Первая "любовь"

Конец мая выдался сложным. Девятый класс, экзамены, выпускной, сдача долгов и так далее. Даня был не глупым парнем, хорошо учился, шёл на красный аттестат. Его мама была строгой женщиной и довольно жестоко наказывала за плохие оценки, поэтому, с начальных классов рыжий выполнял все домашние задания, часто отвечал на уроках и в четвертях у него всегда красовались только пятёрки. Настал ещё один жаркий, весенний день. Наконец-то сегодня последний учебный день в году, а потом.. Экзамены, выпускной, поступление и так далее. Хотя, Даня всё ещё был не уверен в том, что хочет уходить после девятого класса. Лениво собираясь в школу он прокручивал в своей голове все за и против. Да, учёба в десятом и одиннадцатом классах была бы не лёгкой, но за то перед ним открылось бы гораздо больше профессий, на которые он мог бы поступить. Так и не определившись, Даня быстро натянул на ноги чистые, будто только вчера купленные вансы, а после вышел из квартиры, в припрыжку спускаясь по ступенькам вниз. Утренний ветерок приятно обдавал кожу, просачиваясь меж тонкую ткань белой рубашки, аккуратно поглаженную утюгом. Мама Дани ещё с пятого класса перестала гладить и стирать его вещи, приучивая его к самостоятельности и аккуратности. Кашин не любил выглядеть неряшливо, а уж тем более ходить в грязных вещах, поэтому, ему пришлось быстро привыкать к самостоятельности и учиться следить за собой. Одноклассники часто отмечали, что от рыжего приятно пахло, да и выглядел он как тот самый пионер, красиво нарисованный яркими красками на большом плакате. Такие комплименты не могли ему не льстить и в какой-то степени он был даже горд за себя. Придя в школу он пожал руки своим друзьям в знак приветствия и слово за слово у них завязался короткий диалог перед уроком. Конечно же все разговоры были только о предстоящих экзаменах и выпускном, после которых они уже никогда не встретятся всем классом в одном кабинете. От этих мыслей на душе становилось тоскливо. Да, не всех в своём классе Даня любил, но тем не менее, они уже девять лет изо дня в день находились вместе и стали друг другу как братья и сёстры, пусть и не родные. Как только прозвенел звонок рыжий откинул все мысли и раздумья в сторону, после чего направился в кабинет физики на урок. *** Занятия пролетели незаметно. Уроков было мало, звонки сокрещены, оценки не ставят, одним словом сказка. Выйдя из здания школы ребята глубоко вдохнули тёплого весеннего воздуха. Настроение у всех было отличное и посмотрев на часы, что Даня носил всегда на левой руке он подумал и решил не идти домой. Да, он знал, как мать будет орать на него и как его телефон будет разрываться от сообщений и звонков, но тем не менее, ему хотелось как и всем его друзьям провести последний школьный день весело, не думая о предстоящих трудностях и маме, которая и так никогда не отпускала сына на прогулки. Пара часов прошли слишком быстро и возвращаясь домой на улице уже было темно. Одинокие фонари, что иногда встречались на пути парня ярко освещали небольшой круг в своём поле свечения, давая хоть какое-то понимание о том, куда нужно идти. Подбираясь ближе к своему подъезду ноги как на зло замедляли шаг, сами не желая возвращаться домой. На часах уже было восемь вечера, учёба закончилась в час дня. Рыжий понимал, что сейчас будет, ведь возвращался со школы в последний учебный день так уже не раз и каждый раз события повторялись как в дне сурка. С порога крики, да такой силы, что хрустальные бокалы, стоя в серванте, тихо подрагивали, пытаясь устоять на месте. После криков шли побои, то за ухо потащит на другой конец квартиры, то ремнём отлупит с железной пряжкой, специально ударяя именно ей. Дальше, как по выученному шаблону, у него отбирали телефон и после сдачи экзаменов не выпускали из дома ещё около двух недель. Но конечно же Даня не слушался и по ночам сбегал из дома через окно своей комнаты, что находилась на первом этаже многоэтажки. Зайдя в квартиру он громку хлопнул дверью, давая матери знак, что он вернулся. Лучше сразу заявить о себе, чем прятаться весь вечер в шкафу или под кроватью, надеясь, что пыл матери утихнет и наказание будет не сильно жестоким. Услышав хлопок двери мать сразу же подорвалась с места, быстрым шагом направляясь в прихожую. — Паршивец! Где ты ходишь? Сколько можно трепать мои нервы! — начала та, уже сжимая в руке кожаный ремень, пряжка которого тихо позвякивала при движении. — Я же тебе написал, что гулять ушёл. А телефон отключил, чтобы ты мне не названивала. — Ты после школы как штык дома должен быть и до вечера, уткнувшись в учебники, готовиться к экзаменам! Что не понятного в моих словах? — Да мам! Я кроме того, чтобы темы зубрить ничем больше не занимаюсь! Я тоже гулять хочу, как все мои друзья! — заявил парень, после чего получил по лицу оглушительную пощёчину. — Пока ты живёшь в этом доме ты будешь делать то, что я говорю, ты меня понял?! — задала вопрос женщина, а после ударила сына ремнём, потом ещё раз, и ещё раз, ну а после вы уже знаете. На часах двенадцать ночи. Кашин сидел в своей комнате, голодный и подавленный. Телефон у него отняли, комнату заперли, ужина не дали. Всё, вроде, как и в прошлые разы, но настроение это подпортило знатно. Пятая точка всё ещё болела от бесконечных ударов кожанного ремня по ней, но это было не так уж и плохо. Прислушиваясь к звукам в квартире он пытался понять, чем занимается мать. Оставаться здесь на ночь он не планировал, по его мнению, лучше было бы провести ночь на улице безлюдного города, чем в одной квартире с матерью, которая теперь не давала и шагу сделать без её ведома. Не услыша никаких звуков по ту сторону двери он тихо начал собираться. На случаи побегов у него под кроватью всегда стояла пара кед, которые обычно он носил на физру в школе, чтобы не шуметь в квартире лишний раз в поисках обуви. Ночная тишина успокаивала и одновременно пугала. Спрыгнув с окна первого этажа рыжий осмотрелся по сторонам и направился в сторону многоэтажки его друга. Идти до неё минут пятнадцать и лучше передвигаться по тёмным улочкам, чтобы не нарваться лишний раз на ментов, которые патрулировали освещённые места в поисках таких несовершеннолетних детей, как Даня. Быстро переставляя ноги Кашин старался идти тихо, не привлекая лишнего внимания. В таких переулках фонарей никогда не ставили поэтому, иногда в кустах можно было заметить подозрительных людей. Местные говорят, что это нарики, которые колятся в любых местах, в которых они хоть как-то будут спрятанны от людских глаз, но не ушей, к сожалению. В какой-то момент за спиной неожиданно раздался свист. Даня оцепенел. Зрачки глаз сразу расширились, а пульс бешенно заколотился. Вариантов того, кто за ним стоял было не так много. Это либо обдолбанный мужик, который вооружившись своим использованным шприцом решил напасть на маленького, хрупкого парня, либо же местная гопота, которые так же любили подоёбываться до школоты, гуляющими одними поздней ночью. — Эу, ты оглох что-ли? — снова послышалось сзади, но уже не свистом. Сглотнув страх Даня медленно развернулся, пытаясь разглядеть силуэт парня. В темноте стоял высокий и худой парнишка, одетый в чёрный адидас костюм. В таком шмотье ходили самые отбитые индивиды их города, но, несмотря на это, шутки с ними были плохи. Как правило они ходили "стаями", докапываясь до подростков, меньше их по массе тела и выбивая из них деньги, если те отказывались их отдавать. — Только не трогайте! У меня нет денег, но.. — начал на опережение Кашин, надеясь, что это заставит пацанов сжалиться над ним. — Чё ты как девка сразу ныть начинаешь? — со смешком спросил парень, подходя ближе, — Не изобью я тебя. Но.. Кое-что мне бы хотелось от тебя получить — с ухмылкой закончил тот, чуть нагинаясь к лицу рыжего, смотря в его глаза сквозь линзы очков. Парень был немного выше Дани, что вызывало у Кашина некое чувство опасности при взгляде на него, но на удивление рыжего тот был совсем один. Это было странным, ведь в одиночку такие ребята никогда никого не трогали, значит, он явно не был настроен причинить мальцу какой-то вред. — О чём ты?.. — с осторожностью спросил он, невольно отходя назад. На это парень лишь усмехнулся, оставляя рыжего в недоумении.