Никакие Небеса не стоят твоих страданий

У демонов нет души. Отчего же тогда так больно сейчас? Чёрт, как же до сих пор больно! Чёртов Ангел... Решил свалить на свои грёбаные Небеса! В груди Кроули поднимается волна обжигающей злости на весь этот оплот лицемерных ублюдков, на эту сволочь по имени Метатрон... и на своего светлейшего Ангела с его идиотской верой в правоту и святость Небес, с этим его трижды будь проклятым "я прощаю тебя". Пусть засунет своё прощение куда подальше! В самом деле, за что Азирафель прощает его? За то, что Кроули в кои-то веки дал понять, как видит их отношения, чего ждёт и на что надеется? Он обнажил перед Ангелом всю свою... сущность, ведь у демонов, как известно, нет души. Всё, что чувствовал, но не озвучивал веками, как будто их дуэт не подлежал сомнению. Какая же это была наивность с его стороны! Чёрт... "Пойдём со мной... - такое тёплое, искреннее, полное доверия и ангельской доброты, - ...на небеса", - точно удар в самое сердце. Не вдвоём, не на "нашей стороне", нет. Быть "правой рукой", по сути верной собачонкой при вознёсшемся и непогрешимом Архангеле. Не так Кроули представлял себе их "вместе". Он стоит у своей Бентли, глядя на двери книжного магазина, и ждёт. Без особой надежды, если честно. Азирафель не передумает, ведь, очевидно, Рай ему дороже какого-то жалкого демона. "Ты мне нужен!" - всплывает в памяти. Кроули с горечью качает головой. Не нужен. Таким, какой есть - не нужен. Нужен тот ангел, от которого давно ничего не осталось. Обида душит его и слёзы жгут глаза, как же хорошо, что они скрыты за чёрными очками. Да как будто кому-то вокруг есть дело... Кроули шумно выдыхает, старается принять невозмутимую, расслабленную позу. Демоны не плачут. Он не станет сейчас. Вот только перед глазами всё неумолимо расплывается, и он едва видит, как белокурая макушка Азирафеля показывается на улице и следует за Метатроном. То есть, нет. Уже не следует. Он остановился, что-то сказал и развернулся. Кроули застыл от всколыхнувшейся надежды. Азирафель направляется... к нему. Ну же, ещё невозмутимее! Голову выше! Стоять, как будто тебе нет дела до какого-то там Ангела. До какого-то Ангела, который уже совсем близко и смотрит на него с мольбой и тревогой во взгляде. - Кроули, ты всё ещё здесь! Ты не ушёл! - И ты не ушёл, - он поднимает бровь, старается, чтобы голос звучал равнодушно, может быть, с лёгким любопытством, не более. - Я не ушёл, - кивает Азирафель. - Я передумал! - Надо же, - хмыкает Кроули. - Ты так переменчив, Ангел... А как же... - добавляет он яда в свой голос, - сторона света, правды, добра? Азирафель качает головой, в его глазах печаль и сожаление. - Я проявил жестокость во имя того, что считал добром. Я сделал тебе больно, Кроули. Сторона добра и света не должна делать больно. - Демонам - можно, - пожимает плечами Кроули. - Даже нужно. Это ангелы не должны страдать, а лишь чувствовать благость и счастье. И ты от этого отказался, - снова хмыкает он. - Я не понимаю тебя, Ангел. - Кроули, послушай... - несмело начинает Азирафель. - Когда там... Когда ты поцеловал меня. Я услышал. - Что услышал? - Я услышал, как твоя душа кричит от боли, - он смотрит с сочувствием, почти со слезами. - У демонов нет души, - ровным голосом отвечает Кроули. - Но ты не такой! У тебя определённо есть душа. И сейчас она страдает. Я бросил тебя, променял на пост Архангела. Тебе сейчас, должно быть, очень больно и обидно. А я растерялся и не подумал сразу. Я с самого начала не хотел на Небеса, но Метатрон убедил меня, что мы с тобой можем быть там вместе, как ангелы. Я не хотел возвращаться туда без тебя. "Ты мне нужен!" - Кроули становится всё труднее сохранять гордый и невозмутимый вид. К глазам снова подступают слёзы, и он делает огромное усилие, чтобы губы не задрожали, выдавая его с головой. - Что ж... Ты знаешь, что я выбрал. Я не пойду с тобой на Небеса. - Тогда я тоже не пойду! - горячо заверяет его Азирафель. - Никакие Небеса не стоят твоих страданий. Кроули чувствует, что его защиту вот-вот прорвёт от этого решительного и сочувствующего голоса его Ангела. В груди теплеет. Чёрные очки больше не могут скрыть слёз, что горячими ручьями катятся по щекам. Ангел вдруг делает шаг вперёд и крепко обнимает его. - Прости меня! - в его голосе тоже звучат слёзы. - Я никуда не уйду, слышишь, Кроули? Я не брошу тебя! Мы останемся вместе здесь, на Земле! Я больше не передумаю! Ты только не плачь, - он заглядывает Кроули в лицо. - Демоны ведь не плачут, верно? Кроули усмехается сквозь слёзы. - Плохой из меня демон, - он позволяет себе обнять Азирафеля и прижаться лбом к его плечу, выдыхая с облегчением. - Ты плох как демон, но это потому что ты хороший, - примирительно отвечает Азирафель, обнимая его. - И тебе не нужно быть ангелом, чтобы быть хорошим. - Ну хватит, хватит! - Кроули отстраняется и по привычке напускает на себя недовольный вид. - Я думал, теперь ты отбросишь, наконец, все эти ярлыки - хороший, плохой... Давай без этого. Просто будем нами, и всё. - Да, - кивает Азирафель. - Просто будем нами. Ангел, демон - это больше не должно иметь значения. Главное, что мы вместе. Ты ведь прощаешь меня? - Прощаю, Ангел, - Кроули улыбается нежной, примирительной улыбкой и вытирает остатки слёз. - Вот и хорошо. Пойдём же домой, мой дорогой, - Азирафель берёт ладонь Кроули в свою и ведёт его в свой магазин. - Постой! Я хотел предложить тебе кое-что другое, - вдруг заявляет Кроули. - И что же? - Раз мы теперь... вместе на нашей стороне, и ты послал Метатрона куда подальше, я предлагаю отметить это. Сегодня в Ритце! Закажем огромное количество вина и твои любимые блинчики! Что скажешь, Ангел? - Я не против. Они обменялись счастливыми улыбками. Город вокруг будто затих, и в тишине негромко зазвучало пение соловьёв.