Так чё, встречаемся?

Щёлк. Металл зажигалки издаёт особый звук. Я слышу момент, когда воспламеняется газ. От этого и спокойно, и волнующе. Щёлк. Он как жонглёр с этой зажигалкой. Хотя Бёрнис по теме всяких фаершоу никто не переплюнет. Щёлк. Поворачивается ко мне, кладёт закрытую зажигалку на прикроватную тумбочку. Я мимоходом думаю, надо было хоть от пыли её протереть, но в следующий миг это становится неважным. Он ложится со мной так, чтобы приобнять. Прикосновение оголённой кожи вызывает приятные мурашки. Я чуть ли не таю от этого ощущения: нежная кожа, но стальные мышцы. Яркий всплеск в голове перехватывает дыхание, но я скрываю это. - Ещё пять минут?-шепчу. Он усмехается мне в висок. - Мне ко второй,-подхватывает.-Ещё десять. Мы просто лежим. В комнате слышны звуки часов и отдалённо - двигателя большегруза соседа, который он пытается модернизировать. Это хорошо. Потому что пока соседи жалуются на него, я могу не беспокоиться, что мои стоны приносят людям неудобства. За размышлениями я не сразу замечаю, как мужские пальцы начинают едва весомо водить по коже на плече. Слегка щекотно и потому очень чувственно. Я пытаюсь увернуться. В голове вспыхивают остатки фейерверков, по телу проходит волна измождения вперемешку с предвкушением. Чёрт, я думала, это сказки, навеянные нам культурой: то, что любовники могут заниматься сексом раз за разом всю ночь. Наверное, дело просто в нём, или в том, что не так уж часто мы пересекаемся. Он почти постоянно чем-то занят на Объездной, а я учусь в городе. Вот и накапливается напряжение... - Сразу, надо сразу надевать трусы,-ворчу, а сама дёргаюсь. Его пальцы бескомпромиссно начинают массировать меня между ног, чередуя массаж и щекочущие касания. Еще во время объятий он как бы невзначай положил бедро поверх моей ноги и сейчас - поставил меж колен, так что свести их я не могу. Другой рукой он оперся на локоть, приподнялся и удержал меня за плечо, ближнее к нему. Я понимала, что удержать его руками не выйдет, хотя, конечно, всё это по согласию, и если я попрошу – он перестанет. В то же время немного сопротивления заводит. И ощущение его силы... Пьянит. - Трусы меня не остановят в случае чего,-усмехается он мне в шею. - Да, но голый зад тебя хотябы не спровоцирует,-удержать его руку не получается. Чувствуя чуть более сильное сопротивление, он, напротив, лучше понимает, где я чувствительнее. - Даже если ты наденешь автомобильный чехол, меня это спровоцирует,-он весело фыркнул и передвинулся корпусом так, чтобы быть надо мной, одновременно разведя мне ноги. Его лицо оказалось вровень с моим, дыхание опалило шею и губы.-Это же ты. - Ооооо!-даже страшно нежное прикосновение возбуждённого члена не может удержать меня от одобрительного возгласа – оценки его слов. Тут бы куча парней постукала бы его по плечу. Молодец, хорош, а как сказал, невероятно приятно. Я вижу, что рассмешила его этим – улыбка делает его черты резче и немного хитрее. Смеяться и одновременно заниматься этим... Мы так можем. Мне с ним комфортно, а ему – со мной, надеюсь. Его пальцы придвигают меня за бёдра. Я чувствую нежность, натяжение, влагу, когда он входит. В груди сладко перехватывает. Эти ощущения усиливаются вдвое, когда он делает толчок. Я выгибаюсь, обхватываю его ногами, стремясь усилить этот контакт. Желание вихрями охватывает голову, помутнённым от ощущений взглядом я вижу едва сдерживаемую жесткость на его лице, напряжённую шею, стиснутые зубы. И взгляд, обещающий чуть ли не битву. Он сдерживается. Меньше секунды думаю, смогу ли выдержать его. Увидев, что я смотрю, он снова делает толчок, заставив выдохнуть от удовольствия. Снова я ощущаю его пальцы между ног. Прикосновение к чувствительной точке и усмешка такая, что хочется его ударить. Он знает, как это работает на мне. Я извиваюсь, чувствуя, как острота прикосновения пальцами и плавность его движений внутри сливаются. Пытаюсь упереться руками в его бёдра, сдавить их пальцами, одновременно взглядом выразить, каким подлецом он иногда бывает. Знает, где нажать, чтобы довести меня, и пользуется этим. Я уже часто дышу, пытаюсь сдерживать голос, но он то и дело прорывается. Лайтер постепенно распаляется, его руки проходятся по мне плотно, жадно. В один момент он даёт мне понять: он ощутил, что я разогрета, и хочу его настолько, чтобы попросту не заметить грубость. То, как он начинает двигаться – да, грубо, но мне непостижимым образом хочется больше. Я выгибаюсь так, чтобы подставиться, ловлю его руку и кладу себе на шею. Шершавая кожа на его руках с новой силой кружит мне голову. Не прекращая движения, он склоняется и «заставляет» поцеловать его, шумно выдыхает мне в щёку, проникает языком в рот, кусает губы. Мы забываемся, всё смешивается, сливается. Урывками я чувствую его сильные пальцы на шее, на груди, сжимающими талию, бёдра. Его губы, исступлённые толчки, низкий голос, дрожащий в груди. Желание хлещет волнами, порой умеренно, и тогда мы просто наслаждаемся, а порой резко и с головой, вынуждая быть сильнее, быстрее, нетерпеливее. И вот тогда мы приближаемся к пику. Он чувствует, что может довести меня, и потому оттягивает, делает это не сразу. И за это его опять хочется побить. Я мрачно успеваю подумать, что устрою ему на прощание какой-нибудь минет, после которого он уйдёт в новый день неудовлетворённым, пока не окажется в укромном месте, чтобы спустить пар. И это тут же перерастает в новый виток раздражения вперемешку со страстью. Он становится ещё активнее, должно быть, от возбуждения, его напор становится таким, что я не успеваю подхватывать и отвечать – только дышать и кричать. Он ловит вновь как-то прикосновениями к нужным местам, резкими движениями, поцелуями то состояние, когда каждый вдох приносит мне предчувствие взрыва. И в один момент всё действительно взрывается… У каждого это, наверное, по-разному. У кого-то как прорыв плотины, у кого-то вспышки перед глазами. У меня взрыв красок в голове. И я мелко трясусь, как от перенапряжения. На периферии я слышу, как он возится – берёт заранее оставленное полотенце, подкладывает под нами, чтобы не замарать спермой простынь. Отстраняется, влага течёт вниз, на ягодицу. Он чертыхается где-то по дороге, мягко вытирает мне бедро. И наконец плюхается рядом. Если дискомфорт и есть, я его не замечаю, хотя мысль пойти ополоснуться мелькает. Меня вырывает из блаженной расслабленности звон будильника в смартфоне. Я вымученно подскакиваю. Укол раздражения заставляет зарядить ему подушкой по боку. Собственно, он этого будто и не ощутил, но на мои дальнейшие действия посмеялся. - Нихрена не поспали! Опять!-убегаю в душ. Чтобы потом на выходе наткнуться на него, расслабленно прислонившегося к косяку. Всё так же, голого. Он посмеивается опять. Строит из себя невинность и делает вид, что случайно оказался у меня на пути, и я сама виновата, что столкнулась с ним, когда пыталась пройти мимо. Конечно, блин, радость от такого его внимания внутри взвивается так, что я чуть не прыгаю сама. Но в том и суть. Что бы я ни делала – злюсь ли, веселюсь, ворчу – всё это его развлекает. Подсознательно я понимаю, что привлекаю его, как он и говорил – даже если на мне автомобильный чехол. Любовь? Фиг его знает. Нравится, а значит, это нам надо.