Ворон в человеческом телем

Тени извивались, как живые, в самом сердце Чёрного леса. Ветви деревьев оплетали воздух, словно пряжа древнего заклинания, и только свет полной луны пробивал их плотное полотно. Глухая тишина царила вокруг, пока двое не нарушили её — она, королева тьмы, и он, её верный ворон. Диаваль стоял перед Малефисентой — его человеческий облик, такой непривычно-уязвимый, но всё же волнующий. Чёрные волосы мягкими волнами падали на его плечи, а глаза, тёмные и лукавые, излучали что-то, что было гораздо сложнее преданности. Одежда, простая и тёмная, подчеркивала его крепкое телосложение, но даже в своей человеческой форме он казался кем-то диким, как настоящий лесной зверь. Малефисента взглянула на него с привычной холодной насмешкой, но что-то в этом взгляде дрогнуло — лёгкая тень тепла, спрятанная за её гордостью. Она сидела на своём троне, изящная и величественная, её длинные пальцы были переплетены под подбородком, а губы кривились в загадочной улыбке. — Почему ты не превращаешься в ворона? — спросила она, ломая тишину. Голос её был мягким, но полным власти. — Может, мне нравится этот облик рядом с вами, — ответил Диаваль, не отводя взгляда. Он не боялся её — не сейчас, не в этот момент, когда магия леса шептала что-то древнее, что-то их обоих связывающее. Малефисента медленно поднялась с трона и, скользя шагами по залу, подошла к нему вплотную. Её плащ стелился позади, как чёрные крылья, готовые подняться ввысь. Она остановилась настолько близко, что он мог почувствовать её дыхание — прохладное, но будоражащее. — Ты забываешь своё место, — прошептала она, её голос касался кожи, как шелк. — А может, я нашёл своё место. Здесь, рядом с вами, — его слова были тихими, но в них чувствовалась сила. Он поднял руку и, почти нерешительно, коснулся её лица, проводя пальцами по её острым скулам. Малефисента не отстранилась, лишь её зелёные глаза блеснули в полутьме. Она чувствовала — магия вокруг них пульсировала в такт биению их сердец. Это было нечто запретное и непозволительное, но в то же время — неизбежное. — Диаваль, — её голос был едва слышным. Он приблизился ещё на шаг, смелее, чем когда-либо. Его губы коснулись её руки, затем медленно скользнули выше — к запястью, плечу, к линии её шеи. Малефисента затаила дыхание, впервые позволив себе не быть железной и неприступной. Она коснулась его волос, зарываясь пальцами в мягкие пряди, а затем притянула его к себе, позволяя их губам слиться в поцелуе. Это был не просто поцелуй — это была война и капитуляция одновременно. Её губы были горячими, но властными, требующими — как и сама она. А он отвечал ей с такой преданностью и страстью, что магия вокруг них вспыхнула ярче, озаряя их лица мягким светом. Его руки легли на её талию, притягивая ближе, пока между ними не осталось ни капли пространства. Пальцы Малефисенты скользили по его плечам, чувствуя тепло человеческой плоти под тканью. Она знала, что это опасно — привязываться к существу, которое она же и изменила. Но в этот момент, среди ночи и магии, это не имело значения. — Ты играешь с огнём, — прошептала она ему на ухо, когда их губы разомкнулись. — Я готов сгореть, — ответил он, его дыхание обжигало её кожу. Диаваль продолжал держать её близко, его руки, горячие и уверенные, скользили по ткани её платья, находя изгибы её тела. Малефисента, гордая и неприступная даже сейчас, позволяла ему это, но её взгляд всё ещё горел — не слабостью, а вызовом. Она будто проверяла его — на смелость, на преданность, на то, что он готов отдать ей без остатка. — Думаешь, ты заслужил это? — прошептала она, её губы скользнули вдоль его шеи, оставляя едва заметный след. — Я заслужил гораздо меньше, — хрипло ответил он, — но если вы готовы забрать меня всего… Его слова прервались, когда её пальцы, прохладные и властные, коснулись края его рубашки, стягивая ткань с его плеч. Свет луны упал на его кожу, обнажая крепкий рельеф мускулов — следы полётов, жизни вечно на грани между человеком и птицей. Малефисента провела ладонью по его груди, ощущая, как под её прикосновением замирает его дыхание. — Ты забываешься, ворон, — её голос, низкий и шелковистый, обжигал его даже сильнее её прикосновений. — Возможно, — он вновь впился в её взгляд, — но именно в этом моя свобода. Диаваль снова притянул её к себе, не стесняясь больше своей дерзости. Его губы нашли её, их поцелуй стал жадным, глубоким, будто он стремился раствориться в ней целиком. Его руки, уверенные, но нежные, обняли её, притягивая ближе, чувствуя, как изгибы её тела отзываются на его движения. Малефисента, несмотря на свою вечную власть и самоконтроль, поддалась этому вихрю, впервые позволив себе почувствовать — не просто владеть, не просто контролировать, а быть частью чего-то живого. Она стянула его рубашку окончательно, оставляя его полуобнажённым перед собой. — Ворон с человеческим телом, — усмехнулась она, проводя пальцами по его плечу, словно изучая его заново. — Сколько же тайн ты скрываешь? — Не больше, чем вы, моя королева, — прошептал он, снова приближаясь. Она не отстранилась, не оттолкнула. Вместо этого Малефисента коснулась его лица, а затем, одним плавным движением, его губы вновь нашли её. На этот раз поцелуй был медленным, насыщенным и почти невыносимым в своей глубине. Её когтистые пальцы зарылись в его волосы, и он тихо застонал, когда её зубы слегка прикусили его нижнюю губу. — Ты слаб передо мной, — сказала она, не разрывая их близости, её голос был пропитан триумфом и чем-то большим — почти заботой. — Возможно, — признался он, улыбаясь. — Но таково моё проклятие и моё благословение. Он снова притянул её к себе, прижимая к своему телу, и она почувствовала, как его сердце бешено стучит в груди, в такт её собственному. Её магия вспыхнула вокруг них, серебряные и тёмные искры кружили в воздухе, как живые создания. Малефисента не привыкла к такому — не привыкла быть на равных с кем-то, кто смотрит на неё не как на богиню или чудовище, а как на женщину. Это был вызов, и он восхищал её, сводил с ума и пугал одновременно. — Ты не уйдёшь от меня, Диаваль, — прошептала она, её голос был мягким, но в нём звенела сталь. — И не хочу, — ответил он, его руки скользнули ниже по её спине, пока пальцы не коснулись ленты, удерживающей её платье. Когда ткань упала на землю, и между ними не осталось ничего, кроме близости и магии, Малефисента наконец поняла — она нашла того, кто не боится любить её даже в её самом истинном обличье. Ощущая тепло рук Диаваля на своей груди, она с трепетом и упованием отвечала на поцелуй, отсупая под его лёгким давлением назад. Неожиданно для неё, её опустили на трон, разрывая поцелуй. Диаваль смотрел на неё сверху вниз, короткие мгновения, она видела в его глазах желание. Он сел на колени перед ней, подтягивая её ближе к краю и разводя ноги в стороны. – Погоди – Малефисента попыталась остановить его, когда он начал приближать своё лицо к её лону. – Не переживайте, вам понравиться – убрав её ладони, он поцеловал внутреннюю часть бедра, подбираясь ближе к намеченной цели.– Я сделаю вам приятно. Когда его язык дотронулся до эпицентра нервов она вздрогнула. Он тщательно вылизывал каждый миллиметр предоставленый ему, уповая её вкусу и наслаждаясь её тихими вздохами-стонами. Перемещая губы на эпицентр её нервов, его палец поглаживал вход, откуда на данный момент текла сладкая смазка. Чувствуя его палец, что начал медленно ласкающими движениями проникать в неё, в то время пока его рот посасывал её клитор, она начала задыхаться от ощущений. И в миг когда он полностью вставил в неё свой палец, она взорвалась внутри, а волшебный лес огласил её стон, поглощая в себя и не давая нарушить уют их двоих. Диаваль смотрел в потерянные и затуманенные глаза Малефисенты снизу, продолжая движения пальца у нее внутри, теперь уже целуя и легко покусывая её внутреннюю часть бедра. Собирая себя по кусочкам она перевела взгляд вниз, где наткнулась на глаза Диаваля, в которых читался восторг и голод. Внутри неё медленно двигалось два пальца, порождая новое желание и не давая опомниться. Встретив её взгляд он встал, продолжая движения внутри неё, она была безумно влажная, и его радова мысль о том что он тому виной. Поймав её губы, вовлек в поцелуй, очерчивая контур губ и вводя язык между ними, чтоб поймать её нежный язык. В какой-то момент поцелуя, она не заметила как его пальцы покинули её, а во вход давит его твердый и горячий член. Он тёрся им об неё каждый раз норовя войти , и в последний момент убирая его, чтоб он скользнул вверх по её центру нервов. – Диаваль – разочаровано-сердитый тон, его немного позабавил, и слегка отстранившись он взглянул на её лицо, в этот же момент легко входя внутрь, недовольный взгляд поменялся мгновенно. Зрачки расширились, губы приоткрылись и выпустили громкий стон. Наклонившись, он словил её стон в поцелуе, начиная лёгкие движения внутри. Он хотел бы чтобы это продолжалось вечно, Малефисента всегда гордая и упрямая, сейчас под ними была желанна и поддатлива, и с каждым толчком и стоном слетевшим с её губ, его пик был всё ближе. Почувствовав как член внутри неё, невероятным образом стал ещё твёрже, задевал неведомые ей точки, её накрывало волной наслаждения. Боясь захлебнуться она схватила плечи Диоваля и обхватила его бедрами, притягивая ближе и подталкивая к последнему рывку. Диаваль не сдержался – член дернулся внутри неё, пульсируя и заливая всё горячей, обжигающей волной. Её тело приняло его до конца, пока он тяжело дышал, наклоняясь над ней, а их дыхание слилось в единый, сбивчивый ритм. Лес казался живым, дыхание магии всё ещё пульсировало вокруг них. Лунный свет едва пробивался сквозь переплетённые ветви, а воздух был насыщен тайной, жаром и чем-то запретным. В этот момент между ними не существовало ни королевы, ни слуги — только два существа, соединённые нитью, тонкой как паутина, но прочной как кованая сталь.