Starman

В небе ждет звездный человек, он бы хотел прийти и познакомиться с нами, но он думает, что снесет нам крыши.

Он велел нам не профукать шанс, потому что, он знает, что оно того стоит.

Уже несколько месяцев она пытается насладиться игрой… Иштар нахмурилась, но как-то неуверенно, что для одной из Пяти было в новинку, и произнесла: — Ты странный… — Что, дамочка, метка не действует? — улыбнулся блондин в черных очках. Иштар побледнела. — Откуда ты знаешь? — Не сложно мне рассмотреть твою мелочную душу, — сказал Нюкем и вздохнул, ударив себя по коленям. — О чем ты, смертный? — возмутилась Иштар. Нюкем снял очки и покачал головой. Держала она его в самом темном помещении, кормила редко и всячески опасалась. — Тиамат в свое время мне говорила, что от тебя будут одни проблемы… — еще раз вздохнул Нюкем. Глаза Иштар нельзя было описать в этот момент, она даже задрожала. — Да ты… Ты… Кто ты?! — Я предпочитаю не вспоминать прошлого. Уходи, оставь меня… — отвернулся Нюкем, вспоминая, где оставил миниган в этом мире. Иштар же просто так отставать не собиралась, схватила Нюкема за руку и с ужасом увидела, что нет на ней ее метки. После чего заглянула в глаза. И обмерла. Нечто напоминающее смысл в пустой жизни пронзило ее пониманием. Без слов она почувствовала такую любовь, которой не знала никогда в жизни. Вся ее гнилая сущность в миг отступила перед этим светом. Она забыла, как дышать. Все, что она смогла вымолвить в короткие минуты, было два слова: — Поцелуй меня… Эру слабо усмехнулся и привлек «дамочку» за талию, накрыв ее губы своими. Она цеплялась за него так, словно не могла напиться, и дрожала. — Ты вечный ребенок. Но злой, Иштар, — произнес Эру. Она смутилась и зарделась как девушка, молча опуская взгляд. Эру же поднял ее за подбородок и вновь заглянул в глаза. — Мне пора идти. — Ты вернешься? — с надеждой и растерянно спросила Иштар. Вернув очки на место, Дюк, теперь уже Дюк, который истреблял инопланетян, подмигнул ей и с улыбкой отсалютовал. Как он исчез — Иштар не заметила. Но долго жмурила глаза, пытаясь удержать этот свет. Сердце ее билось впервые в жизни. — Надеюсь, ты меня не обманул. Это моя прерогатива… Ей послышался веселый и счастливый смех.