У моей доброй крестной особый дар

У моей доброй крестной особый дар. В самом детстве про принца мне нагадав, проложила дорогу мне во дворец. Помешал поначалу ей мой отец, и однажды осталась я сиротой, от нее много позже узнав о том. В черном теле, на кухне, слугой в золе, становилась умнее, хитрей и злей, той, что смело ступает по головам. Про хрустальную туфлю смешон обман, но для принца наивного в самый раз, как и парочка значащих мало фраз. Околдован, влюблен, от тоски устав, ищет пальцами тонкими узкий стан, и так просто поймать его на крючок, обещая еще, и еще, еще, под куранты полночные убежав, оставаясь загадкой в его глазах. Это быстро наскучит, но до конца я пройду этот путь с кухни до дворца и на трон сяду, сбросив с него других. Псом сидеть принц останется у ноги, а однажды исчезнет, и черт бы с ним, лишь бы не мельтешил и меня не злил. Моя крестная долго не проживет: волшебство забирает у тел свое, заставляя дряхлеть их быстрей стократ. Я найду ей достойную из оправ, заперев душу магией в серебро, отплатив вечной жизнью ей за добро. Муж найдет где-то женщину, став отцом, приведет с собой девочку, и лицо ее станет кошмаром надолго мне: моего и красивее, и белей; но и в этот раз крестная подсобит. Цокот туфель хрустальных по камню плит, сладость яблока с ядом и детский смех — Белоснежке не выиграть, повзрослев, и корону не снять с меня никогда. У моей доброй крестной особый дар.