Обет поневоле

      Ван Ибо аж в струнку вытянулся. Остальные оживились в предвкушении забавы.       — Надень наушники, включи рандомную песню и… — Сяо Чжань чуть качнулся вперёд и лукаво улыбнулся. Ван Ибо непроизвольно облизал губы. — Подпевай ей как можно громче.       — О-о-о! Нас ждет зачётный концерт! — захлопал в ладоши Цзи Ли.       В лице Ван Ибо не дрогнул ни один мускул.       — Принято.       Он достал телефон и протянул Сяо Чжаню.       — Чтобы было честно, выбери песню сам. Я тебе доверяю, — сказал он и надел наушники.       В груди потеплело. Ван Ибо не возражал на фант и собирался повеселиться вместе со всеми. Сяо Чжань взял телефон и открыл разношёрстный плейлист их нового приятеля. Пробежал взглядом, не увидел знакомых исполнителей, а потому решил следовать правилу рандома по полной: зашёл в жанры, поводил пальцем над экраном и ткнул наугад.       Через наушники Сяо Чжань услышал, как приглушённо зазвучала музыка, но мелодию не узнал. Короткий проигрыш закончился, запел вокалист, а Ван Ибо, вместо того, чтобы ему вторить, нахмурился. В следующую секунду он раскрыл, было, рот, но промурлыкал под нос что-то неразличимое. Сяо Чжань вопросительно округлил на него глаза, а Ван Ибо решительно сдвинул «ухо» в сторону.       — Чжань-гэ, а если я не знаю слов? Впервые эту песню слышу, отвечаю! Что это вообще за жанр? Фонк, попса, эмбиент?       Сяо Чжань расслышал мелодичный мужской голос, оттеняемый электронными инструментами, но тоже не смог конкретно определить жанр. Тут были и ударные, и даже гитара с элементами лёгкого перегруза, и еще что-то сильно электронное. Звуки походили на сигналы, испускаемые летающей тарелкой, и на переговоры роботов на своём машинном языке. Сяо Чжань слышал такое, когда играл в «Stray». К слову, смешение стилей не создавало музыкальной вакханалии, в основном благодаря бархатному голосу вокалиста, гармонично наложенному на мелодию.       Но увы, Сяо Чжань тоже не знал эту песню. А как петь, если не знаешь слов? На мгновенье стало стыдно за то, что он не предусмотрел этот факт, но отступать было некуда.       — Импровизируй. Ничто не должно помешать тебе исполнить задание, — сказал он серьёзно. Хотя щёки порозовели от смущения.       — Понял, — так же чётко ответил Ван Ибо.       Внезапно усложнившаяся задача его как будто совсем не испугала. Он слегка улыбнулся, словно прощал Сяо Чжаню промашку, сдвинул наушник обратно и запел.       Так как слов он не знал, то выкручивался, как мог. Мычал, тянул гласные, использовал «ла-ла-ла» и «трам-пам-пам». Некоторые слова он предсказывал, и перемежал ими музыкальный фарш. Цзи Ли прыснул. Ван Чжочэн скривился от громкости его голоса. Юй Бинь захлопал ресницами, словно хотел превратиться в муху и вылететь в щель. Сяо Чжань же посмотрел на Ван Ибо в полнейшем восхищении. Потому что галочку «Зачтено» он поставил буквально сразу.       Ван Ибо нисколько не стеснялся. Пел громко, как договаривались. Но помимо силы, его голос обладал ещё и красотой. Сяо Чжань понял, что необязательно понимать слова, пробрать до мурашек может и от тембра. Ван Ибо соблюдал паузы, где требовалось, без труда вытягивал ноты. Когда он устремлялся вверх, волоски на коже поднимались вслед за его голосом, а стоило бархатно нырнуть в низы, как горячее густо текло по позвоночнику. Ван Ибо даже использовал некоторые украшающие элементы, что лишь обогатило ритмический рисунок песни. Он прикрыл глаза, чтобы лучше слышать музыку, и Сяо Чжань залюбовался его дрожащими ресницами и нежной кожей век. Он смотрел, как напрягается лицо Ван Ибо, как тот старается, и изнутри поднималась искрящаяся волна.       Парни уже хихикали, не сдерживаясь. Ван Ибо открыл глаза и заметил, что привлёк достаточно внимания. Он ухмыльнулся в подкравшейся паузе между куплетом и припевом, поймал сверкающий от восторга взгляд Сяо Чжаня и подмигнул, мол, я же хорошо справляюсь, правда? Да, покрасоваться он любил.       Некоторые слова он мурлыкал, точно кот, благодарящий за еду. И вибрация проходила через тело Сяо Чжаня, словно этот самый кот топтался у него на коленях. Загребал когтями плоть, выгибал спину, светил «бубенчиками» в лицо. Возможно, от нарисовавшейся картинки, а может, от того, что «пение» Ван Ибо, несмотря на красоту, всё же звучало довольно забавно, Сяо Чжань рассмеялся.       Повалился сначала на стекло, а потом на плечо Ван Ибо. Заметив его весёлость, тот улыбнулся, и ещё прибавил громкости. Боги, у его голосового аппарата, что, неограниченные возможности? Люди начали оборачиваться, даже водитель, кажется, притормозил, чтобы посмотреть на непрошенного певца. Две девушки, стоящие впереди принялись снимать на камеру.       — Что вообще происходит? — забеспокоилась женщина, которая сидела неподалёку. Она поджала плечо и подняла раскрытую ладонь к уху. — Ты с ума сошёл парень?       — Эй, вам тут не концертный зал, — окликнул сзади какой-то мужчина. — Дома пойте сколько хотите, а это общественное место. Люди с работы едут, отдохнуть хотят.       — Водитель, высадите этих хулиганов! Они нарушают порядок! — женщина в возрасте обратилась напрямую к водителю, а потом к ним. — Слышали? Если это безобразие сейчас же не прекратится, я вызову полицию! Прямо с остановки вас заберут!       При упоминании полиции, первым сник Цзи Ли и покосился на Сяо Чжаня, мол, прекращай этот цирк, достаточно. Ван Ибо же пел так, словно ничего вокруг не происходило. Львиная самоуверенность и змеиное спокойствие. Сяо Чжань глянул на табло, показывающее, сколько метров осталось до следующей остановки, и сделал знак остальным.       Те кивнули. Оставаться в автобусе, где они публично опозорились, больше не хотелось никому. Поэтому едва открылась дверь, вся их компания сорвалась с места. Сяо Чжань зажал в одной руке телефон, пихнул Ван Ибо коленом для верности и кивнул на выход. Но тот и так сообразил, что нужно валить. Схватил Сяо Чжаня за руку и потащил за собой. Сяо Чжань чуть не споткнулся на спуске, рюкзак съехал с плеча и саданул в колени. Но они уже вывалились на улицу. Где немедленно, как по команде, заржали.       Юй Бинь заливался, запрокинув голову. Цзи Ли щебетал, как пьяный попугай. Ван Чжочэн смеялся чинно и благородно. Сяо Чжань же едва не хрюкал. Ко всей этой разношёрстной какафонии примешивался смех Ван Ибо, и это было… до слёз из глаз. Слыша звуки газонокосилки, подавившейся ботинком, Сяо Чжань не мог остановиться, согнулся сначала пополам, а потом присел на корточки. И очень помогла не завалиться на спину, как жуку из рассказа Кафки, рука Ван Ибо. Она до сих пор крепко держала, и от горячей ладони по предплечью словно прокатывались волны пустынного жаркого ветра. Но несмотря на окружающий летний зной, отпускать руку Ван Ибо не хотелось.       Постепенно все начали успокаиваться.       — Ну что, Чжань-гэ? Я выполнил задание? — спросил Ван Ибо, наклонившись к нему.       Из наушников, ожерельем обнимающих его шею, звучали финальные аккорды песни. Лицо Ван Ибо уже порозовело от жары, из-под мешковатой футболки вынырнула широкая цепочка с красивым плетением. Сяо Чжань воспользовался этим, чтобы посмотреть на очаровательную выпуклость кадыка.       — Конечно, выполнил. Ты справился блестяще! Знал бы, что у тебя это не вызовет проблем, загадал бы что-нибудь посложнее.       Сяо Чжань дёрнул Ван Ибо за руку, намекая, чтобы помог подняться. Ван Ибо выпрямился и потянул Сяо Чжаня вверх. Через мгновение тот уже крепко стоял на ногах. Но лисья сущность подтолкнула на одну шутку.       — Ай-я! — Сяо Чжань завалился вперёд, делая вид, что отсидел ногу.       Горячая рука немедленно обвилась поперёк спины. Ван Ибо подступил вплотную, чуть не ткнувшись носом в щёку. Его глаза распахнулись для Сяо Чжаня в оглушительный простор. Когда смотришь с вершины и захватывает дух.       — У тебя ещё будет возможность. Множество возможностей, — сказал Ван Ибо, не отводя взгляда, и ветер засвистел в ушах, словно Сяо Чжань полетел с горы вниз.       Ван Ибо скользнул взглядом по его лицу, быстрым движением облизал губы. Момент длился так долго, что деликатный кашель Ван Чжочэна прозвучал оглушающе. Может, конечно, он кашлянул просто так, но Ван Ибо немедленно смешался, убрал руку и отступил.       — Твой телефон! — опомнился Сяо Чжань.       — Спасибо, — Ван Ибо забрал мобильный, выключил трек. — Значит, теперь я вожу?       — Ага, — кивнул Сяо Чжань и обернулся на друга. Чжочэн окинул его мрачным взглядом. Мда, значит, случайность можно исключить.       — Выбрать можно любого? — спросил Ван Ибо.       — Да, только назад нельзя, — ответил Юй Бинь.       — Это, конечно, всё замечательно, — буркнул Ван Чжочэн. — Но к вашему сведению, мы не доехали до места назначения. А следующий автобус прибудет только через семь минут.       — Ты же сказал, что вы ещё не определились с местом? — подловил его Ван Ибо.       — Сказал, но это место в любом случае не в парке. Тут поблизости ни одного развлекательного центра, ни одного бара или клуба.       — Можно же прогуляться, — предложил Ван Ибо.       — По пеклу? Сам и топай, — скривился Ван Чжочэн.       — И потопаю. Там наверняка продают мороженое и холодную газировку.       Сяо Чжань огляделся. Перед ними действительно раскрывал свои врата парк, дышал свежестью находящегося где-то внутри озера или фонтана. А уйти от пыльной дороги, где знойное марево плавило асфальт, хотелось уже нестерпимо.       — А я согласен. Чего скисли? — отозвался он и оглядел невесёлые лица. — Ничего страшного с нами не случится, если немного пройдёмся. Мы же не на пенсии, народ. Это полезно. А дело уже к вечеру, скоро солнце сядет, и не будет так жарить.       — Ну вообще-то можно. Заодно придумаем, куда двинуть, а то бесцельно ехали, — внезапно поддержал Цзи Ли.       Ван Чжочэн издал мученический стон, но покорно поплёлся за остальными. Сяо Чжань хмыкнул, пропустил всех и переглянулся с Ван Ибо. К парку они двинулись плечом к плечу, замыкая процессию.       Несмотря на жару, в парке оказалось многолюдно. Взрослые прохаживались, дети бегали и смеялись. По воздуху летали мыльные пузыри. Лоточники зазывали покупать сладости и игрушки. Пахло горячей кукурузой с одной стороны, карамелью — с другой. И вместе с этим ноздри щекотал аромат острых специй. Ван Ибо несколько раз повёл носом и оглушительно чихнул. А потом ещё раз и ещё. Чихал он, надо сказать, забавно, весь подсобирался, морщился, а потом бесцеремонно распадался на атомы. Сяо Чжань чуть не прыснул. А Ван Ибо шмыгнул носом и очаровательно улыбнулся:       — Говорят, если чихнёшь три раза, значит, кто-то в тебя влюбился.       — Серьёзно? Есть подозреваемые? — стрельнул в него глазами Сяо Чжань.       — Есть. Надеюсь, чутьё детектива меня не подводит.       Он ухмыльнулся и легонько поддел Сяо Чжаня плечом, умело воспользовавшись тем, что пропускал идущих навстречу. Сяо Чжань поджал губы, чтобы не улыбнуться, как чеширский кот. Он понимал, что с ним заигрывают.       Каждое действие Ван Ибо волновало и вдохновляло. Сяо Чжань получал огромное удовольствие от полуулыбок, игривых взглядов и случайных неслучайных касаний. Ему тоже хотелось флиртовать и кокетничать. Кто сказал, что парни не умеют соблазнять? Его охватывало небывалое волнение, когда он представлял, куда их заведёт эта игра. И он сейчас совсем не про фанты.       — Уже есть мысли насчёт следующего задания? — спросил он.       — Пока нет, жду идеи. Но шоу будет, что надо, обещаю, — коварно улыбнулся Ван Ибо. А потом посмотрел на Сяо Чжаня. — Ты сказал, что увлекаешься живописью?       — Ага.       — Есть один несведущий нуб, который жаждет приобщиться к прекрасному. Может этот красивый лаоши окажет услугу и проведёт персональную экскурсию по местным достопримечательностям? — Ван Ибо скользнул взглядом по поджарой фигуре, и Сяо Чжаню показалось, что речь вовсе не об искусстве.       — Легко, — кивнул он. — Обменяю на урок скейтбординга. Давно хотел себе синяков наставить.       — Замётано. Поверь, у тебя будет лучший учитель. Могу и ещё чему научить, — просиял Ван Ибо, а Сяо Чжань прыснул.       Фантастическая скорость. Они за минуту договорились уже о двух свиданиях, одно из которых однозначно закончится в постели. Сяо Чжаню нравилось. Ван Ибо почти не отводил от него взгляда, чудом огибая препятствия в виде детей с шариками, гуляющих собак и парочек. Сяо Чжань невольно ощущал себя неотразимым. Притом, что ему самому очень нравилось смотреть на Ван Ибо. Что произойдёт, если оставить их наедине?       Но оставлять их наедине никто не собирался. Убежавшие вперёд друзья притормозили, обернулись и ждали их.       — Чего там плетётесь? — воскликнул Ван Чжочэн, быстрым шагом подходя и вставая между ними. — Чувствую себя блином на сковороде, надо хоть мороженое взять, чтобы охладиться.       Ван Ибо нахмурился и отвернулся. Сяо Чжань округлил глаза на Чжочэна, мол, мы общаемся, ты чего? Ван Чжочэн упрямо мотнул головой.       — Вон там ближайший лоток. Только желающих охладиться многовато.       Ибо подбородком указал на мороженщика, расположившегося в тени раскидистого гингко. Народ слетелся к нему, как стая голубей на хлебные крошки.       — Прорвёмся, — заверил его Юй Бинь, бросаясь в атаку.       Остальные последовали за ним. Сяо Чжань сунулся с одной стороны, с другой. Опёрся о чью-то спину, чтобы хотя бы увидеть содержимое холодильника, но его отпихнули.       — Ай-я! — цокнул он языком, отходя и недовольно складывая руки на груди.       — Чжань-гэ, ты какое хочешь? — Ибо немедленно повернул к нему голову. За место в очереди он не сражался, также оказавшись за бортом жизни.       — Замороженный сок. Но, если не подсуечусь, мне не достанется, — фыркнул он, продумывая, как лучше взять этот бастион.       Ван Ибо кивнул, принимая его ответ. А после, не успел Сяо Чжань и глазом моргнуть, отодвинул плечом одного, поднырнул под руками другого и практически скрылся из виду. Сяо Чжань приподнялся на цыпочках, выискивая каштановую макушку, но результатов это не принесло. Спустя секунд десять, по толпе снова прошла волна, и Ван Ибо выбрался с другой стороны, держа в руке два брикета фруктового льда.       — Охренеть, как у тебя получилось? — воскликнул Сяо Чжань, забирая свою порцию и надрывая упаковку.       — Для тебя я что угодно достану, Чжань-гэ, — ухмыльнулся Ван Ибо.       — Ой, да ладно! — хмыкнул тот, но внутри возликовал. Приятно было чертовски. — Сколько я тебе должен?       — Нисколько. Угощаю.       — Ладно, тогда я плачу в следующий раз, — кивнул Сяо Чжань, принимаясь посасывать фруктовый лёд.       Брусок был трёхцветным, как светофор. А при взгляде на его продолговатую форму сразу рождались шкодливые мысли.       Ван Ибо со льдом не церемонился, откусил верхушку и аппетитно захрустел, что вызвало недовольство Сяо Чжаня. Он то хотел посмотреть, как брусок мороженого заскользит между пухлых губ…       Что ж, раз его лишили зрелища, он устроит его сам.       Сначала он старательно облизал верхнюю клубничную часть, а потом протолкнул в рот вместе со следующим банановым ярусом. На Ван Ибо он не смотрел, но надеялся, что тот не упускал ни мгновения захватывающего шоу — для привлечения внимания Сяо Чжаня издал несколько восторженных стонов и даже прикрыл глаза, наслаждаясь всецело. Решив, что уж после такого концерта вряд ли можно его игнорировать, Сяо Чжань заглотил мороженое целиком. У зелёной составляющей оказался вкус киви, а сочетание вышло довольно интересным.       Пора было полюбоваться плодом трудов своих. Ну и пусть этот флирт самый дешёвый и пошлый из всех, какие можно придумать, но видеть, как мороженое тает, стекая соком по палочке и пальцам Ван Ибо, пока тот, чуть ли не раскрыв рот, наблюдал за демонстрацией способностей Сяо Чжаня — того стоило.       — Ты уже расплатился, — проговорил Ван Ибо сдавленно, нервно сглотнул и наконец заметил, что его мороженое окрашивает яркими каплями асфальт. — Чёрт!       Сяо Чжань захихикал.       Они уже почти уничтожили мороженое, когда появились остальные.       — Вы чего так долго? Очередь, что ли? — ухмыльнулся Сяо Чжань.       При парнях можно было не выделываться, и он откусил от мороженого, быстро катая языком обжигающе холодный лёд.       — Сказал тот, кому всё принесли на блюдечке. А мы там еле выжили, — буркнул Цзи Ли, вскрывая упаковку и откусывая от мороженого. — Народ, может соревнование, кто эротичнее откусит? Эй, Юй Бинь, оближешь у меня?       — После того, как ты его обслюнявил? Даже за миллион юаней не стану, — скривился тот, а потом посмотрел на быстро уничтожавшего лакомство Сяо Чжаня. — Бро, учёными доказано, что те, кто быстро едят мороженое, то и в постели… ну, понимаешь, скорострелы.       Цзи Ли прыснул так, что кусок мороженого вылетел у него изо рта. Чжочэн захохотал глядя на него, а Сяо Чжань просто показал им язык.       — Дружище, ты выиграл звание «Самый длинный язык», — заржал Цзи Ли. — Это как же хорошо ты сможешь подлизаться…       — Ты лучше за своим языком следи, — вдруг отозвался Ван Ибо.       — Что такое? — непоминающе заморгал Цзи Ли.       — А то, что мне не нравится, когда о моём… гэ такое говорят!       — Но я же просто пошутил. Бро, не воспринимай всё так серьёзно. В нашей компании привычно так шутить. Никто не обижается, и Чжань-Чжань тем более.       — Теперь я тоже в вашей компании, и мне такие шутки не по душе, — Ван Ибо насупился ещё сильнее.       Его надутый вид умилял. Он пыхтел, как рассерженный ёж, и Сяо Чжань чуть не прыснул. А сердце как будто споткнулось и ускорилось. Ван Ибо хотел назвать его как-то по-другому? И он, что, его защищает? Похоже, пора ему, как виновнику мини-конфликта, вмешаться.       — Ибо, я правда не обиделся. Цзи Ли славен тем, что у него язык без костей. Все привыкли.       — То, что все привыкли, не даёт ему право нести о тебе хрень, — Ибо ещё сердился, но складка между бровями постепенно разглаживалась. — Если я ещё раз услышу…       — Ладно-ладно. Цзи Ли понял и больше не будет так шутить, верно? — Сяо Чжань широко раскрыл глаза в сторону друга и тот немедленно затараторил:       — Да-да-да, не буду! Больше никаких гейских шуточек о Чжань-Чжане! Рта не раскрою! — в качестве клятвы он поднял три пальца вверх, однако Ван Ибо всё ещё стоял насупленный.       — Эй, ну хватит хмуриться. Ну-ка, улыбочку.       Сяо Чжань подошёл ближе, коснулся плеча, успокаивающе погладил, пощекотал пальцами, игриво улыбнулся сам.       Ван Ибо казался раскалённым под слегка влажной футболкой, и Сяо Чжань внезапно для себя осознал, что не остался равнодушным. На улице стоял удушающий зной, солнце, клонящееся к закату, не сдавалось, собираясь отдать всю накопленную энергию именно этому дню, но в животе Сяо Чжаня было жарче. Мурашки скользнули по спине, холодя её, а после на несчастного обрушилось испытание адским огнём, когда он увидел, как от волос Ван Ибо по покрасневшей щеке поползла капля пота. Печи в Диюйе потушили бы, увидев эту картину.       Ван Ибо перевёл на него взгляд, и хмурая тяжесть ушла за считанные мгновения.       — Только потому что ты просишь, гэ. Твоя улыбка может усмирить цунами, — ухмыльнулся этот засранец.       — Льстец! — Сяо Чжань хлестнул по тому месту, которое только что наглаживал.       Оба не сдержали смеха. Остальные сделали вид, что ничего не заметили. Ван Чжочэн посмотрел на них исподлобья.       — Может, мы уже нагулялись, или как? Хочу переместиться из этой сауны в прохладное место.       Он, конечно, заколебал ныть по жизни, но в этот раз был прав. Однако не успел никто ничего сказать, как голос подал Ван Ибо.       — О, а я как раз знаю одно прохладное место здесь недалеко. Тебе понравится.       — Что ещё за место? — Чжочэн услышал сарказм в его голосе и напрягся.       — Лучшее место для спасения от жары, — Ван Ибо просиял и напустил на себя торжественный вид. — Итак, слушай своё задание. Ты должен сделать сальто назад в фонтан.       — Чего? — опешил Ван Чжочэн. — Какой ещё нафиг фонтан? Тебе голову напекло?       — Вообще-то, это ты жаловался на жару. А я предоставляю тебе прекрасную возможность освежиться.       — Ибо, а он не убьётся? — нахмурился Сяо Чжань.       — Не, максимум, ноги переломает, — качнул головой Ван Ибо, а потом рассмеялся под убийственным взглядом Чжочэна. — Да не очкуй, мы с друзьями уже как-то прыгали в этот фонтан. Там хорошая глубина!       — Раз хорошая — сам и прыгай, а я не собираюсь потом в мокрых трусах сидеть в баре, — Чжочэн сложил руки на груди.       — Можешь прыгать голым, я не запрещаю. Только учти, тут дети ходят, заорут, как увидят твои причиндалы. И ещё неизвестно, кто громче: сами дети или их родители, — ухмыльнулся Ван Ибо, а когда Чжочэн приготовился вспылить, продолжил: — Или готовься сменить псевдоним в вичате на неделю. Фантазия у меня богатая, не обижу.       Он подмигнул, а Чжочэн заскрежетал зубами. Деваться ему было некуда.       — Итак, задание выдано, — возвестил Цзи Ли. — Чжочэн, что выберешь: фонтан или штраф?       — А-а-а-а, гадство! — воскликнул Чжочэн, смиряясь. — Ладно, но учтите, раздеваться я не буду.       — Это по желанию, — замахал на него Ван Ибо. — Не думаю, что кому-то интересно пялиться на твой тощий зад.       Он хмыкнул, а после посмотрел на Сяо Чжаня, словно хотел сказать, что вот на его зад он охотно посмотрел бы.       — Сам ты тощий, — буркнул Чжочэн и протопал мимо. Остальные двинулись следом.