Душа

Пролог

Вы когда-нибудь задумывались о том, что такое душа? Невидимая сущность человеческого тела, несколько грамм воздуха выходящие из тела после физической смерти? Пару строк программного кода, которые отвечают за базовую функцию персонажа в реалистичной симуляции? что такое душа? Голос диктора безумно громко кричал в толпе: «новое поступление норковых шуб, женские и мужские куртки на зиму для себя и ребенка», есть буквально все подумал я. Интересно, а насколько мне вообще нужна эта сраная куртка, как минимум, потому что я давно не чувствую ни холод, ни жару, что вообще я чувствую? В нос ударил запах рыбы, её продавали прямо из пластиковых ящиков, прямо на улице на которые падал черный снег. «Сибирь» прозвучало эхом в голове, здесь никогда ничего не меняется люди никогда не улыбаются, а я? А что я? Не окончил институт, работаю админом в игровом клубе, остатки друзей откровенно выражают презрение ко мне, почему я его заслужил наверное задумываться не стоит, всего лишь пустой человек, который не несёт за собой ничего кроме страданий, который делает больно не потому что желает зла, а потому что не умеет делать по нормальному… Да видимо это мой так называемый «крест», наверное так будет действительно логично, о чём это я вообще? «Свежая рыба!» - истошно кричала женщина, остановившись в середине улицы, в голову пришла какая-то мысль, но её оттуда сразу же выкинуло запахом гари и дыма, проезжающего мимо автобуса. Улица, на которой он стоял, была буквально центральным проспектом, на котором проходили мероприятия и буквально всё значимое движение в городе, представляла собой небольшую площадь с трамвайной линией и десятком разложенных столов на которых можно купить буквально всё, кто-то продавал соленые на зиму овощи, кто-то вязанные вещи, а кто-то свежую рыбу. Задавался солнечный день, но к обеду пошел черный снег, черный он был не из-за климатической катастрофы, попросту город состоял из шахт и заводов, сотен машин на дизельном топливе, производящих буквально облака грязного воздуха. Зимняя сказка в тех местах, была намного менее приятная, грязь, сажа, отсутствие свежего воздуха и как принято пьяные бездомные, от которых не было прохода, каждый из них когда-то давно был шахтером или кем-то еще, но после сокращения бюджета людям пришлось выживать, к чему все и стремились в попытках выклянчить деньги или украсть у женщины её «свежую рыбу». В носу была копоть, абсолютно везде была копоть, «черное небо» так местные прозвали экологическую обстановку в регионе. Хотелось почувствовать запахи или хотя бы что-то отдаленно похожее на них, но организм наотрез отказывался воспринимать мельчайшие изменения в его привычном черно-мазутном мире. Молодой парень на вид лет шестнадцати стоял и вглядывался в вязанные носки, в которых не нуждался и навряд ли когда-то будет нуждаться в чём-то вязанном, стоял и мыслил о обыденном, о том, что хотел бы поесть или может приготовить, одиночество разрушало его личность, мысли рисовали мутные образы фантасмагорического бреда, который он разбирал на своём чердаке в самом детстве, когда-то давно в самой юности, когда мама жалела после поставленного синяка, а падение с велосипеда вызывало больше радости, чем грустного разочарования, когда сладкий чай заваренный наспех в старом заварнике был чем-то уникальным и так по-домашнему вкусным, когда дети с ним играли и безумно ярко смеялись от неуклюжести маленького светловолосого мальчика в кроссовках доставшихся ему от старшего брата, когда не было волнения о том, что кроссовки были стоптаны до нельзя а молнию крепила ржавая булавка. Детство уникальное время и место, куда нельзя вернуться, но порой маниакально необходимо упасть в этот омут воспоминаний, когда мечты стать супергероем были важнее потребности найти еду или выкурить крайнюю сигарету в потрёпанной пачке красного «Максима». Детство — это теплое молоко и прекрасное печенье, купленное на деньги родителей, лиц которых он не помнил, два темных мутных образа, которые так любили и заботились о новом гражданине странного города в странном для него времени. Мальчик шестнадцати лет неспеша зашагал по скользкому асфальту, в направлении дома, который был так близко и так далеко, по пути заинтересованно разглядывая абсолютно переполненные прилавки магазинов, перед ним вырос книжный магазин, в который не зайти было бы преступлением. И вот он уже выбирает среди полок что-то классическое, что ещё не читал или хотел перечитать, Оруэлл, Кафка, Замятин и Достоевский ярко пестрили обложками в разделе акций. «Это что-то новое?»- на глаза попался томик Гюго, в мягком переплете с аккуратной тканевой закладкой, «Отверженные» привлекали внимание юного читателя, а в голове уже вертелось чувство, которое всю жизнь будет сидеть внутри, которое сожжет все эмоции, четвертует интерес к жизни и заглушит инстинкты самосохранения.