В запахах и ожидании

Когда Шан Цинхуа собирал себя, вещи и своих учеников, уезжая на юг, прямиком в пустыни Царства Людей, он говорил, что это ненадолго; туда и обратно, мой король, ты даже не заметишь! — утверждал его муж, прощаясь с ним и прося не рисковать собой, перемещаясь в лето пустынь. Было это больше пятнадцати дней назад, и Мобэй-цзюнь может признаться себе, что скучает; ему не хватало его человека рядом, даже когда они виделись ежедневно, что уж говорить о том, чтобы не видеть его и не чувствовать слишком долгое время. Мобэй-цзюнь поворачивает голову, когда император проходит мимо него и любого другого демонами в совете, чтобы начать суд; от него пахнет чернилами и распиленным деревом, ровно как от Шан Цинхуа. Возможно, он просто начинает сходить с ума.

***

В первый раз, когда это случилось, Ло Бинхэ, мягко говоря, был шокирован чужой вольностью. Он разговаривал с Ша Хуалин о подозрительной миграции демонических птиц на юге, когда вокруг него обвились большие сильные руки и сжали его талию, а к его спине прижалось холодное тело ледяного демона. Ло Бинхэ рефлекторно застыл, не понимая, как не почувствовал чужого приближения — он слишком расслабился, слишком доверяет Мобэй-цзюню — и едва не вздрагивает от холодного носа, уткнувшегося в обнаженную часть его шеи; Ло Бинхэ впервые за десять лет с тех пор, как стал императором демонов, жалеет, что не носит высокие воротники одежд людей. Мобэй-цзюнь вдыхает, шумно и беспардонно, от его шеи, и Ло Бинхэ видит большой вопрос в глазах другого его генерала; ах, это хорошо, не он один находит это странным, прекрасно, а то Ло Бинхэ уже мог подумать, что снова упускает какой-то тонкий менталитет демонов, о котором ему все забыли рассказать. — Мобэй, — строго и безлично произносит Ло Бинхэ, остро ощущая чужие руки на себе, а его проклятое тело смеет реагировать, находя это приятным; Мобэй-цзюнь выше него, Мобэй-цзюнь старше него, и что-то внутри Ло Бинхэ урчит от этих фактов, но он отгоняет подобное; он любит шизуня и точка, — что ты делаешь? Наглец смеет игнорировать вопрос своего цзюньшана, вместо этого сжимая руки на нем только сильнее, пока Ло Бинхэ не хлопнул по этим мускулам. После этого Мобэй-цзюнь отступает так резко и внезапно, что Ло Бинхэ едва не теряет равновесие, шатаясь на своем месте; когда он оборачивается, его генерал уже сбежал в своих порталах. — Что это, блять, было?.. — спрашивает Ша Хуалин за них обоих, когда они смотрят на пустое пространство. Ло Бинхэ и сам бы очень хотел знать.

***

Мобэй-цзюнь не мог удержаться, когда прошло сорок дней без его мужа, а запах цзюньшана был все более привлекательным. Это потому что император наполовину человек? Или потому что они из одной секты? Нет, это явно что-то иное, ведь от консорта Шэня не пахнет, как от этих двух; на самом деле, Мобэй-цзюнь может лишь вспомнить мимолетную встречу с прошлым императором, который пах также знакомо, как и его муж. В любом случае, ему надо себя сдерживать, пока это не стало слишком странно; ему начинает казаться, что Ло Бинхэ более привлекателен, чем он когда-либо замечал за все эти годы.

***

Его спина ударяется об холодный камень серверного дворца в темному углу, и Ло Бинхэ чувствует, как у него дергается бровь, а метка Небесного Демона горит красным от его раздражения, как и глаза. — Мобэй… если это мятеж, то скажи об этом сейчас. Ло Бинхэ произносит это, как угрозу, потому что она такой и является, вместо закономерного подчинения, он видит в голубых глазах огонёк другого толкования; он флиртует, — шепчет в его голове Мэн Мо, и Ло Бинхэ посылает его в пешее эротическое путешествие. Ло Бинхэ женат на шизуне, и, несмотря на десятки, а то и сотни, попыток множества женщин, он предан своему мужу. Вместо любого слова и объяснения, которое бы хотел получить Ло Бинхэ, Мобэй-цзюнь только прижимается лицом к его шее; не кусает и не лижет, и стандарты Ло Бинхэ сегодня так низки, что он благодарен за это — не благодарен он за звуков шагов и испуганных глаз низшего демона-слуги, что смотрит на них, а потом сбегает. Ло Бинхэ отпихивает его от себя и думает, что такими темпами, ему правда придется сместить генерала, если тот продолжит зажимать его в тесных углах; он бы хотел вызвать демона на бой, чтобы вправить его голову, но опасается, что это воспримут за «да» на любое последующее безобразие. Ло Бинхэ никогда не думал, что будет скучать по Шан Цинхуа, но сейчас он правда хочет увидеть своего шишу и скинуть ему его мужа, потому это не должно быть проблемой Ло Бинхэ.

***

Ша Хуалин вызвала его на дуэль чести демонов за то, что он украл у нее что-то, о чем не имеет понятия, а его слуги странно ходят в его дворце вокруг него и еще тише вокруг цзюньшана. Мобэй-цзюнь скучает по своему человеку и думает, насколько неприличным будет, если он срежет прядь волос императора, чтобы не докучать ему? Кажется, в мире людей это что-то значит, он просто не помнит что. В конце концов, Мобэй-цзюнь осознал, что тоска смягчается в его сердце, если он немного постоит рядом с цзюньшаном. Они так похожи, что это почти парадоксально.

***

У Ло Бинхэ болит голова, а Мобэй-цзюнь или сделал ему предложение свадьбы, или просто бесстыдный мужчина, что срезал часть его волос; к счастью, другие демоны не отреагировали на это так, как Ло Бинхэ внутри себя, поэтому он рад, что не попытался никого убить в тот день, даже если очень хотел. На Севере уверены, что Ло Бинхэ изменяет своему мужу, и шизуню пока не стоит появляться в том месте до приезда Шан-шишу, поскольку угрозы Ло Бинхэ, кажется, возымели на слуг ровно противоположную реакцию, чем он рассчитывал. Мэн Мо в его голове только смеется над его страданиями. Ло Бинхэ так устал. Поэтому, в конце дня, он вернулся на Цин Цзин, и упал в теплые и обеспокоенные объятия шизуня, спрашивая, когда вернется делегация Цан Цюн. Его великолепный шизунь недоуменно посмотрел на него, но ответил, что еще через дней сто, не раньше. Ло Бинхэ заплакал.