Сила не имеет значения

Между ними разгорелся спор. Эрсат уже рвался на выход, убивать. Вот только теперь его глаза горели не местью или ненавистью. Вовсе нет. Он забыл о смерти матери на его глазах, о предательстве Трака, ныне Миража. Это резко осталось в прошлом. Теперь он горел идеей убить ради силы. Ради всепоглощающей власти над миром. Его силы были и без того велики, но если он их приумножит? Он горел идей стать не просто богом, стать тем кто заправляет всем. Чтобы даже Смерть и Жизнь были в его руках и трепетали от страха. Глупец! Его человеческая натура не знала границ в своей наглости и жадности. Или может это желание стать достойным? Вот только... Чего? Он всегда рвался быть достойным в глазах своего отца. Хоть раз услышать не насмешку и не издёвку, а признание. Это желание заволокло его глаза пеленой, разумные мысли были быстры, но Эрсат был быстрее. Ведь если Мираж умрёт, то чьего одобрения ему искать? Вита останавливала его, кричала, не давая выйти. Она защищала Мираж. В ней уже не было желания убить. Его никогда не было как такового. Она впервые ощутила то, чего ей всегда не хватало. Отцовскую защиту. Трак пришёл на её зов, спас от мерзких рук. Где-то внутри, в почти разорванном в клочья сердце, тлела надежда, как маленький уголёк, что возможно, только возможно, они бы могли стать ближе. Насмешки, предательства, она всё была готова простить за ту крупицу тепла, которую ощутила. Эрсат называл её слабой и глупой. Они кричали друг на друга, пока Рёске пытался их разнять и просил успокоиться. Дазл молча стоял в стороне, опустив глаза в пол. Это было невыносимо. Он закрыл уши руками, не желая слушать перепалку. Для него мир просто рухнул. Он понимал что Миражу не выжить теперь. Ни он, ни Рёске, ни Вите не противостоять Эрсату. Если тот захочет, то убьёт их здесь и сейчас. Ему было страшно. Страшно засыпать без объятий и шёпота любимого. Идти одному по земле и скитаться по посёлкам в полном одиночестве без долгих разговоров. Никогда больше не коснуться его волос и не увидеть милого лица. Дазл не одобрял ничего из того что сделал Мираж в свои годы и что продолжает делать по сей день. Смерти невинных, эти контракты и остальное, но... Как он мог отвернуться? Это ведь Трак. Его любимый Трак, с этими глупыми пошлыми шутками и книгами, которые он успел заучить наизусть. Даже его вечное молчание не казалось обременяющим. Ему просто хотелось проснуться и понять что ничего этого не было. Но увы, это не так. Мираж уже одной ногой в могиле. Он так думал, но Дазл резко поднял голову, услышав болезненный хрип и обомлел. Вита держала в руках кинжал. Её руки тряслись. С кинжала стекала кровь, падая каплями на пол и впитываясь в спрессованную землю. Эрсат хватался за горло, захлёбываясь собственной кровью. Рёске лишь попятился. —Прости,—прошептала Вита. Её глаза наполнились слезами. Она шагнула назад—Пойми.. Ты сошёл с ума! Ты уничтожишь всё что строилось тысячелетиями. Я не могу этого допустить. Она поджала губы, отворачиваясь от своего родного брата, упавшего на колени. Эрсат сдавленно захрипел. Сквозь его хрипы и бульканье крови вырисовывались слова «Я люблю тебя». На его лице появилась предсмертная улыбка, прежде чем он полностью обмяк, но не упал на землю. Его подхватила чёрная дымка из которой появился Мираж. Он посмотрел на лицо сына, присев на колени и сжал губы. Мираж неожиданно мягка смахнул волосы с лица Эрсата. Демон молчал и смотрел в пустые, стеклянные глаза. Эрсат стал новым жителем Дэржа. Он аккуратно опустил на землю тело сына и поднялся. —Вита,—его голос прозвучал глухо. Он ничего не добавил, молча разведя руки. Вита, заливаясь тихими слезами бросилась к нему, уткнувшись в грудь, и разрыдалась в голос. Мираж аккуратно погладил её по голове, словно боялся коснуться. Будто боялся что неправильное прикосновения разобьёт её как хрустальную фигурку. —Мне жаль, милая,—прошептал он. Вита лишь зарыдала ещё пуще. Дазл подошёл к ним, он медлил, но всё же аккуратно обнял её дрожащее тельце. Теперь всё должно быть хорошо. Рёске стоял в стороне. Он смотрел на кинжал, который выпустила из рук Вита. Он поднял его. Тихо, молча. Переведя взгляд на Трака, он сжал кинжал сильнее в руке. В отличие от остальных, ему хотелось мести. Мести за Шари и Лидри, возлюбленную Эрсата. За невинные жизни и за брата. Но потом он перевёл взгляд на Дазла и Виту. Вита потеряла брата только что. Сама лишила его жизни чтобы сохранить жизнь Миража. Смотрел на Дазла. Он ведь знал какого это. Терять любимых сердцу. Если он пытается убить Мираж, то жертва Виты будет напрасной, хотя и вряд ли получится убить. —Мираж... То есть, Трак. После гибили я останусь здесь? С Шари?—отстранённо спросил он, смотря на кинжал в руке. —Да,—он кивнул поднимая голову.—Рёске, нет!—Мираж выпустил из объятий Виту и Дазла. Но было поздно. Кинжал с мерзким хрустом вошёл в грудь Рёске. Он вжимал в себя оружие, застонав от боли. Дазл медленно отпустил Виту, подходя к брату. Он помог ему мягко присесть на землю. В его глазах не было скорби или боли. Скорее уважение. —Дазл.. Я ужасный брат, но лучше я умру, чем лишу тебя любимого,—бормотал Рёске, откидываясь на руки Дазла. —Ты не ужасный брат,—тихо ответил он—Мы не были близки. Честно говоря, я и сейчас ничего не чувствую, но... Отец гордился бы тобой. —Ты правда так думаешь? —Я уверен,—кивнул Дазл и вытащил кинжал из груди Рёске—Если хочешь, я могу закончить твои страдания быстро. —Нет.. Нет. Я наконец чувствую себя живым,—улыбнулся Рёске, тяжело дыша.—Все эти годы.. Я просто существовал. Без цели и стремлений. Распивал вино и увлекался женщинами, но никогда ещё не чувствовал себя счастливее чем сейчас. Эрсат.. Он ведь мог остановить Виту и убить её быстрее. Но он не поднял руку на неё. Похороните его как положено. Ладно? Он заслуживает этого,—уже переходя на хриплый шёпот, говорил Рёске. —Я обещаю тебе,—кивнул Дазл. Вита и Мираж стояли в стороне, а Минда рядом с ними. Её глаза были пустыми, а на лице ни тени улыбки или самодовольства. Она опустила голову, пустив слезу. У неё были сёстры. Жизнь и Смерть. Она не представляла своего существования без них, а сейчас видела сразу два таких случая. Она думала что её не пробьёшь. Она железная, но оказалось нет. Она посмотрела на Эрсата. Она помнила как Мираж умолял сохранить жизнь и ребёнку и матери. Она помнила как Мираж держал его на руках и давал иногда Минде играться с ним. Она всё прекрасно помнила. Он ей стал почти как родной сынишка. А сейчас он лежал на земле с перерезанным горлом. Она подошла и аккуратно закрыла его глаза. —Мне не стоило устраивать эти игры... Её шепот был тихим. Она создала Дэрж просто так. Без цели и смысла. Потрепать нервы Миражу и посмеяться самой. Но теперь она жалела об этом всей душой.