Страх это только о событиях произошедших или о будущих тоже?

      Романова курит, стоя на балконе. Уже давно, около шести часов назад, ночь вступила в свои права, окутывая людей прохладой и одиночеством, хотя кому-то она и дарила страсть. Хмурыми глазами Петербург вновь просматривает улицы своего города, которые ей были прекрасно видны. С тяжелым выдохом она состукивает лишний пепел с сигареты.       Вокруг ног Северной столицы крутится Нева, что не слишком привычно для него. Саша опускает свой усталый взгляд вниз, встречаяся со встревоженными глазами кота. Синие сапфиры смотрят прямо в душу городу, а в них самих бушуют волны.       Недолго думая, девушка тушит сигарету о пепельницу и идет, в сопровождении Невы, в спальню. Час ночи. А Московскому она отписалась, что уже давно спит. Да что с них взять? Один другой не лучше: что один работает до поздна, что вторая; что одна поесть забывает, что другой. Но пора бы эти мысли отбросить. Слишком много мыслительных процессов для перегруженного отчетами мозга.       Усаживаясь на кровать, Александра осматривает комнату. Полумрак, телефон и ноутбук так и остались на рабочем столе, что к лучшему, зато Нева вспомнил свой лучший ритуал: уже сплелся с Москвой в какой-то непонятный комок на стуле. Питер снимает с волос заколку, откладывая ее на тумбу, после выключает последний источник света.       Стоит только спине расслабиться на матрасе, а голове коснуться подушек, на лице проскальзывает улыбка. Этот день наконец-то закончен, только вот... За ним последует такой же изматывающий и адский день. И так циклично. Но под тяжестью проблем веки все таки закрываются.       Перед глазами появляется непроглядная тьма, само тело находится в вертикальном положении и словно бы ливетирует. Что-то снизу словно пытается вытолкнуть тело на поверхность, чтобы вздохнуть еще воздуха, но эта же сила давит на нее сверху. По, неведомой самой Александре, инерции руки сами направляются вврех, после совершая гребок. Саша понимает только одно – она находится под водой. Как только эта мысль кольнула сознание, в легких начинает не хватать воздуха, в них словно набирается вода.       Петербург пытается ускорить свои движения, чтобы быстрее выплыть. Слишком глубоко. Слишком холодно. Когда полностью пришло осознание ситуации. Саша это почувствовала. Почувствовала холодную воду, и то как она пропитывает каждый миллиметр тела и ткани ее одежды. К счастью, ей все таки удавалось выплывать. Подниматься вверх. Романова поняла это когда под всей этой толщей воды начинает появляться свет, который смог добраться через множество воды.       Свет начал озорять все вокруг, и вместо всепоглодающей темноты уже виднеись какие-то сооружения. С каждой секундой все больше узначались здания. Здания ее города. От этой мысли из уст следует испуганный вскрик, с которым было выпущенно еще немного воздуха из легких. В рот начала заливаться вода. Романова всё быстрее пытается выбраться из этого водяного омута. Пытается убедить себя, что она всё ещё жива.       Руки уже начинают болеть, от того сколько силы Петербург прикладывает сейчас для того чтобы выплыть. Что бы жить. Всячески отворачиваясь, Саша пытается не думать что перед ней сейчас её город. Это не может быть ошибкой, это точно её родные улицы.       Романова не понимает через сколько ей удаётся выплыть, выкашлять не нужную воду и вдохнуть воздуха. Северная столица пытается держаться на плаву, хоть это с каждой секундой становится всё проблематичнее. Сзади слышится хлюпанье воды, звук напоминает больше шаги нежели то, что кто-то плывет. Это заставляет обернуться.       Перед её взором предстаёт юноша сероволосый, а глаза сапфирово-синие, такие же как у её Невы. Образ этого парня снится ей уже давно и долго. Человеческое обличие Невы, которое каждый раз рисует её воображение. На лице вновю расцветает хищная и кошачья улыбка. "Нева" присаживается, теперь он чуть ближе к ней и почти на одном уровне с девушкой. Холодная рука, с серыми коготками тянется к лицу Романовой.       Средний, указательный и большой пальцы хватают ее подбородок, насильно приподнимая ее голову. Александра видит перед собой его лицо: ярко синие глаза с сумасшедшим взглядом и такую же сумащедщую улыбку. Тот словно всеми клетками кожи чувствует ее страх и панику, начинает говорить:       – А может всё же пора уж потануть? – медленными передвижениями рука передвигается и вдруг резко хватает за горло. Улыбка стала по настоящему кошачьей, через которую виднелись клыки. Настоящий кот.       Саша пытается поднять руки и отцепиться от этой железной хватки, но руки не реагируют. Острые коготки впиваются в кожу шеи чуть выше уровня плеч. Чем сильнее он впивается в шею Александры тем больше и быстрее возвращается ощущение наполниности лëгких водой.       – Затони! – выкрикнула река и оттолкнула поддатливое и бездыижное тело вниз. От северной столицы можно было получить только крик, тело все так же не откликалось и никак не двигалась.       Не смотря на то, что "Нева" остался сидеть на поверхности водной глади, которая выглядела как стекло под его ногами, что-то давило на грудь опуская тело назад в ту темноту. Спустя несколько мгновений из той же темени потянулись неизведанные "руки", ощущуались прикосновения именно так, тянущие ее вниз.       Ее тянуло всё ниже и теперь не было никакой выталкивающей силы, ощущалось лишь давление воды. Всё ощущалось, как тяжкий камень положенный на грудь и утягивающтй вниз. Чем ближе была тьма тем сильнее начинала чувствоваться неизведнная телу боль.       Романова резко открывает глаза, так же резко подскакивая с кровати. С груди сейчас кто-то точно упал, Саша оглядывается и находит взбудораженного как и она сама Неву. Ее Неву. Настоящего Неву. Кот смотрит на хозяйку синими глазами, но больше с вопросом и переживанием. Он точно отличается от того, кто был в её сне.       Пока Александра пытается прийти в себя и понять, что же это всё же было, кот не теряет времени. Нева тихонько встаёт, идет ближе к хозяйке и вставая на задние лапы перед ней, касается щеки Саши. Та легонько улыбается мысли, что Нева в жизни намного дружелюбнее, чем в ее кошмарах, но слёзы, на которые и указывал серошерстный, стерает.       Аккуратно убирая с себя тушу любимца, брюнетка спешит встать с кровати и дойти до кухни. Не смотря на такой мокрый сон и ощущение воды в лёгких, горло было сухим до ужаса. В квартире все так же темно, слава всему что есть, что не холодно. Благодаря простым махинациям в руке оказывается кружка полная воды, после таких кошмаров, иногда, должно быть отвратно от нее. Мягкими шагами девушка идет к окну, Романова словно боясь увидеть улицы полные воды, немного задрживается перед тем как посмотреть на улицу.       Но нет. Все в точности как и было. Только вот в отражении стекла Саша останавливается, появилось желание разглядеть свое ужасное состояние, в один момент сзади вдруг начал мельтишить светло-серый силует. Серебристые глаза наполняются ужасом, а мозг отказывается думать логически. Дышать становится тяжело.       Брюнетка резко оборачивается, но никого нет. Никого. Буквально. Одна пустота. Даже после этого дышится не легче, город хватается рукой за грудь. В горле вновь образовывается ком, такой тягучий и непонятный. Руки начинают подрагивать, пока глазами бывшая столица пытается найти его. Результатом дрожи в руках становится кружка, разбивлаясь со звонким грохотом.       Паника охватывала тело, затыкала уши, Саша была готова клятся что не слышит ничего, кроме непонятного шума. В голове сейчас не было не одной логичной мысли, а если быть точнее то ясных мыслей вообще не было. Только чувство беспокойства и боязнь приближенной смерти. Словно её сейчас так-же окунут и утащат куда-то в глубину, не дав права на жизнь.       На корке сознантя формируется мысль, что нужно успокоиться. Но разве это может удастся так легко? Дрожащее тело медленно спускается по стене на пол. Край сознантя пытается сконцетрироваться хоть над чем-то, найти хоть что-то, чтобы оставаться здесь. И это находится, не совсем стандартное конечно, но в созниние приводят не совсем приятные ощущения. Как оказалось Саша облакатилась спиной о батареи.       Немного отодвинувшись от стены, Саша вдруг обращает своё уже почти спокойное сознание на осколки и лужу воды. С тяжким вздохом Петербург поднимается с пола и идет к раковине за тряпкой, возвращаясь, на глазах уже от чего-то начинают бесконтрольно скапливаться слезы. Через несколько минут кружка, а следом и тряпка отправились в мусорное ведро, не было ни сил, ни желания проверять тряпку на наличие мелких осколков.       На этот раз Романова наливает себе воды в пластиковую бутылку, которая имелась на кухне. Плотно закрыв крышку девушка направляется в комнату, где-то в ящике прикроватной тумбочки точно лежали и успокоительное, и снотворное. Зайдя в комнату, Саша находит в себе силы дойти только до стороны с которой обычно спит Московский. Оставив бутылку на тумбе, ладонями Саша закрывает лицо, пальцами немного масируя лоб.       На одном из выдохов брюнетка убирает руки и подинает голову куда-то вверх, но ненадолго, всё же нужно было посмотреть наличие нужных таблеток. Саша тянется к тумбочке и находит там прям целый клад: по три, а то и четыре коробки нужных таблеток. Берёт только две и монотонным действием: открыть-достать-вытолкнуть таблетку из блистера-убрать, "добывает" себе таблеточки четыре.       Какая-то чать разума, находящаяся в адекватном состоянии, призывает отписаться в группу. Поэтому таблетки откладываются на тумбу к бутылке, а Александра направляется к рабочему столу. Быстро взяв телефон, заходит в один из закреплённых чатов – группу округа – и отправляет одно коротное сообщение, наплевав даже на то, что 4 утра.

"Собрания не будет":–

      Совесть берёт своё, поэтому следующее сообщение отправляет Москве. Тоже предельно ясное и короткое.

"Если не возьму, значит сплю":–

      Только после этого окончательно откладывает телефон и идет к кровати, на которой уже заждался Нева. Вид его правда не был позож на реку, которая только и ждет когда же лучше затопить город. Серый выглядел обеспокоенным. Романова подходит к тумбочке и хватает таблетки закидываясь ими, после запивает водой. Стараясь не медлить и секундой забирается под теплое одеяло, лицом к коту, который устроился на ее месте.       – Прости. Но трудно не наблюдать предательств во снах, когда ими была наполнена жизнь сполна. Я знаю ты переживаешь за меня, а не то... – спокойно обращается к коту, немного поглаживая его. Даже не договаривает фразу, не хочет растраивать верное ей воплощение. Да он вредный, но переживает за нее всегда. Сколько лет бок о бок? Много.       Все же сон берет своё. Санкт-Петербург вновь окунается в мир сновединий и главное опять не увидеть свой страх.       Она боится, до дрожи в костях, не самой стихии, а того какие беды она может принести.