кровавая снежная камелия

скорбная одинокая лодка боязливо проплывает под каменной аркой повалившегося небоскрёба, когда-то оживлённого и бурлящего, сейчас же треснутого и заросшего. ян поднял голову к склонившейся конструкции. небоскрёб почему-то кажется ему похожим на самого себя, с бесконечными линиями разрушений и пустотами. одичалый, брошенный, изрезанный. — когда я последний раз был в нью-йорке, отравился некачественным алкоголем и провёл своё танцевальное выступление в туалете, и даже на бис — с унитазом, — обычно весёлый лестер сейчас выглядит подавленным, — а из вас кто-нибудь бывал в нью-йорке? девушки зажались в кучку сзади, разговор до них не добрался, а каин и пилеон в начале шлюпки сделали вид, что обсуждение их не касается. правда, если демону действительно плевать, то ангел незаметно слушает. — у меня тут друг жил, — рассказал грег, — в последний день здесь, помню, у меня была паранойя, что меня преследуют крысы, как же много их было в городе. мужчина слабо толкнул ногой коленку яна, будто передавая эстафету. брюнет так тяжело вздохнул, что дмитрий, понимающий о чём тот расскажет, закатил глаза. — у меня с нью-йорком сложные отношения, — поделился ян, — в прошлый раз меня здесь пырнули ножом. — почему ты обвиняешь город, если это вина твоей невнимательности? — отчитал дмитрий, — сто раз с павлом повторяли тебе не отвлекаться на заданиях. — так я и не отвлекался, — закатил глаза ян, — я вас прикрывал, вообще-то. — что-то не припомню такого. — какая же у тебя память избирательная, генерал. перепалки начинают утомлять и без того вымотанных военных. мрачные обломки зданий создают особо удручённую атмосферу, и от её гнёта девушки подсели ближе, а лэйн, словно невзначай, устроилась под боком яна. брюнет внимательно рассматривает её лицо, и только после, между ними, тихо задаёт вопрос. — почему такая бледная? тебе холодно? — нет, только проснулась от кошмара. — о чём? — почти бесшумно сорвалось с его губ, — прости, я не должен спрашивать? — всё в порядке. о родителях. мы… не были нормальной семьёй, в том самом смысле, однако… — это твои родители, — с понимаем договорил ян, — конечно же, несмотря на плохое, ты тоскуешь по ним. — а ты? — эмм… сдавившее отчаяние оборвало его. тоскует ли он по матери, умершей при его родах? скорее винит себя. скучает ли по отцу? когда-то давно он жаждал его любви и признания, но потом даже видеть не желал, порой раздражался от собственного отражения, где постоянно находил сходства с родителем. злился, отделялся, даже бежал. а если бы отец был сейчас жив, он бы поговорил с ним? ян сжал челюсть от неприятных мыслей. видимо, приняв молчание и загруженность яна своей оплошностью, лэйн прижалась ближе и едва коснулась руки. маленькое, успокаивающее, приручающее прикосновение. все вокруг заняты пережитками нью-йорка, лишь один крылатый заинтересованно повернулся в их сторону. — ерунда, — успокоил ян и мягко улыбнулся, — у каждого свои истории. сейчас лучше не обременять себя лишним. лэйн решила не уточнять, что или кого он причисляет к лишним. она подняла взгляд на каина, который абсолютно не скрывает, что вслушивается в чужую беседу. и он тоже ей неуловимо улыбнулся.

. . .

порша, вроде, неплохая. и отряду хочет помочь. но ян старается держаться от неё как можно дальше и от её печального взгляда. поршу можно понять — она потеряла любимого человека, и всё, к чему она привыкла, постепенно стиралось прибывающей в нью-йорк водой и одиночеством. и вот появился ян, призрачное воспоминание прошлого о друге её мужа. только ян не согласен быть механизмом ностальгии. и про отца слышать не желает. за ужином каин так удачно сел рядом с яном и закрыл от внимания порши, брюнет, конечно, сомневается, что ангел сделал это специально, но всё равно рад. правда даже так вино и еда не шли, при каждом глубоком заплыве в воспоминания прошлого ордена ян только напрягался. незаметно брюнет пододвинул бокал и тарелку с рагу каину, бессмертный нахмурился и впился требовательным взглядом в яна. — стоит ли мне напомнить, что еда для человека — источник энергии? — с иронией сказал каин. — я не голоден, да и вино мне такое не по вкусу, а тебе, видимо, понравилось. только ян хотел слинять, как шкодливый подросток с семейного застолья, белое крыло преградило путь. «случайно». мягкие перья прижались к спине брюнета, отрезая возможность отступления. сам же бессмертный расслабленно и беззаботно пьёт вино. — ты что, издеваешься? пусти, — торопливо шепчет ян. — я ничего не делаю, — ангельская невинность. смеяться или плакать. алкоголь же не влияет на бессмертных? тогда что за настроение такое у каина, раз он не прочь позабавиться. — учитывая, что в меня упирается кое-какая часть твоего тела… анхея резко отреагировала и странно глянула в их сторону. каин едва заметно усмехнулся. — умеешь же ты подбирать слова. пока все сосредоточены на разговоре с поршей, ян с особой осторожностью провёл рукой по снежной мягкости, играясь с некоторыми перьями, легко отодвинул крыло в сторону. он искусно исчез из гостиной, и новой его локацией стал бывший личный кинотеатр. яна встретили долгие полки с огромной коллекцией фильмов, проигрыватель и колючий свистящий ветер из паутины трещин в окне. пока он рылся в фильмах и разбирался со старенькой техникой, сзади послышались шаги. эта лёгкая поступь ему роднее биения собственного сердца. лэйн опустилась рядом с ним и принялась рассматривать то проигрыватель, то яна. мужчину, конечно, пристальнее. — хочешь выбрать фильм? — предложил брюнет. между ними стало слишком много согласия, но оба искусно игнорируют допущения. и россыпь искр, когда переглядываются во время фильма. в отражении тёмного экрана ян замечает крылатую фигуру, не оборачиваясь, он двигается в сторону. когда каин подходит ближе, лэйн снизу вверх смотрит на него и тоже освобождает немного места. бессмертный усаживается близко, намеренно близко, к ним. — что вы смотрите? — комедию, — ответил ян, — как два глупых человека не могут быть вместе. — такой сюжет больше для трагедии подходит, — усмехается каин. — в каждой комедии свой трагизм, — размышляет лэйн, — если вдуматься, то история сложных людей, которые не могут найти друг друга, весьма печальна. — а над ними ещё и потешаются, — заметил каин, — раздувая из внутренних барьеров персонажей недалёкость и трусость. — с вами невозможно смотреть комедии, — покачал головой ян. — твой любимый жанр? — поинтересовалась лэйн. все трое соприкасаются бёдрами, но не отодвигаются, регулярно по очереди отвлекаются от экрана на других зрителей и чувствуют себя так комфортно, полностью расслабленно. всё напряжение и все переживания остались где-то за куполом крыльев, обнявших сидящих. — до апокалипсиса нравился, — ответил ян, — смех отвлекает от грусти. — она не пройдёт, если будешь постоянно отвлекаться и убегать от неё, — сказал каин. — я что, на сеансе у психолога? — рассмеялся ян, тут же переводя тему, — а на небесах есть кино? — нет, у нас книги, театры и музыка. были, по крайней мере. — музыка, — почти с физической тоской протянул брюнет, — полжизни отдал бы за плеер и наушники. раньше я постоянно слушал музыку, особенно на тренировках и в казармах, это помогало не свихнуться. «понимаю». почти произнёс каин. и сейчас помогает. — не упоминай про музыку при лестере, иначе он наверняка притащит гитару и начнёт играть, — скривил губы каин. — всё так плохо? — в прошлый раз я думал вырвать струны и удавить либо себя, либо его. ян расхохотался, даже комедия его так не веселила. тогда лэйн с лёгкой улыбкой предложила. — тогда мы можем послушать, как ты играешь на пианино. — я бы послушал, — охотно согласился ян, — игра на пианино вписывается в ангельский образ, кстати. — а что-то не вписывается? — насмешливо спросил каин. — секунду назад ты сказал, что подумывал задушить лестера струной гитары! — напомнил ян. все втроём улыбнулись. и отключившийся проигрывать не расстроил. — раз уж вы теперь ничем не заняты, пойдёмте, — позвал ангел и легко поднялся, заодно подхватив под руки лэйн и яна и потянув их за собой. — куда? — лишь спросила девушка, уже шагая за бессмертным. он привёл их в одну из дальних комнат бесконечных коридоров. темно, как и везде, и окно во всю стену не помогает. большая широкая кровать, чистая, видимо, эту команду порша выделила бессмертному. каин сказал подождать и куда-то упорхнул, а лэйн и ян заняли себя разглядыванием видов из окна. прямо перед ними наполовину сожранное водой колесо обозрения. — теперь нью-йорк выглядит так, — произнёс ян тише нужного. — всё в мире потеряло свой первоначальный облик, — задумчиво изрекла лэйн. — ха, ну да… когда-то у яна не было такого множества шрамов и тем более на лице. не исполосанная шрамами кожа кажется уже наваждением прошлого, пережитком, зашивая себя сейчас он чувствует лишь тихое меланхоличное принятие. лэйн повернулась к нему и попыталась поймать его взор, догадавшись, о чём подумал ян. он посмотрел на девушку, и от её пронзительного взгляда защипало шрам на щеке. но между ними ни разу не было места отвращению или неприятию. — но не все изменения привели к плохому. дверь открылась со странным звоном стекла, каин несёт в руках поднос с бокалами, бутылкой вина, тарелками с какими-то угощениями. лэйн и ян удивленно вытаращились. — ты обчистил запасы порши? — спросил брюнет. — ей это разве пригодится, если она завтра уйдёт с нами? а вы плохо ужинали, так что вам это нужнее. не забывайте, что вы не можете себе позволить пренебрегать едой. каин поставил поднос на центр кровати и одним движением головы пригласил сесть яна и лэйн. всё ещё немного обескураженные заботой ангела, они неловко устроились на пружинистом матрасе. — тебе то вино не понравилось, так что я выбрал другое, подойдёт? — обратился бессмертный к яну, протягиваю бутылку. — да, отлично, спасибо, — рассеянно кивнул брюнет. они разлили вино по чудом сохранившимся бокалам, разделили еду по тарелкам, себе ангел оставил совсем небольшую порцию. с негромким звоном чокнулись. — кажется, тебе по вкусу людской алкоголь, — заметил ян, — у бессмертных что-то подобное? — нет, наш алкоголь сильно отличается от вашего, — объяснил каин, — но у ваших напитков приятный вкус, как сок. у бессмертных алкоголь в разы крепче. — то есть для тебя это вино всё равно что безалкогольное? — уточнила лэйн. — ну да, с таким подшофе мне никогда не быть. вот только каин не учёл, что только его вино не трогает, спустя пару бокалов щеки лэйн и яна раскраснелись, а позы стали более расслабленными. когда их разговоры растянулись патокой, ангел заподозрил неладное. — вы что, напились? ответом послужили пара мутных глаз и смущённых улыбок. ангел ошарашенно наблюдает за этими двумя: ян откинулся на подушки и вытянул ноги, смотря в пыльный потолок, а лэйн расфокусировано наблюдала за ним, тоже захотела на подушки, только в том, как она грохнулась, было меньше грации. — шепфа, — мученически протянул бессмертный. он отставил поднос на край, сам подсел поближе к захмелевшим, устроился между ними и навис над румяными лицами, а кончики перьев погладили их тела. ян и лэйн размякшие, такие разморенные, легковерные, они смотрят на бессмертного с сиянием в глазах, и таким ярким, прогоняют темноту из комнаты и из души. — раз знали, что на вас так алкоголь действует, зачем выпили столько? ян приподнялся на локтях, не страшась близости к лицу ангела и его темнеющим глазам. он с каким-то внутренним наслаждением обвёл взглядом лицо каина, потом повернулся к лэйн, девушка довольно наблюдала за ними. перебинтованные пальцы подцепили с подушки пару прядей волос лэйн, играючи накрутили и погладили. и пусть у него руки ничего не чувствуют, фантомного ощущения ему достаточно. — ты за нами поухаживал, мы были очарованы, — улыбнулся брюнет, лэйн согласна промычала. они, вроде, и соображают, отвечают, но их явно ведёт. каин не желал такого эффекта. — нам нравится, когда ты ангел, — добавила криптограф. — я всегда ангел, вообще-то, — закатил глаза каин. — порой выглядишь очень греховно, — откровенно бросил ян. — и ведёшь себя также, — закивала лэйн, — но когда ты ведёшь себя с нами как ангел, с добротой и заботой, нам приятно. — особенно вот тут, — уточнил ян, кладя ладонь на свою грудь, на область сердца. — да, да, — активно согласилась девушка и потянула руку почему-то к сердцу яна. она опустила ладонь на его грудь, их руки нашли друг друга и переплелись пальцами, ян очаровательно улыбнулся. лэйн приподнялась и придвинулась ближе к брюнету, уронила голову на его плечо, а он мягко-мягко потёрся щекой о макушку девушки. каину, наблюдающему за ними, показалось, что алкоголь всё же и на него подействовал… — вам хочется, чтобы я был ангелом со всеми или только с вами? — с нами, конечно! — немного капризно ответила лэйн. — зачем другие? — искренне не понял ян. им просто хорошо, лэйн и ян тепло смотрят на непривычно оторопевшего каина, и внутри у них тоже тепло, согревающе, они пылают общим огнём, друг с другом они в полной безопасности, и, конечно, полностью расслаблены и даже не успевают подумать. ян резко выпрямился, чуть не столкнувшись лбами с каином, матрас отпружинил поднос, и где-то с осколками разлетелись по полу все доктрины границ брюнета. он потянул за собой лэйн, и все втроём оказались в запретной близости, приятно-тесно, почти сгорая в теплом дыхании. каин не останавливает, лишь протянул руки и придержал. ян помог устроиться лэйн на их перекрещённых бёдрах, ласково провёл по лицу, убирая волосы, и погладил подбородок, каин завороженно наблюдает, как ладонь брюнета тянется к нему. холодные пальцы нежно касаются правого века, ведут по уголку глаза дальше к виску, обводят ухо и вплетаются в волосы. ян наклоняется к лэйн, заговорщически шепча, кончик его носа невесомо проводит по завитку уха. искуситель. ангел знал, что в людях есть что-то от демонов, но чтобы настолько… — разве он и раньше не был с тобой ангелом? — задал вопрос ян, голос его стал ниже. — порой, да, — лэйн хотела повернуть на него голову, но мужчина удержал её перед каином. — смогла бы ты без рецепта приготовить сложное блюдо? без опыта? наверное, нет. так может и ему сложно быть человечным, если он никогда ни для кого не был? лэйн по-новому взглянула на каина, слова яна нашли тот ключик, отворяющий клетку понимания. девушка с чувством провела по щеке бессмертного. глаза каина уже давно горят алым. ян легонько подталкивает лэйн, она тянется к бессмертному. их губы чутко встречаются. они находят друг друга, и в этот момент — они полны понимания, как им нужно ближе, доверительнее, честнее. они мягко мнут губы друг друга, пока каин не углубляет поцелуй, проводя по нёбу и сплетая их языки. ян замечает, как блестят их губы в темноте. он чувствует удовлетворение, чувствует ранее незнакомое чувство торжества, и всё потому что каин и лэйн смогли коснуться друг друга исконно верно. их счастье для яна важнее. брюнет хочет отодвинуться, но ему не позволяют. рука ангела требовательно касается бедра, поднимается выше и несильно сжимает талию, вместе с этим жар пробегает по телу яна. его притягивают ближе, каин буквально усаживает их на себя, тесно, чтобы лишь жалкие ткани разделяли их. — куда собрался? — глубокий голос бессмертного беспроигрышно действует на яна, — мы отпустим его? их лица так близко. лэйн с чуть припухшими губами потянулась к яну, успокаивающе чмокнула в висок. они хватаются друг за друга, как за жизненно необходимое. — не отпустим, — уверенно ответила лэйн. и аккуратно поцеловала яна. девушка сжала руками его щеки, погладив кончиками пальцев шрам. потребовалась секунда, чтобы мужчина с жаром ответил. хорошо, что его держат, иначе распался бы в их объятьях. ян посасывает то нижнюю, то верхнюю губу, изучает языком чужой рот, чередует глубокие поцелуи с невинными короткими, заставляя лэйн жмурится от наслаждения. красные глаза каина жадно следят за ними. они чувствуют, как алчно каин трогает их, мнёт, обводя тела. их бёдра, ягодицы, талии, спины, шеи — бессмертный не может оторваться, не может насытиться, эти двое точно сделают из него падшего. ян отстраняется, напоследок кротко чмокнув, а лэйн тяжело дышит, волосы растрепались, губы покраснели. они оба блаженно закрыли глаза, когда ангел чуть сжал их волосы и тянул к себе. он перехватил последнее касание яна на лэйн, быстро поцеловав девушку. — ян нас хорошо понимает, хотя только недавно присоединился к отряду, — теперь уже ангел зашептал лэйн на ухо, — вот только о себе он знает немногое. да? скажи, лэйн, какой ян перед нами? что ты видишь? потерянный брюнет пытается хоть немного понять, что происходит, почему он так плывёт от чужого голоса и собственного имени в исполнении бессмертного, почему перед ним сейчас самая умопомрачительная красота, что доводилось лицезреть. не успевает он засмотреться, как лэйн и каин вновь притягивают его ближе. — красивый, такой красивый, — отвечает девушка. она с трепетом целует каждый миллиметр его шрама, вызывая у яна внутреннюю дрожь, которая пробегает и по телу, он хватается за каина и лэйн, тонет, до него доходит смысл их слов — и он почти захлёбывается. — умничка, — гордо хватил ангел. — ты и сам так думаешь, — неожиданно твёрдо произнесла лэйн и хитро посмотрела на крылатого, — ты говоришь «мы». так пусть будут «мы». она дёрнула его за шею, ближе к разомлевшему яну. каин улыбнулся от этой картины, погладил шрам и впился поцелуем. на его напор ян ответил неменьшим желанием. друг с другом они могут безумствовать больше, кусать губы, вылизывать рты, а лэйн тем временем поочерёдно целует мужские напряжённые шеи. — иди сюда, — зовёт каин, лишь на секунду отстраняясь от губ яна, он притягивает лэйн, и наконец-то они соединяются втроём. самозабвенно, желанно и ненасытно. сочные звуки поцелуев заполняют комнату, и они прекрасно всё слышат, всё чувствуют. беспорядочные касания, в которых каждый оставляет нежность и страстность. они пересекают предельный аффект, когда каин, обнимая своих людей, укладывает их на кровать и накрывает собой. крылья его чуть подрагивают и закрывают троих от всего остального мира. они безостановочно терзают губы друг друга, зализывают, целуют лица и всё, куда смогут дотянуться, а куда нет — там ласково касаются руками. и в своей безмерности они не понимают, кто и кому стонет в губы. и все выдуманные принципы, выстроенные напуганные заслоны, боязни отвержения рухнули, рассыпались на подушках, в которые каин вжимает лэйн и яна и согревает своими красными глазами и горячими поцелуями.