"Тепло забытых мгновений"

Я помню лесную глушь среди которой так чуднó и не к месту раскинулся большой мост через прорезающую природный порядок железную дорогу. Две стальные полосы бесконечно стремящихся к горизонту в компании проводов на столбах и вековых елей обступающих это чудо цивилизации с боков, железная ограда в свежей красной краске и мы с ней, такие юные и беззаботные. Я помню лазурит неба поддернутый полупрозрачной ватой облаков над нашими головами, помню поцелуи солнца на лицах и телах, жар июльского дня и свежий ветер приносящий с собой терпкий запах леса. А еще, я помню её. Пожалуй, я никогда не забуду эту румяную мягкую кожу, ласковое лицо со смеющейся улыбкой, ямочки в уголках рта, четкие скулы и обворожительные серо-зеленые глаза под шапкой огненно-рыжих волос, вьющимся водопадом струящихся ей на спину. Кожаные сандали, легкое, почти прозрачное белое платье в цветочек и деревянный крестик на веревочке покоящийся у нее над самым декольте; она была ослепительно прекрасна в своей простоте. Ее руки замком на моей шее; она смотрит на меня снизу вверх, чаруя меня долгим взглядом любимых глаз. Я держу ее за талию, поглаживая худую теплую спину. Она иногда стеснялась себя, своего тела, и лица. Оно казалось ей не идеальным, возможно дурным; как-то в одну из наших первых встреч она прямо спросила меня: «Как ты можешь считать меня красивой? «. Бедняжка. Неужели никто никогда не говорил ей этой простой истины? Ее сомнения были беспочвенны; я любил ее всю и целиком. Я обожал ее глаза, губы и высокий лоб, лелеял маленькие уши, подбородок и тонкую шею, благоговел от тела. Она была такая хрупкая на вид, но никогда не ломалась. У нее были довольно узкие плечи и почти невидимые ключицы, небольшая округлая грудь с телесного цвета сосками и маленькой татуировкой у самых ребер. Животик был плоский и мягкий. Внизу она была точно такой же рыжей и кудрявой. У нее были широкие и стройные бедра на высоких изящных ногах, которые я без стеснения лобызал, иной раз добираясь до жемчужины ее тела. Она позволяла мне этот и много других моих капризов, которые делали меня невероятно счастливым, а я взамен делился этим счастьем с ней, что можно было всякий раз понять по тому, как всякий раз сжимались ее ляжки вокруг моей головы или талии. Пожалуй, словами не передать что со мной творилось, ведь я заново влюблялся в нее каждый раз как наши взгляды встречались, трепетал от каждого касания и не мог сдержать улыбки когда она была рядом, за что бесконечно раз извинялся и получал в отвел такую же улыбку. Все наши «обними» или «поцелуй», произнесенные шепотом, почти в самые губы, или обжигая уши дыханием, все бессловесные диалоги читаемые в глазах друг друга лежа в кровати в тесных объятиях, все жаркие и мокрые поцелуи перед отходом ко сну, мокрое от пота горячее тело, тихие вздохи и мерно бьющееся сердце в максимально доступной близости. Мне так этого не хватает. И мы стоим так последи июля, юные, свободные, беззаботные и счастливые, на этом мосту где-то в российской глуши. Под нами проезжают поезда, шелестит листвой лес и солнце танцует на небе, уже удаляясь на покой. А мы просто стоим, стоим и любим друг друга, а впереди еще целое лето и такая долгая и счастливая жизнь…