ложка.

***

Пьяный ветер шатал ветви плакучей ивы, передавая ей на ухо услышанные мысли людей. У людей столько мыслей: милые, ужасные, душераздирающие, грязные, пошлые, противные... Но ива принимала все мысли без исключений. Она словно Сплетница, собирала все воедино, обдумывая. Но она ни в коем случае никого не осуждала. Ведь все разные. Все имеют право думать так, как им захочется! Тень изящного дерева раскинулась подобно лунному свету по мраморной столешнице. Поверх кухонного гарнитура лежали столовые приборы, отсвечивая яркий лунный свет. На столе появился своеобразный узор, напоминающий то ли водную гладь, то ли космос с неизвестным количеством звезд... Ах, как же этот вид обожали дворовые кошки! Увлекательно смотреть за тем, как тень веточек бегает по столу из-за ветра, шатающего давно не молодое дерево. Вид из окна кухни был прекрасен, что сейчас, что пару веков назад. Каждый раз, когда хозяин дома смотрел в это окно, на душе сразу становилось тепло и спокойно. Просто... без причины! Сквозь полупрозрачную шелковую занавеску виднелись тонкие и гибкие веточки ивы, слегка наклонившиеся вниз. Перевешивали старую иву ее листки, хоть они и были тяжелы для столь хрупких веточек, они выглядели также идеально и легко, как и само дерево за окном. От ветра она шаталась из стороны в сторону, словно жалея людей, которые неосознанно совершали грехи. Легкий ветер шатал веточки уже не особо юной ивы. Вместе с листками и ветками переплетались белоснежные локоны полупрозрачного парня. В руках юноши таилась связка нежно-лазурных цветов. Любуюсь прекрасным деревом, он вспоминал свою прекрасную жизнь. Ох, его смерть была такой неожиданной... Но через несколько веков сожаления о смерти исчезли. Блондин уже приспособился к жизни, ну или не совсем жизни призрака... Окинув взглядом серую стену дома, явно холодную, он запомнил трещины и неровности в стене, не ведомо ему самому зачем... Просто запомнил, да и все! Может, просто скучно и делать нечего? Конечно, скучно... Его никто не видит и не слышит... Лишь дворовые коты иногда прилягут рядом, мурча от приятной ауры того. Ему это никак не поможет, естественно. Он просто запомнил, не зная зачем, не зная куда применить и чем оно вообще пригодится. Вернув взгляд на изящное дерево, Кадзуха нежно провел пальцем по шершавому листочку. Такое же ощущение, как и пару веков назад: те же приятные листочки на ощупь, пускай и шершавые в некоторых местах. Выдохнув накопившийся воздух, юноша не дыша прошел к месту, где раньше был его дом. Почему не дыша? Обладателю прекрасных рубиновых глаз не нужен был воздух; он в нем не нуждался... Пару веков назад, а может и не пару... Кадзуха уже сбился со счета, сколько лет прошло после его смерти. Тут был его дом, но сейчас его нет. Переплетая все мысли, разрывая их по кусочкам и собирая их снова, Кадзуха подошел к ледяной стене. Приложив свою руку к стене, сделанной из белого кирпича, беловолосый провел тыльной стороной руки по сооружению, после сделал уверенный шаг и оказался внутри дома. Стоя около окна, он буквально ворвался как вор, но он зашел не с плохими намерениями? Или все же с плохими... Но даже если так, ему бы ничего не было. Кадзуха — умерший парень давным-давно, смерть которого никому не известна. Да и кому какое дело, что несколько веков назад умер какой-то чересчур очаровательный и прилежный юноша... Каэдэхара явно привязан к этому месту, ибо он тут живет... То есть жил когда-то... Смотря в окно, еще живая душа считала звезды, желая узнать точное число звезд... У него это никогда не получалось; сколько бы раз он ни пытался... Всегда Каэдэхара сбивался со счета... Всегда на одной и той же цифре!! — "1... 2... 3..." — проносилось в мыслях призрака; глаза бегали по небу и мерцающим звездам, которые иногда сходились воедино... Нет, это не правда; они не сходились — просто обман зрения или просто из-за того, что юноша стоял не прямо напротив окна, а слегка в стороне. Возможно из-за этого казалось, что звезда одна, а не несколько.. — "172... 173... 174!! Так... я эту звезду считал? А эту... стоп! На каком числе я остановился..." — недовольное мычание сошло с губ парня с красной прядью. Отойдя от окна, призрак мягкими и глухими шагами подошел к столешнице. Такой белой... как его волосы. Оглянув столовые приборы, Кадзуха заметил ложку, которая отличалась чем-то от других. Нет, она не была в каких-то изящных узорах. Нет. Просто от нее исходила довольно приятная атмосфера... Хозяина дома? Явно, он очень много ей пользовался, что она пропиталась им настолько, что Кадзуха, лишь взглянув на ложку, мог понять, каков тот человек. Сама по себе рука души без тела потянулась к этой самой ложке. Мягкие подушечки обхватили серебряную ложку, лежащую рядом с кружкой. Когда последний раз беловолосый прикасался к подобному? Лет 100 назад, может и больше... Причем, в буквальном смысле! Ему было незачем прикасаться к столовым приборам и еде. Он — мертвый, ни еда, ни вода, ни воздух... ему это не нужно! Осмотрев серебряный прибор, юноша, ну или не совсем юноша, подумал о том, что этой ложкой можно вычерпать хоть целый океан... Хотя, зачем? Не проконтролировав свои действия, он коснулся кончиком языка ледяной ложки. Что пальцами, что языком — она ощущалась неизменно ледяной. Руки призрака не согревали ее, скорее наоборот, делали лишь холоднее... — "Зачем я это сделал?" — пронеслось в мыслях того. Она подобна листочкам ивы, что за окном не большого, но уютного дома... Гладкая и холодная, но не шершавая... Также не поняв зачем, он притаил ложку у себя в руке, не думая ее отпускать. В эту же ночь он ушел прочь с этой же ложкой. Он не хотел, чтобы это посчитали за кражу, поэтому оставил хозяину дома благодарственный подарок за ту вещь, которую он взял без спроса и соглашения. Конечно, Кадзуха понимал, что хозяин дома особо не обрадуется, если узнает, что его вещь просто нагло забрали. Будучи она даже обычной серебряной ложкой... он будет зол. Очень зол. В какой-то степени можно пожалеть соседей того, ибо он очень вспыльчив и каждый всплеск эмоций начинается с криков. Не важно на кого, не важно когда. Обычные выкрики недовольства. Обладатель дома может вскрикнуть поганое слово в любой момент. Хотя, возможно соседи уже и смирились. Да, определенно... они уже давно смирились, ибо спорить с тем было бесполезно. Кадзуха это знал, ох как знал — он не первый раз приходит к этому дому. Да, он видел хозяина несколько раз. Приятный парень с виду. Характер у него не сказать, что ужасный... Скорее всего тяжелый. Кадзуха уверен, что хозяин дома может и человека убить в всплеске своих эмоций... Это было не так.. На самом деле Скар всегда был в равновесии своих эмоций. Он не всегда на кого-то злился! Просто он был довольно раздражительным. Быстро сгинув из дома, Кадзуха сел к иве, рассматривая ложку и крутя ее перед Луной, сравнивая их цветом и формой... Снова пустая квартира — никого не было дома. Ни хозяина, ни незваного гостя... Наверное, Скарамуш гулял или был на дополнительных занятиях... Да, несмотря на первый взгляд, бездельнический характер темноволосого, ум у него все же был и он занимался абсолютно всеми делами. Даже на отлично учился. Ему довольно легко давалась учеба. Сейчас лишь мрак и пустошь — это два единственных хозяина на оставшиеся несколько минут, возможно секунд... Абсолютно везде таился мрак. Самая темная комната — хоромы Муччи. Почему хоромы? Как-то раз был друг в гостях у темноволосого, вот и назвал его комнату хоромами. После этого все знакомые и друзья стали так называть его комнату. Даже сам Скарамучча ему показалось это забавным. Правда, забавно. Свой дом он мог бы назвать культом, если бы жил с кем-то, но увы... Такого счастья ему не досталось. Ни девушки, ни парня у того не было. Его просто никто вытерпеть не может... Больше двух-трех месяцев никто не держался. Интересно, почему же тогда призрак умершего Каэдэхары продолжает следить за ним? Почему уже не оставил эту идею и просто не ушел туда, куда ему позволит барьер? Но он терпел или скорее всего ему даже Скар не мешал; возможно ему это было просто в забаву.. Но увы, темноволосому это не узнать, потому что он даже не знает о существовании Каэдэхары. Комната Куни была самой темной, потому что всегда была закрыта дверь, а окно прикрыто темной занавеской со звездами. Стены, пол, потолок... даже вещи и мебель были в темновато-бледных оттенках. Куникудзуши это вполне устраивало, ведь слишком ядерные или яркие цвета не дают нормально сконцентрироваться на сне. Да и яркие вещи, он не носил. Лишь темную одежду , которая сочеталась. В прочем, он был тем еще модником. все, что бы он не надевал,все ему шло! Всегда яркое и неизменно в его прекиде, лишь обувь темно-синего цвета с радужными шнурками, которые подарила ему Мона. Ему было все равно на осуждение и мнение других людей, но однажды не выдержав, он заступился за своего друга. На Венти наехали из-за того, что малец любит инди - кид и часто носил яркие вещи. Его посчитали нефором. Миловидный и добрый юноша с косичками не любил конфликты и просто пытался объяснить, что инди-кид и нефор — это два разных стиля, но его просто игнорировали. Тот случай с вмешательством Скара закончился дракой или учётом в школе. Парень правда не понимал, в чем проблема того, чтобы носить яркие вещи и заниматься тем, что нравится?! Но его эти конфликты не касались. Хотя.. в старшей школе девочки называли его эмо-мальчиком, а парни однажды пытались его как то задеть. Дзуши не возражал и игнорировал издевки, ибо правда его одежда смахивала на эмо стиль. самой яркой комнатой в доме Скарамуччи считалась кухня. Она была выполнена в более светлых и нежных тонах. Шторка всегда была раскрыта. Несмотря на то что была ночь, маленькое помещение всегда было наполнено лунным светом. Кухонный гарнитур тоже был по-своему ярок, отблески по лаковой поверхности отражались в бледноголубой стене. Чайник с металлической поверхностью тоже блестел на лунном свете. Раковина и кран дополняли стену еще двумя отблесками.

***

Скар уже хлюпал домой... Юный парнишка промок по дороге. Но как он так умудрился, ведь на небе не было ни облачка! Даже ночью было слишком жарко, а он... он просто решил сократить путь, пойдя по "короткой дороге". Скар увяз в болоте, пока выбирался, упал. Просто упал — вот и все. Намочил всю одежду и себя самого. Даже волосы! Идя и ища в кармане толстовки связку ключей, юноша совершенно не смотрел под ноги. А ведь зря... Запнувшись об несчастную неровную ступень, он почти упал, но успел подставить руку и встать на четвереньки. Он испугался. Явно был удивлен, что так получилось... Поэтому во время падения, к счастью с удачным приземлением издался недовольный голос подростка, полный ненависти ко всем рабочим, которые строили этот дом. Он произнес уже привычное для себя слово "блять!". Быстро встав и отряхнувшись, темноволосый заметил свою связку ключей и уже перестал жалеть о падении. Видно, она вывалилась из кармана, когда он чуть не упал. Взяв ключи и нехотя дойдя до двери, мокрый юноша вставил ключ в скважину и провернул его с противным до жути скрипом и щелчком. Дверь также открылась со скрипом. Клянусь святыми архонтами, Скарамучча готов был с петлями вырвать эту дверь, которая постоянно портит настроение. Взять и вырвать вместе с петлями и всем остальным креплением. Мучча бы так сделал, но оставаясь в разуме, он до сих пор терпит её, как Каэдэхара терпит его. Хотя нет... Не так. Скар через силу терпит дверь, а Кадзуха просто привык к этому. Зайдя в квартиру, юный парень скинул с себя мокрую обувь и толстовку и направился на кухню. Выпрямив руку в бок, он провёл кончиками пальцев по ледяной стене, проходя в комнату. Зайдя в темные хоромы, уже на память Скарамуш подошел к шкафу и взял первую попавшуюся одежду, быстро переодевшись и сбрасывая грязное тряпье в стирку. Выйдя из комнаты, также на память Скар направился к ванной комнате, следом включая свет. Посмотрев в зеркало, синеглазый увидел черные круги под глазами. Он хочет спать... День выдался довольно тяжелым! Хотелось просто лечь на кровать, забыть о всех заботах и просто отключиться от внешнего мира.. Включив воду в ванной, Скар помыл руки и оставил набираться воду. Судорожно выдохнув, весь измученный, он вышел прочь из ванной комнаты, направляясь на кухню. Заполнив кухню своим присутствием, парень прошел к холодильнику, мимолетно включая. Открыв холодильник, он сразу почувствовал легкий мороз, пробивший его лицо. Окинув взглядом полный холодильник, он закрыл его, решив, что не голоден. К тому времени чайник уже вскипел. Взяв кружку и кинув туда чайный пакетик, Скар потянулся за последним предметом, который ему был необходим, чтобы размешать сахар. Но не почувствовав привычный холод ледяной ложки, он бросил взгляд на место, где всегда красовалась ложка. Он ее не обнаружил... Недовольное мычание и вздох. Как обычно, его начал раздражать даже мелкий пустяк! Скар начал искать ложку повсюду, где можно. В голове у него всё крутилось: всё шло на перекосяк, смешивалось, разрывалось, собиралось... но не так. Всё неправильно. После десятиминутной погоне за ложкой он взял просто другую. Почему он не взял её сразу? Просто потому, что это его любимая ложка, подаренная тётей Яэ Мико — подругой мамы. Он никогда её не терял, а тут она потерялась. Он был скорее расстроен, чем зол. Ведь самое худшее — это потерять то, что подарили и что было довольно важным и ценным. Закончив с приготовлением чая, он кинул ложку в раковину и, уперевшись на столешницу, начал смотреть в стену, точнее, на часы, которые висели на стене. 02:21... Сегодня он очень загулялся и вернулся так поздно, но ему это было не важно. Его волновало одно: куда делось то, что никогда не терялось?.. То, что он ценит больше всего... последнее, что осталось в памяти от того человека... Переведя взгляд на стол, он заметил связку нежных цветов. Они были в нежно-молочной ленточке... Откуда они? Теперь этот вопрос мучил Скарамуччу... Что случилось, пока его не было? Но рассуждать ему было не то чтобы в падлу... Просто уже поздно, хочется принять душ и лечь спать. Мозг сам по себе отключается и не хочет работать под никаким предлогом. Допив чай и поставив кружку на стол, темноволосый решил,что помоет её завтра — то есть утром. юноша направился в ванную, дабы наконец принять душ и в горячей воде позабыть о заботах и отдохнуть от измучительного дня... Завтра ему снова на дополнительные занятия. Что ж... Ему стоит лишь пожелать удачи и молиться за него. — Оказывается, как тяжело быть взрослым: работа, учёба, так ещё нужно как-то не забывать о себе! — крутилось в голове того. Выключив воду, Скар ещё чуть-чуть постоял и, скинув с себя пижаму, лег в горячую воду... Так приятно. Тело слегка заныло, словно вода высасывала всю усталость. И больно, и приятно одновременно. Больно... Нет, он не был мазохистом; просто за болью следовало облегчение. Это приятно... Через пару минут парень вылез из воды, вытирая мокрое тело и вновь накидывая на себя пижаму. Волосы тоже были избавлены от большого количества воды и были слегка влажными, а не мокрыми. Тело всё ещё слегка ныло, но Куни уже не чувствовал сильной усталости. Пройдя в комнату, Скарамучча не долго думая лег на кровать, зарывшись в тёплом и мягком одеяле и почти сразу отключаясь... На этом сегодняшнее путешествие заканчивается; хватит с бедного мальчишки — он устал. Быстро провалившись в сон, Скар ворочался. От тяжёлого дня ему начали сниться кошмары. Он резко вздрагивал, сжимая вторую подушку своими руками и прижимаясь щекой к ней. Брови стиснулись; прерывистый выдох сошёл с губ. Лицо расслабилось, когда светлый дух коснулся ладонью его лба, нежно убирая темно-синие локоны с лица и заправляя их за ухо. Приятная аура, словно ванильный запах, окутала комнату, отгоняя злых чертиков и защищая сон младшего.