На войне, все средства хороши

— да в чём твоя проблема!?— Мэри отходит на шаг, дабы не попасть под горячую руку. —ты, ведь, тоже с мужем не разводишься! —это другое! Я с ним и не трахаюсь! —Вика ударяет по столу кулаком. —а я что, трахаюсь что-ли!? —тут уже невыдерживает Керро, подходя к брюнетке вплотную. —однако, к родителям его едешь! —рычит Виктория, глядя в глаза Эсти. —ой, блять...— рыжая зажимает виски пальцами, не в силах больше выносить этот бред. — да иди нахуй, Райдос. Ведьма разворачивается и уходит из гримёрки, громко хлопая дверью. — ну и катись ко всем чертям, рыжая сучка! — вспыхивает Райдос, не в силах подавить отблески гнева в чёрных глазах. Она тяжело вздыхает, усаживаясь в кресло и потирая виски. Надоело. Носится с этим Шепсом, как с ребёнком, ей Богу. Встречается с ней, а ему продолжает сопли подтирать. Бесит. Ну, ничего. Вика уверена, что эстонка перебесится и вернётся к ней снова. Не первый раз.

***

Не перебесилась. Не вернулась. Эта ссора, стала последним катализатором, для окончательного разрыва отношений. Лишь, спустя больше месяца, Вика стала осознавать, насколько сильно душила рыжую своей ревностью. С другой стороны, понять её можно. Кому понравится, когда твой партнёр бегает к своему бывшему и слишком хорошо общается с его семьёй. Никому. Тогда, Мэри ушла окончательно, оставив после себя неприятный осадок и пустоту в сердце Питерской ведьмы. На съемках, сугубо деловые отношения, не более. Вике её безумно нехватало. Помнится, в определённый период своей юности, она баловалась веществами, ловя ебейшие ломки. Вот, тут такая же ситуация. Без рыжей, ее жизнь утратила смысл. Слишком быстро и сильно, Вика к ней привязалась.

***

Очередное испытание, проходило в Доме-Музее Станиславского. Виктория терпеливо ждала своей очереди, заламывая пальцы. С того дня, как Мэри ушла от неё, её мучали постоянные мигрени, ломота в костях и повышенная температура тела. Ужасные ощущения. Будто, под алебастрами. Вика ещё и покурить не успела, перед испытанием. Она сидела отдельно от остальной группы, высматривая на полу причудливые узоры, лишь изредка, поглядывая на любимую Эсти. Та, между прочим, тоже выглядела так себе. Вечно уставшая, ослабшая и тихая. Вспыльчивая и агрессивная, потому что некому больше ее гасить. Раньше с такими вспышками гнева, справлялась Вика, одними лишь объятиями и поцелуем в висок. Теперь, Вики рядом нет. Впрочем, хватит, пожалуй мусолить эту тему. —Райдос, на площадку! Взяв себя в руки, ведьма направилась к двери в комнату, в которой шли съемки. Перед входом на испытание, на Райдос нацепили маску. Вздохнув, она наощупь, вошла в комнату. Получила задание и приступила к выполнению. Хотя, ломота в костях, никуда не делась, а лишь, медленно, но верно, начала усиливаться, пока не достигла апогея. Резко прервавшись в рассказах о духе, пришедшем в этот раз, Вика, в неспособности сопротивляться столь знакомым и ужасным ощущениям, рухнула на пол, пытаясь заставить, сведённые судорогой конечности, снова прийти в норму. —Виктория, с вами всё в порядке? —послышался взволнованный голос Сафоронова, намного чётче, из-за темноты, создаваемой маской. Райдос согнулась пополам, стиснув зубы и только и смогла промычать, что-то нечленораздельное. На затворках сознания, стали всплывать образы любимой эстонки, прибавляя ощущениям колкости. Слишком знакомо. Вот уж, не думала Вика, что дойдёт до такого. —"да в чём твоя проблема!?" Голос Эсти, врезался в уши, заставляя Райдос, как балванчик, шататься вперёд-назад. Отдельные фразы врезались в слух женщины, острыми осколками, продливая мучения. Невыдержав, ведьма взвыла, сжимаясь на полу, утыкаясь лицом в колени. —блять, Керро, наркотик ты ебаный! — вскрикнула она, наконец совладав с навождением и стряхнув с себя, пришедшие из ниоткуда ощущения. С превеликим трудом, брюнетка поднялась на ноги, приходя в себя. Она поспешила закончить испытание, пулей вылетая со съемочной площадки, в поисках Керро. Всё, это апогей. Она больше без неё не протянет. Эстонка обнаружилась в гримёрке. Влетев в помещение, Райдос резким движением, схватила ее за руку, поднимая со стула и прижимая к себе, вжимаясь в её тело своим. Рыжая только и успела, что вскрикнуть, машинально хватая Вику за плечи, в попытках отстраниться. —Вика, чёрт тебя дери, что ты делаешь!?—негодовала Эсти, хмуро глядя на, тяжело дышащую Викторию. —просто заткнись, Керро, прошу тебя. — выдала ведьма, резко впечатывая эстоночку в ближайшую стену. Мэри вскривает, слабо ударясь о стену затылком и со страхом смотрит на оппонентку. —что ты делаешь? —дрогнувшим голосом, спрашивает она. —нагулялась? —выдаёт Вика. Её глаза мечутся по лицу эстонки, снова и снова возвращаясь к губам, а ноздри, часто раздуваются от быстрого и тяжёлого дыхания. —всмысле? —Мэри выразительно изгибает бровь, чуть наклоняя голову. Сжимает колени. Признаться честно, такая близость с Райдос её заводила. Слишком долго она была одна. А вообще...Мэри не может сказать, когда её не возбуждала Вика. Даже, просто своим присутствие и взглядом. Да. Она нагулялась. Она хочет обратно. Под защиту Райдос и в её нежные и тёплые объятия. Она слишком сильно соскучилась, чтобы отрицать это. Но не настолько, чтобы сдаться без боя. —в прямом. Не думаешь, что пора бы вернуться? —хмыкает Вика, опуская правую руку на талию Керро. Рыжая молится всем Богам, чтобы не растечься под её руками, прямо тут, в гримёрке. —а что? Соскучилась что-ли? — фыркает она, ради приличия, несильно толкая руку Вики. Вика склоняет голову, пытаясь восстановить дыхание и сердцебиение. Рука, лежащая на талии рыжеволосой ведьмы, плавным движением сместилась на её бедро. Керро не сдерживается, рвано вздохнув, но тут же осекается, хмуро глядя на Викторию исподлобья. —Райдос, убери от меня руки. —шипит она. Не потому что она не хочет Вику прямо здесь и сейчас, а потому что ради поддержания образа хладнокровной ведьмы, нужно хотя-бы повыпендриваться. Да и гордость напоминает о себе, подсказывая о том, что Вика ещё недостаточно намучилась. —а если не уберу? — хмыкает Райдос, проводя рукой по бедру эстоночки, ловя малейшие изменения в её лице. Мэри проклинает ведьму на всех известных ей языках, стараясь держать контроль над собственным телом, подавляя тянущий узел внизу живота и лихорадочно дрожащие колени. —оторву, значит. — выплевывает она, откидывая голову назад и проводя по горячей щеке ладонью. —теряешь контроль? — усмехается Райдос. Мэри, фактически, осязаемо чувствует, как остатки разума плавятся в воспалённом, грязной похотью, мозгу, ударяя в голову, бешенной волной возбуждения. Она закатывает глаза, цокая языком и тут же закусывает губу. Вика ликует. Она одержала негласную победу в этой маленькой битве. —ну так..? — она целует эстонку в шею, опаляя её своим дыханием. И Мэри невыдерживает. —блять, ты либо отпусти меня, либо...—она прирывается, закусывая тыльную сторону ладони, ровно в тот момент, когда рука Райдос оказывается на нижней части её живота. —либо? — усмехается питерская, невисомо поглаживая низ живота рыжей. Мэри всю передёргивает. Разум окончательно плывёт, отказываясь канцентрироваться на чём-либо, кроме питерской ведьмы и её руки. Колени дрожат, а руки, перестав слушаться хозяйку, самовольно обвивают шею брюнетки, резким рывком вжимая её в тело рыжей. —Мэри. —шепчет Вика, ведя руку ниже, между ног ведьмочки. Керро медленно моргает, концентрируя поплывшее зрение на лице Райдос и пытается вслушаться в её слова. —я, смотрю, ты скучала. —ехидно бросает Жрица Культа, ловким движением, задирая, кропотливо выглаженную, юбку Керро и укладывая ладонь, на внутреннюю сторону бедра. —заткнись, прошу тебя. —шипит Мэри, наблюдая, как Райдос расплывается в довольной улыбке. Рука питерской, слишком резко оказывается на самом чувствительном месте, от чего Мэри, блаженно вскрикнув, резко запрокидывает голову, до крови закусывая нижнюю губу. —блять...—шепчет она, пытаясь заставить лёгкие работать. Грудь её часто вздымается, а сердце хаотично долбит по рёбрам. —это плохое слово, Мэри. —протягивает Вика, запуская руку под элемент нижнего белья эстонки, сразу, не церемонясь вводя палец полностью. Керро взвыла, ухватившись за плечи Райдос, царапая их и сжимая в руках чёртов Викин пиджак. —я знаю. — в перерывах между частыми вздохами, ухмыляется она, проводя ладонью от плеча, по шее Райдос, оставляя на виске Жрицы невисомый поцелуй. —сама меня научила. Вика хмыкает, вводя второй палец и наблюдая, как эстонка, готовая карабкаться на стену, фактически расплывается в её руках. Мэри готова поклясться, что ни один мужик не заменит пальцы чёртовой Райдос. А Сашенька и вовсе, близко не стоял. Виктория, перехватывает Мэри под спиной, не давая ей съехать по стене. Начинает двигать пальцами, попутно покрывая шею и плечи Эсти поцелуями. Керро тяжело дышит, хватаясь руками, то за плечи Райдос, то за её руку, придерживающую её под спину. Вика готова поспорить, что когда они закончат, вся её шея, спина и левая рука, будут покрыты тонкими алыми полосками. Поняв, что эстонка начинает привыкать к плавным движениям и расслабляется, Райдос начинает двигать рукой быстрее и резче, заставляя Керро скулить, с непривычки. И вот, когда дело близится к разрядке, Райдос резко улавливает чужую энергетику, прислушиваясь к звукам за пределами гримёрки. Керро, сознание которой отключилось в тот момент, когда движения стали неприлично резкими и быстрыми, либо уопорно игнорирует чужое присутствие, либо просто не замечает. А вот стоны сдерживать, уже не получается и с губ эстонки, слетает громкий и протяжный стон, который Вика тут же обрывает, резко затыкая Керро рот своей ладонью. —заткнись. —шипит она, в самое ухо Мэри. В воспалённом мозгу Эсти, всплывает коварный план, по трепанию мозгов питерской. Она мысленно ухмыляется сама себе, пытаясь взять себя в руки и резко откидывает голову назад, несильно ударяясь о стену затылком. Надо было видеть испуганное лицо Райдос, которая тут же перестала двигать пальцами, переместив руку, зажимающую рот Эсти, на ее макушку, прижимая к себе и целуя в лоб. —ну аккуратней, Мэри. —шепчет она, изнывающей от желания эстонке, продолжая двигаться, теряя бдительность на пару секунд. Этих пары секунд, эстонке хватило, чтобы воплотить свой план в действие. Достигнув разрядки, Керро резко, настолько, насколько ей позволяло положение, схватила свободную руку Райдос, крепко прижимая к своей груди, а вторую, зажимая между ног, громко простонав. Виктория, неуспевшая что-либо вообще понять, сейчас, от стыда готова была провалиться под землю и ниже и отдать душу хоть Богу, хоть Сатане. Страшно было допустить даже мысль о том, на сколько комнат вперёд было слышно протяжный вой эстонки. Выражение безысходности, некого страха и ярости на лице Райдос, словами не описать. За дверью гримёрки послышались быстрые, удаляющиеся шаги, а Мэри, наконец отпустило и она, в прямом смысле этого слова повисла на Райдос, переводя дыхание и разжимая, сведённые судорогой ноги. —тебе делать совсем нечего? —фыркает Райдос, фиксируя эстонку в стоячем положении, подхватывая её под бедра и спину. —это месть, Вика. Всё честно. — Эсти пожимает плечами, улыбаясь и закрывая глаза. —а если кто-то услышал? — вздыхает питерская, поглаживая обессиленную Мэри по спине. —что значит "если"? —усмехается рыжая, водя пальцем по плечу Вики. —я смотрю, тебе ни капли не стыдно. — фыркает брюнетка, отпуская, пошатнувшуюся Эсти и подходя к зеркалу, дабы привести себя в относительный порядок. Мэри, оперевшись на стену, пожимает плечами и прижимает ладони к щекам, дабы остудить их. Пытается восстановить дыхание, попутно разглаживая в край помявшуюся юбку. —ну так что? — спрашивает Вика, поправляя пиджак и воротник водолазки под ним. Осматривает, нанесённый её коже ущерб, в виде кое-где кровоточащих алых полосок, покрывающих её шею, влоть до ушей и левую руку. И это она ещё плечи свои не видела. —что? —Мэри вопросительно вскидывает бровь, подходя к соседнему зеркалу, приводя в порядок, растрепавшиеся волосы. —нагулялась? — райдос даже не смотрит на неё, разглядывая своё отражение. Мэри тяжко вздыхает, закатывая глаза. Достаёт из косметички помаду, тонким слоем нанося на губы. —подойди ко мне. —просит она, поманив питерскую указательным пальцем, убирая помаду обратно в косметичку. Вика подходит к ней, склоняя голову в бок, ожидая ответа. Керро целует её в щёку, оставляя яркий, алый след от помады и улыбается. —нагулялась. Сегодня перевезу вещи. — она прищурилась, поправляя воротник Викиного пиджака. —а с чего вдруг, такая нежность? Вика пожимает плечами, разглядывая в зеркале своё отражение, в частности алый след на щеке. —ты действуешь на меня как наркотик, Мэри. — усмехается она. — когда тебя слишком много в моей жизни – хуёво, когда нет вообще – ещё хуже. Мэри склоняет голову в бок, размышляя над сказанным. —я не совсем понимаю. Ты хочешь, чтобы я была рядом или чтобы ушла?— она вопросительно вскидывает бровь. —чтобы была рядом. — Райдос проводит по её щеке ладонью, оставляя на лбу эстонки лёгкий, еле ощутимый поцелуй. —идём, отметимся, что мы были на съёмках. Керро кивает и обе ведьмы, не в лучшем своём обличи, выползают из гримёрки, проходя в общую комнату. Встретили их гнетущей тишиной и озадаченными взглядами. Вика осмотрела всех и поняла. Тот, кто был возле гримёрки, во время их с Мэри игрищ, растрепался всем подряд о том, что слышал. —чего вы? —хмурит брови питерская, ловя хитрый взгляд, подошедшей Николь. —а между вами, точно ничего нет? —по-лисьи улыбается девушка. Мэри выразительно выгибает бровь, склоняя голову. —к чему вопрос? Есть повод сомневаться?— спрашивает она, переферическим зрением оглядывая Вику и вздрагивает, увидев отпечаток своих же губ, на щеке Питерской, про который обе ведьмы, благополучно позабыли. —Ник, мы соперницы, посуди сама. Ничего нет и быть не может. —уверенно втирает Райдос, не взявшая в расчёт стон Мэри, располосованную шею и руку и яркий, алый след от помады на щеке. Никки выдерживает интригующую паузу, ухмыляясь своим мыслям. —а в гримёрке вы, на час, тоже как соперницы закрылись?—щурится белая ведьма, заправляя прядь волос за ухо. Виктория вздрагивает, переваривая полученную информацию и понимая, что отнекиваться уже незачем. Почему-то, ей захотелось засмеяться, что она, собственно, и сделала, когда взгляд её, упёрся в неменее озадаченную и смущённую эстоночку. —лучше бы ты молчала, Кузнецова! — выплёвывает Керро, потирая лоб ладонью. Только сейчас, она поняла, что своей "местью", спалила не только Вику, но и себя. Виктория, вдоволь насмеявшись, смахивает с уголков глаз, вытсупившие от смеха слезинки. —на войне все средства хороши. —самодовольно улыбается она. Вся съёмочная группа теряет дар речи. Они ожидали чего угодно. Того, что после резкого побега Райдос со студии, они больше никогда не увидят Керро или наоборот. Что придётся звонить в полицию и писать заявление об убийстве. В лучшем случае, вызывать скорую, чтобы увезти двух покалеченных ведьм. Они ожидали всего, но явно не того, что получили в итоге. Мэрилин тяжко вздыхает, доставая из клатча пачку влажных салфеток и подходя к Вике. Вытирает помаду с её щеки. —ну что, Мэри. —улыбается Райдос. —отомстила? —закрой рот, Вика. —шипит Эсти, с сильным нажимом, проводя по щеке питерской, салфеткой. —пошли домой я устала. Ведьмы отметились в табеле присутсвующих и поспешно покинули студию, оставляя съёмочную группу в полном недоумении. Позже, Энзигаль подойдёт к Николь, узнать о том, что это было. На это, белая ведьма лишь пожмёт плечами, заговорчески улыбаясь.