому он попросил разрешения идти и покинул кабинет Воронина. До вечера еще оставалось несколько часов, значит, было время как следует подготовиться. Он спустился на первый этаж и побрел к Громову. Техник сидел в своей каморке, чистил ствол дробовика, когда услышал шаги и поднял голову. — Здарова, Кастет. — он протянул руку. — Здарова. Мне бы ПСО новый поставить, да и подлатать ее в целом. — он помахал своей АКМ, вытащив из-за спины. — Часам к 5-6 успеешь? — Успею, че нет-то. — техник принял из чужих рук винтовку. — Спасибо. Перед выходом зайду к тебе забрать. Громов кивнул и отошел к столу, начал копаться в ящике с инструментами, а Валера отправился в казарму – отдохнуть перед вылазкой. Уже позже, вертя в руках начищенную АКМ с новеньким прицелом, он проматывал в голове план действий. Кобра терся рядом, заметно нервничал, потирая свои усы. Бойцы потихоньку подтягивались к воротам. — Значит так, идём сначала к Бару, оттуда – по дуге к заводу. — Кобра уже ввел свой отряд в курс дела, но Кастету, как назначенному командующему требовалось обговорить все детали еще раз. Миссия была рискованная, и потому даже самый маленький проеб мог всех их погубить. — К армейским складам приближаться не будем, по понятным причинам, я думаю. От завода к юго-востоку будут нужные нам здания. Оценим ситуацию на месте и там уже скооперируемся. Всем ясно? Бойцы выдали синхронное «так точно» и было решено выдвигаться. До Бара, а потом и до Ростка добрались без происшествий – разве что, отстреляли пару-тройку мутантов по пути. Остановились у завода. — Кобра, остаётесь здесь. Кислый – за мной, на крышу. Поднявшись наверх, Валера присел на корточки, вытащил бинокль и пригляделся вдаль. Кислый осматривал периметр. Бетонные коробочки сооружений виделись чуть дальше, чем в пяти километрах от них. На втором этаже горел костер – в вечерних сумерках это было видно невооружённым глазом. Судя по всему, Свобода ошивалась именно там. Уже спустившись вниз с крыши, майор раздал указания и отряд построился по отработанной схеме, начиная бесшумными перебежками двигаться ближе к месту назначения. Кобра шел впереди, по обе стороны от него, чуть поодаль, находились Кислый и Физик, прямо за ними – Левша и Кастет, а замыкал ротацию сержант Белов, прикрывающий тыл. Остановились у перелеска возле брошенной техники для передышки, Кобра высунулся на разведку. Поднял три пальца левой руки – значит, насчитал 9 целей. Двухэтажное здание было прямо перед ними. Возле входа дежурили двое, ещё столько же – у окон второго этажа. Каким макаром он заметил еще пятерых, пока оставалось загадкой, потому что угол обзора не позволял Валере как следует разглядеть обстановку. Снайперов Левшу и Белова оставили возле техники: они оказывали поддержку дальней стрельбой. Оставшаяся часть отряда рассредоточилась вкруг здания. Дождавшись сигнала от Кастета, Белов и Левша прицелились – и сняли обоих дежурных у входа. Анархисты, заслышав выстрелы, засуетились, попрятались у стен и окон, а Кобра и Кислый в это время, пригнувшись, пробежали к дверям, минуя уже мертвых охранников, и зашли внутрь. Жестом указав Физику обойти с левой стороны, Кастет осторожно высунулся в пустую бетонную рамку окна и осмотрелся. Либо эти идиоты не догадались поставить дополнительных дежурных на первый этаж, либо эти самые дежурные где-то ныкались, и Валера их в упор не видел. Включить налобный фонарик означало бы подсветить себя сигнальным огнем, чтобы свободовцы точно видели, куда палить, а значит, нужно было двигаться в кромешной тьме. Сверху послышался знакомый звук Обокана, видимо, свои ребята уже пробрались наверх и навели там шороху. На первом этаже мелькнул силуэт, Кастет прицелился, вглядываясь в темноту, выцепил кого-то, крадущегося к лестнице и перемахнул через оконную раму. Он буквально на цыпочках преследовал человека, шедшего в двух метрах впереди него, но огонь на поражение пока не открывал. Лишь предупредительно выстрелил в сторону и человек впереди выдал громкое «блять!» знакомым физиковским голосом. Захотелось нервно заржать от глупости ситуации, но Физик, похоже, юмора не оценил и обернулся назад, смерив Кастета таким взглядом, что стало уже не до смеха. Подняв руки в знак извинения, Валера продолжил мелкими шажками двигаться вперед, периодически оглядываясь по сторонам. Снайперы тоже не сидели без дела – в стены то и дело прилетали пули со стороны перелеска, а значит, все шло как надо. По крайней мере, пока без потерь. Со второго этажа раздалось громкое «чисто!» и сталкеры выдохнули, застучали берцами, поднимаясь наверх к товарищам. Бойцов Свободы оказалось и вправду девять, заключил майор, мельком пересчитывая тела на полу. Кобра сидел у стены, прижав руку к плечу: сквозь пальцы перчатки струилась кровь, а Кислый уже хлопотал с аптечкой, присев рядом с сослуживцем на корточки. — А это еще кто? — еле слышно спросил Физик, неосмотрительно высунувшись в окно второго этажа. Все, даже раненый Кобра, моментально повернули головы в его сторону, но он лишь медленно осел у подоконника, выглядя, мягко говоря, обеспокоенно. — Час от часу не легче. — заключил Валера, в полуприсяди подползая к тому же окну. Со стороны холма от Радара к ним ровным строем двигались вооруженные до зубов монолитовцы. — Это, наверное, патрульные.. Они обходят границы Радара и близлежащие территории каждый час. — тихо подсказал Физик. — А что ж ты раньше молчал, что они здесь что-то патрулируют?! — Кастет тут же взъелся на него. Физик поспешил оправдаться: — Да откуда я знал?! Они так далеко обычно не уходят! — Ну, значит, услышали наш шум и решили заглянуть в гости! — злобно пробурчали ему в ответ. Решать, что делать, нужно было быстро – Монолит были крайне опасными противниками, с ними так легко и быстро, как со Свободой, не справиться. Пока Кастет, судорожно бегая глазами по комнате, рождал в голове новый план действий в связи с резко изменившимися обстоятельствами, на КПК пришло сообщение от Левши: «— От армейских складов к вам двигается отряд Свободы, точное число сказать не смогу, их много. Мы сможем убрать несколько человек, но нас быстро заметят, позиция для прямой перестрелки неподходящая.» Майор уже был готов хвататься за голову от безысходности. На улице к тому времени раздались первые выстрелы – сектанты открыли огонь по зданию. Да как вообще так вышло? Снайперы теперь отрезаны от основной части группы и крайне уязвимы, а сами они оказались в кольце, замкнутые с одной стороны толпой подступающих монолитовцев, а с другой – отрядом анархистов, причем, немаленьким! Путей к отступлению не предвиделось, и Кастет уже подсознательно заранее костерил себя за проваленную миссию. — Что будем делать? — тихо спросил из стороны Кислый. В висках мерно застучало. Но ответить «я не знаю» Кастет физически не мог. Это обрекло бы весь отряд на верную смерть. Недолго думая, он распорядился: — Кобра, напиши Белову, чтобы двигались дальше в сторону леса и открывали огонь по свободовцам. Вы с Кислым займёте позиции у окон. — он махнул рукой в сторону окна. — Бейте сектантов. Физик, быстро за мной на первый этаж. Сначала отобьем атаку Монолита, они ближе к нам. Гранаты остались еще? Кислый неуверенно кивнул. Выстрелы снаружи не стихали, а лишь участились, и грохотало уже совсем близко. Ноги начали предательски подкашиваться, но Валера трусцой слетел вниз по лестнице и припал к стене, искоса поглядывая наружу. Черные фигуры уверенным шагом подступались все ближе и ближе, как боевые роботы – отточенными одинаковыми движениями, еще и успевали вертеться во все стороны вместе с пушками. Физик сидел неподалеку, головы не высовывал, но было видно, как ему вдруг стало страшно за свою жизнь. Кастет на всякий случай перекрестился, хотя верующим не был, и начал стрелять по фанатикам. Те были сплошь облачены в экзоскелеты с черной броней и пробить такую снарягу было крайне затруднительно, поэтому Валера выпустил сразу всю очередь. Одному из монолитовцев пуля угодила в открытое место на шее, и тот грузно завалился на спину, сбивая идущего прямо за ним. КПК что-то просигналил, но проверять его времени пока не было, для Кастета это лишь означало, что снайперы ещё живы, раз успевают строчить командиру сообщения. Упал ещё один сектант, подбитый выстрелами сверху. Остальные насторожились, перегруппировались, но останавливаться не стали. Двое куда-то пропали из виду, стоило майору на мгновение отвлечься для перезарядки. В пылу перестрелки Кастет не сразу понял, что среди общего шума стих звук винтовки Физика, а когда обернулся посмотреть – фанатик уже возвышался над ним, стоя совсем рядом, и, не медля, нажал на спусковой крючок. Руки ослабели, АКМ брякнулась на бетонный пол. Наступила тишина, а на экране КПК светилось сообщение от Арсения – короткое «скучаю».

***

Почти пулей влетев в свое укрытие у подножия холма, Аргон ринулся к вороху сумок и ящиков, располагавшихся в углу комнаты и начал спешно их ворошить. Поочередно приоткрывал контейнеры с артефактами, которые давненько хранил на особые случаи. Из-под крышки одного из таких контейнеров забрезжил бледный бело-голубой свет: «вот она!» – догадался Арсений. Ждавшая своего часа «душа» выглядывала наружу, мерцала белесыми вспышками. У сталкера аж заблестели глаза – то ли на радостях, то ли от фонящей радиации. Он поспешил захлопнуть крышку обратно и запихал контейнер в подсумок, поставив его у рюкзака, чтобы точно не забыть взять с собой, когда Кастет вернется со своего очередного важного задания. Это ведь великой значимости жест – подарить своему объекту воздыхания «душу»! Почти как предложение руки и сердца, только в условиях суровой сталкерской романтики. Несмотря на то, что солдаты Долга артефакты особо не жаловали, хотелось верить, что Валера оставит его себе, да хоть под подушку спрячет, ради таких-то чувств, вложенных в этот подарок! Время до ночи пролетело почти незаметно. Арсению не сиделось на месте – он уже успел в порыве чувств написать Кастету «скучаю», надеясь, что это не отвлечет того от выполнения очередного генеральского поручения. Валера на сообщения не отвечал, но простые выводы напрашивались сами собой – либо был занят, либо уже праздновал победу вместе с товарищами, позабыв про КПК. Так и не дождавшись ответа от друга даже к утру, Сенька малость забеспокоился. Решил заглянуть на огонек на базу к Долгу – вольных сталкеров туда, конечно, просто так не пускали, но и пулю в лоб не было риска поймать сходу. Стоило хотя бы попробовать спросить и разузнать что-нибудь. Схватив рюкзак и подсумок с «душой», он на всех парах понёсся к Агропрому, забывая иногда даже болты кидать на дорогу, чтобы ненароком не влететь в аномалию. У шлагбаума стояли два долговца – преградили дорогу, один сделал шаг вперёд: — Это база Долга, сталкер. Тебе сюда нельзя. — Да я только насчет друга узнать хотел.. — Аргон неуверенно оглядел территорию базы за спиной у дежурного и пояснил. — Кастет его зовут. — Друг, говоришь? — дежурный замешкался, обернулся на сослуживца. Они переглянулись, помедлив, кивнули друг другу. Он повернулся обратно к Аргону. Во взгляде долговца промелькнуло что-то, отдаленно напоминающее сочувствие. Или это только так показалось? — Сложи оружие и иди за мной. Вот теперь пришла пора беспокоиться всерьез. Куда его ведут? Что с Валерой? Почему он не может выйти сам, неужели ранен? Ничего толком не соображая, Арсений снял с плеч рюкзак, бросил его на посту вместе с винтовкой, вытащил из кобуры ПМм, даже карманный нож выложил на всякий случай. На ватных ногах побрел за сопровождающим его солдатом, нервно прокручивая в голове всё, что чисто теоретически могло произойти за прошедшую ночь. Долговец завел его за поворот, остановился у пристройки, встал по стойке смирно и поднял автомат к груди. Кивнул головой в сторону. Из-за пристройки виднелось небольшое пространство, поросшее высокой травой и Арсений сделал два неуверенных шага вперед. Когда из-за угла стали виднеться сколоченные кресты и надгробия – все понял. Осознание происходящего ударило его мешком по голове и он, не помня себя, вышел на поляну, усыпанную захоронениями. Среди них выделялось несколько свежих, будто только что засыпанных рыхлой землёй, ещё не высушенной солнцем. Он сморгнул подступившие слёзы и обвел взглядом могилы – на одной из них лежал старенький металлический кастет.