Сладких снов

Тряпка повернулся на другой бок, вздохнул слишком громко и, сам того испугавшись, натянул край одеяла на нос. Он очень хотел скорее заснуть, но сон упрямо не шел к нему. Рука Птицы покоилась на его бедре, принося ощущение защищенности, Сережа ровно дышал во сне. Дрема царила в спальне, но только один человек был ей неподвластен. Спокойная ночь, никаких тревог, никаких забот. Что же ему не спится? Тряпка почесал переносицу и примял подушку перед собой. Сережа за его спиной сделал глубокий вдох и немного пошевелился. Тряпка сжал губы. Не хватало только разбудить остальных. Он открыл глаза, всмотрелся в темноту, закрыл и приказал себе спать. Но прошло некоторое время, а ничего не изменилось. Мужчина повернулся лицом к Птице, всеми силами стараясь не шуметь. К счастью, тот даже не пошевелился. Тряпка втянул носом воздух, подавил желание уткнуться в мягкие перья на груди. Рядом с Птицей было уютно, а со спящим Птицей – особенно. Сейчас он обязательно заснет, сейчас... Мощная рука рассчитанным движением легла на его плечо и потянула вперед. Тряпка вздрогнул. – Сколько вертеться будешь? – шепотом спросил Птица. Смутившийся Тряпка ответил не сразу. – Я не специально. Птица ткнулся носом ему в шею, вдохнул аромат, провел языком, а потом привстал на локте. – Достал ты. – Извини, – пробормотал Тряпка и тоже привстал, откинул одеяло. – Я лучше просто уйду. – Ага, щас, – недовольно отозвался Птица. – Что случилось у вас? – сонно спросил Сережа из-за его спины, не отрываясь от подушки и не открывая глаз. – Котенок не хочет спать. – Я хочу, но... – начал оправдываться Тряпка, но умолк на середине предложения, прерванный внезапным поцелуем. – Ночной свет, – скомандовал Птица, оторвавшись от него, и над кроватью зажглась пара небольших светильников. Тряпка моргнул ослепленно и растерянно. – Ну зачем? – недовольно протянул Сережа, нехотя приподняв голову. – Я не хотел вам мешать, – расстроился Тряп, – пойду в кухне посижу, может даже что-то полезное сделаю. Но Птица пресек его порыв встать тем, что придавил мужчину к кровати и вновь поцеловал. Довольно грубо, почти кусаче. А потом навалился сверху, подмяв его под себя, и принялся зацеловывать шею и ключицы. Изначальный шок сменился осознанием, Тряп затрепыхался. – Птиц, пусти! – Не-а. – Птиц! – мужчина безуспешно пытался освободиться. – Птиц, – проговорил Сергей, – ну ты-то что творишь? – Птенца успокаиваю, не видишь? Присоединяйся. Сережа со стоном упал на подушку. – Нет, Птиц, – продолжал отбиваться Тряпка, впрочем, поумерив активность, – я спать хочу, а не это. – Ага, мы тоже хотим, – Птиц задрал наверх его футболку, облизал живот, схватив за бока, подтянул ближе, не прекращая целовать и облизывать ребра. – Ночь ведь, Птиц, – предпринял последнюю попытку Тряпка. – Я заснуть хотел. – Ты заснешь сладко-сладко, – промурчала хтонь. Сергей, улыбнувшись кончиками губ, перекатился ближе, сел и, приподняв Тряпа, стянул с него футболку. Тот поддался ему, подставился под нежные руки, обвившие шею и заставившие задрать голову и принять поцелуй, от которого у Тряпки сбилось дыхание. В это время Птица стащил с него шорты с бельем, разомкнул его бедра, провел языком по внутренней стороне и вызвал громкий вздох. Сережа переместился в изголовье, уложил Тряпку на свои колени и наклонился, чтобы снова поцеловать и целовать долго-долго. Его волосы щекотали грудь и застилали свет, но стоило ему на секунду отстраниться, Тряпка жадно потянулся вверх, требуя продолжения. Ладони Сережи обогнули плечи, неторопливо спустились по груди, накрыли соски, прихватили, потянули. Тряпка застонал ему в губы. Сережа лишь усмехнулся, усерднее даря ласку. Возбуждался Тряпка быстро, да и его любовники хорошо знали, что нужно делать. Ладонь продвинулась дальше, пальцы поймали уже окрепший член, тут же сверху их прижали пальцы Птицы, которые и задали ритм. Тряпка застонал в голос. Выпрямившись, другой рукой Птица дотянулся до подушки, которую ловко подпихнул под Тряпку, раздвинул его ноги еще шире, бережно обхватил за бедра изнутри, в то же время не позволяя их свести, что тот невольно и попытался сделать, когда Птица языком коснулся его ануса. Поняв, что сопротивляться бесполезно, Тряпка сильнее потянулся к Сереже, притянул его к себе, целовал мокро, беззастенчиво, с полной отдачей. Сережины руки казались горячими, и каждое прикосновение было обжигающе приятным. Птица несколько раз надавил на вход подушечкой пальца и тихо спросил: – Со смазкой или без? Тряпка с трудом перевел дыхание. – С презервативом. Птица подозрительно посмотрел на него. – Не хочу потом еще в душ тащиться. Спать хочу. Птица закатил глаза и фыркнул, но пожелание исполнил и презерватив достал. Достал и смазку и немного выдавил на пальцы. Сережа собрал волосы Тряпки в одну руку, слегка потянул вниз, прильнул к губам новым поцелуем. Птица ввел в него сразу два пальца, и Тряпка машинально попытался прикусить губу и случайно укусил Сережу, тут же обхватил его голову и постарался зализать рану. Растягивать мужчину долго не требовалось, и вскоре, для Тряпки – почти мгновенно, Птица заменил пальцы членом, войдя одним движением, без заигрывания. Тряпка задышал ртом. Сережа почти выпрямился, одной рукой гладил его лицо, вмиг пересохшие от наплыва жарких волн губы, другую, пощекотав по пути шею, вернул на грудь, а затем, еще немного приподняв Тряпа и придвинувшись ближе, вновь занялся сосками. Тряпка отвечал стоном на каждое быстрое уверенное движение внутри. Птица придерживал его, но никакими ласками не одарял, но и этого было достаточно. Янтарные глаза лукаво смотрели прямо в голубые. Тряпка сцепил губы, прихватил нижнюю зубами, но все равно вскрикнул кончая. Птица, не менее одурманенный его близостью, запахом, жаром последовал за ним, беспорядочно целуя и кусая куда только дотягивался, и почти сразу освободил его и стер Тряпкиной же футболкой сперму с его живота. – Я ведь просто пытался уснуть, – прошептал Тряпка, отдышавшись. – Ну и ночка. У него немного кружилась голова, но было так хорошо, так комфортно на коленях Сережи и с Птицей между ног. – Так ты хочешь спать или все еще нет? – ухмыльнулся Сергей. – Нужно еще раз, чтобы наверняка, – непререкаемо сказал Птица. – Эй, я вообще-то вас слышу. – Много говоришь, – елейным голосом заметил Сережа, раздеваясь. Тряпка понял и, повернув голову, взялся за его член, потянулся губами, но Сергей остановил его. – Погоди-ка, сладкий, – он перегнулся через торс Тряпки и тоже обхватил его расслабленный орган. Сладостно отозвался, когда Тряп коснулся его, коротко облизал и глубоко втянул. Сережа некоторое время действовал только рукой, пока Тряпкин член не стал твердеть, после чего также насадился ртом, тряхнув головой, чтобы смахнуть волосы с лица. Птица тут же подобрал их и оставил руки на Сережиной голове, мягко массируя и ненавязчиво направляя. Сергей глухо стонал, посылая вибрации, его же удовольствие усиливалось тем, что Тряпка то нежно гладил его бедра, то стискивал ягодицы, то разводил их, то пальцы оказывались на мошонке, оттягивая, сжимая, перекатывая яички. Сам Тряп почти отключался от удовольствия, но с упоением продолжал. Второй оргазм настиг его быстрее первого, какое-то время он еще улавливал, что Сережа старается позаботиться о нем, но потом блаженство придавило его, и Тряпка перестал удерживаться в сознании, как бы ни хотелось сделать и Сереже хорошо. Сергей изящно перелез через него и отодвинулся в сторону. Раскрасневшийся, растрепанный, дышащий через рот, он потянулся к себе. До разрядки оставалось совсем чуть-чуть, но Птица отодвинул его руку, притянул Сережу к себе, увлек в поцелуй, а ладонью ритмично задвигал по члену. Сергей кончил с тихим стоном, но продолжал и дальше отвечать на поцелуи и целовать сам. Наконец, оторвавшись друг от друга, Сережа и Птица некоторое время смотрели глаза в глаза. Они легко могли обходиться без слов, чтобы доносить свою нежность. – Мы все равно все перепачкались, – усмехнувшись, шепотом произнес Сергей. – Ерунда, – Птица поправил ноги Тряпки, откинул в сторону подушку и, вернувшись на свое место, укрыл того одеялом. Тряпка повел плечом и уткнулся в подушку. Истома переходила в сон. Сережа лег с другой стороны и любовался Птицей. Тот невесомо перебирал пряди Тряпкиных волос. – Спит. Крепко-крепко, – сказал он, переведя на Сережу осоловелый взгляд. – Давай и мы с тобой спать, – ласково улыбнулся Сережа. – Сладких снов.