Gin Tonic Vsemu Golova

После концерта Костя чувствовал себя отвратительно. Он пытался выпить очень много воды, чтобы привести голову в порядок, но пока ничего не помогало. Костя был пьяненьким. Сильно перенервничал. Скоро записывать эту ересь, и тут, как назло, все пошло не по плану. Вот Костя и накидался. Уважительная причина. Но Костя не рассчитал, или забыл, или ему было все равно, что будучи пьяным, ему хотелось потрогать Илью. Как банально, как нелегко. В гримерке Костя начал заваливать Илью на диван, но тот сопротивлялся. "Ты дебил?" "Почему это?", хитро посмотрел Широков, смачивая свои губы языком. "Во-первых, скоро начнётся шоу. Ты знаешь, как мне сложно вести Дебаты, а после секса, я совсем не смогу думать." Илья попытался убрать руки Широкова. "Особенно, когда ты рядом. Я как в тумане тогда." Костя заулыбался. "Это я как в тумане, милый мой, когда беру тебя сзади." Илья вздохнул, но на миллисекунду представил. В этот момент Костя сел на него сверху и начал тереться попой о пах Ильи. "Широков, заебал! Слезай давай!" Овечкин вспомнил, что он большой, взял Костю, который уже обвил Илью ногами, встал и начал стряхивать этого дебилоида. Получилось приятно. Но Илья все равно должен был сосредоточиться на дебатах. "Слушай, дорогуша! Ты сейчас отстрелялся, давай и я. А потом уже дома немного побалуемся." "Но это ждать ещё долго! Мне сейчас надо..." "Костя!", строго посмотрел на него Илья. Широков спрыгнул, чмокнул того в щеку и игриво сказал: "Обещаешь?" "Если будешь себя вести хорошо!" Костя подмигнул и удалился. На баре он выпил ещё два ДжинТоника. Ему сильно хотелось заглушить вкус неудачи после бездарной концовки сольника, например трахнуть первого попавшегося Овечкина. Но надо ждать окончание мероприятия. Костя вздохнул и выпил третий ДжинТоник. На дебатах слева сидел Дима, иногда его одергивал, но Косте просто хотелось к Илье. Он сам чувствовал, что ему это нужно на биологическом уровне. Как маленький кустик, который растет на большом дереве. Симбиоз. Вот. Вот то, что делало из них пару. Юмористический, творческий симбиоз. Оба говорили то, что другой не хотел, но тоже думал. Илья вёлся на доминантного Костю, который мог наорать на зрителя за слабую политическую позицию. Но Илья вёлся и на Костю, который сильно гордился чему-то кринжовому, растягивал губы в широкой улыбке, немного краснел. Какой дурак! А Костя мог часами наблюдать за игрой Ильи. Дух захватывало от напора зетнувшегося военкора. Плакать от смеха, надорвав животик, когда Илья натягивал на себя очередной реквизит в виде салфетки, очков или старого свитера. И каждый раз хотелось нежно протянуть "Илююю-ша!", когда тот витал опять в своих облаках, думая над следующей шуткой. Все это прекрасно понимали, все понимали, что эти двое творческий дуэт, что иногда им надо переговорить наедине. Что даже Дима стоял иногда у двери в условную гримерку, никого туда не пускал. Он же типа продюсер. Дима знает. На Диму можно положиться. И другие тоже начинают догадываться. Шакулин иногда как сказанет что-то, да и Гарик пару раз чуть не обмолвился. Но Широков и Овечкин творческий дуэт, это их процесс. Иногда надо переговорить. Во время дебат, Костя то и дело, что-то говорил, может, невпопад. Ему было все равно. Рядом сидел Дима, вкидывал шутки, аргументы, а Костя то и дело представлял, как Илья будет его трахать. Сидит такой большой. У Кости сильно загудело в ушах. Он чувствовал, как Илья медленно входит в него, держит за бедра, не даёт ему упасть плашмя на кровать. Хоть бы это все быстрее закончилось.