половина третьего

Баки приходит к Стиву в половине третьего ночи. Свет в квартире везде выключен, но это не мешает ему тихо и беспрепятственно добраться до соседней комнаты — комнаты Стива. Даже Альпина, которая проснулась, когда Баки встал со своей кровати, не мешает ему. Барнс стоит в дверях, разглядывает знакомую комнату, пытаясь отвлечься от собственных мыслей, которые в эту ночь довели его до состояния, в котором он максимально нестабилен и уязвим. Стив оказывается тоже не спит: он сидит на краю кровати, смотря в окно и никуда больше. Кажется, что его тоже мучают кошмары сегодня, и из-за этого он не может даже попытаться лечь спать вновь. Слыша шуршание позади себя, он оглядывается. Сначала он улыбается Баки, но, увидев его помятого и сгорбленного, лишь встает и подходит ближе, разглядывая его лицо, пытаясь понять, что сейчас чувствует сам. Баки лишь судорожно выдыхает, опуская глаза на пол и не смеючи ничего сказать. Потому что если он попытается что-нибудь сказать, то из его рта вырвется либо хрип, либо стон отчаяния и внутренней боли, которую он так отчаянно прячет от других. Проходит не более 15 секунд, когда в пустой комнате раздается звук капелек слез, падающих на пол. Баки чертовски плохо, ему сложно, он потерян и не знает, что делать. Он не знает, куда тыкаться носом, чтобы его наконец-то направили. Воспоминания каждый раз настигают его во сне, не давая покоя. Каждую чертову ночь он просыпается чуть ли не с криком от своих рук, находящихся по локоть в крови — в буквальном смысле. Иногда, в самые плохие ночи, во снах появляется Стив, который так презрительно и косо смотрит на него, осуждая за всё. Терпеть такое каждую ночь практически нереально; однако Баки старается держать всё это в себе, не расстраивая Роджерса тем, что не совсем идет на поправку. И даже сотни тысяч сеансов с психотерапевтом ничего не изменят. Стив это всё понимает, подходя максимально близко, но всё еще не дотрагиваясь до друга, давая ему пространство и выбор. Баки делает этот выбор, утыкаясь носом в надежное плечо Роджерса, оставляя его футболку намокнуть в том месте, где сейчас находятся его глаза. Стив воспринимает это как ответ, обнимая его ощутимо крепко, давая понять, что он рядом и готов помочь буквально всегда. Баки плачет бесшумно; лишь плечи содрогаются слишком часто, давая понять, в каком он сейчас плачевном и уязвимом состоянии. Но это не длится долго: спустя минуту раздается тихий всхлип, так долго подавляемый плечом Стива. Сам же Роджерс зарывается рукой в растрепанные волосы Барнса, поглаживая чужой затылок и успокаивая. Они стоят так до тех пор, пока Баки не устает, и Стив ведет их к его постели, укладывая Баки и ложась рядом сам, оставляя немного пространства для него, если тот этого хочет. Сейчас Баки этого не хочет, поэтому он придвигается ближе, вновь утыкаясь в Роджерса, на этот раз в шею. В эту ночь кошмары его не посещают.