When the Sun Rises, I will...

Торин сидел спиной к стене в грязной, темной, ужасной камере, в которой не было ни малейшего представления о "дизайне". Его взгляд был прикован к стене, но мысли витали где-то далеко. Эльфы, их похитители, веселились вовсю, и это раздражало короля гномов. Затем, его племянник, его кровь, подружился с эльфийкой. Даже если он не мог слышать, о чем говорили эти двое, он мог прекрасно распознать их флиртующие улыбки и влюбленный взгляд. Его собственная кровь ладила с эльфами. Торина еле сдерживал тошноту от одной мысли об этом. - Держу пари, солнце уже на восходе. Торин вздохнул. У Бофура был убитый горем голос. Если этот гном потерял надежду после нескольких дней, проведенных в подземельях, никто другой не смог бы продержаться дольше. Бофур, пожалуй, был самым громким, оптимистичным и раздражающим гномом в его компании, учитывая все обстоятельства. Но именно из-за него у всех было приподнятое настроение. - Должно быть, уже почти рассвело. - Мы никогда не доберемся до горы, не так ли? Вот как выглядело будущее. Мрачное, окруженное эльфами, эльфийской тюрьмой и эльфийской едой. Магия "лесных обезьян" вскружила ему голову, и он на самом деле подумывал о том, чтобы согласиться на предложение кровавого самодовольного эльфийского короля обменять драгоценности на их свободу. ОН ПОДУМЫВАЛ О ТОМ, ЧТОБЫ ЗАКЛЮЧИТЬ СДЕЛКУ С ТРАНДУИЛОМ. Он сходил с ума, запертый в отвратительной эльфийской тюрьме. Он даже не мог притвориться, что восхищается "красотой", как в Ривенделле. - Ну уж вы точно не застряли здесь навсегда. Звяканье ключей заставило Торина поднять голову. Перед ним стоял Бильбо в своем красном камзоле и желтом жилете, на нем все еще были видны налипшие клочья паутины, а в руках он держал их свободу. Торин тут же подскочил к решетке. Бильбо быстро улыбнулся ему и открыл двери камеры. Гномы начали подбадривать его, но Бильбо заставил их замолчать, и Торин почувствовал, как гордость наполняет его сердце. Да, это был его Муж, его ghivashel, его amralime, человек, которого он был благословлен называть своим Единственным. Открыв дверь камеры, Торин притянул Бильбо к себе и быстро поцеловал. Его муж одарил его ослепительной улыбкой, прежде чем поспешить вниз, чтобы освободить остальных товарищей. Сам Торин начал инструктировать гномов. Он повел их вверх по лестнице, откуда, как он видел, часто исчезал его охранник. Но у Бильбо были другие планы. Он покачал головой и повел гномов дальше вниз. Торин нахмурился, но кивнул, когда все повернулись к нему, ожидая одобрения. Бильбо был умен. И, видимо, он прекрасно знал, как им стоило поступить.

***

- Нам надо наружу, а ты нас ещё глубже затащил! Кили хотелось рвать на себе волосы. О чем, черт возьми, думал Бильбо? Он вел их в подвалы? Предполагалось, что они сбегут, а не будут сидеть и веселиться, выпивая с эльфами. Хотя он был бы не прочь пропустить стаканчик-другой со своей новой эльфийской подругой. Но это было неподходящее время! - Я знаю, что делаю, - прошептал Бильбо Бофуру. Бофур шикнул на него, но все же последовал его указаниям. Самому Кили ничего не оставалось, как продолжать идти за остальными. Хотя он понятия не имел, куда они направляются. Впереди не было видно конца, кроме бочек и винных бутылок. - Так, быстренько все забирайтесь в бочки. Голова Кили повернулась быстрее, чем стрела, выпущенная из лука. Бильбо, наверное, пошутил? - Ты что, спятил? - спросил Двалин, и Кили от всего сердца согласился. - Они найдут нас. Бильбо покачал головой. - Не найдут, я тебе обещаю. Прошу вас, пожалуйста, вы должны поверить мне! Все переглянулись, в том числе Фили и Кили. У них обоих мелькнула одна и та же мысль - Бильбо сошел с ума. Но хотя Кили был абсолютно уверен в этом, в глазах Фили промелькнуло сомнение. Кили оглянулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Бильбо поворачивается к Торину. Прекрасно. Как будто Торин когда-нибудь откажет Бильбо. - Делайте, что он сказал! Подавив громкий стон, Кили забрался в одну из больших деревянных бочек, а Фили - в следующую. Братья продолжали переглядываться, пока все устраивались поудобнее. - Что нам теперь делать? - спросил Бофур, и все вопросительно высунули головы. Бильбо взглянул на них один раз, прежде чем сказать: - Задержите дыхание. Кили едва успел осмыслить это предложение, как пол под ним начал качаться, и бочки покатились в воду. В детстве Кили любил плавать в ручьях и озерах. Когда он подрос, его тело стало более "объемистым" и тяжелым, и он был вынужден держаться подальше, чтобы не утонуть. Теперь, сидя в бочке с водой, Кили чувствовал, как в груди у него клокочет смех. Бильбо упал следующим, и Нори тут же подхватил его, прежде чем они поплыли вперед прямо в бочонках. Кили затаил дыхание, услышав крик Торина, и дневной свет осветил его лицо. Время остановилось, когда бочку понесло течением. Кили едва удержался от крика, когда они понеслись вниз и вода полностью поглотила его. Став взрослым, он прекрасно понимал, что это не спорт и не время для игр. И все же он не мог удержаться от радостных криков, когда они плыли вниз по реке. Конечно, эльфы не могли позволить им повеселиться, и поэтому раздался звук рога. Ворота закрылись, и бочки вместе с гномами остановились. Затем пришли орки. Кили пришлось протереть глаза и ахнуть, чтобы убедиться, что зрение его не обманывает. Да, там были орки. И эльфы. Махалу, несомненно, нравилось заставлять своих детей мучиться на их трудном жизненном пути. Один падал за другим, и это было своего рода сражение. У Кили не было такого оружия, как у Двалина, и он не был так массивен, чтобы сражаться. Он поднял голову, рычаг остался незащищенным. Через мгновение Кили понял, что ему нужно делать. Перепрыгивая через бочки, он легко добрался до лестничной площадки. Одним взмахом меча Двалину удалось убить орка, просто напросто кинув острое оружие тому в голову. Кили вскарабкался наверх, убивая одного орка за другим, пробиваясь к рычагу, когда громкий крик, выкрикивающий его имя, пронзил его слух. Кили успел увернуться как раз вовремя, чтобы не пропустить стрелу, явно предназначавшуюся ему. Задыхаясь, Кили оглянулся и увидел, как Тауриэль сбегает по камням, ее рыжие волосы были слегка взлохмачены, лицо выражало беспокойство, а в руке она сжимала лук. Он влюбился. Она послала ему улыбку и быстрый кивок, и Кили кивнул в ответ, прежде чем прыгнуть вперед. Другие эльфы выбежали из-за деревьев как раз в тот момент, когда он нажал на рычаг. Металлические прутья открылись, и бочки поплыли дальше по течению реки. Он оглянулся на Тауриэль, пробивающуюся сквозь толпу орков. Он посмотрел вниз, Фили кричал ему, чтобы он шел за ним. На самом деле выбор был невелик, за кем ему идти, но он не мог не колебаться. Тауриэль ударила орка, прежде чем повернуться к нему и кивнуть в сторону других гномов. Кили улыбнулся ей, прежде чем спрыгнуть в свою бочку. Ему тоже повезло, потому что еще мгновение, и ему пришлось бы плыть вниз или держаться за бочку своего брата.

***

Бильбо ненавидел водоемы. Это был факт. Катание на бочке было его идеей. Это тоже был факт. Он ненавидел себя за эту идею. Еще один неоспоримый факт. Он был очень рад, когда они добрались до берега. Это была каменистая местность, не та, которую он предпочитал, но в данный момент он предпочел бы что угодно взамен огромной толщи воды под его ногами. Подняв глаза, он обнаружил, что никто другой не чувствует себя лучше него. Ори и Дори выглядели больными, Нори был похож на мокрого недовольного кота, готового на кого-нибудь наброситься. Бифур выглядел кровожадным, а Бофура тошнило. Бомбура уже стошнило. Глоин и Оин затаили дыхание, и Бильбо был уверен, что единственной причиной, по которой Балин и Двалин держались на ногах, было то, что они были закаленными воинами. Даже Торин и Фили выглядели не прям чтобы в порядке. Кили, пожалуй, был единственным, кто улыбался. Бильбо внезапно захотелось ударить мальчика за его улыбку. - Поднимайтесь на ноги! - раздался приказ Торина. - По нашему следу идет стая орков. Мы должны продолжить путь. Все протестовали, но от них не ускользнула серьезность ситуации. Нори бросился прочь, ища дорогу дальше. Все начали трястись, как собаки, чтобы хоть немного "скинуть" воды с одежды и тела. Бильбо, конечно, не отказался бы от возможности закурить после такой прогулки. К сожалению, в его кармане не было даже трубки. Там были монеты, маленькая шкатулка с бусинами, надежно спрятанная внутри, и кольцо, но трубки не было. - Я не думаю, что стая орков пойдет этим путем. Голос Нори заставил всех вздрогнуть. Из-за деревьев показалась голова, и он выглядел по-настоящему удивленным. Двалин проворчал: - А почему нет? Нори, шаркая ногами, вышел из-за кустов и сказал: - Здесь есть деревня.

***

- Тебе обязательно идти? Торин усмехнулся, убирая тунику в сумку. - Ты задаешь мне этот вопрос уже три года, ghivashel, и каждый раз мой ответ был одним и тем же. Бильбо заскулил, сидя на полу и положив голову на кровать. - Мне так одиноко без тебя. Торин обошел кровать и поцеловал Бильбо в кудрявую макушку. - Мне тоже одиноко без тебя. Но, боюсь, если я не потороплюсь, мне же будет хуже. - Самое большее, что она может сделать это покалечить тебя, - надулся Бильбо. - Потеря одной конечности - хорошая плата за год совместной жизни, не так ли? Фыркнув, Торин вернулся к кровати, прихватив еще кое-что из своей одежды. - Я рад, что ты пока еще не знаком с моей сестрой. День, когда вы с ней встретитесь, станет днем моей погибели. - Я уже подумываю о том, чтобы написать ей письмо, - сказал Бильбо, - и рассказать ей все о том, как ты называл ее за глаза. Приподняв бровь, Торин покачал головой. - Именно поэтому я рад, что вы двое не встречались. Бильбо фыркнул, но не удостоил Торина ответом. Он откинулся на спинку стула, наблюдая, как Торин собирает вещи для обратного путешествия в Эред Луин. Они могли бы продержаться еще неделю или две, но пришло срочное письмо от Дис, в котором какой-то лорд говорил, что Торин плохой правитель или что-то в этом роде. Сам Бильбо не очень хорошо разбирался в таких вещах, но по выражению лица своего мужа понял, что все было довольно плохо. - С таким же успехом он мог бы сбрить мне бороду, - проворчал Торин, и хотя Бильбо понимал весомость этих слов, он не понимал, какое это имеет значение. Вот так и прошла ночь. Бильбо наконец-то собрался с силами, чтобы поужинать, потому что и ему, и Торину нужно было поесть, а еще гному определенно нужна была еда в дорогу. И он отправился на кухню, чтобы приготовить простой ужин и кое-какие скоропортящиеся продукты для своего мужа. Ужин они провели молча в обществе друг друга, а ночь провели в объятиях. Когда наступило утро, Бильбо поклялся себе, что не расплачется, даже когда Торин поцеловал его в лоб и скрылся из виду. Он просто стоял в дверях, наблюдая, как уходит Гном и просыпается Хоббитон. Шли дни, и осень становилась все холоднее. Бильбо занимался своими обычными делами: собирал арендную плату, управлял своим магазином, пил чай с дальними родственниками и иногда заходил выпить в "Зеленый дракон". Дел было много. Нужно было ухаживать за садом, запасти еду в кладовых, заготовить дрова. С приближением зимы Бильбо погрузился в работу. Это было в один из тех дней, когда Бильбо хотел убедиться, что у его арендаторов все есть, и он проверял свои запасы, когда у него впервые возникло это желание. Это было что-то маленькое, в центре его желудка, и его можно было легко принять за чувство голода. Так Бильбо и поступил. Он вернулся домой, плотно поел, написал письмо Торину, которое передаст ему, как только вернется, и лег спать. Но ощущения остались. Это было не больно, а скорее очень неприятно. От живота она перешла к груди, и Бильбо часто ловил себя на том, что потирает торс. Но, что бы он ни делал, боль не проходила. В один из первых зимних дней, когда Бильбо отправился в "Зеленый дракон", чтобы выпить бочонок эля со своими друзьями, желание появилось снова. - В чем дело, мистер Бэггинс? Упомянутый Хоббит проворчал, потирая грудь: - Я не знаю, мистер Гринтамб. С некоторых пор я чувствую странные ощущения в груди и животе. - О нет, - мистер Гринтамб наклонился вперед, - вы не видели Лили? Возможно, у нее была какое-нибудь лекарство. - Это, знаете ли, не болезнь, а скорее дискомфорт, - честно ответил Бильбо. - И я понятия не имею, почему это началось. В остальном никаких изменений не произошло. Мистер Гринтамб нахмурился. Он немного попыхтел своей трубкой, прежде чем вытащить ее и спросить: - Ты говорил о детях с мастером кузнецом Бэггнисом? Бильбо нахмурился. - Ну, мы никогда об этом не думали. Он приезжает на полгода. Просто это не очень практично, не так ли? - Хм, - мистер Гринтамб кивнул, - Да, не очень практично, но все хотят иметь детей. У вас есть весь Шир, чтобы помочь вам. - Лобелия сказала бы иначе, - проворчал кто-то с другой стороны, и Бильбо пришлось сдержать улыбку. Мистер Гринтамб фыркнул и сказал: - Я так говорю, потому что то, что ты чувствуешь скорее всего можно определить как Желание. Бильбо нахмурился. - Желание? Зимой? - Ах, мистер Бэггинс, вы, как никто другой, должны знать, что слова про "сезоны" - не более чем суеверия. Да что там, у меня были Желания во все времена года. Почесав затылок, Бильбо наклонился вперед. Да, он понимал, что это происходит не в зависимости от времени года, но у большинства хоббитов это Желание возникает во время начала посевов. Так в целом было даже проще для всех. - Но мы никогда об этом не думали.....Мы никогда даже этого не планировали! Старший хоббит улыбнулся. - Вы двое любите друг друга, не так ли? - Ну, да. Большое вопросов не было. - Тогда кто может оспаривать волю леди Яванны? Это было правдой. Но растить ребенка... одному...сейчас....Бильбо это было абсолютно не по душе. Он мог бы написать письмо Торину, но тот не смог бы вернуться в ближайшее время, а Желание лучше было не исполнять одному. Хоббиты также говорили, что если не обращать на это внимания, то оно может никогда больше не вернуться. - Хотя это и хорошо, - сказал Бильбо, - но я же не могу пойти и посадить семечко в одиночку, не так ли? - О, ничего страшного. Я посадил нашу Ринни одну, и посмотри, какая она выросла хорошенькая. Заметив нерешительность Бильбо, Хоббит наклонился вперед и одарил его доброй улыбкой. - Тебе не обязательно принимать решение прямо сейчас. Ты можешь подождать, пока он вернется. Выпей лаванды. Это поможет справиться с дискомфортом. Не волнуйся так сильно. Ты просто должен знать, что это такое. Бильбо кивнул. Это прозвучало достаточно разумно. Но как бы он ни старался, он не мог отогнать это Желание. Теперь, когда он понял, что это было именно оно, каждый раз, когда он видел какое-нибудь семя, все, о чем он мог думать, были дети с большими ногами, глазами и волосами Торина. Маленькие существа, бегающие по всему Бэг-Энду и Ширу. Не в силах принять решение, Бильбо в конце концов отправился на встречу со своей тетей Мирабеллой. - Ну, мальчик, не то чтобы я жаловалась, но что привело тебя в мой дом? И именно зимой? Бильбо улыбнулся поверх чашки с чаем. Его дорогая тетушка всегда была прямолинейной, по-настоящему занудной по своей натуре. - Ну, тетя Мира, у меня имеется небольшая проблема. Мне нужна помощь. Старшая хоббиттянка наклонилась вперед и положил руку ему на плечо. - Продолжай, мой мальчик. Она, вероятно, ожидала чего-то ужасного или до ужаса беспокойного, но Бильбо глубоко вздохнул и сказал: - Ну, видишь ли, после того, как Торин ушел, у меня появилось Желание. При этих новостях лицо Мирабеллы просияло. Она отставила чашку с чаем и обняла Бильбо, воскликнув: - О, Бильбо! Это отличная новость! Бильбо принял поздравления с большим достоинством, позволив ей немного поволноваться, прежде чем сказать: - Ну да, только Торина здесь нет, и я действительно боюсь делать это в одиночку. - О, не стоит беспокоиться, - с усмешкой сказала тетя Мира, - многие сажают свои семена в одиночку. Пройдут века, прежде чем этот карлик вернется. До тех тех пор ты не сможешь игнорировать Желание. Оно может просто исчезнуть. - Ну, да... - И дети! - Она всплеснула руками и пискнула. - Ну же, Бильбо..... - Мама говорила мне, что они с папой посадили много семян. Лицо Мирабеллы смягчилось, и она положила руку на плечо Бильбо, когда он продолжил: - Ты же знаешь, как говорят. Я был единственным выжившим из всех ростков. Ох, я не хочу делать ничего ужасного. Пожилая женщина забрала чашку из рук Бильбо и посмотрела на него материнским взглядом. - А теперь послушай, Бильбо Бэггинс. Некоторым парам приходится нелегко, но это не значит, что вы делаете что-то плохое. Милостью Яванны ваше семя прорастет. Если, и это наихудший сценарий, семя не прорастет, это просто означает, что вам нужно подождать. Понял меня? Бильбо так не думал, но, тем не менее, кивнул. В этом был смысл, хотя он и не хотел, чтобы его будущему любимцу причинили какой-либо вред. - А теперь возвращайся, разбей свой сад и посади семена. И не забудь продолжать присылать мне письма. - Да, тетя Мира. Неделю спустя Бильбо обнаружил, что возится в саду за домом, на приличном участке земли. Вот он стоит, склонившись над мягкой почвой, в его руке дубовый лист, несколько прядей его волос, несколько прядей волос Торина с его расчески, обрывок их одежды и желудь, готовый к тому, чтобы посадить его в ребенка. Пробормотав молитву Яванне, Бильбо опустил все это в ямку. Засыпая ее землей, Бильбо пробормотал короткую молитву. За много миль отсюда, в горах Эред Луин, Торин потер грудь. - С тобой все в порядке, дядя? Фили обеспокоенно посмотрел на него. - Нет, - сказал Торин, - ничего. Это не было "ничем". У него было желание зачать ребенка. Указание Махала. Но он был далеко от своего мужа и не нашел ни одного камня, с которым мог бы по-настоящему соединиться. Смирившись с неудобством, Торин склонился над столом и продолжил рассказывать Фили об отношениях между разными семьями гномов.

***

Беженцы из Эребора не были чем-то необычным для человеческих деревень и городов. Каждый мускул, который можно было использовать, работал на людей. Они трудились до изнеможения, и люди никогда не платили им справедливо. Хотя никто в здравом уме не назвал бы гномов рабами, все знали, что это просто из-за отсутствия соответствующего слова. Вот так гномы и люди жили вместе. Однако деревня на берегу озера была не похожа ни на одно другое поселение, которое Торин когда-либо видел. Это было временное поселение. Люди и гномы работали вместе. Если мужчины несли груз, то гномы заботились о доходах. Все смеялись, как будто они были равны. Это почти напомнило Торину о Бри. - Я не слышал ни о каком таком поселении, - сказал Балин, отходя от того места, где они прятались, и глядя на Торина. - Единственный город людей - это Озерный Город. Бильбо вытянул шею. - Здесь поблизости есть еще одно поселение гномов? - Самое ближайшее - Железные Холмы, - сказал Фили. - Мы слышали, как Даин жаловался, что это единственное поселение гномов на протяжении многих миль. Он никогда не упоминал о деревне. Торин проворчал: - Даин, возможно, не знает о каждом поселении под солнцем. Балин кивнул. - Верно, совершенно верно. - Что нам следует делать? - спросил Двалин. - Войти и попросить о помощи? - Они поселились на границе владений короля эльфов, - сказал Торин, - я не знаю, друзья они или враги. - Это гномы, парень, - сказал Балин, - мы не отворачиваемся от своих соплеменников. Никто не стал оспаривал этого. Но там были люди, а народ Дурина был не очень-то расположен к людям или эльфам. Он хотел попросить о помощи, но деревня выглядела слишком хорошо, чтобы быть правдой. - Эльфы прислали свои бочки! Компания обернулась на крик. Там, вдали от деревни, ближе к тому месту, где прятался Отряд, молодой гном держал одну из бочек, в которых они путешествовали. К ним подошел мужчина с колчаном на плече. Он наклонился, чтобы осмотреть бочку, и обменялся несколькими быстрыми словами с молодым гномом, прежде чем внезапно встать и крепко сжать свой лук. - Они заметили следы от стрел на стволе, - сказал Балин, - я предлагаю подойти к ним. У них есть баржа. Торин был не согласен, но другого выхода не видел. С большой неохотой он кивнул головой. Балин немедленно встал и поправил свою мантию. Все последовали его примеру, вставая и привлекая к себе внимание. И гном, и человек повернулись к зарослям, обнажив оружие. Балин появился первым, подняв руки в знак капитуляции и нежно улыбаясь. - Простите, но вы из Озерного Города, не так ли? Мужчина и гном переглянулись, и гном пожал плечами. Мужчина вытащил стрелу и спросил: - А тебе-то какое дело? - А эту баржу, случайно, нельзя взять напрокат? Встретившись с растерянными и обеспокоенными взглядами, Балин добавил: - Мы простые торговцы из Синих гор, путешествующие, чтобы повидаться со своими сородичами в Железных Холмах. - Мы? - спросил гном. Компания начала выходить один за другим. И человек, и гном стали еще более осторожными, когда Компания слегка разошлась по сторонам. Торин посмотрел на молодого гнома. С такими прядями он не мог быть старше Кили. Его волосы не были заплетены в косу, но это был скорее выбор, чтобы облегчить работу, а не какой-то траур или наказание. Его волосы были заплетены в одну большую косу, что указывало на его статус свободного гнома. На нем была скромная одежда, которая явно знавала лучшие времена, но украшения из меди и железа указывали на его более высокое социальное положение. Тогда Торин понятия не имел, почему он работает с мужчиной. - Вы выбрали неверный путь, - сказал гном, медленно опуская топор. - Дорога к Железным Холмам проходит к югу от Лесного королевства. - Этот путь слишком долог, парень, - с улыбкой сказал Балин, - и мы надеялись добраться туда до наступления зимы. - Этот путь слишком опасен, - сказал молодой гном, - ты умрешь, не пройдя и половины. - И именно поэтому нам нужна еда, припасы, оружие, - сказал Торин, становясь впереди. - Вы можете нам помочь? Гном уставился на него так, словно пытался разгадать загадочную головоломку. Он поднял глаза на человека, который опустил свой лук. Он протянул руку, чтобы дотронуться до ствола, и нахмурился. - Ты пришел с этими бочками? - Это важно? Мужчина нахмурился. - Я знаю, откуда взялись эти бочки, господин гном. Я не знаю, какие у вас были дела с эльфами, но не думаю, что это закончилось хорошо. - В Озерный город можно попасть только с разрешения Хозяина, - сказал лодочник. - Все его богатство - от торговли с Лесным королевством. Он предпочел бы заковать тебя в кандалы, чем навлечь на себя гнев короля Трандуила. Сказав это, он повернулся к гному и приказал: - Загружай бочки. Гном вздохнул, бросив извиняющийся взгляд на Компанию. Но подчинился. Балин повернулся к Торину, который просто сказал: - Надо попытаться. - Держу пари, что есть способы проникнуть в этот город незамеченным. Гном рассмеялся. - Действительно. Это довольно неприятный способ, но, если вы смогли выжить, плывя в этих бочках, то и до города вплавь вполне доберетесь. Балин вздохнул. Он подошел к тому месту, где Гном загружал бочки, и тихо сказал: - Парень, мы гномы. У нас один отец. Нам нужно попасть в город. Помоги нам. Тот некоторое время молчал, глядя на него с жалостью: - Я могу понять, но Мастер и так присматривает за каждым гномом, который входит и выходит. Тринадцать новых гномов и этот Полурослик наверняка привлекут внимание. - Тогда проведи нас незаметно. Тайно проведи нас внутрь. Он покачал головой. - Я бы не стал рисковать собственной головой, даже если это ради моего собственного рода. - Мы заплатим вам вдвойне. Заявление Торина заставило всех задуматься. Мужчина с сомнением посмотрел на него, а гном приподнял бровь. - Мы не дадим себя одурачить, - решительно заявил он, и на Торина это произвело должное впечатление. Балин сказал: - Никаких обманов, только честная торговля. Мужчина посмотрел на гнома, приподняв бровь. Казалось, они обменивались невербальными сообщениями, и Торин не мог не заметить, что мужчина следил за тем, что говорил гном. Либо гном был настоящим хозяином, либо мужчина относился к нему с большим уважением.

***

Озеро было холодным, и Фили почувствовал, как холод пробирает его до костей. Он забился в угол, Кили стоял рядом с ним. Юный гном продолжал подозрительно поглядывать на них, но ничего не сказал, свернувшись калачиком. Фили повернулся к Кили и жестом указал на мальчика. Кили быстро улыбнулся ему, уловив ход его мыслей, прежде чем оба брата подползли к молодому гному. Он с тревогой посмотрел на них. Принцы, вопреки своему характеру, взяли инициативу в свои руки. - Фили. - И Кили. Гном хмуро посмотрел на них, прежде чем пробормотать: - Ворин. - Ты кажешься ненамного старше Кили, - заметил Фили, - ему едва перевалило за семьдесят пятый год. Ворин посмотрел на подбородок Кили и фыркнул: - Ага. Мне только что исполнилось шестьдесят семь. - Откуда ты? С Железных холмов? - взволнованно спросил Кили. Гном издал смешок, который прозвучал так, словно он смеялся над их глупостью. - Нет. Мы кочевники, у нас нет дома, который мы могли бы назвать своим. Фили и Кили обменялись взглядами поверх голов гномов. Да, среди них были странствующие гномы, но чаще всего они находили убежище в Эреборе или даже Кхазад-Думе. - Но ты же должен был где-то жить. Услышав вопрос, Ворин сделал паузу, а потом все же сказал: - Да, это так. Фили рискнул. - Не будет ли слишком смелым с моей стороны предположить, что ты из Эребора. Молодой гном посмотрел на Фили. Он выглядел впечатленным его словами, и Фили почувствовал себя довольно глупо, пытаясь произвести впечатление на кого-то моложе него. Но вскоре он был вознагражден грустной улыбкой, появившейся на его губах: - Никогда не видел эту гору изнутри. Мы выросли на рассказах о прекрасных залах наших предков. - Мы тоже, - с усмешкой сказал Кили. Заметив растерянный взгляд Ворина, он пояснил: - Наш дядя был там, когда случилось несчастье. Им не нужно было уточнять, что это за беда. Глаза Ворина расширились от такого откровения. Фили молча указал на Торина, и у молодого гнома отвисла челюсть. Тема была не из приятных, поэтому Фили спросил: - Итак, что сподвигло вас работать с этим человеком? Он покачал головой, как будто только сейчас осознал, что Фили и Кили были рядом с ним. - О, ну, мой отец был хорошим другом этих людей. Мы работаем на них, они платят нам. Бард - наш старый друг. Кили посмотрел на человека, управлявшего баржей. - Он выглядит довольно раздраженным.... - Он беспокоится, вот и все. Прежде чем Фили успел открыть рот, чтобы сказать что-то еще, гномы вокруг него замерли. Фили и Кили обернулись. Там, окутанная туманом, возвышалась Одинокая гора. Фили почувствовал, как его сердце сжалось, когда он увидел гору так близко. Рассказы о детстве казались ему неуместными. До этого было еще далеко, но Фили чувствовал зов дома. Всю свою жизнь он переезжал со своими Amad и Торином в поисках работы. Еще несколько десятилетий назад у них не было настоящего дома, который они могли бы назвать своим. Даже после того, как были построены Чертоги Торина, Фили все еще чувствовал, что это всего лишь временное явление. Однако Эребор казался ему слишком реальным, хотя он и не видел его изнутри. - Как соплеменник Дурина, у меня есть для вас совет, - медленно произнес Ворин, привлекая внимание Фили и Кили. - Двигайтесь быстро, не останавливайтесь, пока не увидите зелень на другой стороне. Хотя этот путь и короткий, он все равно полон опасностей. И последнее, что нам нужно, - это чтобы дракон проснулся.