Живые Грозы

      Мако прыгает с крышы на крышу.       Выше, выше, выше!       Еще и еще, она забирается на самый высокий небоскреб и тянется к тучам.       Там высоко, высоко, но так близко, уже почти бушует гроза.       Чудесная, прекрасная гроза с яркими, освещающими на многие мили вокруг молниями и раскатами грома, что вторят сердцу.       Здесь, на верхушке Токио, она чувствует все напряжение воздуха, как пройдет одно неимоверно долгое мгновение, и на ужасный, человеческий муравейник, совсем без деревьев, хлынет гроза.       Люди попрячутся в дома, провода не устоят под напором ветра, а парочка хитрых датчиков, что земляне как-то умудрились закрепить на высотках, сгорят от удара молний.       Гроза придёт и смоет все лицемерие людей, покажет, как прекрасна природа и что против нее ни у кого нет сил.       Даже Всезнающая Плутон не устояла, в том далеком и сияющем будущем, перед круговоротом жизни.       Не то, что бы Мако было жаль.       Уж кому как не ей, дочери крупнейшей и честнейшей планеты, знать, что такое вечный цикл.       Там, на далеком далеком Юпитере, что живет под кожей и в каждой частичке души, были сплошные леса. Все живые существа жили в деревьях и на деревьях, они не смели покушаться на то, что изначально им не принадлежало. А Великие, по настоящему Великие растения им позволяли жить в мире с собой.       Но всегда, после гроз, одни леса умирали, другие рождались.       Там, на Юпитере, ценили жизнь как нигде. Все жили каждым мгновение не тратя время на бессмысленные рассуждения. И все так же легко относились к смерти, ведь она столь естественна. Так понятно, уступить место тому, кто еще только родится, кто будет сильнее, умнее или просто удачливее. Таков был закон, живущий в крови, впитанный с первым самым сладким, чуть искрящемся от напряжения воздухом.       Наверное, поэтому Мако особенно тяжело смотреть на малышку Хотару. Она ведь тоже там, когда-то давно; пусть и по-другому, но знала этот закон. А сейчас из-за глупого человека ее тело страдает.       О, будь в этом смысл, Мако самолично бы скрутила шею тому, кто посмел так издеваться над любимой дочерью Сатурна.       Но, к сожалению, малышке, что сейчас ничего не помнит — это не поможет. И все, что Мако, дочь ближайшей к Сатурну планеты, может сделать, так это попросить, ненавязчиво, даже не намеком, так легким взглядом и недосказанным словом, Усаги присмотреть за хрупкой девочкой.       В конце концов, серебряная жизнь и черная до пурпура смерть, всегда тянутся друг к другу.       А она, Макото Кино, дочь вечных гроз и прекрасных растений, просто поможет своей принцессе, увидеть в первую очередь ребенка, чудесного маленького ребенка не знающего задорного смеха, летнего бега и вкуса любимого мороженного.       И когда ее милая принцесса узнает — нет не так — когда она разрешит себе знать, что Хотару Томоэ — дочь чудесного Сатурна, места для страха уже не останется.       Последние осколки страха Селены, что Лунная принцесса неосознанно впитала от матери, окончательно сотрутся под напором новой жизни.       Жизни, где добрая Сейлор Мун уже так много раз встречалась со Смертью, что больше не боится, а значит, она сможет стать настоящей королевой.       Живой и чудесной. И их система будет биться в едином ритме девяти сердец. А когда придёт время, вновь расцветут деревья, лианы и цветы, на вечно борющемся самим с собой Юпитере.       И тогда!…       Гроза началась, первые капли еще чистого-чистого дождя упали Мако на лицо.       Пора возвращаться в то место, что ныне зовется домом, где так мало растений и совсем нет противоречий, но зато, там точно есть духовка.       Да, она может приготовить чудесное медовое печень с лимоном.       Усаги так любит сладкое.       А Хотару, она уверенна, понравится сводящаяся скулы кислота лимона.       Верно, Мако сейчас вернется к чудесным зеленым-зеленым горшкам, что занимают все свободное место и будет порхать на маленькой кухоньке, потом пригласит Усаги и девочек тоже, и они все вместе будут пить теплый травяной чай есть сладко-кислое печенье и наслаждаться остатками дождя.       А после, Мако завернет остаток печень для еще маленькой, но такой настоящей принцессы и для почти королевы, просто что бы не заветревалось.       Да, так и будет.       Принцесса Юпитера одним плавным движение спрыгнула вниз теряясь на фоне ослепительно белой молнии и удивительно громкого раската грома.