Восьмой б(ля)

Математичка гнида. Это был просто факт, а теперь к повествованию. На часах блядских девять утра и мы, на кой-то хер, прозябаем на уроке литературы, положив тяжелые головы на исписанную нами же парту. - Ферстапенко! Вздрагиваю, как от выстрела калаша, и резко выпрямляюсь. - о чем мы сейчас говорим? Хлопаю глазами, судорожно перебирая темы урока в поплывшем мозге, но там кроме мата нихера и нет, собственно.. - о любви, Татьяна Петровна. Глупо лыблюсь, слыша хохот класса, и довольный собой смотрю на снисходительную улыбку учительницы. - горе мне с вами.. Выдыхает она и все же продолжает рассказ, говоря нам быть внимательнее. Я лишь киваю и ложусь обратно в надежде доспать оставшиеся двадцать минут. На задней парте можно заниматься чем угодно, только не учебой. Это я выяснил еще будучи в первом классе, никогда не отличаясь примерным поведением, но при этом умудряясь оставаться отличником. Еще бы, с таким папашей.. - дашь списать? - тихо шепчет Данил, пока мы, как два идиота, лежим и пялим друг на друга уже третью минуту. - сходи нахер, - так же тихо отвечаю я, вызывая в нас обоих дебильный смешок. - жмотяра херова, - притворно ворчит он, - а я с тобой делился, ничего не жалел. Братом своим считал.. - ойй, блять, - морщусь, прерывая эту притчу и лезу в рюкзак за потрепанной тетрадью, - на, попрошайка! - фу, как грубо, - якобы обижается друг, а после смеется, толкая меня в плечо, - с меня пицца в столовке. - с этого начинать надо было, дурак. Хмурюсь и прикрываю глаза, дабы не видеть дурацкую улыбку Даньки, такую широкую и счастливую, будто его всего соткли где-то на небесной фабрике из нитей-лучей Солнца. И чему он радуется? - ПИЗДУЙ В ОБОРОНУ!! Ору через весь зал на Эклерова, ни чуть не смущаясь номинального присутствия физрука, он все равно пропускает все мимо ушей, занимаясь заполнением журнала и перепиской с русичкой. - да полузащитник я! Кричит он в ответ, чем окончательно тормозит игру и выбешивает меня еще сильней. - полупидр ты!! Со всей силы пинаю мяч в стену и чудом никого не убиваю при этом, уходя в раздевалку. После этого физрук оживает, но мне уже нет никакого дела, я так зол, что готов приложить кого-нибудь башкой об пол. Какого хуя эти идоты, криворукие и кривоногие, абсолютно не умеющие играть, берут мяч!? Ладно, Эклеров умеет, допустим, но делает это так аккуратно и по-девичьи, что блевать тянет! - Макс?.. Настороженный голос Данила привлекает внимание. - отъебись! Пинаю на этот раз чьи-то вещи и насупившись плюхаюсь на скамейку. - слушай.. ну, че ты? Он, зная мою вспыльчивость, подходит ближе, передвигаясь, словно в клетке с тигром. - да, пацаны играют и думают чуть медленней, чем ты, ну это ж не повод вот так психовать, да? - пизда. Скрещиваю руки на груди и отворачиваюсь от друга, который пытается заглянуть мне в глаза. - господи-боже.. Еле слышно выдыхает он, после чего со звоном хлопает по ляжке. - ай!! Дергаюсь и еще более обиженно смотрю на эту наглую морду, потирая ушибленное место. - да заебешь, ведешь себя, как сопля малолетняя! - я сопля?? Тут могла бы разгореться драка, но физрук решил выполнять свои прямые обязанности и согнал нас обратно в зал, сказав, чтоб мы не ебланили, а сдавали нормативы.. Что ж, спасибо мне, блять! Время в школе тянется до ужаса медленно, но конец есть у всего, поэтому когда звенит последний звонок, оповещающий, что на сегодня мучения завершены, я, быстрее пули, влетаю в раздевалку, на ходу захватывая куртку Данька. Учебный год подходит к концу, на улице уже совсем тепло, а значит свою одежду мы, как холопы, несем в руках до самой хаты. Но домой никто из нас не торопился. Взяв местный ларек на абордаж мы затарились соком и сухариками. Поспорили немного о том, как делить сдачу, а после скрылись от лишних глаз на крыше гаражей. Развалившись в позе звезды я ничуть не жалел белую рубашку, со всем наслаждением вдыхая весенний ароматный воздух с примесью бензина и пыли. - больно? Как-то невпопад спрашивает Данил, потягивая бурду со вкусом манго (гурман хренов). - м? Прикрываю бедные глаза ладонью, скрываясь от яркого апрельского солнца, чтоб хоть немного разглядеть морду товарища. - ляжка твоя.. я сильно тогда ударил. - а, боже.. да нет, нормально все. Вообще-то синяку быть, но я ж не девчонка, чтоб ныть. - если уж так сильно хочешь извиниться, то.. По-хозяйски распологаюсь на коленях Даньки, вырывая себе вип-место со всеми удобствами, и ехидно смотрю на скептический взгляд одноклассника. - ну, слышь! Он не может долго сдерживать улыбку и в конце концов мы оба хохочем. - можешь погладить меня. - а массаж простаты не хочешь? - не, сейчас не хочется. Сквозь смех я слышу нечто похожее на "имбицил", но успешно игнорирую, тем более Данил все же запускает свои длинные пальцы мне в волосы, ненавязчиво, но чуть неловко поглаживая до приятных мурашек на предплечьях. Сухарики с хреном и апельсиновый сок "добрый" всегда почему-то вкуснее рядом с Даней. Колдун ебучий, не иначе.