baby, sweetie, vanilla pudding

минхо всегда был немного... полным. с самого подросткового возраста его щёки были больше, чем у остальных, а живот и широкие бёдра — намного мягче. не то чтобы это доставляло ему неудобства: он всё ещё отлично переносил физические нагрузки и был достаточно здоров, чтобы вести нормальный для всех образ жизни. но всё же иногда он смотрел на девушек и парней, которые его окружали, и это всё становилось немного обидным. нельзя сказать, что он много ел и редко занимался спортом. скорее наоборот — его питание было нормальным, а регулярные посещения танцевальной студии давали ему необходимую физическую нагрузку, но его вес словно остановился на одной цифре, которую его организм счёл совершенной нормой для него, и сколько бы усилий минхо ни прилагал, не собирался с неё сдвигаться. он никогда не нравился девчонкам в школе, а про парней и говорить нечего. и неудивительно, учитывая его вес и — по его мнению — самое неудачное на свете телосложение. и не то чтобы минхо ненавидел своё тело. совсем нет: он принимал его со всеми его недостатками, которые успели стать настолько привычны, что представить себя без них он уже не мог. со временем все загоны, так отчаянно преследовавшие его в подростковом возрасте, притупились, и его жизнь стала намного проще. по крайней мере, он больше не плакал каждый раз, когда рассматривал свои отвратительно пухлые щёки в зеркале, и больше не старался скрывать полные бёдра за огромными спортивными штанами, а тело и руки — за объёмными худи. однако все резко изменилось, стоило ему встретить джисона, из-за которого все его комплексы, на столь долгое время притихшие внутри него, вновь вышли на первый план. они познакомились благодаря феликсу — их общему лучшему другу, который посещал танцевальную студию с минхо, совмещая это с тренировками в зале, где джисон работал тренером. это не было любовью с первого взгляда. сначала минхо думал, что они просто хорошо друг другу подходят как неплохие друзья, у которых достаточно много общего, но его искренняя дружеская симпатия быстро вытеснилась намного более сложными чувствами и переросла в настоящую влюблённость. влюблённость, где о взаимности и речи не шло. ясное дело, что джисону, который каждый чёртов день видит в спортзале действительно привлекательных парней и девушек, минхо понравиться просто не мог. слишком полный, слишком неловкий, слишком некрасивый. он весь был одним нескладным слишком. он не подходил джисону. и это действительно было грустно. но несмотря на всё это они продолжали проводить вместе много времени. джисон интересовался минхо, а минхо не хотел его отталкивать. даже если потом ему будет больно, он сможет расчитывать хотя бы на крепкую дружбу с джисоном, никак не навязывая ему свои глупые и никому не нужные чувства. этот вариант вполне устраивал минхо. он никому кроме феликса не говорил о своей влюблённости в джисона, так что ему нечего было бояться. они стали друзьями. джисон испытывал к нему ответную симпатию, и это очень радовало минхо, который думал, что теперь он сможет двигаться дальше, не приковывая себя к балласту из своих собственных эмоций и чувств по отношению к хану. у них всё было в порядке. до тех пор, пока джисон не признался ему в любви. конечно, сперва минхо подумал, что всё это глупая шутка или не очень удачный розыгрыш, но джисон не смеялся. ни во время того, как признавался минхо и просил его не отталкивать в случае невзаимности, ни после, когда молча ждал хоть какого-то ответа от не верящего ни в одно его слово минхо. видимо, феликс был прав, и это не было всего лишь больным оторванным от реальности воображением минхо. то, как джисон иногда касался его: нежно приобнимал за талию, часто гладил по бедру, когда они сидели рядом, клал голову на его плечо; то, насколько часто он тянулся к нему, чтобы обняться на прощание, и то, как он обнимал. каждый его взгляд, который минхо отчаянно списывал на свою глупую влюблённость и желание видеть то, чего нет. количество внимания, которое джисон уделял минхо. и несмотря на всё это, признание джисона всё ещё казалось ему шуткой. до ужаса обидной и неприятной шуткой, в которую было сложно поверить. с момента знакомства с джисоном он набрал пару лишних килограммов, вновь начал кутаться в широкие вещи, приобрёл навязчивую привычку вставать на весы, планировать свой рацион на день вперёд и очень, безумно много ограничивать себя. джисон видел всё это. тема веса была табуирована в разговорах с минхо — он знал это от феликса. без подробностей, конечно, но этого хватило, чтобы джисон не вёл себя как бестактный мудак в отношении минхо. конечно, если быть бестактным мудаком подразумевало выражение искреннего обожания каждой его части тела. ни для кого не было секретом, что джисону нравились пышные формы. его мало привлекали худые и стройные тела, и минхо как раз был именно тем, что просто идеально вписывалось в его типаж. его тело было олицетворением его типажа. он был готов часами говорить о том, как чертовски привлекательно выглядят бёдра минхо, когда он сидит, насколько его талия мягкая и как за неё приятно держаться, как очаровательно его пухлощёкое личико. он буквально слюной на минхо исходился ещё со дня их первой встречи. а то, насколько они подходили друг другу в тех вещах, которые им нравятся, в их характерах и ритмах жизни, сводило джисона с ума. он хотел минхо. до безумия сильно хотел. и очень надеялся на то, что его чувства будут приняты. и о да, они были.

...

однако это совсем не означало, что минхо перестал стесняться джисона. он вроде и понимал, что хан совсем не из тех, кто способен лгать своему возлюбленному, но всё равно ощущал себя неуверенно. возможно, джисону хотелось, чтобы он привел себя в форму. он, как тренер, отлично видел все недостатки фигуры минхо, которые он отчаянно хотел спрятать, как нечто очень постыдное и смущающее. хан видел так много стройных и красивых людей каждый день, что минхо не мог не думать, сравнивает ли он его с ними. если да, то как часто? как часто он думает, что было бы лучше, если бы минхо похудел, начал ходить в зал? как часто ему становится за него стыдно? у парня с таким телом, как у джисона, не может быть второй половинки, которая выглядит, как минхо. они смотрятся неправильно вместе. и, казалось, было всего лишь вопросом времени, когда джисон поднимет эту тему с ним. но джисон не поднимал. более того, его, кажется, всё более чем устраивало. джисон продолжал заказывать минхо его любимые десерты, а особенно часто — ванильный пудинг, от которого минхо был без ума. ему нравилось звать его сладостью и деткой, касаться его под одеждой при любом удобном случае, нежно целовать везде, куда минхо позволит. он не просто любил, он обожал минхо. он был готов поклоняться его телу. он сходил с ума от того, насколько много минхо в его голове постоянно. прибавить ко всему этому его неуёмное сексуальное желание — и у его любви к минхо и его телу просто не было предела. — чем занят, детка? минхо вздрагивает, стоит крупным ладоням накрыть его колени и немного раздвинуть их, а джисону — уместить свое лицо прямо между. он весь растрёпан: его волосы чуть влажные, а щёки покраснели. он тренировался в другой комнате всего несколько минут назад: сегодня ему было слишком лень покидать собственную квартиру ради этого, к тому же когда здесь был минхо. ли неловко ёрзает. джисон выглядит горячо. в одной мокрой от пота майке, обнажающей его широкие плечи, с вьющимися волосами, спадающими ему на лицо. он нервно облизывает губы, внимательно скользя взглядом по джисону, который всё ещё тяжело дышит, поглаживая его колено большим пальцем. — я ждал, пока ты закончишь с тренировкой, — чуть разводит бёдра в стороны минхо и опускает телефон, который держал перед лицом всё это время. — ты голоден? потому что я хотел заказать нам курочку сегодня. в том ресторанчике, в котором мы были на прошлой неделе, открылась доставка, ты знал? он вновь разблокировал телефон, чтобы показать джисону, о чём он говорит. хан молчал, ничего не отвечая ему. минхо непонимающе поднял свои глаза на него, но столкнулся с абсолютно непроницаемым взглядом в ответ. ах, ну да. конечно. кто о чём, а минхо снова о еде. он быстро перевёл взгляд на свои обнаженные бёдра: он одолжил шорты у джисона в этот раз. неловко поджал губы. его щёки опалил лёгкий стыд за самого себя, в груди противно потянуло. захотелось сбросить с себя чужие ладони, но минхо только свёл бёдра и отложил телефон. — хотя, возможно уже слишком поздно для ужина, — он сделал вид, что задумался, и показательно перевёл взгляд на часы на противоположной стене. дёрнулся, когда губы джисона внезапно накрыли его обнажённое колено, а руки спустились на нежные бёдра. — сейчас семь вечера, детка, — мягко покачал головой он. приник покрасневшей щекой к теплой коже, слабо потираясь о неё. — и да, я голоден. я так чертовски голоден, ты знаешь? минхо вопросительно склонил голову набок, и только когда губы хана снова мазнули по нежной коже, до него наконец дошла реальная суть его слов. он вспыхнул и поджался, когда крупные ладони скользнули под его шорты, обхватывая плюшевую кожу его бёдер. — какого чёрта, — хнычет минхо, когда джисон легонько кусает его, чтобы оставить след. вообще, ему всегда нравилось метить минхо. на его бёдрах каждую неделю обновлялись покраснения от укусов и засосов, иногда прямо на месте тех, что ещё не успели сойти, а шея всегда была окрашена в бордовый. особенно её задняя часть, которую джисон любил кусать и вылизывать каждый раз, когда он брал минхо сзади. — джисон. — м-м? — отзывается хан. почти мурлычет от удовольствия, играясь с кожей бёдер минхо пальцами. нежно. — ты такой чертовски милый, когда стесняешься меня, сладость. кончики ушей минхо вспыхивают. — я не стесняюсь тебя. — чертовски сильно стесняешься. джисон резко притягивает его к себе за бёдра, заставляя минхо проскользить по подушкам ниже. он удивлённо вскрикивает, когда хан подминает его под себя и нависает над ним. они, кажется, замирают в таком положении на несколько долгих секунд, любуясь друг другом, прежде чем минхо резко вспыхивает, а джисон тихо смеётся. у минхо урчит в животе. как же, блять, неловко. джисон поднимается, а минхо скулит и прикрывает руками лицо. он испортил весь чёртов момент. крепкие ладони ложатся на его бёдра, успокаивающе втирая круги в его кожу. минхо сильнее обхватывает бёдрами талию джисона и трёт ладонями лицо. — прости, сладость, — смеётся джисон, опускаясь к нему, чтобы нежно поцеловать его в лоб. он мягко обхватывает его запястья, чтобы отстранить их от порозовевшего лица. минхо убирает их на его плечи, осторожно поглаживая джисона по обнажённой чуть влажной коже. — правда. я не думал, что ты настолько голодный. если хочешь, мы можем— договорить он не успевает. минхо сам тянется к нему, обнимая за шею, и смело утыкается губами в его губы. джисон распахивает глаза и приобнимает минхо в ответ, придерживая его за талию, чтобы не дать ему свалиться на мягкие подушки. минхо отстраняется, смущённо отводя взгляд. — я хочу, чтобы ты продолжил, — тихо говорит он, зарываясь короткими пальчиками в его волосы. — если ты тоже хочешь... джисон резко выдыхает через зубы. его буквально распирает от количества умиления, любви и нежности, которые он испытывает к минхо прямо сейчас. он просто обожал, когда минхо такой. это было похоже на агрессию, которую обычно испытывают к пушистым комочкам мягкой шерсти, когда они переваливаются на своих лапках и громко мяучат. их хочется обнять, крепко сжать в руках, зацеловать до смерти. но минхо — не котёнок, так что единственным, что джисону остаётся, являются более глубокие толчки, грубые укусы и грязный шёпот в розовеющие ушки: похвала, которую у джисона не получается сдержать и все те отвратительные слова, которые неизменно заставляют минхо сходить с ума. джисон впился губами в приоткрытый рот минхо, кусая и посасывая его очаровательно полную верхнюю губу. если бы ему не нужно было стоять на четвереньках, чтобы не придавить минхо своим телом, он бы обязательно обхватил его плюшевые щёки руками, не позволяя отстраниться и наслаждаясь тем, как тёплая кожа минхо проминается под подушечками его пальцев. он правда не хотел вести себя грубо с ним: знал, что минхо важно чувствовать себя любимым во время процесса. в самом начале их отношений секс был очень стрессовым занятием для минхо. он постоянно боялся, что сделает что-то не так, убьет весь настрой, покажется недостаточно красивым в глазах джисона. в его голове было слишком много глупых мыслей, которые не позволяли ему расслабиться и довериться джисону окончательно. до сих пор не позволяли. и джисон делал всё возможное, чтобы минхо наконец смог опустить всё это и получить с ним столько удовольствия, сколько он заслуживает. минхо нежно скулит в его рот, прикрывая глаза. его ладошки скользят по сильным плечам, опускаются к предплечьям, чтобы немного сжать их. он хочет свести бёдра, но не может из-за джисона, который расположился между ними. тихий всхлип срывается с его губ. джисон медленно отстраняется. минхо облизывает губы. он выглядит таким маленьким и потерянным после глубокого поцелуя, его губы распухли и покраснели. джисон в шаге от того, чтобы заскулить от умиления. он осторожно отпускает минхо, который ложится на кровать. его волосы красиво рассыпаются по мягким подушкам. большие ладони снова скользят под его шорты. джисон нависает над минхо, подминает его под себя и снова глубоко целует. минхо плавится под чужими прикосновениями, всхлипывает в поцелуй и сладко жмурится, когда рука джисона случайно касается его промежности. виляет бедрами в попытке сбросить с них чужие руки и вскрикивает, когда шорты оказываются стянуты с его бёдер. джисон кусает его за губу и отстраняется. минхо стыдливо вспыхивает, когда остается перед джисоном в одном нижнем белье: очаровательных белых трусиках, красиво обхватывающих его полную задницу. — не смотри туда, — ноет минхо. его уши пылают, щёки и шея покраснели. — прости, детка, но я думаю мне стоит смотреть туда, — джисон аккуратно целует минхо в кончик носа и отстраняется. насовсем. выпрямляется между бёдер минхо, крепко хватаясь за них, и скользит одной рукой прямо к его киске. — ты очарователен. минхо тихо выругивается. джисон с нажимом проводит рукой по его промежности, заставляя минхо красиво выгнуться. с его губ слетает тихий стон, он чувствует себя таким невыносимо уязвимым прямо сейчас. не делает ситуацию лучше его промокшее бельё и тихий смешок, который слетает с губ джисона, когда он осторожно проводит пальцем вдоль влажной ткани. минхо скулит и давится обжигающим его щёки и шею стыдом. минхо прикрывает глаза в попытке побороть неловкость, но ненадолго: он звонко пищит, когда джисон резко поднимает его бёдра ещё выше, полностью отрывая его таз от кровати, и единственным, что теперь касается её, остаются лопатки минхо. край сгрудившегося худи обнажает его покрытый плюшевыми складками живот, пока нос джисона утыкается прямо между его ног. на руках хана заметно проступают вены, но он держит крепко, даже не думая отпускать. с удовольствием скользит языком по текущей киске через бельё. минхо тяжело дышит. он любит, нет, обожает, когда джисон применяет силу. он действительно так блядски без ума от этого. минхо облизывает губы и плавится от чужих касаний. ему нравится контраст между крепкой хваткой на его бёдрах и нежными движениями языка и губ джисона. он всхлипывает. джисон опускает его всего на секунду, чтобы стянуть его трусики чуть ниже. минхо неловко ёжится от ощущения прохладного воздуха у своей промежности, но, справедливости ради, совсем не жалуется на это. джисон нежно целует его лобок, сжимает пухлые ягодицы в ладонях и прикрывает глаза, наслаждаясь вкусом минхо на своём языке. его бёдра вновь оказываются подняты, пока джисон сидит между его ног, с удовольствием целуя его киску, которая не перестает течь и сжиматься от недостатка стимуляции. бёдра минхо мелко подрагивают, когда мягкие губы касаются его клитора, а язык легонько дразнит его. ли красный с головы до пят и смущённый до дрожи. — джисон-и, — тихо зовет он, боясь пошевелиться. его спина немного болит от такой позы. и минхо не очень хочется терпеть это, несмотря на то, насколько горячим ему это кажется. он неловко мнётся, не зная, как продолжить. — отпускаю, — сразу понимает хан и последний раз целует его. — прости что так резко, сладость, но я правда хочу тебя на своём языке прямо сейчас. минхо что-то неразборчиво скулит в ответ. его бёдра вновь оказываются вокруг талии джисона на ту короткую секунду, прежде чем его переворачивают на животик, а чужие губы ложатся на его шею. в нос минхо утыкается мягкая подушка. его задница выставлена напоказ, а бёдра легонько подрагивают. джисон наслаждается этим видом как никогда. — покажи мне себя, детка, — хан с удовольствием сжимает и оттягивает его ягодицу. — давай. показать себя? как он вообще должен? минхо медлит. джисон терпеливо ждёт, убрав руку с его задницы. проходит несколько секунд, прежде чем минхо неловко прикусывает губки, сводит коленки и выдыхает в подушку, когда обхватывает свои плюшевые ягодицы ладошками и разводит их в стороны, демонстрируя джисону покрытые влагой текущие дырочки. с губ хана срывается удивлённый вздох, и щёки ли невыносимо обжигает стыдом. не было ли это слишком? минхо знает, что джисон не испытывает отвращения, когда смотрит и касается его, но так открыто показывать себя... наверняка его бёдра или задница выглядят неприятно, чтобы вот так на них смотреть. это легко может сбить настрой. когда никакой реакции от джисона не следует в течение еще нескольких секунд, минхо надрывно выдыхает и быстро убирает пальчики, поворачиваясь к джисону лицом. — сон-и? — неуверенно зовёт он и смотрит на джисона, который накрывает рукой одну из его ягодиц. — это слишком? конечно, это слишком, идиот. ты не настолько хорош, чтобы показывать себя вот так. это выглядело глупо. минхо хочется задохнуться от стыда и разочарования. но разве это не было тем, о чём джисон просил его? он сам виноват, если ему было мерзко. минхо всего лишь... — это великолепно, детка, — восторженно выдыхает джисон. — я хочу вылизать тебя. от голоса джисона по коже минхо пробежали мурашки, а по щекам расплылся румянец, словно он не был покрыт им последние полчаса. минхо кивнул, а затем уткнулся носом в рукава своего худи. возможно, джисону и правда нисколько не было противно от него и от его тела. осознание этого заставляло что-то очень тёплое растекаться по его груди. минхо замер, когда пальцы джисона погрузились в мягкую кожу его задницы, оттягивая плюшевые половинки в стороны. чужое дыхание ощущалось невыносимо близко к поджавшейся киске. это было неловко. минхо хотелось повилять бёдрами, сказать джисону поторопиться, сделать что угодно, чтобы он наконец прикоснулся к нему, но он только зажмурился покрепче и сжал губки в тонкую полоску, ожидая. — тебе не стоит так напрягаться, котёнок, — выдохнул джисон, за бёдра подтягивая минхо к себе. — я не сделаю тебе неприятно, хорошо? расслабься. а потом его губы легко прижались к влажным половым губам, и минхо захлебнулся стоном. он невольно качнул бёдрами, чтобы уйти из-под аккуратного прикосновения, на что джисон засмеялся и притянул его к себе. щёки минхо пылали. какого черта хан смеялся над ним именно сейчас? это было несправедливо. но джисон быстро затих и с удовольствием прикрыл глаза, скользя языком по нежной дырочке. он совсем не торопился, медленно, почти лениво вылизывая минхо. его руки всё ещё крепко сжимали теплые бёдра, потому что ли то и дело дергался. это было непривычно. но все равно безумно приятно для минхо, который сладко поскуливал в сложенные ладошки. — я так чертовски люблю твой вкус, — выдохнул джисон, с наслаждением скользя языком по клитору. — ты такой мягкий и нежный для меня. он настойчиво прижимался к нему губами и с удовольствием скользил по его киске языком. минхо тяжело дышал, держась изо всех сил, чтобы не прижиматься ко рту джисона самостоятельно. это было бы слишком неловко для него прямо сейчас, учитывая насколько нуждающимся и жалким он ощущал себя в руках джисона. однако он все же подался бёдрами назад, утыкаясь задницей в лицо джисона. чужой нос скользнул по его промежности, и минхо, резко вспыхнув, отстранился, растягиваясь на простынях. джисон не сразу понял, что случилось, и отпустил его бедра. его щёки и подбородок были мокрыми от слюны. — изви- договорить минхо совсем не успел — оказался притянут назад и перебит. — почему ты извиняешься, — джисон нежно целует его между лопаток. — не нравится, когда я вылизываю тебя? минхо поспешно качает головой, ощущая, как чужой член утыкается в его киску. он почти скулит, ни капли не заботясь о том, насколько же жалким он может показаться. — нравится, — неуверенно поджимает губки минхо. — но я знаю что... знаешь, тебе не обязательно делать что-то такое. мне понравится любой секс с тобой, правда, тебе не нужно— — не нужно что? пытаться доставить тебе удовольствие? — руки джисона крепко сжимают его бёдра. — детка, я понимаю твои чувства. но пойми и мои тоже, хорошо? я хочу доставить тебе удовольствие. я хочу, чтобы тебе было хорошо со мной. и чтобы это не было односторонним. минхо подавляет в себе желание заскулить. ну вот почему джисон такой. почему он знает его настолько блядски хорошо. это просто несправедливо. — и ты был таким очаровательным, когда стоял на коленках и давился моим членом вчера, — джисон нежно кусает его за ушком, не в силах перестать мять такого нежного и податливого в его руках минхо. — я не могу не отплатить твоей прелестной киске тем же, сладость. по коже минхо пробегает крупная дрожь, потому что теперь его промежность крепко вжимается в пах джисона, направляемая чужими сильными руками. он хнычет, потираясь нежными складочками о чужой член, и с его губ срывается всхлип, стоит джисону слабо шлепнуть его по обнажённой коже. — трахни меня, — скулит минхо. — джисон, пожалуйста, я так хочу тебя внутри. он звучит так отчаянно, что это почти жалко. джисон одобрительно прикусывает его загривок и поднимается, чтобы спустить с себя штаны и белье. крупный истекающий смазкой член шлёпается минхо между половых губ с противным влажным звуком. минхо вспыхивает. его дырочка скользит по горячему стволу, а на пышную задницу ложится тяжёлый шлепок. джисон с наслаждением мнёт его ягодицы, наблюдая, как они трясутся и покачиваются от каждого движения, как глубоко проминается мягкая кожа минхо, когда хан крепко сжимает его задницу, разводя мягкие половинки в стороны. он, блять, в восторге от форм минхо. несмотря на всю неуверенность, которую минхо испытывает по поводу своего тела сам, джисон искренне считает каждый его изгиб безумно сексуальным и притягательным. его хочется трогать, на него хочется смотреть. его хочется любить и называть своим. минхо нетерпеливо ёрзает, вжимаясь дырочкой в чужой член, который даже на фоне его очевидно объёмных ягодиц кажется таким чертовски большим, что минхо почти давится слюной от желания и возбуждения. ему хочется погрузить его в себя. хочется, чтобы он наполнил его до самого предела. с его губ срывается ещё одна короткая мольба, и только на этот раз джисон действительно прислушивается. он отводит одну из плюшевых ягодиц минхо в сторону, плюет на его дырочку, а затем плавно толкается, растягивая её крупной головкой. минхо выгибается и скулит, самостоятельно подаваясь назад, чтобы насадиться на член джисона глубже. его коленки непослушно трясутся, а в руках скапливается напряжение, электрическим током распространяясь по его предплечьям и плечам. минхо облизывает губки и прикусывает кончик языка. джисон входит в него целиком. и минхо, кажется, ощущает его в своем чёртовом желудке. его дырочка легко и с удовольствием приняла возбужденный член, набивший его до самого предела. джисон обхватывает минхо за талию, начиная с оттяжкой толкаться в него. он заворожённо наблюдает, как припухшая дырочка минхо скользит по его члену, как её края горят от приятной растяжки. минхо прикрывает глазки, его стоны и скулёж становятся всё громче по мере того, как джисон ускоряется. он почти закатывает глазки и звонко хнычет, потому что джисон крепко прижимается к нему бёдрами, вгоняя член по самое основание. — втяни животик, сладость, — мурлычет джисон, скользя теплой ладонью по мягкому низу живота минхо. старший застенчиво сжимает губки и сводит колени друг к другу, послушно выполняя то, о чем просит его джисон. пальцы хана погружаются в нежную кожу сильнее, и он удовлетворённо мычит, ощущая под своими пальцами небольшую выпуклость. — дай мне руку, — мягко просит он, и, когда минхо протягивает ему её, прижимает маленькую ладошку к низу его живота, полностью накрывая её своей собственной. минхо давится воздухом и пытается приподнять голову, когда джисон выходит и вновь плавно толкается внутрь, входя в него до самого упора. его щёки начинают буквально гореть, когда он чувствует, как джисон наклоняется к его ушку, крепче прижимая ладонь к теплому животу. — чувствуешь, да? мой член глубоко в твоей прелестной киске. минхо неразборчиво поскуливает, потому что джисон выходит из него наполовину, а затем снова толкается глубоко внутрь. под его кожей снова ощущается очень сладкое натяжение, а в прижатую к низу живота ладошку вновь упирается чужая головка. минхо в наслаждении прикрывает глаза. — тебе нравится, детка? — одной рукой джисон крепко держит его за бедро, пока другой накрывает его ладонь. — когда твоя дырка до упора забита членом. когда она так блядски красиво растянута и сладко течёт вокруг него, потому что ты так отчаянно хочешь большего, сколько тебя ни наполняй. минхо всхлипывает громче обычного. он резко зажмуривается, его животик под мягкой ладошкой дрожит от сильного спазма, сводящего его. джисон захлёбывается воздухом. его член сжимается горячими стенками внутри так крепко, что он почти кончает внутрь, еле успевая вытащить, прежде чем заполнить минхо своей спермой. минхо распахивает рот и высовывает кончик языка, ощущая, как его киска резко пустеет. он скулит от противного чувства, растекающегося по его груди, когда он понимает, что джисон больше не заполняет его. более того, растянутая членом, его дырочка осталась унизительно раскрытой. он зажмурился. джисон тяжело дышал прямо над ним. он всё ещё крепко держался за основание своего члена, заливая спермой ягодицы, задницу и киску минхо. это было так блядски красиво, но не менее грязно. джисон был в ёбаном восторге. плюшевые бёдра минхо дрожали и тряслись. за них хотелось крепко взяться, их хотелось укусить и сжать руками. собравшийся складочками животик перестал дрожать и теперь только надувался сильнее от тяжёлого прерывистого дыхания минхо. джисон обожал видеть его таким по окончании. мягким, податливым и разбитым. с перепачканной в сперме киской и со следами от пальцев джисона на нежных ягодицах. жаль, что он не оставил больше. минхо всхлипнул, когда джисон осторожно уложил его на кровать и улёгся рядом, чтобы сгрести его в объятия. чужой опавший член упёрся ему в бедро, а губы накрыли мокрый кончик носа. он прикрыл глазки, уютно устраиваясь у джисона в руках. именно в такие моменты минхо чувствовал себя наиболее уязвимым перед джисоном. полностью обнажённый, напоказ со всеми своими страхами и комплексами. но ему нравилось это. так легче было позволить себе думать, что джисон любит его любым. что джисону нравятся все его неидеальности. что он влюблён в него, а не в его тело. и минхо был абсолютно счастлив думать так. джисон накрыл его щёку ладонью, нежно поглаживая минхо по ней. ли приластился к прикосновению, почти замурчал. он был маленьким и нежным. самым красивым и очаровательным для джисона котёнком. — сон-и? — вздохнул минхо, приоткрывая глазки. джисон вопросительно промычал в ответ, поглаживая его по пушистым волосам. его руки медленно опустились ниже, когда он обнял минхо и перевернулся, укладывая его на себя сверху. минхо тихо пискнул, но сразу же затих. — я слушаю, детка, — промурлыкал джисон, целуя его в щёчку. — я... ничего, — он неловко обнимает джисона за шею, чувствуя себя так чертовски неудобно. вроде и понимает, что джисону не тяжело, но все равно не до конца уверен. джисон хмурится. очень мягко, чтобы не заставлять его волноваться ещё больше. — скажи мне, — просит он, нежно целуя минхо в губы. — тебе нечего стесняться. я сделаю всё, что ты захочешь, ладно? минхо прикусывает нижнюю губу и хмурится. одна из его очаровательных привычек: он часто делает это, когда задумывается или не уверен. джисон послушно ждёт. гладит минхо по волосам и шее, наслаждаясь такой знакомой мягкостью под пальцами. проходит, кажется, слишком много времени, прежде чем минхо тихо бормочет: — ... ещё раз. джисон вздрагивает, распахивая глаза. — что? — я хочу сделать это ещё раз, — очень робко говорит он. — если ты, конечно, тоже хочешь этого— у джисона в груди, кажется, фейерверки взрываются. он стонет, заметно пугая непонимающего минхо, а затем переворачивает его на спину, нависая сверху, глубоко целуя и вырывая из горла минхо тихий податливый всхлип. если минхо чего-то хочет, ему не нужно сомневаться: джисон даст ему всё. потому что хочет этого не меньше, чем он сам. а ещё потому что влюблён в минхо до безумия сильно, конечно же.