Лучший способ

"Никогда больше." - всего два слова и сокрушительное осознание. Так поклялся себе Виктор, когда годы спустя пришёл в себя от своих заблуждений в опустошённом, выжженном магией мире, в котором остался единственным живым человеком... если после совершённого имел хоть какое-то право претендовать так называться. Никогда больше он не станет применять ментальное воздействие, лишать свободы выбора других людей. Он поклялся и в своих бесконечно долгих скитаниях по другим мирам и времени всегда верен оставался этой клятве. Только в данном случае цель оправдывает средства. Когда на кону столь многое, судьба Рунтерры, будущее всего человечества в его вселенной, всего лишь на миг чародей отступает от своей клятвы. Одно тонкое, небольшое, совсем крохотное вмешательство. Всего лишь направить, взвинтить то, что итак в человеке уже есть, филигранно подтолкнуть друг к другу двух молодых, излишне мнительных идиотов, которые некогда предпочли друг другу свои комплексы, самомнения и амбиции. * * * * Этим утром своего редкого выходного дня Виктор вовсе не ждёт гостей, поэтому стук в дверь становится неожиданностью. Виктор морщится, выбирается из постели, как есть, без ортеза, только накидывает на пижаму халат и ковыляет открывать, недобрым бормотанием себе под нос поминая того, кто не дал ему спокойно отоспаться. Незванный гость на него набрасывается, едва не сшибает с ног. Сухие губы Виктора обжигает горячий, распутный поцелуй, его рот мокро и похабно вылизывают. Сильные руки обвиваются вокруг тонкой талии заунита. Виктор оглушен, дезориентирован. - Джейс, что на тебя... "...нашло?" - фразу закончить не удаётся. Целуя то в губы, то в лицо, его безошибочно теснят по небольшой, заставленной стопками книг квартире прямиком в спальню. Где-то по пути падает на пол его халат и верхняя часть пижамного комплекта. Виктор несколько раз предпринимает попытки оттолкнуть спятившего Джейса, но едва его роняют на постель и накрывает сверху сильное, горячее тело любимого человека, сопротивление Виктора тает, как последний луч блеклого лунного света в предрассветных сумерках. Виктор решает делегировать будущему все научные изыскания и теории относительно данной проблемы, и заняться "практической наукой". * * * * Высокий чужак в белом плаще стоит у смятой постели, на которой, переплёвшись телами, уютно спят двое обнажённых мужчин. На прикроватном столике стоит небольшая кремово-белая чашка со старым, давно остывшим ромашковым чаем, но проснувшийся через одиннадцать минут Виктор захочет пить и не побрезгует тем, что первым попадётся под руку. Несколько светящихся голубых лепестков, сотканных из чистой магии, падают в чай. Немалый шок ждёт этих напыщенных пилтоверских лекарей в ближайшее время, когда внезапно выздоровеет их самый тяжёлый пациент, считавшийся безнадёжным и неизлечимым.