Вечеринка, которой не должно было быть

Исаги не любил вечеринки. Шум, толпы людей и постоянные попытки завязать разговоры вызывали у него лишь желание сбежать. Но когда ты лучший игрок своей команды и ещё знаменитость в футбольном мире, избежать внимания сложно. Особенно, когда твоим “напарником” по полю становится Кайзер — человек, который с самого начала решил, что Исаги должен быть его соперником, другом и даже игрушкой одновременно. Вечер был в разгаре. Блестящие шары, разноцветные ленты, яркий свет — все выглядело настолько идеальным, что это казалось постановкой. И вот они вдвоём: Исаги, который пытался держаться подальше от центра внимания, и Кайзер, который неизменно искал его взгляд. — Ты когда-нибудь расслабляешься, Йоичи? — прозвучал низкий, слегка насмешливый голос. Михаэль уже стоял рядом, держа в руке бокал с чем-то золотистым. Его ледяные глаза были прикованы к Исаги. — А ты когда-нибудь перестаёшь притворяться, что тебе всё вокруг интересно? — Исаги парировал сдержанно, но во взгляде промелькнула искра. Кайзер ухмыльнулся, как всегда, чуть наклоняя голову, будто поддразнивая. Он кинул в сторону бутылку конфетти, которая, к счастью, никого не задела, и лёгким движением уселся прямо на стол рядом с Исаги. — А ведь я стараюсь. Ради тебя. Ты даже не замечаешь, сколько усилий я вкладываю, чтобы сделать эту твою серьёзную физиономию немного мягче. — Кайзер вздохнул с преувеличенной драматичностью. — Хотя, знаешь, мне нравится это твоё упрямство. — Зачем ты это делаешь? — Исаги слегка нахмурился, опуская взгляд на бокал в своих руках. — Почему ты просто не оставишь меня в покое? Ответить Михаэль не успел. Кто-то из гостей кинул в их сторону воздушный шарик, который лопнул прямо у ног, засыпав блёстками. Мгновение спустя Кайзер оказался ближе, чем Исаги ожидал. Он поднял с пола один из голубых лепестков и лениво провёл им вдоль подбородка Йоичи. — Потому что ты мне интересен, Исаги. И чем больше ты сопротивляешься, тем сильнее мне хочется тебя сломить. На миг между ними повисло напряжённое молчание. Исаги не мог понять, была ли это игра Кайзера или в его словах всё же была капля правды. Но вместо того чтобы ответить, он слегка оттолкнул руку Михаэля и, вставая, пробормотал: — Ты неисправим. Кайзер, не теряя своей ухмылки, наблюдал за ним, отмечая, как даже простое касание заставило Исаги выглядеть чуть менее уверенным. А потом, конечно, шары, ленты и музыка снова отвлекли их обоих. Но в воздухе остался намёк на что-то большее, не произнесённое вслух.