кровавая снежная камелия

над хрупким куполом потерянной в большом мире душевой сгущается ночная тьма, до черни, скрывающей злодейства и ласкости. к последнему относится ян, голым и расслабленным он сидит на скамейке, на одном его бедре устроилась растомленная лэйн, чьи волосы он заботливо вытирает полотенцем. отряхнув от влаги крылья, каин подходит к ним. он заворожён блеском человеческих глаз в темноте. во всех безликих для него вселенных остались только эти звёзды. когда ангел наклонился к ним, крылья качнулись над яном и лэйн. каин провёл руками по отпаренной чистой коже, по влажным волосам, ловя подбородки и притягивая к себе, не желая жить вне поцелуев. они чмокают уголки его губ, кончиками языков проходятся между, нежно-лениво, и только когда каин сам напирает, целуют в ответ. устали для разговоров, хотя мягкие касания губ — очень громко. ян мягко улыбнулся. может быть, они не вместе, они никто, в них пока остаётся неясность и непринадлежность, но благодарная удача разливается в нём, когда они рядом. и ян не хочет говорить, как безжалостно они утопили его, как все твердыни пали к их ногам, а он следом. наверно, они и сами скоро поймут. а пока он всё ещё не надеется, не позволяет, потому что если будет, то это значило бы, что оставленность добьёт сильнее апокалипсиса. забавно будет выстоять после выстрела в лицо и укуса заражённого, но пасть от невзаимности. он так прост. особенно прост к себе, если он — небольшая страсть, неловкая временная привязанность или эксперимент, то не против. только за, если для лэйн и каина. и прост-прост для надежды, он действительно не считывает чужие взоры на себе, не замечает, с какими чувствами скользит взгляд каина по шраму на щеке, и как жмурится лэйн, целуя его. но ведь он прост. в желаниях тоже. ему хотя бы что-то оставить себе, хотя бы неверие. остальное пусть забирают, даже сквозь хруст рёбер кровавый мешочек с трепещущими чувствами. не жалко для них. как и не жалко поцелуев, касаний, объятий, привязанности, въедающихся с кончиков пальцев в кожу девушки и перья ангела. они сплетают языки, как невидимую правду между ними, нужность и преданность. неожиданно крылья ангела напряглись, крепким щитом закрывая людей, глаза зажглись предостережением. ян мгновенно прислушался, конечно, слух его не так безупречен, как у бессмертного, но и он уловил сумятицу. — что такое? — настороженным шепотом спросила лэйн — сюда идут, — тихо предупредил ангел, он успел надеть штаны и ботинки, отошёл к двери и выглянул сквозь небольшую щель. — не отряд? — уточнила девушка. — нет, — уверенно ответил ян за каина. брюнет поднялся вместе с лэйн, за считанные секунды влез в вещи и обувь и помог ей, он бросил в каина его кофту. ангел, не глядя, поймал и одним движением надел на себя. подошедшие к нему ян и лэйн застегнули молнии на лопатках. и вот все их следы страсти спрятались под одеждой, а умиротворение ещё глубже. во тьме поселения зажглись подозрительные огни. факелы. в центре — огромный костёр. лэйн обвела взглядом спокойных мужчин, их хладнокровие успокаивает. но не слова. — зашевелились, — заметил каин, — ищут и нас, и остальной отряд. — дмитрий сказал, чтобы отряд не доверял местным и не расслаблялся, — произнёс ян, — видимо, при первой же опасности они отступили. пока нельзя связываться по рации. — могу просто убить местных, — предложил ангел, — ещё днём хотелось. — а если у них оружие против бессмертных? спрячь крылья, в темноте могут не узнать тебя, — не успел ян закончить, как за спиной каина пропали крылья, — убивай лишь тех, кто подбирается к нам, и только если уверен в их угрозе. найдём отряд, не будем самовольничать, а то дмитрия ещё удар хватит, в его-то возрасте… — я передам ему это от тебя, — усмехнулся каин. они покинули душевые, ян подтолкнул девушку ближе к каину, сам встал сзади, прикрывая их. лэйн почувствовала холод на ладони — сначала прикосновение яна, после него нож. отдал ей оружие. — на всякий случай, — пояснил ян, — мы, конечно, не собираемся отходить от тебя, но так спокойнее. — а ты? — забеспокоилась девушка. — у меня второй есть. у него нет второго ножа. как и не будет второго шанса спасти её жизнь, так что им придётся смириться с одним единственным. ангел прижал к своему боку девушку, придерживая, помогая пробираться сквозь шквал тьмы. они свернули за постройки, избегая рыщущих местных. — сможешь отыскать отряд? — спросил ян. — конечно, по звукам… не успел каин произнести последнее слово полностью, как по территории селения закричали сирены. каин и ян скривились и переглянулись, совпадая во мнениях о ситуации. — нужно спешить, скоро сюда слетятся все отродья, — читается по губам брюнета. — лестер говорил, что у дальних ворот видел автомобили, — вспомнила лэйн, сказав так громко, чтобы её услышали, — может быть, отряд направился туда. девушка посмотрела на яна, желая узнать его мнение, но только и успела заметить, как он метнулся в сторону. каин тут же закрыл её, отодвигая подальше, и они оба наблюдают смертоносную ловкость яна. брюнет, словно в изящном танце, скрутил руку одному напавшему военному, ударил по ноге, та с хрустом, перебиваемым сиреной, вывернулась, противник повалился на землю. второй только потянулся к рации, как ян ударил его в живот, вынуждая согнуться, и крепким ударом положил рядом с товарищем. брюнет навис над военными, желая задать им пару вопросов, уже потянулся к голове одного, как на него налетел каин. он подхватил его свободной рукой, и быстро отошёл подальше. место, где ян стоял секунду назад, охватил огонь, языки пламени голодно потянулись в разные стороны, перекидываясь на постройки, деревья, забор и людей. соседний домик взорвался, щепки и стекло осыпали загоревшуюся траву, и обод неба заволок чёрный едкий дым. над селением сгущаются пепел и смерть. отродье пикирует между постройками, огромными крыльями разрезая дым. его мерзкий рокот перебил сирены. взмах белых крыльев отогнал от людей нечистоты, в том числе и отродье. ян точным и сильным движением переломал морду другой твари, пытающейся подобраться к светочу — к каину. — я их отвлеку, вы бегите. найду вас сразу, как смогу. ангел взлетел, весь смрад потянулся за ним, лэйн обеспокоенным взглядом проводила белую фигуру и вцепилась в яна. они мгновенно скрылись меж оставшихся построек. путь оказался нелёгок, пришлось спешить к воротам через центральную часть, с другой стороны, у машин, им навстречу выбежал грег. и тогда ян краем глаза заметил толпу местных…они дёрнули какой-то рычаг, и ян и лэйн потеряли опору, рушась безвольным грузом в глубокую яму. ян подхватил на руки лэйн, чтобы принять удар на себя, но вместо твёрдого дна его встретила липкая вонючая масса, они тонут в тошнотворной жидкости, в полной тьме и пугающем бессилии. ян вязнет глубже, стараясь удержать девушку. случайно попавший в яму факел озаряет пространство, светило с россыпью искр упало на возвышение с импровизированным алтарём в центре, вокруг которого разлилась кровь, где-то в отчаянных позах застыли трупы людей, попавших в яму раньше, а где-то и не люди вовсе. — культисты, — поняла лэйн по знакам на алтаре. ян идёт к свету, и несёт туда девушку, их тела вязнут в останках, под кровавой гладью мёртвого озера мужчина так и спотыкается о части тел, глаза слезятся от вони. неуклюже ударившись о край ямы, в неё рухнуло отродье, вязкие брызги посыпались за спиной яна. ему не нужно поворачиваться, чтобы понять происходящее, а лэйн напряженно наблюдает, как тварь, расправив крылья, двигается за ними. — ян, — лишь хрипит девушка. — не бойся. я рядом. они уже почти добрались по единственной твердыни — алтаря, но он находится сильно выше кровавого сбора. лэйн чувствует, как напрягаются руки яна, приподнимая её, и он заглядывает в лицо девушки с нежной маленькой улыбкой, чужеродной для подобного места, в глазах его тоже — щемящая нежность. — прыгай, — просто говорит он. оттолкнуться от него и прыгнуть значит потопить яна в останках и отдать отродью. ничего из этого лэйн не подходит. тем более отдавать. они с каином уже негласно забрали его. — нет, — твёрдо ответила она. — да, — наперекор ей, — иначе я сейчас сам тебя подброшу, лэйн. ты здесь не останешься. — без тебя не уйду. как и ты без меня не останешься. ян хмурится и почти что-то рычит в ответ, лэйн лишь обнимает его за шею, пряча лицо в чёрных волосах, где ещё сохранился тот запах из душевой, то мыло, разделённое на троих. отродье подбирается к ним всё ближе. факел почти погас. — придётся. сгруппируйся, чтобы не было больно. ян вновь приподнял её выше, мышцы напряжены, и уже хочет подкинуть криптографа в сухую безопасность, но лэйн, подобно напуганной кошке, вцепилась в мужчину. — нет, нет… в остатках огненных блик грациозно опускаются белые перья. наперекор своей брезгливости в кровавую лаву ступает каин, он опускает руки к людям, как из какой-то картины с божественным, а ян, как верующий, протягивает самое дорогое — лэйн. её руки пытаются зацепиться за его плечи, в промёрзшем взгляде впервые оттепель. — нет, — едва шепчет, но в мёртвой яме звучит оглушительно, — ян! — мы без него не уйдём, — успокаивает каин и хватает яна за руку, вытягивая из жертвенного озера. — ты сможешь двоих поднять? — уточнил брюнет. каин упёрся в него алым взглядом. и в этом цвете тот же посыл — он не оставит никого из них. это его люди. ян знает о себе многое, и точное из этого — он не пушинка, но бессмертный с такой лёгкостью смог подхватить его, ещё и вместе с лэйн. девушка вцепилась в руку яна, всё ещё боясь, что он может остаться в человеческих ошмётках. каин откинул отродье обратно в глубь, с силой взмахнул крыльями и поднялся ввысь. там, где аромат ужаса и боли не достаёт, и можно вздохнуть полной грудью. — не смей, — с бледных губ лэйн срываются слова, после растворяющиеся в шелесте крыльев, — не смей жертвовать, не смей лишать меня выбора, в твоей жизни я хочу иметь весомое слово. — имеешь, если это не касается твоей жизни, — отозвался ян с едва уловимой эмоцией беспокойства. — ваших жизней касаюсь я, значит, и решать тоже мне, — неожиданно строго вступился каин, — помолчите. среди роя отродьев, трелей выстрелов и огня ангел нашёл остальной отряд, ждущий их троих. машины наготове. дмитрий со смесью облегчения и подозрения смотрит на бессмертного и его ношу, без слов кивает на автомобиль, открытая дверь водительского сидения — приглашение для яна. каин и лэйн запрыгивают в кузов. — чем от вас смердит? — спросил с отвращением ноа. — апокалипсисом, — флегматично и жизнеутверждающе ответил каин. машина тронулась, сквозь стекло лэйн попытается рассмотреть сидящего на водительском месте, но ей доступны лишь движения перебинтованных рук. и только внимательный взгляд каина поймал напряжение в глазах яна.

…

сгоревшее селение осталось далеко позади, напоминанием от него лишь вонь в салоне. машины плотно спрятались в переулках оставленных домов небольшого, отравленного опустошением и катаклизмами городка. а дождевая вода в ванной на верхних этажах с пробитой крышей кружится вокруг слива с кровавыми разводами. очередь яна смывать с себя месиво чужой плоти, грязи и ужасов существования. водная барабанная дробь. его не хотели отпускать, не хотели отдавать, даже ценой собственной жизни. ян же считает, что не стоит такого торга. не достоин её жизни. злиться на лэйн — сравни прегрешению, злиться на себя — унылое обыкновение, стекающее, как эти грязные капли, к ненависти к себе. неровные борозды шрамов очищаются по дождинкам, но нет стихии, способной стереть их самих. ян даже не дёргается от ледяной воды. это так сильно отлично от той, в которой они целовались. вскоре убывающий поток становится кристальным, а ян вновь мертвецки белым. верхняя часть тела не чувствует холода, как и не чувствовала отчаянных касаний, как пальцы лэйн впивались в кожу, не желая отпускать. его хотели забрать с собой… себе… искренность хватки осталась следами на плечах и памятным отрывком. и свежими следами по коридору к ванной, к нему. ян слышит их: первой заходит лэйн, каин следом, плотно прикрывая дверь. капли. по стуку на их шаги. медленные, взглядливые. лэйн и каин позволяют себе насытиться видом. точёная, высокая фигура, сильная в каждом плавном изгибе, и если бы не разбитая плитка на фоне, яна можно было бы принять за музейный мрамор, а его неровные шрамы за уникальность искусства скульптуры. нагое тело, окроплённое стылой росой. падкие взоры за падкими каплями. его сладостные мучители приблизились. ян убрал мокрые волосы назад, когда каин поймал и сжал его кисти, смотря с недобрым прищуром, лэйн подхватила полотенце, без страха к холодным брызгам подошла вплотную и начала вытирать плечи и шею. — заканчивай, — сказал каин, — не чувствуешь, как замёрз. чувствует. чувствовал до них. может быть, будет чувствовать после них, даже холоднее, но позволит. им всё позволит, повторный апокалипсис разрешит, забрать себя полностью или бросить бесхозным окурком — любой их выбор примет. пока что оставлять его в покое не собираются. полотенце оказалось перекинуто через шею, рядом с невидимой петлёй привязанности, они тянут его к себе. ян с милой улыбкой склонился, с его волос капли упали на лоб лэйн, когда она прижалась губами к его шраму. место встречи — туда же целует каин. забавные. никому до этого не нравился его шрам. ян закрыл глаза. в темноте одно движение в сторону, и их губы встречаются, мажут одним тягучим касанием на троих. согревающим. он голый среди ядовитых шипов, ян чувствует, как ладонь каина впивается в его бок и тянет ещё ближе. как вцепляется лэйн. на вещах остаются мокрые пятна от влажной кожи яна. на губах тоже. назло холоду льнут ближе, ревностно согревая. звуком поцелуев разговаривают. говорят, что не отпустят. ян так сосредоточен на них, что не услышал чужие шаги. дверь резко отворилась, и в комнату беспардонно ворвался ноа с рацией в руках. — ещё хоть кто-то сломает рацию, я в ужин подмешаю… — завёл он очередную недовольную речь. стоило ноа кинуть взгляд в их сторону, как тут же отвернулся. картина точно поразила его: голый ян, едва прикрытый вытянутым крылом ангела, красные насмешливые глаза каина, и макушка лэйн, зажатая между двумя сильными телами. — фууу, я знал, что вы отмороженные, но чтобы прям увидеть! — заголосил ноа, — мои глаза! впервые сожалею, что ношу очки! он швырнул рацию в них, каин легко поймал и закатил глаза на возгласы. лэйн и ян лишь усмехнулись без стеснения. — на твои крики сейчас не только отряд прибежит, но и парочка отродий, — заметил ян. — вы сами как отродья, — бросил ноа, скорее покидая комнату. хлопок дверью. в коридоре всё ещё слышны страдальческие причитания. каин вновь притягивает своих людей к себе, фыркая в поцелуй, когда слышит голос из рации: — ноа, хватит орать! — не менее громко ругается анна, — и вы трое, если отмылись и намиловались, помогите с ужином!